Судья: Спицына О.А.дело № 2-231/2025

дело № 33-2466 44RS0002-01-2024-003194-12

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

« 17 » декабря 2025 года

Судебная коллегия по гражданским делам Костромского областного суда в составе:

председательствующего Демьяновой Н.Н.,

судей Дедюевой М.В., Жукова И.П.

при секретаре Васильевой А.С.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе представителя Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Костромской области на решение Ленинского районного суда г. Костромы от 08 сентября 2025 года, которым удовлетворены исковые требования ФИО1, и постановлено обязать Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Костромской области включить ФИО1 в специальный стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии, периоды работы: в ООО «Астра» с 01 февраля 1994 года по 18 августа 1995 года включительно в должности прораба; в ООО (ЗАО) «СУ-7» с 09 июня 1997 года по 23 августа 1998 года включительно в должности мастера, и с 15 июля 1999 года по 30 июня 2002 года включительно в должности прораба.

Заслушав доклад судьи Жукова И.П., объяснения представителя Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Костромской области ФИО2, поддержавшей апелляционную жалобу, представителя истца ФИО1 по доверенности ФИО3, возражавшего против удовлетворения апелляционной жалобы, судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

ФИО1 обратился в суд с иском к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Костромской области о включении в страховой и специальный стаж по Списку № 2 периодов работы: в ИЧП «Вымпел» с 10 июня по 25 октября 1996 года в качестве прораба строительных работ, в ИЧП «Сапфир» с 28 октября 1996 года по 06 июня 1997 года в качестве прораба, в ПМК-77 (ПМК-9) с 03 января 1992 года по 29 марта 1993 года в должности мастера, в ООО «Астра» с 30 марта 1993 года по 14 апреля 1996 года в должности прораба, в ООО (ЗАО) «СУ-7» с 09 июня 1997 года по 23 августа 1998 года в должности мастера и с 15 июля 1999 года по 30 июня 2002 года в должности старшего прораба; назначить ему досрочную страховую пенсию с даты обращения в пенсионный орган с заявлением о назначении пенсии.

Требования мотивированы тем, что решением пенсионного органа от 20 июня 2024 года ему было отказано в назначении досрочной трудовой пенсии по причине отсутствия специального стажа требуемой продолжительности. Ответчик посчитал, что названные спорные периоды не подлежат включению в специальный стаж ввиду невозможности установления выполнения работы истцом в течение полного рабочего дня, а также отсутствия должности мастера в списке должностей, для которых предусмотрено право на досрочное назначение трудовой пенсии. Сославшись на положения пенсионного законодательства Российской Федерации, действующего в указанные спорные периоды работы и в настоящее время, истец считает отказ в назначении досрочной страховой пенсии незаконным.

В ходе рассмотрения дела представитель истца по доверенности ФИО3 уточнил исковые требования и просил обязать ответчика включить в специальный трудовой стаж ФИО1 следующие периоды его работ: в ООО «Астра» с 01 февраля 1994 года по 18 августа 1995 года включительно в должности прораба; в ООО (ЗАО) «СУ-7» с 09 июня 1997 года по 23 августа 1998 года включительно в должности мастера, и с 15 июля 1999 года по 30 июня 2002 года включительно в должности прораба.

Судом постановлено вышеуказанное решение от 08 сентября 2025 года.

В апелляционной жалобе представитель Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Костромской области ФИО2 просит отменить решение в части. Выражает несогласие с включением в специальный стаж истца периода работы с 15 июля 1999 года по 30 июня 2002 года в должности старшего прораба в ООО (ЗАО) «СУ-7». Указывает, что при принятии решения об отказе ФИО1 в назначении досрочной трудовой пенсии пенсионный орган посчитал, что по спорному периоду работы истца в индивидуальном лицевой счете застрахованного лица не были указаны коды льгот. При этом наименование должности «старший производитель работ» не предусмотрено Списком № 2. Выводы суда о том, что правом на пенсию в связи с особыми условиями труда пользуются рабочие профессии, являющиеся производными от профессий, предусмотренных Списками, несостоятельны. Так, должности «прораб» и «старший прораб» относятся к специалистам, а не к рабочим профессиям. Законодатель предоставил право на льготное обеспечение только прорабам, в то время как старшие прорабы таким правом не обладают. Документально не подтверждено, что в спорные периоды истец полный рабочий день работал в должностях, дающих право на льготное пенсионное обеспечение.

Апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие истца, извещенного надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства.

Проверив законность и обоснованность решения суда в пределах доводов апелляционной жалобы в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ, судебная коллегия не находит оснований для его отмены.

Удовлетворяя требования, суд первой инстанции исходил из того, что материалы дела в совокупности с заключением государственной экспертизы труда содержат достаточно доказательств работы истца по заявленным периодам в должностях мастера, прораба и старшего прораба, подлежащих включению в его специальный стаж для назначения пенсии.

Выводы суда основаны на материалах дела, достаточно мотивированы с приведением положений действующего законодательства, регулирующего спорные правоотношения, оснований для признания их неправильными не имеется.

Поскольку решение суда обжалуется ответчиком только в части включения в специальный стаж истца периода работы с 15 июля 1999 года по 30 июня 2002 года в должности старшего прораба в ООО (ЗАО) «СУ-7», исходя из требований ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ, судебная коллегия проверяет законность судебного акта только в названной части.

При этом суд апелляционной инстанции учитывает, что в соответствии с положениями Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» страховая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного статьей 8 настоящего Федерального закона, при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30 мужчинам по достижении возраста 55 лет, если они проработали на работах с тяжелыми условиями труда не менее 12 лет 6 месяцев и имеют страховой стаж не менее 25 лет. В случае, если указанные лица проработали на перечисленных работах не менее половины установленного срока и имеют требуемую продолжительность страхового стажа, страховая пенсия им назначается с уменьшением возраста, предусмотренного статьей 8 настоящего Федерального закона по состоянию на 31 декабря 2018 года, на один год за каждые 2 года и 6 месяцев такой работы мужчинам (п. 2 ч. 1 ст. 30).

Пенсия назначается ранее достижения возраста, установленного статьей 8 настоящего Федерального закона, при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30, мужчинам по достижении 55 лет, если они проработали не менее 12 лет 6 месяцев в качестве рабочих, мастеров (в том числе старших) непосредственно на лесозаготовках и лесосплаве, включая обслуживание механизмов и оборудования, и имеют страховой стаж не менее 25 лет (п. 7 ч. 1 ст. 30).

С 01 января 2015 года страховая пенсия по старости назначается при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента не ниже 6,6 с последующим ежегодным увеличением на 2,4 до достижения величины индивидуального пенсионного коэффициента 30 (ч. 3 ст. 35).

Периоды работы (деятельности), имевшие место до дня вступления в силу настоящего Федерального закона, засчитываются в стаж на соответствующих видах работ, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, при условии признания указанных периодов в соответствии с законодательством, действовавшим в период выполнения данной работы (деятельности), дающий право на досрочное назначение пенсии (ч. 3 ст. 30).

Периоды работы (деятельности), имевшие место до дня вступления в силу настоящего Федерального закона, могут исчисляться с применением правил исчисления, предусмотренных законодательством, действовавшим при назначении пенсии в период выполнения данной работы (деятельности) (ч. 4 ст. 30).

Согласно пп. "б" п. 1 постановления Правительства Российской Федерации от 16 июля 2014 N 665 "О списках работ, производств, профессий, должностей, специальностей и учреждений (организаций), с учетом которых досрочно назначается страховая пенсия по старости, и правилах исчисления периодов работы (деятельности), дающей право на досрочное пенсионное обеспечение" при определении стажа на соответствующих видах работ в целях досрочного пенсионного обеспечения в соответствии со статьей 30 Федерального закона "О страховых пенсиях" при досрочном назначении страховой пенсии по старости лицам, работавшим на работах с тяжелыми условиями труда, применяются:

Список N 2 производств, цехов, профессий и должностей с тяжелыми условиями труда, работа в которых дает право на государственную пенсию на льготных условиях и в льготных размерах, утвержденный постановлением Совета Министров СССР от 22 августа 1956 года N 1173 "Об утверждении списков производств, цехов, профессий и должностей, работа в которых дает право на государственную пенсию на льготных условиях и в льготных размерах" - для учета периодов выполнения соответствующих работ, имевших место до 1 января 1992 года;

Список N 2 производств, работ, профессий, должностей и показателей с вредными и тяжелыми условиями труда, занятость в которых дает право на пенсию по возрасту (по старости) на льготных условиях, утвержденный постановлением Кабинета Министров СССР от 26 января 1991 года. N 10 "Об утверждении списков производств, работ, профессий, должностей и показателей, дающих право на льготное пенсионное обеспечение" имевших место после 1 января 1992 года.

В указанном списке приведен исчерпывающий перечень наименований работ, профессий, должностей, специальностей и учреждений, работники которых пользуются правом на досрочное назначение страховой (трудовой) пенсии по старости.

Таким образом, при определении права на назначение досрочной страховой пенсии по старости лицам, проработавшим на работах с тяжелыми условиями труда, обязательным основанием является соблюдение требований, содержащихся в Законе N 400-ФЗ и Постановлениях Правительства Российской Федерации, изданных в целях реализации указанного федерального закона.

Согласно пункту 11 Правил подсчета и подтверждения страхового стажа для установления страховых пенсий, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 02 октября 2014 N 1015, документом, подтверждающим периоды работы по трудовому договору, является трудовая книжка установленного образца. При отсутствии трудовой книжки, а также в случае если в трудовой книжке содержатся неправильные и неточные сведения либо отсутствуют записи об отдельных периодах работы, в подтверждение периодов работы принимаются письменные трудовые договоры, оформленные в соответствии с трудовым законодательством, действовавшим на день возникновения соответствующих правоотношений, трудовые книжки колхозников, справки, выдаваемые работодателями или соответствующими государственными (муниципальными) органами, выписки из приказов, лицевые счета и ведомости на выдачу заработной платы.

Аналогичные требования содержались и в Правилах подсчета и подтверждения страхового стажа для установления трудовых пенсий, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 24 июля 2002 года N 555, утративших силу с 01 января 2015 года, в связи вступлением в действие Постановления Правительства от 02 октября 2014 года.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 13 мая 2024 года ФИО1 обратился в пенсионный орган с заявлением о назначении ему досрочной страховой пенсии по старости.

Из трудовой книжки истца видно, что он работал: мастером с 03 января 1992 года по 29 марта 1993 года в ПМК-77, прорабом с 29 марта 1993 года по 15 апреля 1996 года в ТОО фирме «Астра», прорабом строительных работ с 10 июня по 25 октября 1996 года в ИЧП «Вымпел», прорабом с 28 октября 1996 года по 06 июня 1997 года в ИЧП «Сапфир», мастером строительных работ с 09 июня, прорабом с 01 сентября 1998 года, старшим прорабом с 15 июля 1999 года, начальником участка строительно-монтажных работ, заместителем главного инженера с 01 июля 2002 года по 02 февраля 2003 года в ТОО (ЗАО) «СУ-7».

Решением ответчика от 20 июня 2024 года № 67157/24 в установлении досрочной страховой пенсии по старости истцу было отказано по мотиву отсутствия требуемого специального стажа.

При этом пенсионный орган посчитал, что по представленным документам страховой стаж истца составляет более 25 лет, стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости в связи с тяжелыми условиями труда по Списку № 2 составляет 10 месяцев 21 день и соответствует периодам работы: в ЗАО «Строительное управление № 7» в должности мастера монтажных работ и прораба с 24 августа 1998 года по 14 июля 1999 года.

Ответчик не включил в специальный стаж истца периоды работы, включая спорный - в ООО (ЗАО) «СУ-7» с 15 июля 1999 года по 30 июня 2002 года в должности старшего прораба.

Разрешая спор в названной части, суд первой инстанции, оценив представленные в дело доказательства в их совокупности по правилам ст. 67 ГПК РФ, пришел к обоснованным выводам о том, что ФИО1 с 1997 по 2002 года в ООО (ЗАО) «СУ-7» последовательно занимал должности мастера, прораба и старшего прораба, выполняя при этом независимо от должности строительно-монтажные работы, то есть характер его работы, в том числе в спорный период, соответствовал Списку № 2 от 1991 года. При этом, хотя Списком № 2 не предусмотрена должность старшего прораба, но имеется должность прораба – производителя работ, обязанности которого по условиям и виду работ фактически выполнял истец, в связи с чем он так и был поименован в ряде документов.

Доводы апелляционной жалобы приведенных выводов не опровергают.

Действительно, непосредственно Списком N 2 1991 года должность старший производитель работы прямо не поименована.

Однако как самостоятельная должность «старший производитель работ» в принципе не предусмотрена в нормативных документах, а именно: в "Квалификационном справочнике должностей руководителей, специалистов и других служащих" (утв. Постановлением Минтруда России от 21 августа 1998 года N 37), а также в Едином квалификационном справочнике должностей руководителей, специалистов и служащих, раздел "Квалификационные характеристики должностей руководителей и специалистов архитектуры и градостроительной деятельности, утвержденном Приказом Минздравсоцразвития России от 23 апреля 2008 года N 188. В них поименована только должность "производитель работ", должность "старший производитель работ" отсутствует.

Кроме того, как следует из тарифно-квалификационной характеристики по должности производителя работ (включая старшего) (прораба), утвержденной Постановлением Министерства труда Российской Федерации от 10 ноября 1992 года N 30, действовавшего в спорный период, должностные обязанности прораба и старшего прораба, а также требования к знаниям и к квалификации по разрядам оплаты являются по указанным должностям идентичными. Установлена лишь дифференциация требований к квалификации по разрядам оплаты, которая обусловлена различиями в сложности выполняемых работ исходя из ответственности, разнообразия и других факторов, определяющих сложность выполняемых должностных обязанностей (8 и 10 разряд должность именуется производителем работ, 9 и 11 разряд - старшим производителем работ), но должностные обязанности у них одинаковые.

Из заключения государственной экспертизы условий труда от 21 мая 2025 года № 30 следует, что должность старшего прораба предполагает выполнение работником, в том числе и обязанностей прораба.

Согласно приказам, приведенным в таб. 5 заключения, ФИО1 в должности старшего прораба был ответственным лицом за проведение строительства жилых домов, а также за сохранность и состояние строительных объектов.

Кроме того, в представленной документации после назначения истца старшим прорабом он значится в должности производителя работ: акт приемки работ нулевого цикла от 23 ноября 1999 года, акт от 17 апреля 2000 года рабочей комиссии законченного строительством здания, распоряжение Главы самоуправления г. Костромы от 17 марта 2000 года № 124-р о назначении приемочной комиссии по приемке в эксплуатацию 2 очереди жилого дома по адресу: 

<

адрес>, акт от 10 июля 2000 года о приемке лифта по тому же адресу, акт от 26 апреля 2000 года государственной приемочной комиссии по приемке в эксплуатацию жилого дома по адресу: 

<

адрес> (№ по ГП в квартале 

<

адрес>) и другие.

Ежемесячная оплата труда за фактически отработанные дни ФИО1 в период работ в ООО (ЗАО) «СУ-7» с 09 июня 1997 года по 30 июня 2002 года согласно лицевым счетам может служить косвенным подтверждением того, что норма рабочего времени в указанные периоды работ, в основном, вырабатывалась полностью.

В этой связи суд первой инстанции верно указал, что при изложенных обстоятельствах в спорный период работ ФИО1 в должности старшего прораба характер выполняемых работ и условия труда соответствовали характеру, условиям и виду работ, производств, работ, профессий, должностей с тяжелыми условиями труда, занятость в которых дает право на пенсию по возрасту (по старости) на льготных условиях.

Экспертное заключение правомерно принято судом первой инстанции как относимое и допустимое доказательство, выполненное лицом, имеющим необходимую квалификацию, предупрежденным об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения; не доверять ему суд оснований не установил.

Доказательств, опровергающих заключение эксперта, ответчик не привел. Его возражения основаны на иной оценке как самого заключения, так и иных доказательств по делу, что не может повлечь отмену решения.

Довод ответчика о том, что работодатель представлял сведения о работе истца в названный период времени без кода особых условий труда не может быть принят во внимание, так как в материалы дела представлена справка № 400 от 08 мая 2024 года в отношении ЗАО «СУ-7»; акты строительно-монтажных работ по приемке и сдаче объектов недвижимости в периоды август-октябрь 1998 года, январь-апрель 2000 года, февраль 2021 года, январь и марта 2002 года, в которых истец указан в должности производителя работ, прораба строительных работ либо как представитель подрядной организации; сведения из журнала производства строитель работ жилого 

<

адрес> по ГП в квартале по 

<

адрес> за 1999-2000 годы, в котором ФИО1 указан в должности мастера; лицевые счета за 1997 - 2002 годы; сведения о начислении заработной платы, с указанием профессии и должности, периодов отпуска, соответствующие приказы, а также приказы о приеме на работу и увольнении.

При этом отсутствие данных о специальном стаже ФИО1 в спорный период в сведениях индивидуального (персонифицированного) учета, обеспечение достоверности которых является обязанностью работодателя, не может исключать возможности защиты пенсионных прав такого работника.

Так, пунктом 10 Обзора практики рассмотрения судами дел по пенсионным спорам, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26 июня 2024 года, при наличии спора между работником и работодателем о льготном характере работы работника в целях досрочного назначения страховой пенсии по старости работодатель должен доказать направление им достоверных сведений о страховом стаже такого работника исходя из условий его труда и рабочего времени.

В соответствии с ч. 1 ст. 28 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ физические и юридические лица несут ответственность за достоверность сведений, содержащихся в документах, представляемых ими для установления и выплаты страховой пенсии, фиксированной выплаты к страховой пенсии (с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии), а работодатели, кроме того, - за достоверность сведений, представляемых для ведения индивидуального (персонифицированного) учета в системе обязательного пенсионного страхования.

Отсутствие кода льготы в индивидуальном лицевом счете застрахованного лица в период трудовой деятельности истца, включаемого в страховой стаж, связанного с особыми условиями труда, не может повлечь для истца неблагоприятные последствия в виде отказа во включении этих периодов в специальный стаж, поскольку обязанность указывать коды льготного характера труда лежит на работодателе.

При наличии доказательств, подтверждающих работу истца в должности, дающей право на льготное пенсионное обеспечение, на постоянной основе в течение полного рабочего дня судебная коллегия отмечает, что отсутствие в индивидуальных сведениях застрахованного лица кода льготной работы, само по себе не должно препятствовать лицу в реализации его права на пенсионное обеспечение

Занятость работника в особых условиях труда доказана письменными доказательствами, отвечающими требованиям ст. ст. 59, 60 ГПК РФ, требования ФИО1 о включении в специальный стаж периода работы в должности старшего прораба, как периода с особыми условиями труда, дающим право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, подлежит удовлетворению в заявленной части.

Таким образом, апелляционная жалоба не содержит указания на обстоятельства, которые в силу ст. 330 ГПК РФ могли бы привести к отмене решения, поэтому в ее удовлетворении надлежит отказать.

Руководствуясь ст. 328 ГПК РФ, судебная коллегия

о п р е д е л и л а :

Решение Ленинского районного суда г. Костромы от 08 сентября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Костромской области – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в течение трех месяцев со дня вынесения в окончательной форме во Второй кассационный суд общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы через суд первой инстанции.

Председательствующий:

Судьи:

В окончательной форме изготовлено 26 декабря 2025 года.