мотивированное 

решение

 изготовлено 

13 декабря 2024 года

Дело № 2-729/2024 47RS0016-01-2024-000007-26

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

05 декабря 2024 года г. Сосновый Бор

Сосновоборский городской суд Ленинградской области в составе:

председательствующего судьи Алексеева М.А.,

при секретаре Романовой У.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, Управлению Федерального казначейства по Ленинградской области, Главному управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области и Министерству внутренних дел Российской Федерации о возмещении убытков и компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в Сосновоборский городской суд Ленинградской области с иском ФИО2 и ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области в лице УФК по Ленинградской области, в котором просит:

- взыскать с ФИО2 компенсацию морального вреда в сумме 50 000 рублей;

- взыскать с УФК по Ленинградской области компенсацию морального вреда в сумме 500 000 рублей за незаконное привлечение к административной ответствнности;

- взыскать солидарно с ФИО2 и УФК по Ленинградской области убытки, связанные с оплатой услуг защитника по делу об административном правонарушении, в сумме 100 000 рублей;

- взыскать солидарно с ФИО2 и УФК по Ленинградской области расходы по уплате государственной пошлины.

Иск мотивирован тем, что 30 августа 2020 года постановлением по делу № 5-263/2020 мирового судьи судебного участка № 64 по г. Сосновый Бор Ленинградской области ФИО1 был освобожден от административной ответственности по заявлению ФИО2 о, якобы, имевшем место применении к ней со стороны истца физического насилия 07 марта 2020 года в 20 часов 10 минут в коридоре пятого этажа дома № по 

<

адрес>. Административное производство судом было прекращено за отсутствием в действиях ФИО1 состава административного правонарушения.

11 ноября 2020 года решением судьи Сосновоборского городского суда Ленинградской области по делу № 12-127/2020 удовлетворена жалоба ФИО2 на постановление суда первой инстанции, а дело возвращено на новое рассмотрение.

08 июля 2021 года постановлением судьи Третьего кассационного суда общей юрисдикции по делу № 16-1987/2021 решение Сосновоборского городского суда Ленинградской области от 11 ноября 2020 года было отменено, а постановление мирового судьи судебного участка № 64 по г. Сосновый Бор Ленинградской области оставлено без изменения.

ФИО1 считает, что, поскольку 08 июля 2021 года вступил в законную силу судебный акт об освобождении его от административной ответственности, то он имеет право предъявить требования о компенсации морального вреда за действия, совершенные в отношении него ФИО2, посягающие на его личные неимущественные права, а также требования о возмещении убытков, связанных с рассмотрением дела об административном правонарушении. 

Истец указывает, что требования ФИО2 о привлечении его к административной ответственности повлекли его участие в длительной судебной процедуре, связанной с необходимостью посещения многочисленных судебных заседаний и длительным доказыванием своей невиновности, что причинило ему, как лицу, ранее никогда не сталкивавшемуся с такой процедурой, нравственные страдания.

Также ФИО1 в связи с необходимостью защиты своих прав в суде, как лицо, не обладающее необходимыми юридическими познаниями, обратился за помощью к представителю, имеющему высшее юридическое образование и профессиональные навыки по ведению дел в суде. По заключенному договору истцом оплачено представителю 100 000 рублей, который лично участвовал в заседаниях судов всех инстанций, готовил письменные ходатайства, жалобы и иные документы, по итогу приведшие к разрешению дела в пользу истца. Данные расходы ФИО1 относит к своим убыткам.

Дополнительно истец ссылается, что по заявлению ФИО2 на него старшим участковым уполномоченным полиции ФИО3 был составлен административный протокол о совершении административного правонарушения, предусмотренного ст. 6.1.1 КоАП РФ, который явился предметом рассмотрения судов трех инстанций. ФИО1 также считает, что имеет право на компенсацию морального вреда, связанного с незаконным его привлечением к административной ответственности. 

Определением Сосновоборского городского суда Ленинградской области от 13 марта 2024 года по результатам проведения подготовки настоящего гражданского дела к рассмотрению по существу, учитывая неоднозначное указание ответчиков истцом в исковом заявлении, окончательно в качестве соответчиков по делу определены: ФИО2, ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области, УФК по Ленинградской области, Российская Федерация в лице МВД России (л.д. 59).

Протокольным определением Сосновоборского городского суда Ленинградской области от 14 мая 2024 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен старший участковый уполномоченный полиции ФИО3 (л.д. 85). 

В судебное заседание истец ФИО1 не явился, его представителем ФИО4 в суд направлено ходатайство о рассмотрении дела в их отсутствие.

Ответчики: ФИО2, УФК по Ленинградской области, ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области и МВД России в судебное заседание не явились и представителей не направили.

Представителем ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области и МВД России в суд направлены письменные возражения на иск, в которых указано на отсутствие оснований для его удовлетворения. Ответчики считают, что действия должностного лица по составлению протокола по делу об административном правонарушении незаконными не были признаны, а потому сам по себе факт прекращения производства по делу об административном правонарушении в отношении ФИО1 не является достаточным основанием для возмещения убытков и компенсации морального вреда.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ОМВД России по г. Сосновый Бор Ленинградской области в судебное заседание представителя не направило. 

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, старший участковый уполномоченный полиции ФИО3 в судебном заседании оставил разрешение спора на усмотрение суда.

Старший помощник прокурора Архип Т.В. в судебном заседании указала на то, что иск ФИО1 подлежит частичному удовлетворению.

Заслушав объяснения ФИО3, исследовав материалы настоящего дела, а также дела № 5-1/2021, заслушав заключение старшего помощника прокурора Архип Т.В., суд приходит к следующим выводам.

Установлено, что 09 июля 2020 года старшим участковым уполномоченным полиции ФИО3 в отношении ФИО1 составлен протокол АП № об административном правонарушении, предусмотренном ст. 6.1.1 КоАП РФ, по факту совершения 07 марта 2020 года в отношении ФИО2 насильственных действий, причинивших физическую боль.

Поводом для составления данного протокола об административном правонарушении явилось заявление ФИО2 от 07 марта 2020 года.

Исходя из определения Сосновоборского городского суда Ленинградской области от 20 июля 2020 года, несмотря на указание в административном материале на то, что по указанному факту проводилось административное расследование, материалы дела не содержат каких-либо сведений, позволяющих сделать вывод о фактическом проведении административного расследования. В этой связи материалы административного дела были переданы для рассмотрения мировому судье судебного участка № 64 г. Сосновый Бор Ленинградской области. 

Постановлением по делу № 5-263/2020 об административном правонарушении от 20 августа 2020 года мирового судьи судебного участка № 64 Ленинградской области производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном ст. 6.1.1 КоАП РФ прекращено в связи с отсутствием состава административного правонарушения. 

В данном судебном акте отражено, что имеющиеся в материалах дела заключение эксперта и акт судебно - медицинского обследования сами по себе не подтверждают вину ФИО1 в совершении административного правонарушения, предусмотренного ст. 6.1.1 КоАП РФ, при указанных в протоколе об административном правонарушении обстоятельствах. Мировой судья указал, что по данному делу должностным лицом, составившим протокол об административном правонарушении, не представлено достаточных доказательств, c достоверностью подтверждающих причастность ФИО1 в совершении насильственных действий в отношении ФИО2 в виде хватания за правую руку.

Решением Сосновоборского городского суда Ленинградской области от 11 ноября 2020 года по делу № 12-127/2020 постановление года мирового судьи судебного участка № 64 Ленинградской области от 20 августа 2020 года по жалобе ФИО2 отменено, дело возвращено мировому судье на новое рассмотрение.

Постановлением судьи Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 08 июля 2021 года по делу № 16-1987/2021 по жалобе ФИО1 решение Сосновоборского городского суда Ленинградской области от 11 ноября 2020 года отменено, постановление мирового судьи судебного участка № 64 Ленинградской области от 20 августа 2020 года в отношении ФИО1 оставлено без изменения.

В данном постановлении отражено, что протокол - основной процессуальный документ, которым фиксируется факт административного правонарушения, и который является необходимым правовым основанием для привлечения лица к административной ответственности. Составление протокола об административном правонарушении является одним из процессуальных действий в рамках административной процедуры, завершающих формирование доказательственной базы. По делу об административном правонарушении полежит выяснению и должно быть указано в протоколе об административном правонарушении, в том числе, событие административного правонарушения (часть 2 статьи 28.2 КоАП РФ). Как следует из протокола об административном правонарушении АП № таковое заключалось в том, что ФИО1 хватал и сжимал рукой правую руку ФИО2, отчего последняя испытала физическую боль. В ходе рассмотрения дела мировым судьей установлено, что факт совершения указанных в протоколе насильственных действий в отношении потерпевшей ФИО2 ФИО1 не подтверждается представленными по делу доказательствами, в том числе показаниями потерпевшей ФИО2, согласно которым вмененные ФИО1 действия были совершены другим лицом, а ФИО1 хватал ее за левую руку. При таких обстоятельствах, мировой судья, исходя из того, что иные указанные потерпевшей лишь в ходе рассмотрения дела действия ФИО1 не вменены, а суд не праве выходить за рамки предъявленного обвинения, изложенного в протоколе об административном правонарушении, по мнению суда кассационной инстанции, пришел к обоснованному выводу об отсутствии в его действиях состава административного правонарушения.

В рамках рассмотрения дела об административном правонарушении интересы ФИО1 представлял ФИО4, что подтверждается материалами соответствующего дела.

Из договора поручения на оказание юридических услуг от 10 августа 2020 года, заключенного между ФИО1 ФИО4 следует, что поверенный обязывался совершать от имени и за счет доверителя следующие юридические действия: представлять интересы доверителя, как лица, привлекаемого с административной ответственности у мирового судьи судебного участка № 64 по г. Сосновый Бор Ленинградской области. В случае вынесения мировым судьей постановления о привлечении доверителя к административной ответственности обжаловать данное постановление и представлять интересы доверителя при пересмотре дела в Сосновоборском городском суде Ленинградской области. Равно как и при подаче таковой жалобы потерпевшей стороной в Сосновоборский городской суд Ленинградской области в случае освобождения доверителя от административной ответственности также представлять интересы доверителя в данном суде. При вынесении Сосновоборским городским судом решения не в пользу доверителя, обжаловать его в Третий кассационный суд общей юрисдикции (пункт 1).

Согласно пункту 4 договора, вознаграждение по нему составляет 50 000 рублей, в случае ведения дела во всех судебных инстанциях, указанных в пункте 1 договора и 30 000 рублей в случае достижения положительного результата (освобождения доверителя от административной ответственности на стадии рассмотрения дела у мирового судьи или в Сосновоборском городском суде Ленинградской области).

Из акта приема-передачи выполненных работ от 14 декабря 2023 года, подписанного ФИО1 и ФИО4 следует, что его подписание фиксирует полное выполнение взаимных обязательств по договору поручения от 20 августа 2020 года. Также подписанием данного акта указанные лица фиксируют отсутствие у них финансовых и иных претензий друг к другу по тому же договору.

Судебным запросом от 26 августа 2024 года у ФИО1 истребованы сведения и документы, имеющие значение для объективного разрешения спора. 

02 октября 2024 года в суд поступили письменные объяснения ФИО1, из которых следует, что сумма в 100 000 рублей, заявленная в предмете иска, не соответствует договору поручения от 10 августа 2020 года, которым оплата услуг определена в 80 000 рублей, в связи с технической ошибкой при изготовлении искового заявления на бумажном носителе. Сумма вознаграждения составила 80 000 рублей в связи с достижением положительного результата по делу о привлечении к административной ответственности, которую ФИО1 просит взыскать.

Поскольку указанный документ, поименованный как "письменные объяснения" направлен истцом в суд по электронной почте и в нарушение Порядка подачи в федеральные суды общей юрисдикции документов в электронном виде, в том числе в форме электронного документа, утвержденного Приказом Судебного департамента при Верховном Суде РФ от 27 декабря 2016 года № 251, электронной подписью не подписан, в соответствующей части он в качестве изменения предмета иска судом не квалифицирован, а при принятии решения суд исходит из того, что ФИО1 просит взыскать убытки в сумме 100 000 рублей. 

В части требований ФИО1 о компенсации морального вреда суд приходит к следующим выводам.

Права и свободы человека и гражданина признаются и гарантируются согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (статьи 17 и 45 Конституции Российской Федерации).

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации, жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

В силу статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Статьей 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В пунктах 2, 14, 22, 25, 27, 37, 41, 42 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на компенсацию морального вреда, причиненного действиями (бездействием), нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага. Так, например, судом может быть взыскана компенсация морального вреда, причиненного в случае разглашения вопреки воле усыновителей охраняемой законом тайны усыновления (пункт 1 статьи 139 Семейного кодекса Российской Федерации); компенсация морального вреда, причиненного незаконными решениями, действиями (бездействием) органов и лиц, наделенных публичными полномочиями; компенсация морального вреда, причиненного гражданину, в отношении которого осуществлялось административное преследование, но дело было прекращено в связи с отсутствием события или состава административного правонарушения либо ввиду недоказанности обстоятельств, на основании которых были вынесены соответствующие постановление, решение (пункты 1, 2 части 1 статьи 24.5, пункт 4 части 2 статьи 30.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, далее - КоАП РФ).

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 ГК РФ).

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага.

Моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, подлежит компенсации за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования при установлении виновности этих органов власти, их должностных лиц в совершении незаконных действий (бездействии) за исключением случаев, установленных законом.

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц, лицу, в отношении которого дело об административном правонарушении прекращено в связи с отсутствием события (состава) административного правонарушения или ввиду недоказанности обстоятельств, на основании которых были вынесены соответствующие постановление, решение (пункты 1 и 2 части 1 статьи 24.5, пункт 4 части 2 статьи 30.17 КоАП РФ), применяются правила, установленные в статьях 1069, 1070 ГК РФ. Требование о компенсации морального вреда, предъявленное лицом, в отношении которого дело об административном правонарушении прекращено по указанным основаниям, может быть удовлетворено судом при наличии общих условий наступления ответственности за вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов (за исключением случаев, когда компенсация морального вреда может иметь место независимо от вины причинивших его должностных лиц).

Судам следует исходить из того, что моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни.

Согласно части 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Согласно статье 24.1 КоАП РФ, задачами производства по делам об административных правонарушениях являются всестороннее, полное, объективное и своевременное выяснение обстоятельств каждого дела, разрешение его в соответствии с законом, обеспечение исполнения вынесенного постановления, а также выявление причин и условий, способствовавших совершению административных правонарушений.

Статьей 26.1 КоАП РФ установлено, что по делу об административном правонарушении выяснению подлежат: 1) наличие события административного правонарушения; 2) лицо, совершившее противоправные действия (бездействие), за которые настоящим Кодексом или законом субъекта Российской Федерации предусмотрена административная ответственность; 3) виновность лица в совершении административного правонарушения; 4) обстоятельства, смягчающие административную ответственность, и обстоятельства, отягчающие административную ответственность; 5) характер и размер ущерба, причиненного административным правонарушением; 6) обстоятельства, исключающие производство по делу об административном правонарушении; 7) иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела, а также причины и условия совершения административного правонарушения.

Частью 2 статьи 28.2 КоАП РФ установлено, что в протоколе об административном правонарушении указываются дата и место его составления, должность, фамилия и инициалы лица, составившего протокол, сведения о лице, в отношении которого возбуждено дело об административном правонарушении, фамилии, имена, отчества, адреса места жительства свидетелей и потерпевших, если имеются свидетели и потерпевшие, место, время совершения и событие административного правонарушения, статья настоящего Кодекса или закона субъекта Российской Федерации, предусматривающая административную ответственность за данное административное правонарушение, объяснение физического лица или законного представителя юридического лица, в отношении которых возбуждено дело, иные сведения, необходимые для разрешения дела.

Как было указано, основанием для прекращения производства по делу об административном правонарушении, предусмотренном ст. 6.1.1 КоАП РФ, в отношении ФИО1 в связи с отсутствием состава административного правонарушения явились дефекты при составлении должностным лицом протокола об административном правонарушении в отношении названного лица - часть действий, указанных потерпевшей ФИО1 не была вменена, а вмененные действия и указанные в протоколе не были подтверждены представленными должностным лицом доказательствами.

То есть фактически должностным лицом - старшим участковым уполномоченным полиции ФИО3 не были соблюдены требования указанных правовых норм, предъявляющих требования к содержанию протокола об административном правонарушении. Очевидным является то, что данное должностное лицо в силу своих служебных обязанностей не только должно, но и обязано знать административное законодательство в соответствующей области и применять его на практике в строгом соответствии с законом.

Между тем, названные правовые нормы при составлении протокола об административном правонарушении должностным лицом администрации не были учтены, что не свидетельствует о законности его действий и что привело к необоснованному привлечению ФИО1 к административной ответственности.

При принятии решения в данной части суд также исходит из того, что само по себе отсутствие судебного акта, которым бы действия должностного лица (в данном случае ФИО3), были признаны незаконными не свидетельствует о наличии безусловных оснований для отказа в удовлетворении иска о компенсации морального вреда. 

Соответствующие обстоятельства привлечения лица к административной ответственности подлежат оценке судом при рассмотрении иска о компенсации морального вреда, что следует из определения Верховного суда Российской Федерации от 26 марта 2024 года № 16-КГ23-77-К4.

Следовательно, притязания ФИО1 на компенсацию морального вреда, учитывая разъяснения, содержащиеся в пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», являются обоснованными в части требований к Российской Федерации в лице МВД России.

Разрешая вопрос о размере компенсации морального вреда в денежном эквиваленте в пользу истца, суд учитывает обстоятельства неправомерного привлечения его к административной ответственности, а также очевидность того факта, что неправомерное привлечение к административной ответственности влечет возникновение у привлекаемого лица негативных эмоций, соответствующих переживаний в данной части, эмоциональных страданий. 

Установленные в ходе судебного разбирательства обстоятельства настоящего дела в их совокупности, а также необходимость при определении размера компенсации морального вреда руководствоваться принципами разумности и справедливости, имея ввиду, что решение суда о взыскании в пользу истца компенсации морального вреда в своем денежном выражении не должно носить карательного характера, суд приходит к выводу о том, что компенсация в сумме 10 000 рублей для истца будет достаточной.

В удовлетворении требования ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда с ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области и УФК по Ленинградской области суд отказывает, поскольку они надлежащими ответчиками не являются.

Отказывает суд в удовлетворении иска ФИО1 и в части требования о компенсации морального вреда, предъявленного к ФИО2 Так, материалы дела не свидетельствуют о том, что действиями данного ответчика были нарушены личные неимущественные права истца, а само по себе обращение ФИО2 с заявлением в правоохранительные органы не свидетельствует о неправомерности ее действий либо злоупотреблении правами. В данной части требования ФИО1 не мотивированы, сведений о том, что истцу в результате действий ответчика были причинены физические страдания исковое заявление не содержит.

В части требований ФИО1 о взыскании убытков в сумме 100 000 рублей суд приходит к следующим выводам.

Пунктом 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Частью 1 и частью 2 статьи 25.5 КоАП РФ установлено, что для оказания юридической помощи лицу, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, в производстве по делу об административном правонарушении может участвовать защитник, а для оказания юридической помощи потерпевшему - представитель.

В качестве защитника или представителя к участию в производстве по делу об административном правонарушении допускается адвокат или иное лицо.

Согласно части 1 статьи 24.7 КоАП РФ, суммы, израсходованные на оплату труда защитников (представителей) по делам об административных правонарушениях, не входят в состав издержек по делу об административном правонарушении, исходя из этого, они не могут быть взысканы по правилам частей 2, 3 статьи 24.7 КоАП РФ.

В пункте 26 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 марта 2005 года № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» разъяснено, что расходы на оплату труда адвоката или иного лица, участвовавшего в производстве по делу в качестве защитника, не отнесены к издержкам по делу об административном правонарушении. Поскольку в случае отказа в привлечении лица к административной ответственности либо удовлетворения его жалобы на постановление о привлечении к административной ответственности этому лицу причиняется вред в связи с расходами на оплату труда лица, оказывавшего юридическую помощь, эти расходы на основании статей 15, 1069, 1070 ГК РФ могут быть взысканы в пользу этого лица за счет средств соответствующей казны (казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации). 

Постановлением Конституционного Суда РФ от 15 июля 2020 года № 36-П «По делу о проверке конституционности статей 15, 16, части первой статьи 151, статей 1069 и 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, частей 1, 2 и 3 статьи 24.7, статей 28.1 и 28.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, а также статьи 13 Федерального закона "О полиции" в связи с жалобами граждан ФИО5 и ФИО6» признаны статьи 15, 16, 1069 и 1070 ГК Российской Федерации не противоречащими Конституции Российской Федерации, поскольку они по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования не позволяют отказывать в возмещении расходов на оплату услуг защитника и иных расходов, связанных с производством по делу об административном правонарушении, лицам, в отношении которых дела были прекращены на основании пунктов 1 или 2 части 1 статьи 24.5 (отсутствие события или состава административного правонарушения) либо пункта 4 части 2 статьи 30.17 КоАП Российской Федерации (ввиду недоказанности обстоятельств, на основании которых были вынесены соответствующие постановление, решение по результатам рассмотрения жалобы) со ссылкой на недоказанность незаконности действий (бездействия) или наличия вины должностных лиц.

В данном Постановлении сформулирована правовая позиция, согласно которой, возмещение судебных расходов осуществляется той стороне, в пользу которой вынесено решение суда, и на основании того судебного акта, которым спор разрешен по существу. При этом процессуальное законодательство исходит из того, что критерием присуждения судебных расходов является вывод суда о правомерности или неправомерности заявленного истцом требования. Данный вывод, в свою очередь, непосредственно связан с содержащимся в резолютивной части судебного акта выводом о том, подлежит ли иск удовлетворению, поскольку только удовлетворение судом требования подтверждает правомерность принудительной реализации его через суд и влечет восстановление нарушенных прав и свобод, что в силу статей 19 (часть 1) и 46 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации и приводит к необходимости возмещения судебных расходов (определения от 19 октября 2010 года N 1349-О-О, от 21 марта 2013 года N 461-О, от 22 апреля 2014 года N 807-О, от 24 июня 2014 года N 1469-О, от 23 июня 2015 года N 1347-О, от 19 июля 2016 года N 1646-О, от 25 октября 2016 года N 2334-О и др.).

Из права на судебную защиту вытекает общий принцип, в силу которого правосудие нельзя было бы признать отвечающим требованиям равенства и справедливости, если расходы, понесенные в связи с судебным разбирательством, ложились бы на лицо, вынужденное прибегнуть к этим расходам в рамках судебного механизма обеспечения принудительной реализации своих прав, свобод и законных интересов. При этом не исключается дифференциация федеральным законодателем правил распределения судебных расходов, которые могут иметь свою специфику, в частности в зависимости от объективных особенностей конкретных судебных процедур и лежащих в их основе материальных правоотношений (Постановление от 11 июля 2017 года N 20-П). Возмещение судебных расходов обусловливается не самим по себе процессуальным статусом лица, в чью пользу принят судебный акт, разрешивший дело по существу, а вынужденным характером затрат, понесенных лицом (Постановление от 21 января 2019 года N 6-П).

Признание права на присуждение судебных расходов за лицом (стороной), в пользу которого состоялось судебное решение, соответствует также принципу полноты судебной защиты, поскольку призвано восполнить лицу, чьи права нарушены, вновь возникшие и не обусловленные деятельностью самого этого лица потери, которые оно должно было понести для восстановления своих прав в связи с необходимостью совершения действий, сопряженных с возбуждением судебного разбирательства и участием в нем. В контексте взаимоотношений граждан и организаций с государством данный принцип получает дополнительное обоснование в статье 53 Конституции Российской Федерации, обязывающей государство к возмещению вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц. Одновременно в нем проявляется и публично-правовой по своей значимости эффект, заключающийся в создании у участников соответствующих правоотношений стимулов к тому, чтобы не отступать от правомерного поведения, и тем самым - в снижении чрезмерной нагрузки на судебную систему (Постановление от 11 июля 2017 года N 20-П).

Данные правовые позиции в полной мере применимы и к расходам, возникшим у привлекаемого к административной ответственности лица при рассмотрении дела об административном правонарушении, безотносительно к тому, понесены ли они лицом при рассмотрении дела судом или иным органом, и независимо от того, отнесены ли они формально к издержкам по делу об административном правонарушении в силу Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. При этом позиция о возможности дифференциации федеральным законодателем правил распределения расходов в зависимости от объективных особенностей конкретных судебных процедур и лежащих в их основе материальных правоотношений во всяком случае, в силу статей 2 и 18 Конституции Российской Федерации, не означает возможности переложения таких расходов на частных лиц в их правовом споре с государством, если результатом такого спора стало подтверждение правоты частных лиц или, по крайней мере, - в случаях, к которым применима презумпция невиновности, - не подтвердилась правота публичных органов.

Возмещение проигравшей стороной правового спора расходов другой стороны не обусловлено установлением ее виновности в незаконном поведении - критерием наличия оснований для возмещения является итоговое решение, определяющее, в чью пользу данный спор разрешен.

Поэтому в отсутствие в Кодексе Российской Федерации об административных правонарушениях специальных положений о возмещении расходов лицам, в отношении которых дела были прекращены на основании пунктов 1 или 2 части 1 статьи 24.5 либо пункта 4 части 2 статьи 30.17 КоАП Российской Федерации, положения статей 15, 16, 1069 и 1070 ГК Российской Федерации, по сути, восполняют данный правовой пробел, а потому не могут применяться иным образом, чем это вытекает из устоявшегося в правовой системе существа отношений по поводу возмещения такого рода расходов.

При этом в силу правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, согласно которой, по смыслу статьи 53 Конституции Российской Федерации, государство несет обязанность возмещения вреда, связанного с осуществлением государственной деятельности в различных ее сферах, независимо от возложения ответственности на конкретные органы государственной власти или должностных лиц (Постановление от 1 декабря 1997 года N 18-П, Определение от 4 июня 2009 года N 1005-О-О), ни государственные органы, ни должностные лица этих органов не являются стороной такого рода деликтного обязательства. Субъектом, действия (бездействие) которого повлекли соответствующие расходы и, следовательно, несущим в действующей системе правового регулирования гражданско-правовую ответственность, является государство или иное публично-правовое образование, а потому такие расходы возмещаются за счет соответствующей казны.

Таким образом, положения статей 15, 16, 1069 и 1070 ГК Российской Федерации в системе действующего правового регулирования не могут выступать в качестве основания для отказа в возмещении расходов на оплату услуг защитника и иных расходов, связанных с производством по делу об административном правонарушении, лицам, в отношении которых дела были прекращены на основании пунктов 1 или 2 части 1 статьи 24.5 (отсутствие события или состава административного правонарушения) либо пункта 4 части 2 статьи 30.17 КоАП Российской Федерации (ввиду недоказанности обстоятельств, на основании которых были вынесены соответствующие постановление, решение по результатам рассмотрения жалобы) со ссылкой на недоказанность незаконности действий (бездействия) государственных органов или их должностных лиц или наличия вины должностных лиц в незаконном административном преследовании. Иное приводило бы к нарушению баланса частных и публичных интересов, принципа справедливости при привлечении граждан к публичной юридической ответственности и противоречило бы статьям 2, 17, 19, 45, 46 и 53 Конституции Российской Федерации.

Поскольку в отношении ФИО1 производство по делу об административном правонарушении было прекращено на основании пункта 2 части 1 статьи 24.5 КоАП РФ, то есть в связи с отсутствием в его действиях состава административного правонарушения, то истец имеет полное право на возмещение убытков в виде расходов на оплату услуг представителя в рамках дела об административном правонарушении, независимо от наличия вины лица, составившего протокол об административном правонарушении в отношении истца.

Как было указано, цена договора поручения от 10 августа 2020 года составила 80 000 рублей, из которых 50 000 рублей - за ведение дела в судах, а 30 000 рублей фактически явились "гонораром успеха".

Объем выполненной ФИО4 работы подтвержден материалами административного дела, дополнительными письменными объяснениями ФИО1, актом приема-передачи выполненных работ от 14 декабря 2023 года, из которого следует, что истец к представителю претензий не имеет.

Следовательно, с Российской Федерации в лице МВД России в пользу ФИО1 также надлежит взыскать денежные средства в счет возмещения убытков в сумме 50 000 рублей.

30 000 рублей - "гонорар успеха" взысканию в пользу истца не подлежит.

Как указано в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 23 января 2007 года № 1-П, статьи 779, 781 ГК РФ в системе действующего правового регулирования отношений по возмездному оказанию правовых услуг не предполагают удовлетворение требования исполнителя о выплате вознаграждения по договору возмездного оказания услуг, если данное требование обосновывается условием, ставящим размер оплаты услуг в зависимость от решения суда, которое будет принято в будущем.

Исходя из правовой позиции, изложенной в названном постановлении Конституционного Суда Российской Федерации, вознаграждение, выплата которого обусловлена исключительно положительным для заказчика исходом судебного разбирательства (гонорар успеха), не включается в судебные расходы заказчика и не может быть отнесено на процессуального оппонента. 

Аналогичная правовая позиция отражена в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 26 февраля 2015 года № N 309-ЭС14-3167, от 25 мая 2015 года N 302-КГ15-2312, пункте 5 четвертого раздела Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26 июня 2015 года.

Заключив договор, содержащий условие о "гонораре успеха", ФИО1 самостоятельно способствовал увеличению своих убытков, что не может быть вменено в вину ответчику.

Имущественное требование ФИО1 о взыскании убытков подлежит удовлетворению на 50 %, то есть в сумме 50 000 рублей от 100 000 рублей заявленных к взысканию. 

Истцом при подаче иска уплачена государственная пошлина в сумме 3 500 рублей.

На основании статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пользу истца с Российской Федерации в лице МВД России надлежит взыскать расходы по уплате государственной пошлины в сумме 1 900 рублей (300 + 1 600).

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

иск ФИО1 к ФИО2, Управлению Федерального казначейства по Ленинградской области, Главному управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области и Министерству внутренних дел Российской Федерации о возмещении убытков и компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 в счет возмещения убытков денежные средства в сумме 50 000 рублей, компенсацию морального вреда в сумме 10 000 рублей, расходы по уплате государственной пошлины в сумме 1 900 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 отказать.

Решение может быть обжаловано в Ленинградский областной суд в течение месяца со дня принятия его в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Сосновоборский городской суд Ленинградской области.

Судья М.А. Алексеев