Дело № 2-3572/2018

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Куйбышевский районный суд г. Омска в составе председательствующего судьи Жидковой М.Л., при секретаре Горбуновой Я.И., с участием истца ФИО1, представителя истца адвоката Пичугиной С.А., представителя ответчика ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Омске

21 сентября 2018 года

материалы гражданского дела по иску ФИО1 к ФИО3, ФИО4 о взыскании суммы неосновательного обогащения, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с исковыми требованиями к ФИО3, ФИО4 о взыскании суммы неосновательного обогащения в солидарном порядке. Мотивируя обращение, истец указал, что с августа 2015 года он переводил ФИО3 денежные средства по ничтожной сделке. 15.10.2015 ими был подписан договор займа, который являлся притворной сделкой. ФИО3 денежные средства истцу не передавала. За период с августа 2015 года по апрель 2017 года истцом ответчице ФИО3 переведены денежные средства в общей сумме 758 266,95 рублей. Поскольку ФИО3 состоит в браке с ФИО4, истец полагает, что у супругов образовался совместный долг перед ним на сумму безосновательно перечисленных ФИО3 денежных средств. Просит взыскать солидарно с ФИО3 и ФИО4 в его пользу сумму неосновательного обогащения в размере 758 266,95 рублей и расходы по оплате государственной пошлины в размере 10 783 рубля. 

В ходе рассмотрения дела судом, истец ФИО1 не меняя основание иска, заявленные требования уточнил, окончательно просит взыскать солидарно с ФИО3 и ФИО4 в его пользу сумму неосновательного обогащения в размере 578 361 рублей и расходы по оплате государственной пошлины в размере 10 783 рубля (том 2 л.д.71-73).

В судебном заседании истец ФИО1 от части заявленных исковых требований отказался и отказ принят судом. 

Так, определением суда (том 2 л.д.74) принят отказ от исковых требований в размере 179 897,95 рублей. 

В остальной части истец, его представитель адвокат Пичугина С.А., заявленные исковые требования поддержали. Суду пояснили, что в июне 2015 года ответчик ФИО3 предложила приобрести у нее бизнес по продаже обоев и фресок 

<

адрес>, находясь в доверительных отношениях, они достигли договоренности о том, что в срок до 31.12.2015 года он передает ей 600 000 рублей, а ответчица передает ему каталоги на продукцию, базу клиентов и поставщиков, заключает с ними договоры, оказывает консультационные услуги. Для ведения бизнеса он заключил договор аренды помещения в ТЦ «

<

данные изъяты>», сделал ремонт за собственные средства, приобрел вывеску с названием магазина «Реноме». Денежные средства он направлял ФИО3 частями. В период с августа по октябрь 2015 года он перевел ей 98 300 рублей, в ноябре 2015 года перевел ей 150 000 рублей. Под воздействием ФИО3 он написал расписку о том, что должен ей 500 000 рублей, с тем условием, что он должен оплатить ей данную сумму, иначе бизнес по продаже обоев она вернет себе. Денежные средства от ФИО3 ему фактически не передавались. При этом он продолжал работать на основном месте вахтовым методом по основанной специальности инженера по буровым растворам. Работой по продаже обоев занималась менеджер ФИО5, которая действовала в его интересах. В связи с таким условием работодателя, он предложил ФИО3 переоформить бизнес на нее, но он останется фактическим владельцем. В связи с чем, договор аренды помещения, где располагался магазин, был переоформлен на ответчицу. Надеялся, что в августе 2016 года он самостоятельно заключит договор аренды. ФИО3 продолжала вести бизнес, он ей перечислял денежные средства. К марту 2016 года он перечислил ФИО3 481087 рублей и полагал, что исполнил свою часть сделки. Спустя некоторое время, понял, что перечисленная ФИО3 денежная сумма не соразмерна тем услугам, которые оказала ему ФИО3 Долговые обязательства перед ФИО3 отсутствуют, сделка по продаже бизнеса не состоялась. Истец просит взыскать с ФИО3, ФИО4 в солидарном порядке как неосновательное обогащение деньги в сумме 578361 руб., в том числе 481087 руб. - денежные средства, перечисленные на банковскую карту ФИО3, 20000 руб. - обеспечительный платеж, внесенный им ООО «Форсаер-Тюмень» при заключении договора аренды помещения в ТЦ «

<

данные изъяты>», 77274 руб. - стоимость вывески с наименованием магазина «

<

данные изъяты>» в ТЦ «

<

данные изъяты>». (т. 2 л.д. 71-73).

Ответчики ФИО3, ФИО4 будучи уведомленными о месте и времени рассмотрения заявленных требований, участия в судебном заседании не принимали. 

Представитель ответчика ФИО3 - ФИО2, заявленные требования не признал. Суду пояснила, что в 2013 году ФИО3 открыла в г. Тюмень магазин 

<

данные изъяты> по адресу 

<

адрес>А, по продаже обоев и фресок. Аналогичный магазин у нее имелся в городе Омске. В 2015 году они договорились с ФИО1 о продаже магазина в г. Тюмени за 600 000 рублей. В сделку входило: продажа названия магазина, предоставление каталогов поставщиков и заключение договоров с ними от имени истца, предоставление клиентской базы. Денежные средства в размере 600000 руб. должны были быть ей переданы до 31.12.2015. В августе 2015 истец перевел ей на карту 100 000 рублей. ФИО1 заключил договор аренды в ТЦ 

<

данные изъяты>, она выполнила дизайн-проект ремонта торговой точки, создала подборку обоев, заказала ее у поставщиков, оплатила ее и доставила в г. Тюмень (оплата за материалы производилась истцом дополнительно). Так же, она рекомендовала ему мастера, который производил ремонтные работы в торговой точке и менеджера магазина. Предоставила ФИО1 мебель для торговой точки, принтер. Салон обоев был открыт в сентябре 2015 года, она передала истцу базу клиентов, каталоги с образцами продукцию, базу поставщиков, менеджер осуществляла смс-рассылку клиентам. Предоставила доступ к сайту магазина обоев «Реноме», который находился в Омске. Произвела обучение ФИО1 в сфере продажи обоев по образцам. Поскольку фактически бизнес она истцу передала, ФИО1 была написана расписка о долговых обязательствах на 500000 руб. Менеджер магазина связывалась с ней по всем вопросам. В марте 2016 года ФИО1 перевел ей еще 45 000 рублей двумя траншами 15 000 рублей и 30 000 рублей. А в августе он приобрел салон обоев «

<

данные изъяты>» в том же торговом центре и отказался от завершения сделки. При этом она осуществляла функции по ведению бизнеса для него: заказывала обои у поставщиков, передала их клиентам, в том числе и по безналичным расчетам с ООО «Инвест-Проект» В начале 2017 года ФИО6 закрыл салон «Еврообои» поскольку не занимался им и не смог получать с него прибыль, и уведомил ее о том, что он больше в салоне обоев «Реноме» не нуждается и попросил вернуть денежные средства. Указал, что за салон он перевел ей 245 000 рублей. При этом ее услуги дизайну, обучению и работе в салоне он дополнительно не оплачивал. Полагает, что у нее не имеется денежных обязательств перед ФИО1, за исключение возврата обеспечительного платежа по аренде помещения магазина. Представитель ответчика в судебном заседании не отрицала тот факт, что ФИО6 перевел на банковскую карту ФИО3 денежные средства в размере 481087 руб. Полагает, что это денежные средства, оплаченные ФИО6 на основании устной договоренности. Ответчик ФИО3 готова вернуть ФИО6 деньги в размере 20000 руб., которые внес ФИО6 в качестве обеспечительного платежа за аренду помещения в ТЦ «

<

данные изъяты>» в 

<

адрес>, а также готова вернуть вывеску с наименование магазина 

<

данные изъяты>». Остальные требования не признает. (письменные возражения в т. 1 л.д. 130-132).

Суд, руководствуясь положениями ст. 167 ГПКРФ счел возможным рассмотреть дело в отсутствие ответчиков, уведомленных о дате и месте рассмотрения заявленных требований.

Выслушав лиц, участвующих в деле, допросив свидетелей, исследовав имеющиеся в деле доказательства и оценив их в совокупности, суд находит заявленные требования подлежащими частичному удовлетворению по нижеприведенным основаниям. 

В соответствии со ст. 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Согласно ст. 310 ГК РФ односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом. Односторонний отказ от исполнения обязательства, связанного с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, и одностороннее изменение условий такого обязательства допускаются также в случаях, предусмотренных договором, если иное не вытекает из закона или существа обязательства. 

Согласно ч. 1 ст. 807 ГК РФ по договору займа одна сторона /займодавец/ передает в собственность другой стороне /заемщику/ деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег /сумму займа/ или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

В соответствии со ст. 808 ГК РФ договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает не менее чем в десять раз установленный законом минимальный размер оплаты труда, а в случае, когда займодавцем является юридическое лицо – независимо от суммы. В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.

По правила ч. 1 ст. 810 ГК РФ заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

Судом установлено, что 16.10.2015 года между ФИО3 и ФИО1 заключен договор займа с залоговым обязательством, по условиям которого заимодавец ФИО3 передала заемщику ФИО1 500 000 рублей, а заемщик обязался возвратить сумму займа не позднее 30.12.2015, поэтапно: не позднее 30.10.2015 – 100 000 рублей, не позднее 30.11.2015 – 200 000 рублей, не позднее 30.12.2015 – 200 000 рублей (оригинал в томе 2 л.д.40).

Доказательств фактической передачи денежных средств ФИО3 ФИО1 материалы дела не содержат. 

Судебным разбирательством установлено, сторонами не оспаривается, что фактически договор займа прикрывал сделку по передаче ИП ФИО6 от ИП ФИО3 салона интерьера «

<

данные изъяты>» по продаже обоев и фресок, обучение его навыкам ведения бизнеса по продаже обоев, который включал в себя доступ к сайту магазина обоев «

<

данные изъяты>», обучение ФИО1 в сфере продажи обоев по образцам, передача информации о поставщиках и покупателях, рекомендация менеджера, консультирование и практическая помощь ФИО1 в период его работы в сфере продажи обоев. Денежные средства по договору займа не передавались. Истец ФИО1 не оспаривал, что по договоренности с ФИО3 стоимость бизнеса составила 600 000 рублей, расчет должен был быть произведен на условиях, указанных в договоре займа, в срок до 30.12.2015 года. 

Материалами дела подтверждается, что ФИО1 в период с 14.08.2015 по 29.03.2016 перевел на счет ответчика ФИО3 481 087 рублей. 

Мотивируя заявленные требования, истец указывает, что оснований для перечисления названных денежных средств ФИО3, не имелось. 

Суд не может согласиться с такими доводами истца. 

Согласно ч.2 ст. 166 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В силу ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество за счет другого лица, обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество. 

По смыслу указанной нормы обязательства из неосновательного обогащения возникают при совокупности условий: факта получения ответчиком имущественной выгоды за счет истца и отсутствия при этом соответствующих оснований, установленных законом, иными правовыми актами или договором.

С учетом фактических обстоятельств дела, суд приходит к выводу о том, что сделка по договору займа от 16.10.2015 между индивидуальным предпринимателем ФИО1 и индивидуальным предпринимателем ФИО3 является притворной сделкой, фактически прикрывающей собой передачу прав от ИП ФИО3 ИП ФИО1, обучение его навыкам, передачу ему клиентской базы, иной информации, для осуществления ИП ФИО1 успешной предпринимательской деятельности в сфере продажи обоев. Что и было осуществлено ФИО3

То обстоятельство, что в ходе предпринимательской деятельности в сфере продажи обоев, ФИО1 пришел к выводу, что перечисленная им ФИО3 денежная сумма не соразмерна оказанной ему услуге, не имеет в данном случае юридического значения, поскольку письменного соглашения о размере и стоимости услуг ФИО3 не составлялось. 

Согласованными пояснениями истца ФИО1 и ответчика ФИО3, свидетелей ФИО5 и ФИО7, подтверждается, что они достигли договоренности о передаче ФИО3 истцу деятельности по продаже обоев и фресок, за что истец оплачивает ответчику 600 000 рублей. При этом ФИО3 оказывает истцу услуги по обучению, ведению бизнеса, передает клиентскую базу, в том числе информацию о поставщиках продукции, о потенциальных потребителях и иные услуги по продвижению продаж. В период с августа 2015 по февраль 2016 года ФИО1 осуществлял данную деятельность самостоятельно, обращаясь к консультационным услугам ФИО3, последняя передала ему базу поставщиков, клиентов, обеспечила продажи путем рекомендации менеджера по продажам, осуществляла информационные услуги потребителям по распространению информации о товарах, акциях, смене места продаж. ФИО6 вел предпринимательскую деятельность на базе, предоставленной ему ФИО3 При таких фактических обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что перечисление денежных средств истцом ФИО3 обусловлено исполнением ранее достигнутых договоренностей. 

Между сторонами было достигнуто соглашение, которое и явилось основанием к перечислению денежных средств от истца ответчику, с рассрочкой платежа, что сторонами так же оговаривалось. Последующие действия сторон свидетельствуют о том, что они приступили к исполнению сделки. 

Несмотря на то, что судом бесспорно установлено получение выгоды ФИО3, судом так же установлены и основания к ее получению в виде коммерческой деятельности переданной на возмездной основе ФИО1 и фактическим взаимным исполнением ранее достигнутых договоренностей. 

Правом предъявления встречных требований ответчик ФИО3 не воспользовалась. (т. 2 л.д. 78 оборот).

Часть 5 статьи 166 ГК РФ предусматривает, что заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

В период с августа 2015 по март 2016 фактические действия ФИО1 давали основания ФИО3 полагать о действительном намерении исполнить условия сделки. 

Доводы о том, что в последствии был заключено соглашение об уступке прав по договору аренды нежилого помещения от 18.08.2015 года, по которому права пользования помещение перешло к ФИО8, правового значения не имеют. Поскольку являются уже иной сделкой, которая предметом судебного контроля в рассматриваемом деле не является. Равно как и последующие намерения и действия ФИО1 об отказе от реализации переданных ФИО3 ему прав по продаже обоев и фресок.

Таким образом, доводы истца о неосновательном обогащении ФИО3 за его счет ФИО1 на сумму 481 087 рублей не нашли своего подтверждения и опровергаются установленными по делу основаниями для их перечисления. 

С учетом изложенного у суда отсутствуют основания для взыскания с ФИО3 в пользу ФИО1 неосновательного обогащения в размере вышеуказанной суммы.

Что касается требований о взыскании в пользу истца денежных средств в размере 20000 руб., внесенных ФИО1 в качестве обеспечительного платежа по договору аренды нежилого помещения в ТК «

<

данные изъяты>» в 

<

адрес>, суд находит их обоснованными и подлежащим удовлетворению. 

18.09.2015 между ООО «Форсаер-Тюмень» и ИП ФИО1 заключен договор аренды нежилого помещения общей площадью 37,3 кв.м. на 1 этаже здания по адресу 

<

адрес> номер по плану помещения 11. (том 1 л.д.21-30). 

Пунктом 4.1. договора аренды предусмотрено, что арендатор в течении трех рабочих дней после подписания настоящего договора в обеспечение своих обязательств, вытекающих из настоящего договора, производит оплату суммы равной постоянной (фиксированной) составляющей арендной платы, которая составляет 38 135, 59 рублей, плюс НДС, который исчисляется и оплачивается в соответствии с действующим законодательством. Данный платеж является обеспечительным платежом. Нежилое помещение передано ИП ФИО6 по акту приема-передачи ( том 1 л.д.31, 35,36). 

20.08.2015 истцом произведен обеспечительный платеж в размере 45 000 рублей, что подтверждено выпиской по счету (т. 1 л.д.34)

26.01.2016 между ООО «Форсаер-Тюмень», ИП ФИО1, ИП ФИО3 заключено соглашение об уступке прав по договору аренды нежилого помещения от 18.08.2015 года. По условиям указанного соглашения ИП ФИО9 передал ИП ФИО10 свои права и обязанности по договору аренды нежилого помещения общей площадью 37,3 кв.м. на 1 этаже здания по адресу 

<

адрес> номер по плану помещения 11 начиная с 01.02.2016. При этом ООО «Форсар-Тюмень» обязуется передать ИП ФИО10 сумму обеспечительного платежа, оплаченного ИП ФИО9 в размере 45 000 рублей, в том числе НДС (том 1 л.д. 32-33). 

Из условий соглашению от 26.01.2016 об уступке прав к договору аренды нежилого помещения от 18.08.2015 следует, что обеспечительный платеж, внесенный ФИО1 передается ФИО3 в размере 45 000 рублей. 

Как указал истец в расчете цены иска (том 2 л.д.73) и не оспаривал в судебном заседании, ФИО3 вернула ему 25 000 рублей. 

При таких обстоятельствах сумма обеспечительного платежа в размере 45 000 рублей, переданная ФИО3, является суммой неосновательного обогащения. В пользу ФИО1 подлежит взысканию 20 000 рублей в счет возврата обеспечительного платежа по Соглашению от 26.01.2016 об уступке прав к договору аренды нежилого помещения от 18.08.2015.

Касаемо требований о взыскании в пользу ФИО1 денежных средств в размере 77274 руб., оплаченных им за изготовление и монтаж рекламного носителя - световой вывески с надписью «

<

данные изъяты>», расположенной над входом в нежилое помещение на 1 этаже здания по адресу 

<

адрес>, номер по плану 11, суд указывает следующее.

Материалами дела подтверждено, что в период осуществления коммерческой деятельности ФИО1 по своей инициативе и за свой счет изготовил световую вывеску, которая впоследствии не была им демонтирована. 

Так, 14.09.2015 между ООО «АртТалеон» и ФИО1 заключили договор №461 на выполнение допечатных, печатных и после печатных работ по изготовлению и монтажу световой вывески «салон интерьера «

<

данные изъяты>», стоимостью 64 974 руб. Стоимость работ по демонтажу, переклейке световой вывески составила 12 300 руб., а всего 77 274 руб. Несение данных расходов подтверждено квитанциями к приходному кассовому ордеру № 126 от 24.09.2015 (том 1 л.д. 16-20). 

Частью 1 ст. 10 ГК РФ предусмотрено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Статьей 15 ГК РФ предусмотрено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Из пояснений истца в ходе рассмотрения заявленных требований следует, что вывеска им приобретена для осуществления самостоятельной коммерческой деятельности, по своей инициативе, вывеска им не демонтировалась в связи с тем, что он изменил намерения относительно совершенной сделки и решил отказаться от продолжения коммерческой деятельности.

Вместе с тем, изготовление вывески произведено самостоятельно, для осуществления собственной предпринимательской деятельности, доказательств передачи световой вывески ответчику ФИО3 суду не представлено. Следовательно, оснований для возложения данных расходов на ответчика и фактическое принуждение к выкупу ее ответчиком у истца - у суда отсутствуют. Данные расходы истца убытками не являются и возмещению за счет ответчика не подлежат. Оснований для удовлетворения исковых требований в данной части не имеется. 

В силу абзаца 7 статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, предусматривающего защиту гражданских прав путем присуждения к исполнению обязанности в натуре, истец не лишен права демонтировать световую вывеску, поскольку право на нее он не утратил. Требования об истребовании имущества из чужого незаконного владения в соответствии со ст. 301 ГК РФ, истцом не заявлялись. 

В остальной части заявленные требования удовлетворению не подлежат. 

Разрешая требования истца о солидарном взыскании заявленных сумм с ФИО3 и ФИО4, суд указывает следующее. 

В период возникновения правоотношений между ИП ФИО1 и ИП ФИО3 последняя состояла в браке с ФИО4 

Согласно п. 2 ст. 45 СК РФ взыскание обращается на общее имущество супругов по общим обязательствам супругов, а также по обязательствам одного из супругов, если судом установлено, что все, полученное по обязательствам одним из супругов, было использовано на нужды семьи.

Таким образом, для возложения на ФИО4 солидарной обязанности по возврату ФИО1 денежных средств в размере 20 000 рублей, возникшее обязательство должно являться общим, то есть, как следует из п. 2 ст. 45 СК РФ, возникнуть по инициативе обоих супругов в интересах семьи, либо являться обязательством одного из супругов, по которому все полученное было использовано на нужды семьи. Вместе с тем, судом установлено, что данные денежные средства не были использованы для нужд семьи ответчиков, а использовались в предпринимательской деятельности одного из супругов, в связи с чем, не являются совместными обязательствами супругов.

Оснований для солидарного взыскания с ФИО4 и ФИО3 денежных средств, использованных ФИО3 в предпринимательской деятельности у суда нет. В иске к ФИО4 надлежит отказать в полном объеме.

По правилам ст. 98 ГПК РФ Стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Согласно ст. 94 ГПК РФ оплаченная истцом государственная пошлина является судебными расходами. 

С учетом объема удовлетворенных исковых требований с ФИО3 в пользу ФИО1 подлежит взысканию государственная пошлина в размере 800 рублей. 

Руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, 

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 20 000 (двадцать тысяч) рублей в счет возврата обеспечительного платежа по Соглашению от 26.01.2016 об уступке прав к договору аренды нежилого помещения от 18.08.2015, в счет возврата государственной пошлины 800 руб. 

Требования в остальной части и требования к ФИО4 оставить без удовлетворения. 

Решение может быть обжаловано сторонами в Омский областной суд в течение одного месяца со дня изготовления решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Куйбышевский районный суд г. Омска.

Судья М.Л. Жидкова

Мотивированное решение составлено ДД.ММ.ГГГГ.