78RS0004-01-2023-000984-23

Дело № 2-1/2026 28.01.2026г.

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Зеленогорский районный суд города Санкт-Петербурга в составе председательствующего судьи Заведеевой И.Л.

с участием помощника прокурора Карасева М.О.

при помощнике ФИО1

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к ФИО3 о признании утратившей право пользования жилым помещением, выселении; по иску ФИО3 к ФИО2 о признании договора купли-продажи недействительным, применении последствий недействительности сделки,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в суд с иском к ФИО3 о признании утратившей право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: Санкт-Петербург г.

<

адрес>Ленина 

<

адрес> литер А 

<

адрес>, выселении.

В обоснование заявленных исковых требований истец указывает, что 13.11.2019г. им заключен и удостоверен нотариусом договор купли-продажи с ФИО3, по которому он купил, а ФИО3 продала истцу 22/60 доли в квартире, находящейся по адресу: Санкт-Петербург, 

<

адрес>, литер А, 

<

адрес>.

Указанная доля квартиры была приобретена истцом у ФИО3 за 1 600 000 рублей, которые истец выплатил ФИО3 до подписания договора вне помещения нотариальной конторы.

На момент заключения договора купли-продажи доли квартиры ФИО3 была зарегистрирована и фактически проживала в данной квартире. ФИО3 попросила предоставить ей возможность временно проживать в квартире до того момента, пока она не приобретет другое жилье.

Однако, до настоящего времени ФИО3 злоупотребляет своими правами, никаких мер по приобретению себе иного жилья не предприняла, с регистрационного учета не снялась, квартиру не освободила, от несения расходов по содержанию жилого помещения уклоняется. Более того, стала необоснованно требовать доплатить ей за её долю или заключить с ней договор, предусматривающий её пожизненное проживание, угрожая в ином случае признать ранее заключенный договор недействительным.

Добровольно освободить жилое помещение и сняться с регистрационного учета ФИО3 отказывается.

Наличие регистрации ФИО3 и её фактическое проживание создает истцу препятствия по осуществлению права собственника на указанную квартиру, в частности, права владения, пользования и распоряжения.

Изначально ФИО3 обратилась в суд со встречным иском к ФИО2 о признании договора купли- продажи 22/60 доли квартиры, принадлежащей ей, неисполненным (л.д. 48-55 т.1).

В обоснование заявленных требований ФИО3 ссылается на то, что в период, когда договор был заключен, она получила инсульт и ввиду заболевания находилась в тяжелом физическом и психологическом состоянии, не понимала смысла подписываемых ею документов и их значение.

Заключенный ею договор 

<

адрес>2 недействителен по причине того, что она, подписывая договор у нотариуса, не понимала значение своих действий. Считает, что иск ФИО2 подан за пределами исковой давности. Проживание ФИО3 в квартире по адресу: Санкт-Петербург, 

<

адрес> по сей день свидетельствует об отсутствии практической передачи квартиры и доли в ней, а потому и на этом основании договор купли-продажи 22/60 доли в квартире является недействительным. ФИО3 не могла получить от ФИО2 денежные средства, так как расписка не соответствует требованиям действующего законодательства, указанной ФИО2 выплаты по договору купли-продажи доли у нее не существует.

18.09.2024г. встречные исковые требования в порядке ст.39 ГПК РФ были уточнены и заявлены следующие: признании недействительной и безденежной сделки купли-продажи принадлежащей ФИО3 доли в квартире по адресу: Санкт-Петербург, 

<

адрес>, возврате права собственности на эту долю в указанном жилом помещении то есть осуществить возврат доли квартиры в натуре (л.д.102-110 т.2).

В подтверждение заявленных требований указано, что денежные средства ФИО2 не передавал, он не имел возможности оплаты, так как не имел соответствующего дохода. В реальности ФИО2 обещал содержать ФИО3, обеспечить ее пожизненное проживание в названной квартире, потом обещал оформить все соответствующим образом. Сделка была совершена под влиянием обмана и в соответствии с ч.2 ст.179 ГК РФ может быть признана недействительной.

Встречные исковые требования были вновь уточнены и заявлено требование о расторжении договора купли–продажи и восстановлении права собственности на указанную долю за ФИО3 (л.д.116 т.2).

19.11.2025г. ФИО3 в порядке ст.39 ГПК РФ уточнила заявленные требования, просила признать недействительным договор купли-продажи от 13.11.2019г. и применить последствия недействительности сделки, восстановив право собственности на спорную долю (л.д.153-160 т.3).

В обоснование заявленных требований ФИО3 указывает, что спорная сделка имеет все признаки ст.179 ГК РФ: обман, угрозы, злоупотребление доверием, отсутствие оплаты, уязвимость, подмена вида сделки, несоответствие воли и выраженного волеизъявления, которые в данном случае присутствуют одновременно. Сделка содержит совокупность пороков, предусмотренных ст.ст.166,167,168,177,179 ГК РФ, и подлежит признанию недействительной с применением последствий недействительности сделки-восстановлением права собственности.

Истец ФИО2 в судебное заседание не явился, о дне, времени и месте слушания дела надлежащим образом извещен, доверил представлять свои интересы в суде представителю.

Представитель истца ФИО2, действующий на основании доверенности, в судебное заседание явился, настаивал на удовлетворении первоначального иска, против удовлетворения встречного иска возражал.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явилась, о дне, времени и месте слушания дела надлежащим образом извещена, доверила представлять свои интересы в суде представителю.

Представитель ответчика ФИО3, действующий на основании доверенности, в судебное заседание явился, против удовлетворения первоначального иска возражал, настаивал на удовлетворении встречных исковых требований.

Третье лицо нотариус нотариального округа Санкт-Петербург ФИО7 в судебное заседание не явилась, о дне, времени и месте слушания дела надлежащим образом извещена.

Третье лицо Управление по вопросам миграции ГУ МВД по Санкт-Петербургу и 

<

адрес> в судебное заседание не явилось, о дне, времени и месте слушания дела надлежащим образом извещено.

Суд, изучив материалы дела, выслушав объяснения сторон, заслушав показания свидетеля ФИО8, экспертов ФИО11, ФИО10, заключение прокурора об удовлетворении исковых требований об признании ФИО3 утратившей право пользования жилым помещением и выселении, проанализировав в совокупности все собранные по делу доказательства приходит к следующему.

В соответствии с ч.1 ст.11 ГК РФ суды осуществляют защиту нарушенных или оспоренных гражданских прав.

Согласно ч.1 ст.3 ГПК РФ заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

Условиями предоставления лицу судебной защиты является установление наличия у заявителя принадлежащего ему субъективного материального права и охраняемого законом интереса, и факта его нарушения ответчиком.

Так, задачей гражданского судопроизводства является защита нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, организаций, прав и интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований, других лиц, являющихся субъектами гражданских, трудовых или иных правоотношений.

Защита гражданских прав осуществляется способами, установленными ст. 12 ГК РФ, а также иными способами предусмотренными законами. Также, способ защиты должен соответствовать содержанию нарушенного права и спорного правоотношения, характеру нарушения.

По смыслу указанной правовой нормы, способы защиты подлежат применению в случае, когда имеет место нарушение или оспаривание прав и законных интересов лица, требующего их применения, а нарушено или оспорено может быть только существующее право.

Следовательно, данное право должно существовать и быть нарушено кем-либо из участников правоотношений.

Так, заинтересованность, равно как и нарушение или оспаривание прав и законных интересов, а также возникновение права должно быть доказано заявителем.

Выбор способа защиты нарушенного права осуществляется истцом и должен действительно привести к восстановлению нарушенного материального права или к реальной защите законного интереса.

Согласно п.3, 4 ст.1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В силу п.1 ст.10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (п.5 ст.10 ГК РФ).

Материалами дела доказано, что ФИО2 на праве общей долевой собственности принадлежит жилое помещение- квартира, площадью 85,9 кв.м., кадастровый №, расположенная по адресу: Санкт-Петербург, 

<

адрес>, литер А 

<

адрес>.

Право общей долевой собственности зарегистрировано в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним (л.д.16 т.1).

Основанием для регистрации права собственности послужили: договор купли-продажи долей квартиры (17/60 долей) от 21.04.2022г. (право собственности зарегистрировано 22.04.2022г.); договор купли-продажи долей квартиры (22/60 долей) от 13.11.2019г. (право собственности зарегистрировано 19.11.2019г.); договор купли-продажи долей квартиры (21/60 долей) от 07.10.2019г. (право собственности зарегистрировано 23.10.2019г.) (л.д. 16-17 т.1).

Договор купли–продажи 22/60 долей квартиры между ФИО3 и ФИО2 заключен 13.11.2019г. и удостоверен ФИО9, временно исполняющей обязанности нотариуса нотариального округа Санкт-Петербург ФИО7 (л.д.6-7 т.1).

В п.4 договора указано, что доля квартиры продается за 1 600 000 рублей, которые покупатель выплатил продавцу до подписания настоящего договора вне помещений нотариальной конторы. (л.д.6 т.1).

Из представленной расписки от 10.11.2019г. с датой подписи продавца от 13.11.2019г. следует, что ФИО3 в соответствии с договором купли-продажи доли квартиры получила от ФИО2 1 600 000 рублей. (л.д. 8 т.1).

Согласно п.7 договора продавец передал, а покупатель принял отчуждаемый объект недвижимости. Настоящий договор является актом приема-передачи вышеуказанного объекта недвижимости (л.д.6 т.1).

В п.9 договора стороны подтвердили, что они получили все разъяснения по заключаемой сделке. Никаких изменений и дополнений к изложенным условиям договора стороны не имеют. Настоящий договор прочитан сторонам вслух и содержит весь объем соглашений между ними в отношении предмета настоящего договора, отменяет и делает недействительными все другие обязательства или представления, которые могли быть приняты сторонами, будь то устно или в письменной форме, до заключения настоящего договора. (л.д.6 т.1).

В п.13 договора стороны своими подписями заверили, что они, как участники сделки, понимают разъяснения нотариуса о правовых последствиях совершенной сделки. Условия сделки соответствуют их действительным намерениям (л.д. 6 т.1).

В спорном жилом помещении в момент совершения оспариваемой сделки была зарегистрирована ФИО3 (л.д. 58 т.1).

В силу п.1 ст.163 ГК РФ нотариальное удостоверение сделки означает проверку законности сделки, в том числе наличия у каждой из сторон права на ее совершение, и осуществляется нотариусом или должностным лицом, имеющим право совершать такое нотариальное действие, в порядке, установленном законом о нотариате и нотариальной деятельности.

Согласно п.1 ст.35 Основ законодательства РФ «О нотариате» нотариусы совершают, в том числе, следующее нотариальное действие-удостоверяют сделки.

В соответствии со ст.43 Основ законодательства РФ «О нотариате» при удостоверении сделок выясняется дееспособность граждан и проверяется правоспособность юридических лиц, участвующих в сделках. В случае совершения сделки представителем проверяются его полномочия.

В силу п.2 ст.218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В соответствии с п.2 ст.1 ГК РФ граждане и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых, не противоречащих законодательству условий договора.

Основания возникновения гражданских прав и обязанностей установлены в ст.8 ГК РФ.

В соответствии со ст.153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В пункте 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015г. № «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление Пленума №) разъяснено, что по смыслу ст.153 ГК РФ при решении вопроса о правовой квалификации действий участника (участников) гражданского оборота в качестве сделки для целей применения правил о недействительности сделок следует учитывать, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).

Согласно ст.431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

В пункте 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГг. № «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» разъяснено, что условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в ст.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, другими положениями Гражданского кодекса Российской Федерации, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (ст.ст.3,422 ГК РФ).

При толковании условий договора в силу абзаца 1 ст.431 ГК РФ судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (п.5 ст.10, п.3 ст.307 ГК РФ), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.

Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (п.4 ст.1 ГК РФ). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

Значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (п.1 ст.431 ГК РФ). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование).

Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.

Пунктом 1 ст.549 ГК РФ предусмотрено, что по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (ст.130).

Согласно ст.223 ГК РФ право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором (п.1).

В случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом (п.2).

Согласно п.1 ст.166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (п.1 ст.167 ГК РФ).

Сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения (ст.168 ГК РФ).

Согласно ст.177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина или других лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения (п.1).

Таким образом, основание недействительности сделки, предусмотренное в указанной норме, связано с пороком воли, т.е. таким формированием воли стороны сделки, которое происходит под влиянием обстоятельств, порождающих несоответствие истинной воли такой стороны ее волеизъявлению, вследствие чего сделка, совершенная гражданином, находимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, не может рассматриваться в качестве сделки, совершенной по его воле.

Следовательно, имущество, отчужденное первоначальным собственником, не понимавшим значение своих действий и не способным руководить ими, может быть истребовано у приобретателя.

В силу ч.2 ст.179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

Обман представляет собой умышленное введение другой стороны в заблуждение с целью вступить в сделку. Заинтересованная в совершении сделки сторона преднамеренно создает у потерпевшего, не соответствующие действительности представление о характере сделки, ее условиях, личности участников, предмете, других обстоятельствах, влияющих на его решение. При совершении сделки под влиянием обмана формирование воли потерпевшего происходит не свободно, а вынужденно, под влиянием недобросовестных действий контрагента, заключающихся в умышленном создании у потерпевшего ложного представления об обстоятельствах, имеющих для заключения сделки.

Как разъяснено в п. 99 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015г. № «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.

В соответствии с ч.1 ст.55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Согласно ст.60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Правила о допустимости доказательств имеют императивный характер, в соответствии с которым должно соблюдаться требование о получении информации из определенных законом средств доказывания с соблюдением порядка их собирания. Нарушение этих требований приводит к недопустимости доказательств.

Согласно ч.1 ст.79 ГПК РФ при возникновении в процессе рассмотрения вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу. Доказательством по делу является заключение эксперта, сформулированное на основе проведенной экспертизы.

По утверждению представителя ФИО3, в период совершения оспариваемой сделки последняя страдала заболеваниями, что ставит под сомнение ее возможность понимать значение своих действий и руководить ими в юридически значимый период.

Определением суда от 16.01.2025г. по ходатайству ответчика и истца по встречному иску была назначена комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза, на разрешение которой были поставлены следующие вопросы:

Какие хронические, неврологические, психические, временные или постоянные расстройства, отклонения, слабоумие или иные болезни имеются у ФИО3 в юридически значимый период времени с сентября 2019 года по настоящее время?

Могут ли диагностированные по МРТ от ДД.ММ.ГГГГ (диск обследования прилагается) признаки многоочагового поражения белого вещества головного мозга, дисциркуляторная энцефалопатия, лейкоарайоз, глиоз белого вещества, гидроцифалия и энецолофатия головного мозга и т.д. а также острое воспаление тройничного нерва с применением трамадола, в юридически значимый период времени, влиять на когнитивные функции ФИО3?

Имеются ли у ФИО3 признаки злоупотребления алкоголем, наркотическими веществами, лекарственными веществами в юридически значимый период времени?

Имеются ли у ФИО3 признаки внушаемости, подчиняемой, доверчивости?

Имеются ли у ФИО3 также индивидуальные и психологические особенности или находилась ли она к ноябрю 2019 года в таком психологическом или эмоциональном состоянии, которые могли оказать существенное влияние на смысловое восприятие и оценку существа сделки купли-продажи своего единственного жилья, и которые привели к формированию заблуждения у неё относительно существа или природы этой сделки, и находилась ли она в момент указанной сделки в заблуждении или обмане?

С учетом выявленных индивидуально-психологических особенностей или психического состояния, могла ли ФИО3 понимать и осознавать характер и значение совершаемых в отношении её противоправных мошеннических действий и оказывать сопротивление им в момент их совершения, осознавать последствия действий и руководить ими в юридически значимы период времени?

Имелись ли в юридически значимый период времени у ФИО3 такие жизненные обстоятельства (фрустрация, аффект, стресс, потери, испуг, страх, болезнь, информация о наличии неизлечимого заболевания, психологическое давление третьих лиц и т.д.), которые могли повлиять на порок её воли и её осознание волеизъявление?

Находилась ли ФИО3 в каком-либо конфликтном эмоциональном состоянии (стрессе, фрустрации, аффекте) перед и во время совершения ею действий в юридически значимый период времени и как могло отразиться это состояние на её способности сознательно руководить своими действиями?

Имелись ли в юридически значимый период времени покупатель ФИО2 влияние на ФИО3 (какие-то взаимоотношения с нею; дружба, любовь, интимные отношения, совместное употребление алкогольных напитков) и мог ли он, используя их взаимоотношения оказывать влияние на действия ФИО3 по проводимой сделке?

Склонна ли ФИО3 к фантазированию в части касающееся показаний, даваемых ею правоохранительных органах или суду?

С учетом выявленных психологических особенностей или психологического состояния может ли ФИО3 давать показания и принимать участие в судебном процессе в настоящее время?

Заключением комиссии экспертов от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 67- 77 т.3) установлено: ФИО3 каким-либо психическим расстройством, лишающим ее способности понимать значение своих действий и руководить ими в юридически значимый период, не страдала, у нее обнаруживалось «Органическое астеническое расстройство» (шифр по МКБ-10 F 06.60) (Ответ на вопрос №). Согласно анализу представленных материалов гражданского дела, самоотчета и медицинской документации, у испытуемой, на фоне сопутствующей сосудистой патологии (гипертонической болезни), развилась неврологическая патология в форме цереброваскулярной болезни, наблюдалась церебрастеническая симптоматика (головные боли, головокружение, общая слабость), в 2019 году (по данным МРТ) перенесла острое нарушение мозгового кровообращения. На период предшествующий и на момент юридически значимых действий грубых когнитивных, эмоционально волевых нарушений, нарушения критико-прогностических способностей у ФИО3 не описано. На консультацию к врачу психиатру она не направлялась, врачом-психиатром в течении жизни не наблюдалась, за психиатрической помощью не обращалась, в психиатрический стационар не госпитализировалась. В последующем, в 2021 году повторно перенесла острое нарушение мозгового кровообращения, в 2023 году закрытую черепно-мозговую травму (сотрясение головного мозга), после которых субъективно отмечала снижение памяти, наблюдалась эмоциональная лабильность, астенизация, диагностировались «умеренные когнитивные нарушения»; при консультации психиатром в 2024 году диагностировалось вышеуказанное расстройство (органическое лабильное расстройство). При настоящем клиническом исследовании, с учетом психологического, у испытуемой обнаруживаются не грубые интеллектуально-местические нарушения, элементы конкретного мышления, неустойчивость внимания, без психопродуктивной симптоматики. Данных об употреблении испытуемой алкоголя, наркотических средств, лекарственных препаратов, с формированием зависимости, по представленным материалам дела, данным самоотчета, медицинской документации и при настоящем клиническом исследовании не получено, алкоголизмом, наркоманией, зависимостью от лекарственных препаратов ФИО3 не страдает (ответ на вопрос №) Вопрос № носит гипотетический характер и судебно-психиатрической экспертизе не подлежит. Эксперт-психолог ФИО11 отразила в заключении, что среди индивидуально-психологических особенностей ФИО3 склонности к повышенной внушаемости, подчинённости и доверчивости не выявлено (ответ на вопрос №). У ФИО3 выявлены следующие индивидуально-психологические особенности: общительность, легкость установления межличностных контактов, при их некоторой морально-этической неразборчивости, стремление к вниманию и оценке окружающих, демонстративность, некоторая поверхностность и эгоцентричность сужений, легкость возникновения различных планов, реализация которых, однако всегда устойчива в виду эмоциональной поверхностности испытуемой. Зависимость продуктивности деятельности от её эмоциональной и внешней привлекательности, представление в процессе принятия решений эффективно полярных оценок и суждений. Высокая самооценка (т.е. высокая оценка себя и своих возможностей) недостаточная реалистичность и недостаточная практичность при решении затруднений, склонность к вытеснению и игнорированию отрицательной для себя информации. В ситуации фрустрации наблюдается внешне обвинительная направленность при интерпретации причин жизненных затруднений (т.е. источник собственных неудач видится в недоброжелательности окружающих или иных внешних факторах), стремление выдвигать благовидные объяснения своему отклоняющемуся поведению, невысокая степень принятия собственной ответственности за происходящее с ней. Выявленные индивидуально-психологические особенности не достигают патохарактерологической степени выраженности. Психологический анализ материалов гражданского дела и медицинских документов показал, что на юридически значимый период ДД.ММ.ГГГГ при заключении договора купли-продажи у ФИО3 не выявилось каких-либо значимых нарушений когнитивной, интеллектуальной и личностной сфер, а также выраженных эмоциональных переживаний, снижения критико-прогностических способностей, признаков формирования заблуждения относительно существа сделки., которые бы существенно ограничили способность ФИО3 к смысловой оценке и волевой регуляции своих действий. На это указывает сохранность абстрактно-логических процессов, отсутствие признаков интеллектуального снижения, достаточность критико-прогностических способностей. Согласно самоотчёту ФИО3 жизненные обстоятельства в период, предшествующий юридически значимым событиям, субъективно оценивался как тяжелый. Вместе с тем, не выявлено объективных признаков, что указанные обстоятельства оказывали существенное влияние на способность понимать и руководить своими действиями (ответ на вопросы №,7,8). Вопрос относительно понимания характера и значения совершаемых в отношении неё противоправных мошеннических и возможности оказывать сопротивление им в момента их совершения правомерен в отношении потерпевших лиц в рамках уголовного судопроизводства (ответ на вопрос 6). Вопрос № сформулирован методологически некорректно и экспертной оценки не подлежит. Оценка склонности к фантазированию в части, касающееся показаний, даваемых в правоохранительных органах или суду, не входит в компетенцию медицинского психолога (ответ на вопрос 10) ФИО3, с учетом индивидуально-психологических особенностей может давать показания и принимать участие в судебном процессе в настоящее время. Об этом свидетельствует отсутствие значимых нарушений со стороны когнитивных функций, сохранность уровня интеллекта, отсутствие эмоционально-волевых нарушений в структуре личности (ответ на вопрос №).

По ходатайству представителя ответчика суд заслушал экспертов, проводивших исследования и подписавших экспертное заключение, ФИО11 и ФИО10

Эксперты подтвердили достоверность и обоснованность выводов, пояснив, что технические ошибки, на которые ссылается сторона ответчика, не влияют на обоснованность выводов и не ставят под сомнение законность экспертного заключения.

При проведении экспертизы использовались методы: клинический (сбор и анализ анамнеза, катамнеза), клинико-психопатологический (освидетельствование, описание психического состояния, анализ психопатологических расстройств), в сочетании с клинической оценкой соматического и неврологического состояния, а также анализом данных экспериментально-психологических методов исследования.

В соответствии с положениями ст.86 ГК РФ экспертное заключение является важным видом доказательств по делу, поскольку оно отличается использованием специальных познаний и научными методами исследования.

Ответчиком заявлено ходатайство о проведении повторной судебной психолого-психиатрической комплексной экспертизы.

В соответствии со ст.87 ГПК РФ в связи с возникшими сомнениями в правильности и обоснованности ранее данного заключения, суд может назначить по тем же вопросам повторную экспертизу, проведение которой поручается другим экспертам.

Повторная экспертиза назначается тогда, когда у суда возникают серьезные сомнения в научной точности выводов, содержащихся в экспертном заключении, слабой аргументации этих выводов, наличии противоречий в заключениях различных экспертов, в случае отсутствия необходимой квалификации эксперта, нарушения требований ГПК РФ, Федеральной закона от ДД.ММ.ГГГГ №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности», иных нормативно-правовых актов.

Суд считает, что оснований не доверять выводам, изложенным в приведенном заключении, не имеется; оно отвечает принципам относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательств; заключение экспертов выполнено в соответствии с требованиями ст.86 ГПК РФ, судебная экспертиза проведена в порядке, установленном ст.84 ГПК РФ.

Заключение составлено специалистами, имеющими профильное образование, длительный стаж работы по специальности судебно-психиатрическая экспертиза. Экспертами соблюдены требования Федерального закона от 31.05.2001г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», эксперты в установленном порядке предупреждены об уголовной ответственности. Оснований не доверять представленному заключению не имеется.

Также в распоряжение экспертов был предоставлен значительный объем медицинской документации.

Ходатайств о вызове иных участников экспертной комиссии у сторон не имелось.

Экспертное заключение не опорочено доказательствами со стороны ответчика. Дополнительных доказательств, которые не были исследованы экспертами, представлено не было.

Оснований для назначения повторной судебной психолого-психиатрической комплексной экспертизы не имеется.

В доказательство недопустимости представленной истцом расписки от 10.11.2019г. (с датой подписи продавца от 13.11.2019г.) представитель ответчика предъявил суду расписку от 10.11.2019г. (л. д. 117 т.2).

Истец ФИО2 заявил суду, что ранее никогда не видел данную расписку; не вручал её ответчику; подпись и рукописный текст в расписке выполнены не им.

В связи с этим по ходатайству ФИО2 определением суда от 19.11.2025г. была назначена судебная почерковедческая экспертиза, на разрешение которой были поставлены следующие вопросы:

1. Кем, ФИО2, или другим лицом выполнен рукописный текст и подпись на расписке от 10.11.2019г. (л. д.117 т.2), предоставленной ответчиком в подтверждение получения денежных средств ФИО2 от ФИО3?

Производство экспертизы было поручено экспертам ООО «Северо-Западный региональный центр экспертиз» (л.д.189-191 т.3).

Из экспертного заключения следует, что рукописная запись расшифровки подписи «ФИО2» на расписке, подтверждающей получение денежных средств ФИО2 от ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГг. (л.д. 117 т.2 ) выполнена не ФИО2, а другим лицом.

Подпись от имени ФИО2 на расписке, подтверждающей получение денежных средств ФИО2 от ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГг. выполнена не ФИО2, а другим лицом с подражанием подписям ФИО2

Суд, оценив заключение судебной почерковедческой экспертизы, приходит к выводу, что оно отвечает всем требованиям, предъявляемым ст.ст. 67,79 ГПК РФ к доказательствам, квалификация эксперта подтверждена, стаж экспертной работы-46 лет, эксперт предупрежден об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ, в связи с чем, не имеется оснований не доверять экспертному заключению.

При таких обстоятельствах суд не может признать расписку от 10.11.2019г. (л.д. 117 т.2), предъявленную стороной ответчика, допустимым доказательством.

Согласно ст.550 ГК РФ договор продажи недвижимости заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами (п.2 ст.434).

Переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации (п.1 ст.551 ГК РФ).

В силу п.1 ст.555 ГК РФ договор продажи недвижимости должен предусматривать цену этого имущества.

Согласно п.4 оспариваемого договора покупатель (ФИО2) выплатил продавцу (ФИО3) сумму 1 600 000 рублей до подписания договора вне помещения нотариальной конторы.

Таким образом, с учетом положений ст.431 ГК РФ, подписав указанный договор лично, истец подтвердил факт оплаты ему стоимости и, соответственно, надлежащего исполнения покупателем обязательств по договору купли-продажи.

При этом довод истца по встречному иску о том, что от покупателя требуется предоставление иных доказательств, кроме подписанного продавцом лично договора купли-продажи, содержащего подтверждение продавца факта получения денежных средств, нормами действующего законодательства не мотивирован.

Делая ссылку на ст.556 ГК РФ и указывая, что данной нормой предусмотрено, что передача недвижимости от продавца к покупателю осуществляется только по специальному передаточному акту, представитель ФИО3 не полно приводит требования закона.

Так, согласно п.1 ст.556 ГК РФ передача недвижимости продавцом и принятие ее покупателем осуществляются по подписываемому сторонами передаточному акту или иному документу о передаче.

Таким образом, законодатель предусматривает, что передача недвижимости осуществляется не только по передаточному акту, но может быть осуществлена и по иному документу о передаче.

В соответствии с п.7 оспариваемого договора продавец передал, а покупатель принял отчуждаемый объект недвижимости, и договор является актом приема-передачи вышеуказанного объекта недвижимости.

Кроме того, предметом договора являлась не отдельная комната в квартире, а доля в праве собственности на всю оспариваемую квартиру. Более того, на момент совершения оспариваемой сделки ФИО2 уже являлся сособственником оспариваемого жилого помещения и необходимости в составлении отдельного передаточного акта не было.

При этом следует учитывать, что отсутствие акта приема-передачи квартиры не влечет для продавца такой ущерб, что он в значительной степени лишается того, на что был вправе рассчитывать при заключении договора.

К показаниям свидетеля ФИО8, допрошенной по ходатайству ФИО3, относительно характера оспариваемой сделки, суд относится критически, поскольку она состоит в близких дружеских отношениях с ФИО3, что создаёт потенциальный конфликт интересов; сведения об обстоятельствах дела последняя получила исключительно со слов ФИО3

Истцом ФИО2 заявлено ходатайство о применении срока исковой давности.

В соответствии с ч.2 ст.181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий её недействительности составляет один год.

В соответствии со ст.196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст.200 ГК РФ.

Если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (п.1 ст.200 ГК РФ).

13.11.2019г. ФИО3 лично присутствовала при заключении оспариваемого договора, который совершался в нотариальной форме с участием нотариуса. При заключении договора сторонам сделки (истцу и ответчику) были разъяснены все существенные условия сделки, договор был зачитан вслух нотариусом. ФИО3 никаких изменений и дополнений к изложенным условиям договора не подавала.

В п.13 оспариваемого договора отражено, что ответчик (ФИО3), как участник сделки, понимает разъяснения нотариуса о правовых последствиях совершаемой сделки, условия сделки соответствуют ее намерениям.

Согласно п.4 оспариваемого договора покупатель (ФИО2) выплатил продавцу (ФИО3) сумму 1 600 000 рублей до подписания договора вне помещения нотариальной конторы.

В соответствии с п.7 оспариваемого договора продавец передал, а покупатель принял отчуждаемый объект недвижимости, и договор является актом приема-передачи вышеуказанного объекта недвижимости.

Таким образом, в день заключения оспариваемого договора-ДД.ММ.ГГГГ, договор был исполнен сторонами в полном объеме. ФИО3 понимала суть совершаемой сделки, ей нотариусом были разъяснены правовые последствия сделки, была дееспособна. В случае нарушения ФИО2 условий об оплате, на чем настаивал ответчик, ФИО3 имела возможность принять меры по защите предполагаемого ею нарушения ее права, уважительные причины, препятствующие своевременному обращения за защитой прав в суд, отсутствуют.

Суд полагает возможным применить положение о сроке исковой давности к исковым требования ФИО3, заявленным во встречном иске.

Истечение срока исковой давности, о примени которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (ст.199 п.2 ГК РФ).

ФИО3 заявлено о применении срока исковой давности к исковым требованиям ФИО2 о признании ее утратившей право пользования жилым помещением и выселении.

В силу ст.304 ГК РФ собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

В соответствии со ст.208 ГК РФ, разъяснениями п.49 постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 29.04.2010г. № «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» исковая давность не распространяется на требования собственника или иного владельца об устранении всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения не были соединены с лишением владения.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в Определении от 25.02.2010г. №-О-О, взаимосвязанные положения абз.5 ст.208 ГК РФ, содержащие перечень требований, на который не распространяется установленный ст.196 ГК РФ общий трехлетний срок исковой давности, и ст.ст.304 и 305 ГК РФ направлены на устранение длящихся нарушений прав собственника или иного владельца, не связанных с лишением владения, и в качестве таковых служат реализации предписаний ч.3 ст.17, ст.35, ст.46 и ч.3 ст.55 Конституции РФ.

Поскольку возникшие между сторонами жилищные правоотношения носят длящийся характер, срок исковой давности к данным правоотношениям не применяется.

В силу положений ст.56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте п.3 ст.123 Конституции РФ и ст.12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии со ст.67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (ст.67 ч.3 ГПК РФ).

Оценив доказательства по правилам ст.67 ГПК РФ, суд приходит к выводу, что ФИО3 пропущен срок исковой давности; не представлено относимых, допустимых доказательств, с бесспорностью свидетельствующих о том, что спорная сделка ею совершена под влиянием обмана со стороны ФИО2, а также то, что ее состояние здоровья не позволяло ей понимать значение своих действий и руководить ими в юридически значимый период.

На основании вышеизложенного, исковые требования ФИО3 к ФИО2 о признании договора купли-продажи недействительным, применении последствий недействительности сделки удовлетворению не подлежат.

В силу п.2 ст.209 ГК РФ собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Судом установлено, что ФИО3 законных оснований для пользования спорным жилым помещением не имеет.

Наличие регистрации ответчика по данному адресу нарушает права истца как собственника, в том числе право распоряжения своей собственностью при наличии данного обременения.

Согласно п.1 ст.35 ЖК РФ в случае прекращения права пользования жилым помещением Ответчик обязан освободить жилое помещение (прекратить им пользоваться).

Согласно ст.304 ГК РФ собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

ФИО3 утратила право пользования и подлежит выселению из жилого помещения по адресу: Санкт-Петербург г.

<

адрес>Ленина 

<

адрес> литер А 

<

адрес>.

На основании вышеизложенного, исковые требования ФИО2 к ФИО3 о признании утратившей право пользования жилым помещением, выселении подлежат удовлетворению.

Руководствуясь ст.ст.12,56,57,194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

ФИО3 признать утратившей право пользования и выселить из жилого помещения по адресу: Санкт-Петербург г.

<

адрес>Ленина 

<

адрес> литер А 

<

адрес>.

В иске ФИО3 к ФИО2 о признании договора купли-продажи недействительным, применении последствий недействительности сделки отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Санкт-Петербургский городской суд в течении одного месяца с момента изготовления решения в окончательной форме.

Судья

В порядке ст.199 ГПК РФ решение изготовлено 29.01.2026г.

Судья