Дело № 2-1355/20

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

15 октября 2020 года г. Симферополь

Центральный районный суд города Симферополя Республики Крым в составе:

Председательствующего судьи – Федоренко Э.Р., 

при секретаре – Кунице Е.В.,

с участием представителя истца – ФИО7, 

представителя ответчиков – ФИО8, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4 о разделе совместно нажитого имущества супругов, признании сделок недействительными, третье лицо – Государственный комитет по государственной регистрации и кадастру Республики Крым,

У с т а н о в и л :

27.04.2020 года ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к ФИО2, ФИО3, ФИО4 о разделе совместно нажитого имущества супругов, признании сделок недействительными. Мотивировала исковые требования тем, что с 15.08.2014 года она находилась в зарегистрированном браке с ответчиком, решением мирового судьи судебного участка № 21 Центрального судебного района г. Симферополя от 23.05.2019 года по делу № брак между ними был расторгнут. Раздел имущества между сторонами не осуществлялся, брачный договор не заключался, соглашение о разделе совместно нажитого имущества между сторонами не достигнуто. В период брака супругами был построен жилой дом, общей площадью 496,7 кв.м, расположенный по адресу: 

<

адрес>. Согласно Выписке из ЕГРН годом завершения строительства данного дома является 2017 год. Титульным владельцем жилого дома указан ответчик. Строительство дома в период брака подтверждается многочисленными документами, такими как договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, счетом на оплату, договором на выполнение работ, актом сдачи-приемки работ, расходными накладными, товарными чеками. Жилой дом расположен на земельном участке, общей площадью 600 кв.м, право собственности на который у ответчика возникло до заключения брака, на основании договора купли-продажи земельного участка от 12.12.2013 года. Согласно п.1 Договора, ответчик купил земельный участок без каких-либо строений на нем, то есть свободен от застройки. Получив Выписку из Единого государственного реестра недвижимости на спорный жилой дом, выяснилось, что его собственником в настоящее время является ФИО4 Истцу стало известно о том, что спорный жилой дом дважды за год отчуждался. В частности, выяснилось, что ответчик ФИО2 передал свои права на дом своей матери ФИО3, о чем в реестр недвижимости внесена регистрационная запись от 30.04.2019 года; ФИО3 передала свои права на дом ФИО4, о чем в реестр недвижимости внесена запись от 26.06.2019 года. Передача спорного жилого дома в собственность ФИО3 была произведена без согласия супруги в период брака. Абзацем 2 пункта 3 ст. 35 Семейного кодекса РФ предусмотрено, что супруг, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение указанной сделки не было получено, вправе требовать признания сделки недействительной в судебном порядке в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки. ФИО1 согласия на отчуждение жилого дома не давала, о сделках по переходу прав узнала, заказав Выписку из ЕГРН о переходе прав на объект недвижимости 09.04.2020 года. Истец считает, что отчуждение принадлежащего ответчику на праве собственности жилого дома без ее согласия и не выплата причитающейся ей ? стоимости отчужденной недвижимости, противоречит действующему законодательству и нарушает ее права. Учитывая изложенное, просит признать жилой дом по адресу: 

<

адрес> общим совместным имуществом супругов, определив доли сторон в совместно нажитом имуществе равными; выделить ей супружескую долю на жилой дом в денежном выражении в размере ? доли рыночной стоимости; взыскать с ответчика компенсацию стоимости ? доли жилого дома в размере 4 793 811,5 руб.; признать недействительной сделку в отношении спорного жилого дома, заключенную между ФИО2 и ФИО3; признать недействительной сделку в отношении спорного жилого дома, заключенную между ФИО3 и ФИО4

В судебном заседании представитель истца настаивал на удовлетворении исковых требований. Просил учесть, что Декларация о начале строительных работ в отношении спорного жилого дома была зарегистрирована в 2015 году. Согласно Регламенту о получении разрешения на строительство, необходимо получить технические условия и градостроительный план. Если бы строительство дома было завершено в 2014 году, то ответчик бы воспользовался процедурой проектом «Дачная амнистия». Таким образом, в 2014 году дома еще не существовало. Кроме того, при первичной регистрации права собственности за ФИО2 было указано, что строительство дома завершено в 2017 году. Впоследствии, после 2-х кратного отчуждения жилого дома правообладателем ФИО4, а не ответчиком ФИО2, в реестр недвижимости были внесены сведения о завершении строительства жилого дома в 2014 году. В ходе рассмотрения дела ответчиком представлен в дело технический паспорт на жилой дом, изготовленный ФЛП ФИО9 Считает данное доказательство подложным, так как он был изготовлен значительно позже указанной в нем даты, поскольку технический паспорт противоречит полученной самим ответчиком в отношении данного объекта недвижимости зарегистрированной декларации о начале выполнения строительных работ 25.05.2015 года, что свидетельствует о том, что до 25.05.2015 года строительство спорного объекта не было начато.

Представитель ответчика ФИО2, действующий также в интересах ФИО3, и ФИО4, в судебном заседании возражал против исковых требований в полном объеме. Пояснил, что сразу же после покупки земельного участка в 2013 году ФИО2 приступил к строительству жилого дома. В настоящее время в ЕГРН внесены сведения о завершении года строительства жилого дома – 2014 год. Указанные сведения в настоящее время не оспорены, в связи с чем являются достоверными. Сам по себе факт регистрации декларации о начале строительных работ в 2015 году не подтверждает, что фактически строительство дома не было завершено к этому времени. Это был один из вариантов узаконения строительства и получения права собственности на жилой дом. Сам по себе указанный документ не устанавливает время, когда был возведен объект недвижимости. Технический паспорт подтверждает окончание строительства жилого дома в 2014 году. Несоответствие площади жилого дома в техническом паспорте с площадью жилого дома, содержащейся в ЕГРН, объясняется тем, что в украинский период площадь мансардного этажа не учитывалась. Таким образом, поскольку жилой дом был построен до брака с истицей, он не является общей совместной собственностью супругов и разделу не подлежит. Соответственно, ответчик не должен был получать согласие супруги на отчуждение данного имущества. Кроме того, признание сделок недействительными не повлечет для истца никаких юридических последствий, поскольку она просит взыскать компенсацию стоимости ? доли дома. Учитывая изложенное, просил отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Представитель третьего лица в судебное заседание не явился, подал заявление о рассмотрении дела в его отсутствие (т.2 л.д.128-130).

В силу ст.167 ГПК РФ суд рассматривает дело при имеющейся явке. 

Выслушав представителей сторон, исследовав материалы дела, суд приходит к выводу о следующем. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации имущество, нажитое супругами в период брака, является их совместной собственностью.

К имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства (п. 2 ст. 34 СК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации раздел общего имущества супругов может быть произведен как в период брака, так и после его расторжения по требованию любого из супругов, а также в случае заявления кредитором требования о разделе общего имущества супругов для обращения взыскания на долю одного из супругов в общем имуществе супругов.

В пункте 3 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации указано, что в случае спора раздел общего имущества супругов, а также определение долей супругов в этом имуществе производятся в судебном порядке.

При разделе общего имущества супругов суд по требованию супругов определяет, какое имущество подлежит передаче каждому из супругов. В случае, если одному из супругов передается имущество, стоимость которого превышает причитающуюся ему долю, другому супругу может быть присуждена соответствующая денежная или иная компенсация.

В соответствии с пунктом 1 статьи 39 Семейного кодекса Российской Федерации при разделе общего имущества супругов и определении долей в этом имуществе доли супругов признаются равными, если иное не предусмотрено договором между супругами.

В силу части первой статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Судом установлено, что стороны ФИО1 и ФИО2 состояли в браке с 15.08.2014 года (т.1 л.д.11).

Решением мирового судьи судебного участка № 21 Центрального судебного района г. Симферополя (Центральный район городского округа Симферополя) от 23.05.2019 года брак между ФИО1 и ФИО2 расторгнут (т.1 л.д.13).

В период брака сторон на имя ответчика ФИО2 приобретено имущество: жилой дом, площадью 469,7 кв.м, расположенный по адресу: 

<

адрес>, кадастровый № (т.1 л.д.23-25). 

По данным ЕГРН право собственности за ФИО2 на жилой дом зарегистрировано 11.08.2017 г. 

18.04.2019 года ФИО2 заключил с ФИО3 договор дарения, согласно которому подарил ФИО3 жилой дом, площадью 469,7 кв.м, с кадастровым номером 90:22:010313:2358, и земельный участок, площадью 600 кв.м, с кадастровым номером 90:22:010313:1568, расположенные по адресу: 

<

адрес> (т.1 л.д.147-149).

14.06.2019 года ФИО3 заключила с ФИО4 договор купли-продажи, согласно которому продала ФИО4 целый жилой дом, площадью 469,7 кв.м, с кадастровым номером 90:22:010313:2358, и земельный участок, площадью 600 кв.м, с кадастровым номером 90:22:010313:1568, расположенные по адресу: 

<

адрес> (т.1 л.д.159-161).

Таким образом, в настоящее время собственником спорного жилого дома является ФИО4, что подтверждается данными ЕГРН (т.1 л.д.90-95).

В силу пункта 1 статьи 36 Семейного кодекса РФ имущество, принадлежавшее каждому из супругов до вступления в брак, является его собственностью.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце 4 пункта 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 ноября 1998 г. № 15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дела о расторжении брака» (в редакции от 6 февраля 2007 г.), не является общим совместным имущество, приобретенное хотя и во время брака, но на личные средства одного из супругов, принадлежавшие ему до вступления в брак, полученное в дар или в порядке наследования, а также вещи индивидуального пользования, за исключением драгоценностей и других предметов роскоши.

Ответчик утверждает, что строительство спорного жилого дома на момент заключения брака с истицей уже было окончено, в связи с чем этот дом не может являться общей совместной собственностью супругов.

Так, из материалов дела следует, что спорный жилой дом построен на земельном участке, площадью 0,06 га (600 кв.м), приобретенном ответчиком ФИО2 на основании договора купли-продажи земельного участка от 12.12.2013 года, расположенном по адресу: 

<

адрес>, в районе 

<

адрес> – 

<

адрес> – 

<

адрес>, поз.по ГП-12, без каких-либо строений на нем (т.1 л.д.119-122).

Согласно техническому паспорту на усадебный (индивидуальный) жилой дом, по адресу: в районе 

<

адрес> – 

<

адрес> – 

<

адрес>, поз.по ГП-12, по состоянию на 05.03.2014 года площадь жилого дома литер составляет 398,2 кв.м (т.2 л.д.1-8).

Технический паспорт изготовлен физическим лицом – предпринимателем ФИО9, о чем на паспорте имеется соответствующая отметка.

Представитель истца считает данный технический паспорт подложным, указывает о том, что он был изготовлен значительно позже указанной в нем даты, поскольку он противоречит полученной самим ответчиком в отношении данного объекта недвижимости зарегистрированной декларации о начале выполнения строительных работ 25.05.2015 года. 

Давая оценку состоятельности таких доводов представителя истца, суд учитывает следующее.

Согласно отметке, имеющейся на техническом паспорте на спорный жилой дом, паспорт изготовлен по состоянию на 05.03.2014 года (т.2 л.д.1).

По смыслу статьи 9 Федерального конституционного закона от 21.03.2014 № 6-ФКЗ «О принятии в Российскую Федерацию Республики Крым и образовании в составе Российской Федерации новых субъектов - Республики Крым и города федерального значения Севастополя» (далее - Закон № 6-ФКЗ), к спорным правоотношениям, возникшим до 18.03.2014, подлежат применению нормы материального права Украины, действующие на момент возникновения данных правоотношений.

Порядок проведения технической инвентаризации объектов недвижимого имущества всех форм собственности на территории Украины был определен Инструкцией о порядке проведения технической инвентаризации объектов недвижимого имущества, утвержденной приказом Государственного комитета строительства, архитектуры и жилищной политики Украины от 24 мая 2001 года № 127, зарегистрированной в Министерстве юстиции Украины 10 июля 2001 года за № 582/5773 (далее – Инструкция).

Приказом Министерства регионального развития, строительства и жилищно-коммунального хозяйства Украины № 658 от 28.12.2012 года были внесены изменения в Инструкцию, согласно которым техническая инвентаризация объектов недвижимого имущества проводится субъектами хозяйствования, в составе которых работают один или более исполнителей работ по технической инвентаризации, которые прошли профессиональную аттестацию в Минрегиона Украины.

Согласно пункту 2 Раздела I Инструкции, субъект хозяйствования – физическое лицо-предприниматель или юридическое лицо, в составе которого работают один или более исполнителей отдельных видов работ (услуг), связанных с созданием объектов архитектуры, которые прошли профессиональную аттестацию и получили квалификационный сертификат на право выполнения работ по технической инвентаризации объектов недвижимого имущества в соответствии с Законом Украины «Об архитектурной деятельности».

Согласно пункту 2 Раздела I Инструкции, технический паспорт – документ, который составляется на основе материалов технической инвентаризации имущества, содержит основные сведения о нем (местонахождение (адрес), состав, технические характеристики, план и описание объекта, имя/наименование собственника/заказчика, сведения о праве собственности на объект недвижимого имущества, сведения о субъекте хозяйствования, изготовившего технический паспорт) и выдается заказчику. Технический паспорт должен быть прошнурован, пронумерован и скреплен подписью руководителя субъекта хозяйствования, который проводил инвентаризацию, а также подписью исполнителя работ и контролера с указанием серии и номера квалификационного сертификата на право выполнения работ по технической инвентаризации объектов недвижимого имущества.

В соответствии с п.13 Раздела I Инструкции, составляющими частями технического паспорта на усадебный дом с хозяйственными строениями и сооружениями являются: 1) схема расположения строений и сооружений; 2) экспликация к схеме расположения строений и сооружений; 3) план усадебного дома; 4) экспликация помещений усадебного дома; 5) характеристика усадебного дома с хозяйственными строениями и сооружениями.

Исходя из приведенных выше правовых норм следует, что с 2013 года в Украине право на выдачу технических паспортов на объекты недвижимого имущества получили другие субъекты хозяйствования – физические лица-предприниматели и юридические лица, прошедшие соответствующую аккредитацию.

Представленный в материалы дела технический паспорт на усадебный (индивидуальный) жилой дом, расположенный по адресу: в районе 

<

адрес> – 

<

адрес> – 

<

адрес>, поз.по ГП-12, содержит все необходимые сведения о нем, в том числе о субъекте хозяйствования, составившем технический паспорт – ФЛП ФИО9, а также данные о его квалификационном сертификате на право выполнения работ по технической инвентаризации объектов недвижимого имущества серии АЕ № (т.2 л.д.8).

Надлежащих и допустимых доказательств, подтверждающих, что технический паспорт изготовлен значительно позже указанной в нем даты, либо по иным основаниям является подложным, стороной истца, в нарушение ст. 56-60 ГПК РФ, суду не представлено.

Что касается того, что декларация о начале выполнения строительных работ на указанный объект недвижимости была зарегистрирована 25.05.2015 года (т.2 л.д.18-21, 23-24, 230-236), суд полагает, что само по себе данное обстоятельство не может свидетельствовать о подложности доказательства – технического паспорта, составленного физическим лицом – предпринимателем ФИО9, а также не может свидетельствовать о фактическом начале работ по строительству спорного жилого дома по состоянию на дату регистрации декларации о начале строительных работ.

Как пояснил представитель ответчика, обращение в Службу строительного надзора и регистрация декларации о начале строительных работ было одним из вариантов оформления права собственности на возведенный жилой дом, при этом сам по себе указанный документ не устанавливает время, когда был возведен объект недвижимости.

Также как следует из материалов проектной документации к декларации о начале работ по объекту «Жилой дом. 

<

адрес>, в районе 

<

адрес> – 

<

адрес> (поз по ГП012)», заказчик ФИО2 предоставил в распоряжение Службы строительного надзора проектную документацию, разработанную ООО «Крымопт», с печатью данного предприятия украинского образца, что может свидетельствовать о начале строительства спорного жилого дома в украинский период (т.2 л.д. 230-236).

Постановлением Администрации г. Симферополя «О присвоении земельному участку и жилому дому адреса: 

<

адрес>» № от 04 декабря 2018 года объекту недвижимого имущества: земельному участку, площадью 600 кв.м, принадлежащему ФИО2, присвоен адрес: Российская 

<

адрес> Объекту недвижимого имущества: 3-х этажному жилому дому, общей площадью 469,7 кв.м, принадлежащему ФИО2, присвоен адрес: 

<

адрес> (т.2 л.д. 81-82).

Согласно информации ГУП РК «Крым БТИ» в г. Симферополь от 29.06.2020 года, инвентаризационное дело на объект недвижимого имущества, расположенный по адресу: 

<

адрес>, в архиве БТИ не значится (т.1 л.д.232).

Согласно информации Государственного комитета по государственной регистрации и кадастру Республики Крым, при подаче ФИО2 31.07.2017 года заявления о постановке на государственный кадастровый учет объекта недвижимости, о государственной регистрации права на недвижимое имущество – жилой дом, расположенный по адресу: 

<

адрес>, к заявлению им был приложен технический план здания от 22.07.2017 года, в который была включена декларация об объекте недвижимости от 22.07.2017 года, согласно которой год завершения строительства объекта недвижимости – 2017 год (т.2 л.д.128-129).

Данные обстоятельства подтверждаются материалами реестровых дел, представленных Государственным комитетом по государственной регистрации и кадастру Республики Крым (т.1 л.д.109-113-114-115).

11.06.2020 года в Госкомрегистр с заявлением о государственном кадастровом учете изменений объекта недвижимости (реестровой ошибки) в связи с изменением года завершения строительства объекта недвижимости обратился представитель ФИО4 К заявлению был приложен технический план здания от 05.06.2020 года, в который была включена декларация об объекте недвижимости от 29.05.2020 года, согласно которой год завершения строительства объекта недвижимости – 2014 (т.2 л.д.33-71).

На основании части 3 статьи 61 Федерального закона от 13 июля 2015 г. № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» воспроизведенная в Едином государственном реестре недвижимости ошибка, содержащаяся в межевом плане, техническом плане, карте-плане территории или акте обследования, возникшая вследствие ошибки, допущенной лицом, выполнившим кадастровые работы, или ошибка, содержащаяся в документах, направленных или представленных в орган регистрации прав иными лицами и (или) органами в порядке информационного взаимодействия, а также в ином порядке, установленном настоящим Федеральным законом, подлежит исправлению по решению государственного регистратора прав в течение пяти рабочих дней со дня получения документов, в том числе в порядке информационного взаимодействия, свидетельствующих о наличии реестровых ошибок и содержащих необходимые для их исправления сведения, либо на основании вступившего в законную силу решения суда об исправлении реестровой ошибки. Исправление реестровой ошибки осуществляется в случае, если такое исправление не влечет за собой прекращение, возникновение; переход зарегистрированного права на объект недвижимости.

На основании заявления представителя ФИО4 об исправлении реестровой ошибки Государственным комитетом по государственной регистрации и кадастру Республики Крым было принято решение об исправлении реестровой ошибки в части изменения года завершения строительства вышеуказанного жилого дома с 2017 на 2014.

Данное решение Государственного комитета по государственной регистрации и кадастру Республики Крым об исправлении реестровой ошибки, касающейся года завершения спорного жилого дома, истец ФИО1 в установленном законом порядке не оспорила.

В соответствии с пунктом 7 статьи 1 Федерального закона от 13 июля 2015 г. № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» внесение в Единый государственный реестр недвижимости сведений о земельных участках, зданиях, сооружениях, помещениях, машино-местах, об объектах незавершенного строительства, о единых недвижимых комплексах, а в случаях, установленных федеральным законом, и об иных объектах, которые прочно связаны с землей, то есть перемещение которых без несоразмерного ущерба их назначению невозможно, подтверждает существование такого объекта недвижимости с характеристиками, позволяющими определить его в качестве индивидуально-определенной вещи.

Допрошенные в судебном заседании свидетели ФИО10, ФИО11, и ФИО12 показали, что строительство спорного жилого дома велось очень быстро, в конце января – начале февраля 2014 года строительство дома было завершено, имелись двери и окна, а также была проведена внутренняя отделка дома, практически это был законченный объект. 

Представленные истцом в материалы дела квитанции, накладные, товарные чеки о приобретении строительных материалов в период с 2016-2018 года (т.1 л.д.39-58) не могут быть признаны надлежащими и допустимыми доказательствами, в силу положений ст. 59-60 ГПК РФ, в качестве подтверждения строительства спорного жилого дома в период брака сторон, так как невозможно установить, что именно эти строительные материалы были использованы для строительства спорного жилого дома, а также их приобретение кем-либо из супругов, а не третьими лицами.

Что касается несоответствия площади жилого дома на момент изготовления технического паспорта 05.03.2014 года, составляющей 398,2 кв.м (т.2 л.д.3), и площади жилого дома на момент осуществления государственной регистрации права собственности за ФИО2 11.08.2017 года, в размере 469,7 кв.м (т.1 л.д.23-24), суд полагает, что данное несоответствие возникло в связи с различными требованиями, предъявляемыми к определению площади жилого дома в соответствии с украинским и российским законодательством. К такому выводу суд приходит, учитывая, что план дома в соответствии с техническим паспортом полностью соответствует плану дома, на основании которого объект был поставлен на кадастровый учет в ЕГРН.

Оценив в совокупности представленные доказательства, и установленные фактические обстоятельства, суд приходит к выводу о том, что спорный жилой дом, расположенный по адресу: 

<

адрес>, не может отнесен к общему совместному имуществу супругов ФИО1 и ФИО2, поскольку фактически был приобретен ФИО2 до вступления в брак с ФИО1, в связи с чем является его личным имуществом.

При таких обстоятельствах спорный жилой дом не может являться общим совместным имуществом сторон, в связи с чем исковые требования о выделе супружеской доли и взыскании компенсации стоимости выделенной доли удовлетворению не подлежат.

Что касается исковых требований о признании сделок недействительными, суд исходит из следующего. 

Владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов осуществляются по обоюдному согласию супругов (пункт 1 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 3 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации (в редакции, действующей на момент спорных правоотношений) для совершения одним из супругов сделки по распоряжению недвижимостью и сделки, требующей нотариального удостоверения и (или) регистрации в установленном законом порядке, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга.

Супруг, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение указанной сделки не было получено, вправе требовать признания сделки недействительной в судебном порядке в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки.

Таким образом, юридически значимым обстоятельством по данному спору является осведомленность ответчика о возражениях истца на совершение сделок по распоряжению общим совместным имуществом.

Учитывая, что ответчик ФИО2, осуществляя сделку в отношении спорного жилого дома, был уверен, что спорный жилой дом не является общим совместным имуществом супругов, что также было установлено в ходе судебного разбирательства по данному делу, заявленные требования истца о незаконности сделки по дарению жилого дома своей матери ФИО3, а также последующей сделки купли-продажи между ФИО3 и ФИО4, являются необоснованными. 

Кроме того, в развитие закрепленной в статье 46 Конституции Российской Федерации гарантии на судебную защиту прав и свобод человека и гражданина, часть 1 статьи 3 ГПК РФ устанавливает, что заинтересованное лицо вправе обратиться в суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав, свобод или законных интересов. Тем самым в нормах процессуального законодательства находит свое отражение общее правило, согласно которому любому лицу судебная защита гарантируется исходя из предположения, что права и свободы, о защите которых просит лицо, ему принадлежат и были нарушены (либо существует реальная угроза их нарушения).

Следовательно, целью предъявления любого иска (заявления) должно быть восстановление нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов обратившегося в суд лица.

Само по себе признание недействительных сделок в отношении спорного жилого дома, заключенных между ФИО2 и ФИО3, и между ФИО3 и ФИО4, не повлечет для истца каких-либо правовых последствий.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 193-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4 о разделе совместно нажитого имущества супругов, признании сделок недействительными – отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Крым через Центральный районный суд г. Симферополя в течение одного месяца со дня принятия его судом в окончательной форме.

Судья Федоренко Э.Р.

Решение суда в окончательной форме принято 23.10.2020 года.