Судья Кузуб Л.Н. Дело № 22-1456/2025

67RS0002-01-2024-000656-67

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

23 октября 2025 года г. Смоленск

Суд апелляционной инстанции Смоленского областного суда в составе: 

председательствующего – судьи Смоленского областного суда Курпас М.В.,

с участием прокурора отдела прокуратуры Смоленской области Золотаревой Е.М., 

защитника осужденного ФИО2 – адвоката Манойлова С.В. представившего удостоверение № 584 от 14 октября 2013 года и ордер № 385 от 03 июля 2025 года,

при помощнике ФИО3,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении ФИО2 по апелляционной жалобе адвоката Манойлова С.В. в интересах осужденного ФИО2, возражениям старшего помощника прокурора Ленинского района г. Смоленска Панфиловой О.В. на приговор Ленинского районного суда г. Смоленска от 20 июня 2025 года.

Заслушав доклад судьи Курпас М.В., кратко изложившей содержание обжалуемого приговора, существо апелляционной жалобы адвоката Манойлова С.В. в интересах осужденного ФИО2, возражений старшего помощника прокурора Ленинского района г. Смоленска Панфиловой О.В., пояснение адвоката Манойлова С.В., поддержавшего доводы апелляционной жалобы и полагавшего приговор отменить, выступление прокурора Золотаревой Е.М., возражавшей относительно удовлетворения доводов апелляционной жалобы и полагавшей приговор оставить без изменения, суд апелляционной инстанции

установил:

приговором Ленинского районного суда г. Смоленска от 20 июня 2025 года

ФИО1, родившийся 

<

дата> в 

<

адрес>, гражданин Российской Федерации, со средним специальным образованием, женатый, имеющий на иждивении малолетнего ребенка 

<

дата> года рождения, зарегистрированный и проживающий по адресу: 

<

адрес>, официально не трудоустроенный, ранее не судимый,

осужден по ч. 2 ст. 216 УК РФ к исправительным работам на срок 2 года с удержанием 10 % из его заработной платы в доход государства. 

В соответствии с ч. 3 ст. 72 УК РФ постановлено зачесть ФИО2 в срок исправительных работ время его содержания под стражей за период с 24 декабря 2023 года по 28 июня 2024 года из расчёта один день содержания под стражей за три дня исправительных работ. 

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении постановлено сохранить до вступления приговора в законную силу, после вступления приговора в законную силу – отменить.

Разрешена судьба вещественных доказательств. 

Приговором суда ФИО2 признан виновным в нарушении правил безопасности при ведении иных работ, повлекшем по неосторожности причинение крупного ущерба и смерть человека.

Преступление совершено при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре. 

В апелляционной жалобе адвокат Манойлов С.В. в интересах осужденного ФИО2 просит приговор отменить и оправдать ФИО2 за отсутствием в его действиях состава преступления. В обоснование своей позиции о незаконности оспариваемого приговора автор указывает на то, что вывод суда о том, что ФИО2 является субъектом преступления, ввиду того, что временно осуществлял деятельность на территории ООО «Фабрика «Шарм», не основан на законе. Цитируя разъяснения, содержащиеся в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2018 г. № 41 «О судебной практике по уголовным делам о нарушениях требований охраны труда, правил безопасности при ведении строительных или иных работ либо требований промышленной безопасности опасных производственных объектов», утверждает, что на субъекта преступления предусмотренного ст. 216 УК РФ должны быть возложены обязанности в силу занимаемой должности, либо в результате ознакомления с соответствующими требованиями. Однако данные обстоятельства не установлены, поскольку ФИО2 работником ООО «Фабрика «Шарм» не являлся, с требованиями о проведении работ на территории указанного юридического лица не ознакомлен, а выполнял указания Н., который непосредственно контролировал выполнение работ. Признавая ФИО2 виновным, суд указал о нарушении п.п. 419, 420 Постановления Правительства РФ от 25.04.2012 № 390 «О противопожарном режиме». Вместе с тем, приведенные пункты не подлежат применению, поскольку в соответствии с п.п. 3, 4 данного Постановления лица допускаются к работе на объекте только после прохождения обучения мерам пожарной безопасности и руководитель организации назначает лицо, ответственное за пожарную безопасность, которое обеспечивает соблюдение требований пожарной безопасности на объекте. Системное толкование положений акта, с позиции автора, закрепляет наступление ответственности за нарушение положений в случае надлежащего допуска к работам, либо в силу должностных обязанностей, что отсутствовало в исследуемой ситуации с ФИО2 Необоснованным, по мнению автора, является и установленное судом нарушение ФИО2 п. 26 Правил по охране труда при выполнении электросварочных и газосварочных работ, утверждённых Приказом Минтруда России от 23.12.2014 № 1101н, поскольку в соответствии с п. 1 указанных Правил они обязательны для исполнения работодателями – юридическими и физическими лицами независимо от их организационно-правовых форм и форм собственности и работниками, состоящими с ними в трудовых отношениях, при выполнении электросварочных и газосварочных работ. Вместе с тем, ФИО2 в официальных трудовых отношениях с ООО «Фабрика «Шарм» не находился и к работам допущен с нарушением установленного порядка и потому не может являться субъектом преступления. Нарушение п. 8 Инструкции по охране труда электросварщика, утвержденной генеральным директором ООО «Фабрика «Шарм», с позиции автора, в данной ситуации неприменимо, поскольку ФИО2 не являлся сотрудником ООО «Фабрика «Шарм» и не знакомился с данной инструкцией. Автор также считает, что суд безосновательно проигнорировал заключение эксперта № 18098-11702660002000087/У-СЭ от 14 сентября 2018 г., в соответствии с выводами которого смерть Н. не связана с нарушением требований техники безопасности, ввиду того, что у Н. имелась возможность покинуть территорию предприятия, но она, допустив грубую неосторожность, вернулась в помещение, в котором погибла. Указанное исследование проведено уполномоченными на то лицами, имеющими достаточную компетенцию в области специальных знаний и предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. С учетом изложенного автор считает, что вывод суда о наличии причинно-следственной связи между происшествием и смертью Н. сделан вопреки принципу состязательности процесса при явном проявлении необъективности суда, подтвержденной отсутствием какой-либо мотивировки вывода о наличии причинно-следственной связи между происшествием и смертью Н. При этом суд фактически признал установленным и указал в приговоре о том, что Н. в момент происшествия забежала в раздевалку, вместо того чтобы покинуть помещение. Далее, обращая внимание на необъективность суда, автор отмечает противоречия в оценке заключения эксперта № 18098-11702660002000087/У-СЭ, заключающиеся в том, что изначально суд дает критическую оценку данному исследованию, указав, что оно не является обязательным для суда, однако не признает данное заключение эксперта недопустимым доказательством, что позволяет расценивать данную экспертизу как допустимое доказательство. Автор также считает, что суд не дал должной оценки выводам указанного исследования и иным материалам дела, в соответствии с которыми допуск ФИО2 к выполнению сварочных работ произведен неправильно. С учетом приведенных обстоятельств, при отсутствии официального трудового договора и соответствующего инструктажа риск неблагоприятных последствий, по мнению автора, ложится на лицо, допустившее ФИО2 к опасным работам. При таких обстоятельствах выводы суда о нарушении ФИО2 требований безопасности являются несостоятельными и не подтверждены материалами уголовного дела.

В возражениях на апелляционную жалобу адвоката Манойлова С.В. в интересах осужденного ФИО2 государственный обвинитель помощник прокурора Ленинского района г. Смоленска Панфилова О.В. приводит суждения о несостоятельности доводов, приведенных автором в апелляционной жалобе, ввиду их несоответствия установленным в суде обстоятельствам по делу. В частности, вывод суда о том, что ФИО2 является субъектом преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 216 УК РФ, основан на совокупности исследованных по делу доказательств. Причинно-следственная связь между нарушением ФИО2 специальных правил при производстве сварочных работ и смертью Н. установлена совокупностью приведенных в приговоре доказательств. Наказание ФИО2 назначено с учетом положений ст.ст. 6, 43, 60, 62 УК РФ, исходя из характера и степени общественной опасности содеянного, обстоятельств, смягчающих наказание, и данных о личности и является справедливым. 

Изучив материалы уголовного дела, и, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам. 

Судебное разбирательство в суде первой инстанции по уголовному делу проведено с соблюдением требований УПК РФ о состязательности, равноправии сторон, с выяснением всех юридически значимых для правильного его разрешения обстоятельств, подлежащих доказыванию при его производстве, в том числе, касающихся места, времени, способа совершения преступления, формы вины, мотивов, его целей и последствий, и в процессе его рассмотрения сторонам были созданы необходимые условия для исполнения их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им законом прав.

Фактические обстоятельства изложенных в описательно-мотивировочной части приговора действий, совершенных осужденным ФИО2, установлены судом правильно и основаны на оценке совокупности доказательств, полученных в предусмотренном законом порядке, всесторонне и полно исследованы непосредственно в судебном заседании.

По результатам состоявшегося разбирательства суд обоснованно пришел к выводу о виновности ФИО2 в нарушении правил безопасности при ведении иных работ, повлекших по неосторожности причинение крупного ущерба и смерть человека, в обоснование чего привел доказательства, соответствующие требованиям УПК РФ по своей форме и источникам получения, признанные в своей совокупности достаточными для вынесения обвинительного приговора.

Как установлено судом 10 августа 2017 года Н. – сотрудник отдела подготовки закройного цеха ООО «Фабрика «Шарм», расположенного на втором этаже четырехэтажного кирпичного здания 6/2 по Чуриловскому тупику города Смоленска, обнаружив неисправность штабелера, сообщила об этом директору по производству Н. По устному указанию Н. технический директор, зная об отсутствии штатного сварщика организации, дал указание мастеру по ремонту оборудования на производство сварочных работ по ремонту штабелера без оформления наряд-допуска и принятия необходимых мер безопасности. После чего технический директор, находясь на территории ООО «Фабрика «Шарм», в ходе телефонного разговора с сотрудником подрядной организации ООО «Савител-Инжиниринг» Л. договорился с ним о предоставлении сварщика и сварочного аппарата для проведения ремонтных работ.

После этого мастер по ремонту оборудования, находясь в отделе подготовки ООО «Фабрика «Шарм», в нарушение требований государственных нормативных правовых и локальных нормативных правовых актов, связанных с охраной труда и с безопасностью работников при выполнении работ, заведомо зная, что место для проведения сварочных работ не подготовлено, отсутствует наряд-допуск на проведение работ, в помещении находится легковоспламеняющееся имущество и работники цеха, дал указание сварщику сторонней организации ФИО2 на проведение работ по устранению поломки штабелера в помещении цеха ООО «Фабрика Шарм», расположенном на втором этаже четырехэтажного кирпичного здания 6/2 по Чуриловскому тупику города Смоленска. ФИО2, находясь в на втором этаже здания в помещении отдела подготовки ООО «Фабрика «Шарм», обладая знаниями о назначении и устройстве сварочного оборудования и опытом работы, в нарушение п.п. 419, 420 Постановления Правительства РФ от 25.04.2012 № 390 «О противопожарном режиме»; п. 26 Правил по охране труда при выполнении электросварочных и газосварочных работ, утверждённых Приказом Минтруда России от 23.12.2014 № 1101н; п. 8 Инструкции по охране труда электросварщика, утвержденной генеральным директором ООО «Фабрика «Шарм», в соответствии с которыми необходимо убрать в радиусе 5 м все воспламеняющиеся материалы, оградить рабочее место щитами для зашиты окружающих от излучения и разлетающихся искр и окалины, подготовить средства пожаротушения, предвидя возможность наступления общественно опасных последствий в виде возгорания находящихся в цехе легковоспламеняющихся предметов, ввиду производства работ с источником открытого огня, приступил к сварочным работам по ремонту штабелера, в ходе которых, расплавленные частицы металла электрода или его огарка, сбитые с держателя электрода, попали на горючие материалы, которые не были убраны и не были защищены экранами из негорючих материалов, ввиду чего возник пожар в здании главного корпуса ООО «Фабрика «Шарм». В результате пожара огнем повреждено здание главного корпуса ООО «Фабрика «Шарм» размерами 24,40 х 148,64 м, расположенное по указанному адресу, а именно: конструкции наружных стен частично разрушены с 4-го по 2-ой этаж, конструктив крыши полностью уничтожен огнем, а также оборудование и материалы, принадлежащее ООО «Фабрика «Шарм» и ООО «Компания «Русский трикотаж», что повлекло причинение ООО «Фабрика «Шарм» крупного ущерба в размере 163 000 000 рублей, ООО «Компания «Русский трикотаж» крупного ущерба на сумму 80 000 000 рублей, всего на общую сумму 243 000 000 рублей, а также по неосторожности смерть, находившейся в помещении ООО «Фабрика «Шарм» сотрудницы отдела Н., наступившую в результате острого отравления окисью углерода. 

Выводы суда о нарушении ФИО2 правил безопасности при ведении иных работ, повлекшем по неосторожности причинение крупного ущерба и смерть человека подтверждаются приведенными в приговоре доказательствами, правильность которых сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывает. 

В качестве допустимых и достоверных доказательств виновности ФИО2 суд обоснованно привел в приговоре показания самого осужденного о том, что, получив по окончании техникума специальность «Сварщик» в мае-апреле 2017 года, он осуществлял трудовую деятельность по указанной специальности на территории ООО «Фабрика «Шарм» и занимался сборкой и монтажем оборудования для покраски тканей с использованием сварочного аппарата в помещении цеха, расположенном на первом этаже здания. 10 августа 2017 года во время выполнения сварочных работ в помещении, расположенном на первом этаже здания, к нему обратился бригадир ООО «Савител Инжиниринг» по имени А. и попросил помочь отремонтировать какое-то оборудование, расположенное на втором этаже указанного здания. Проследовав к указанному месту, он обнаружил неисправность подъемника, устранить которую возможно путем проведения сварочных работ. При этом он обратил внимание сотрудника ООО «Фабрика «Шарм» на существующую опасность проведения таких работ, ввиду наличия большого количества легковоспламеняющихся материалов. Однако, сотрудник ООО «Фабрика «Шарм» его заверил, что будет следить за безопасностью проведения данных работ. После этого он приступил к проведению сварочных работ, но спустя 3-5 минут приостановил работу, так как почувствовал запах горения и не увидел сотрудника, который должен был следить за безопасностью проведения работ. Осмотревшись, он заметил, что идёт дым из-под поддона, на котором находились ткани. После этого вместе с сотрудником, который должен был следить за безопасностью проведения работ стали пытаться тушить пожар и оповещать находившихся в цеху людей о пожаре, предлагая покинуть помещение. Затем он нажал аварийную кнопку и побежал докладывать о происшествии бригадиру по имени А.. После того, как он вернулся в цех, то наблюдал там открытый огонь и сильное задымление. При этом внутрь цеха он не проходил, людей в цехе не видел и не слышал криков о помощи.

О достоверности показаний осужденного ФИО2 об обстоятельствах произошедшего в ходе предварительного следствия, свидетельствует их получение в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, в присутствии защитника. При этом перед проведением допроса ФИО2 разъяснялись процессуальные права, в том числе право не свидетельствовать против самого себя (т. 10: л.д. 101-106, 112-115).

Анализ показаний ФИО2, сопоставление их с другими исследованными по делу доказательствами, свидетельствуют о достоверности показаний ФИО2

Каких-либо объективных данных, свидетельствующих о том, что осужденный ФИО2 оговорил себя, в материалах дела не имеется. При этом показания ФИО2, признанные судом достоверными, являются логичными, непротиворечивыми, содержат подробные сведения о действиях осужденного, и нашли свое объективное подтверждение в иных доказательствах по делу.

Так при обосновании вывода о виновности ФИО2 в совершенном преступлении при изложенных обстоятельствах суд в приговоре правомерно сослался 

на показания свидетеля Н. - мастера по ремонту оборудования ООО «Фабрика «Шарм», в соответствии с которыми его непосредственным руководителем являлся технический директор К., по указанию которого он проводил все работы. 10 августа 2017 года по просьбе К. он пришел в отдел подготовки ввиду возникновения неисправности штабелера, выразившейся в повреждении направляющего и ролика. О выявленной причине неисправности штабелера и необходимости проведения сварочных работ он сообщил К. По указанию К. он обратился к мастеру по ремонту оборудования, но так как последний не смог, то предоставил сварщика и сварочный аппарат для проведения работ по ремонту штабелера, тот обратился к бригадиру подрядной организации по имени А., который предоставил сварочный аппарат и \сварщика для проведения сварочных работ. О сложившейся ситуации он сообщил К. и с одобрения последнего вместе со сварщиком по имени ФИО1 проследовали в отдел подготовки, где они подошли к мастеру цеха Н. и пояснили о предстоящем проведении сварочных работ, попросив в помощь человека. По указанию Н. грузчик Н. должен оказывать помощь при проведении сварочных работ. Подойдя к штабелеру, он объяснил ФИО1 суть работы, которую необходимо провести. На вопрос сварщика о безопасности проведения работ он его заверил о безопасности данных работ, так как полагал, что расстояние до тканей составляло около 1 метра и искра при сварочных работах в цеху с бетонным полом не долетит до ткани. При проведении сварочных работ со сварочного держака отлетел «огарок» после чего он увидел, что рулоны стали тлеть, а затем быстро гореть. После этого ФИО1 прекратил работу и вместе с грузчиком Н. попытались потушить пожар. Поскольку пожар потушить не удалось, то в цехе в котором находились люди, началась паника. После этого он вместе с ФИО1 направились к выходу и по пути следования перед выходом из цеха последний нажал кнопку пожарной сигнализации. При выходе из здания он также нажал кнопку пожарной сигнализации. О случившемся пожаре он сообщил К. Впоследствии он узнал, что для проведения сварочных работ необходим наряд-допуск на проведение сварочных работ в данном цеху и о проведении таких работ уведомляется начальник цеха и обеспечивается контроль выполнения сварочных работ и выполнение требований охраны труда при выполнении огневых и сварочных работ. Со слов очевидцев пожара, находившихся на улице, ему стало известно о том, что в здании осталась Н., тело которой впоследствии обнаружили пожарники и вынесли из здания;

на показания свидетеля Н. – мастера смены ООО «Фабрика «Шарм», в соответствии с которыми 10 августа 2017 года на рабочих местах находились, входившие в штат цеха грузчики: Н., К., и кладовщицы: Н. и Г. Со слов грузчика Н. ей стало известно о поломке штабелера, о которой она сообщила начальнику по производству Н. Пришедшему в цех техническому директору К., она показало оборудование, вышедшее из строя. Спустя некоторое время в помещение цеха вернулся К. вместе с Н. и вновь осмотрели неисправное оборудование. О проведении сварочных работ в цеху ей не сообщали и об оказании ее сотрудниками помощи не просили. Находясь в помещении цеха в послеобеденное время она, услышав крики Н. о пожаре, увидела дым и с помощью прибежавшего Н. вытащили огнетушитель, с которым последний побежал тушить пожар. Она подбежала к раздевалке, на стене, которой находилась тревожная кнопка, нажала ее и стала просить всех покинуть помещение цеха. При этом она видела как из помещения отдела подготовки в сторону выхода направляются Н. и Г. О возгорании она сообщила П. и генеральному директору Х. и побежала на проходную. Вернувшись в здание, в котором случился пожар, она стала искать среди других сотрудников, но не видела Н., со слов кого-то из сотрудников ей стало известно о том, что Н. вернулась обратно за вещами. После этого она позвонила Н., которая в ходе разговора пояснила, о том, что побежала в раздевалку, и что ей плохо и она задыхается. Прибывшим пожарным она сообщила о том, что в здании находится Н. Ввиду того, что у нее случился нервный срыв, ее госпитализировали с места происшествия в больницу и о том, что Н. погибла узнала по возвращении из больницы;

на показания свидетеля К. - грузчика отдела подготовки ООО «Фабрика «Шарм», в соответствии с которыми мастером их цеха являлась Н., помимо которой работали в отделе грузчик Н., кладовщицы Н. и Г. 10 августа 2017 года около 14 часов 10 минут при входе в отдел подготовки он увидел облако сильного дыма, выбежал на лестницу и увидел П., вместе с которым открыли дверь, ведущую в проход к отделу подготовки, и стали звать сотрудников, которые могли оставаться в цеху и не могли в дыму найти выход. Подошел Н., у которого голова была обожжена. Спустя некоторое время появилась Н., со слов которой в цеху оставалась Н., и не может оттуда выйти. После того как он вышел на улицу, приехали пожарные машины и стали тушить пожар в здании. Со слов Н. ему стало известно, что пожар произошел из-за проведения сварочных работ, в результате которых произошло возгорание материала;

на показания свидетеля Г. - кладовщика-оператора отдела подготовки ООО «Фабрика «Шарм», в соответствии с которыми мастером отдела являлась Н., кладовщицей помимо нее Н., грузчиком Н., и парень по имени Р.. 10 августа 2017 года сломался штабелер и около 14 часов она услышал крики о пожаре в цеху и увидела, что тканевые материалы стали очень быстро загораться. Находившийся неподалеку Н. схватил бутылку с водой объемом 20 литров и побежал тушить пожар. Кто-то ударил по тревожной кнопке, но сигнализация не сработала. Н. велела позвонить на проходную и сообщить о пожаре. Она побежала к своему столу, а находившаяся рядом Н. зашла в раздевалку. Позвонив на проходную и сообщив о пожаре, она оглянулась и увидала, что перед ней сильный огонь и идет задымление, в цеху никого нет. Не смотря на сильное задымление и загромождение выхода полотнами тканей, она сумела добраться до выхода, который вел в главный корпус и выйти на улицу. На улице к ней подошла Н., которая разговаривала по телефону с Н. Со слов Н. ей стало известно о том, что Н. находится в раздевалке их отдела и боится выйти, так как вокруг огонь. Спустя 5 минут Н. сообщила ей о том, что Н. перестала с ней разговаривать и молчит. Прибывшие пожарные расчеты через окно проникли в помещение раздевалки и извлекли оттуда тело Н., при которой находилась сумка мастера отдела Н. О проведении сварочных работ в цеху в этот день она узнала со слов сотрудников, также эвакуированных при пожаре; 

на показания свидетеля Н. грузчика отдела подготовки закройного цеха ООО «Фабрика «Шарм», в соответствии с которыми он работал в отделе подготовки совместно с мастером Н., кладовщицами Г., Н. и грузчиком К. 10 августа 2017 года, находясь в цеху он обнаружил неисправность штабелера-погрузчика и сообщил об этом мастеру цеха Н. Пришедшему в отдел подготовки Н. он показал находившейся в неисправном состоянии штабелер. Спустя некоторое время осмотрел молодой человек по имени И.. Около 14 часов И. вернулся в отдел подготовки совместно со сварщиком, у которого имелся сварочный аппарат. На просьбу И. об оказании помощи он ответил отказом, сославшись на Н. После разговора с Н. И. вновь подошел к нему и просил помощи, на что он согласился и пошел вместе с ним к штабелеру-погрузчику. При проведении сварочных работ по бокам штабелера находились стеллажи с полотнами, на расстоянии около 30-40 см, однако И. и сварщик никаких мер безопасности для проведения сварочных работ не предприняли. Оказав некоторую помощь в ремонте штабелера-погрузчика, он ушел в другую часть цеха и вернулся к штабелеру-погрузчику после того, как услышал крик И. о загоревшихся полотнах. При этом он принес 20 литровую бутыль с водой, но ее оказалось недостаточно, так как один из стеллажей сильно разгорелся. Он, понимая, что в отделе сильный пожар направился к выходу, наблюдая Н., Н., Г. возле их рабочих мест. Направившись к выходу, он зашел в мужскую раздевалку и забрал куртку, но огонь разгорался, он побежал к выходу, получил сильные ожоги головы. После того как в коридоре погас свет, он, испугавшись за свою жизнь, пошел на раздававшиеся звуки голоса и смог выбраться из задымленного помещения. Возле задымленного цеха находились генеральный директор, технический директор, лифтер А. и Н., которая разговаривала по телефону с Н., которая находилась в помещении раздевалки, находившейся рядом с рабочими местами кладовщиц. Спустя некоторое время он вышел на улицу и наблюдал, как пожарные пытались проникнуть в здание;

на показания свидетеля А. – лифтера ООО «Фабрика «Шарм», в соответствии с которыми 10 августа 2017 года находясь на рабочем месте он с грузчиком К. перевозили полотно из отдела подготовки в закройный цех. Зайдя в отдел подготовки за 15 минут до случившегося пожара, он обратил внимание на проведение сварочных работ в указанном цеху. Спустя некоторое время он увидел огонь и дым в отделе подготовки. После этого он вышел в коридор и услышал крик К., протянул ему руку и тот вышел из задымленного помещения. Услышав снова чей-то крик, он стал кричать, для того, чтобы человек вышел на его голос, этим человеком оказался грузчик Н., который попытался вернуться в отдел подготовки для того, чтобы забрать свои вещи, но не смог ввиду сильного задымления помещения открытого огня. На площадке, ведущей в помещение цеха стали собираться люди, среди которых оказалась Н., пояснившая о том, что в отделе подготовки находится Н. По прибытию пожарных расчетов они покинули здание и вышли на улицу. Со слов Н. ему стало известно о проведении в отделе подготовки сварочных работ и возникшем в этой связи пожаре, который Н. и другие пытались потушить, но не смогли и потому эвакуировались из здания;

на показания свидетеля Г. – штукатура - маляра ООО «Фабрика «Шарм», в соответствии с которыми 10 августа 2017 года около 14 часов производя косметический ремонт на 2 этаже в корпусе швейного цеха, почувствовал резкий запах дыма и увидел дым надвигавшийся со стороны отдела подготовки. По предложению начальника цеха об эвакуации он спустился на 1 этаж, взял огнетушитель и побежал в отдел подготовки потушить пожар. Коридор, ведущий в цех, весь был в дыму и видимость отсутствовала. Он попытался пройти в цех, но не смог, как и К., у которого также не получилось пройти в помещение цеха. Находясь на втором этаже со слов Н., лифтера по имени А. ему стало известно о том, что в помещении цеха осталась девушка, которая зашла в раздевалку. Со слов этих лиц от также узнал, что в цеху проводились сварочные работы, в результате которых произошло возгорание материала. Прибывшие пожарные отыскали тело девушки и спустили по пожарной лестнице;

на показания свидетеля Х., - генерального директора ООО «Фабрика «Шарм», в соответствии с которыми структурно на возглавляемом им предприятии имелись директора по направлениям деятельности: по производству-Н., технический-К., по качеству- Б., по логистике Е, далее шли начальники цехов, производств, мастера участков, рабочие. Технический директор отвечал за нормальное функционирование оборудования, обеспечение и проведение ремонтных и профилактических работ. 10 августа 2017 года о поломке «штабелёра» в отделе подготовки ему никто не докладывал. При поломке оборудования ставят в известность мастера по ремонту оборудования Н., технического директора К. и начальника цеха. В указанную дату около 13 часов 55 минут мастер отдела подготовки Н. сообщила ему о пожаре в отделе подготовки закройного цеха главного корпуса. Он попытался пройти в главный корпус, где расположен отдел подготовки по переходу с третьего этажа административного корпуса, но не смог, так как из перехода распространялся обильный дым. На улице у главного корпуса он увидел Н., которая сообщила ему о том, что Н. в горящем здании. Он бегом проследовал на второй этаж ко входу в отдел подготовки, где находились К., П., Н. и Н. Зайти внутрь отдела подготовки не удалось ввиду сильного задымления. Услышав пожарные сирены, он спустился на первый этаж и предпринял меры для тушения пожара, показывая окна отдела подготовки и ориентируя пожарных по плану помещения. Со слов Н. ему стало известно о том, что он проводил сварочные работы, в результате которых, загорелось полотно в отделе подготовки, и произошел пожар. Н. пояснила ему о том, что Н. осталась в помещении, вернулась за вещами в раздевалку, когда они покидали отдел подготовки. Пожарные вытащили из здания тело Н. и врачи констатировали её смерть. После пожара проводилось комиссионное расследование причин его возникновения, в результате которого было установлено, что со стороны технического директора К. и мастера по ремонту оборудования Н. при проведении сварочных работ в отделе подготовки по ремонту штабелера не были предприняты меры противопожарной безопасности, ими был привлечен сварщик со стороны подрядчиков, именно несоблюдение мер пожарной безопасности привело к возгоранию полотна в отделе подготовки. Также было установлено, что Н. вернулась в отдел за вещами, откуда впоследствии не смогла выйти;

на показания свидетеля К. - технического директора ООО «Фабрика «Шарм», в соответствии с которыми в его должностные обязанности входил комплекс работ по контролю и обеспечению работоспособности оборудования. Н. исполнял обязанности мастера по ремонту оборудования с конца июля 2017 года и не являлся его подчиненным, а находился в подчинении начальника закройно-швейного цеха П. 10 августа 2017 года от директора по производству Н. ему стало известно о неисправности штабелер в отделе подготовки швейного цеха. Встретив мастера по ремонту и обслуживанию оборудования Н., он сообщил последнему о неисправности штабелера и необходимости восстановления работоспособности штабелера. При этом он не поручал Н. устранение поломки штабелера, но оказывал ему помощь в поисках сварщика. При этом они с Н. обратились к мастеру по ремонту и обслуживанию оборудования вязального цеха к Г., но безуспешно. Впоследствии Н. не уведомил его о том, что он нашел сварщика, и потому указаний на проведение сварочных работ в отделе подготовки швейного цеха он никому не давал и наряд-допуск не выписывал, так как он не знал и не планировал проведение сварочных работ на данном участке. После проведения проверки по факту пожара ему стало известно, что ФИО2, работавшего в подрядной организации, привлек к сварочным работам Н.;

на показания свидетеля П. - начальника закройного цеха ООО «Фабрика «Шарм» в соответствии с которыми 10 августа 2017 года в ходе телефонного звонка Н. ему стало известно о пожаре в цехе. Совместно с директором по производству Н. они прибежали в вышеуказанный цех на 2 этаж и со слов Н. узнали о том, что в цеху осталась Н. Прибывшие пожарные попытались зайти в цех для того, чтобы спасти Н., но не смогли, так как не знали, где ее искать. После чего он взял кислородную маску и вместе с пожарными прошел в помещение, но пройти вглубь им не удалось из-за сильного огня и отсутствия видимости. После этого он вышел на улицу и наблюдал как прибывшие наряды пожарных тушили огонь в здании. Впоследствии со слов Н. ему стало известно о том, что Н. вместе с другими вышла в коридор, однако со слов сотрудников последняя вернулась в раздевалку за сумкой и не смола покинуть помещение. Со слов Н. ему стало известно, что сварочные работы в отделе подготовке закройного цеха он проводил по указанию К. и для проведения данных работ пригласил сварщика подрядной организации. В ходе проведения работ сварщик скинул «огарок» с ручки сварки, вследствие чего и произошло возгорание, которое те не смогли затушить и эвакуировались из здания;

на показания свидетеля Г. - мастера по оборудованию вязального цеха ООО «Фабрика «Шарм», в соответствии с которыми 10 августа 2017 года технический директор К. познакомил его с мастером по оборудованию швейного производства по имени И., со слов которого ему стало известно о неисправности штабелер и необходимости проведения сварочных работ. Он предложил воспользоваться помощью имевшегося сварщика В., но так как у последнего не имелось в наличии сварочного аппарата и знакомый И. в ходе телефонного разговора отказал последнему в предоставлении сварочного аппарата, И. отказался от его помощи. Впоследствии увидев сильный дым предположительно из швейного цеха, он понял, что возгорание произошло во время проведения сварочных работ. После этого находившиеся в цеху сотрудники предприятия эвакуировались из здания. Впоследствии со слов сотрудников предприятия ему стало известно о том, что причиной пожара явились сварочные работы по ремонту штабелера;

на показания свидетеля В. - помощника мастера ООО «Фабрика «Шарм», в соответствии с которым 10 августа 2017 года около 12 часов по просьбе Г. подошел к находившимся на улице Г. и парню по имени И.. Пояснив Г. о том, что он может проводить сварочные работы, узнал, что в отделе подготовки необходимо приварить в штабелере. Узнав об отсутствии у него сварочного аппарата, И. кому-то позвонил и попросил передать на время сварочный аппарат, но ввиду того, что ему предложили воспользоваться помощью сварщика, у которого в наличии имелся сварочный аппарат, от его помощи И. отказался. После 14 часов в цеху сработала пожарная безопасность, после чего все эвакуировались;

на показания свидетеля З. - электромонтажника ООО «Фабрика «Шарм», в соответствии с которыми летом 2017 года на первом этаже здания ООО «Фабрика «Шарм» проводились сварочные работы с участием парня по имени ФИО1. 10 августа 2017 года эвакуировался ввиду произошедшего в здании пожара. В результате пожара погибла женщина, тело которой вытаскивали из окна здания;

на показания свидетеля Ш. – специалиста по охране труда и промышленной безопасности, пояснившей, что территория ООО «Фабрика «Шарм» огорожена забором, вход на территорию осуществляется через контрольно-пропускную систему. Пожар произошел на 2 этаже главного корпуса ООО «Фабрика «Шарм» в отдел подготовки, в котором производилось хранение, предварительное распределение вязанного полотна. 10 августа 2017 года находилась в отпуске и очевидцем пожара не являлась. 14 августа 2017 года ООО «Фабрика «Шарм» создана комиссия по расследованию группового несчастного случая, в состав которой она вошла. По результатам работы комиссии установлено, что 10 августа 2017 года мастер Н. доложила техническому директору К. и директору по производству Н. о выявленной неисправности оборудования и необходимости проведения сварочных работ. К. поручил мастеру по ремонту оборудования Н. выявить неисправность оборудования. По итогам проделанной работы Н. доложил К. о необходимости проведения сварочных работ для устранения неисправности. Ввиду отсутствия сварщика на предприятии Н. обратился к представителю подрядной организации ООО «Савител Инжиниринг» по имени А. и договорился с ним о проведении сварочных работ. После этого Н. совместно с подошедшим сварщиком по имени ФИО1 зашли в вышеуказанный цех, где ФИО1 стал производить сварочные работы. В ходе проведения ФИО1 сварочных работ выбило огарок электрода из держателя, который упал в неопределенном месте. Н. стал искать данный огарок, но увидел очаг возгорания материала, который они с ФИО1 пытались потушить. На момент возникновения пожара в цехе находились ФИО1, Н., Н., Н., Н. После того, как предпринятыми мерами пожар потушить не удалось, Н. предложила всем эвакуироваться из здания и указанные лица стали покидать помещение цеха. При этом Н. и Н. вернулись в раздевалку за вещами. Н. смог выбраться из задымленного помещения. Н. не удалось покинуть данное помещение, и она погибла. При этом Ш. пояснила, что на проведение сварочных работ технический директор выписывает и утверждает наряд-допуск, разрешающий произведение данных работ. При этом в наряде приводятся работы, которые необходимо произвести, а именно подготовка помещения к безопасным работам, подготовка огнетушителей, закрытие легковоспламеняющихся материалов брезентами, обеспечение помещения ведром с водой и песком и проведение иных безопасных действий. Указанный документ предъявляется мастеру, который должен знать о проведении работ, но со слов Н., она не была осведомлена о произведении сварочных работ в цехе, так как с документами, разрешающими проведение таких работ ее не знакомили; 

на показания свидетеля С. - директора ООО «Савител Инжиниринг», в соответствии с которыми возглавляемая им организация заключила с ООО «Фабрика «Шарм» договор подряда № 001/17 о производстве электромонтажных работ на 1 этаже главного корпуса фабрики. Сотрудники возглавляемой им организации каких-либо работ, в том числе сварочных, на 2 и 3 этажах главного корпуса фабрики не производили; 

на показания свидетеля В. - монтажника ООО «Савител Инжиниринг», в соответствии с которыми в ООО «Фабрика «Шарм» он работал с марта 2017 года и осуществлял монтаж оборудования на 1 этаже здания фабрики. Парня по имени ФИО1 он знал наглядно, так как в состав его бригады он не входил и работал около месяца в цеху, в котором проводились сварочные работы;

на показания свидетелей Н., П., Л.- электромонтажников ООО «Савител Инжиниринг», в соответствии с которыми в ООО «Фабрика «Шарм» они работали с марта 2017 года и осуществляли проведение электропроводки и компьютерной сети в цехе на 1 этаже здания фабрики. Парня по имени ФИО1 они знали наглядно, так как в состав бригады он не входил и работал в различных цехах около двух месяцев. 10 августа 2017 года никаких сварочных работ организация на данном объекте не проводила. При проведении монтажных работ в цехе охранник сообщил о пожаре на фабрике и предложил эвакуироваться с объекта. Выйдя на улицу, они наблюдали пожар на втором этаже здания, где расположен склад материалов. При этом Л. уточнил, что с мая 2017 года

на ООО «Фабрика Шарм» работала бригада из 4 человек, в состав которой входил сварщик - ФИО1. Как пояснил Л., он неоднократно наблюдал, как ФИО2 производил сварочные работы на различных объектах фабрики. 10 августа 2017 года ФИО1 находился на объекте и выполнял работу. По просьбе Н. он направил ФИО1 на второй этаж объекта для проведения сварочных работ по ремонту штабелера. Спустя 40 минут пришел охранник, сообщил о пожаре в здании и предложил эвакуироваться. Выйдя на улицу и встретив ФИО1, со слов последнего узнал о том, что во время проведения сварочных работ от искры произошло возгорание материала, которое они не смогли потушить. Находясь на улице, от других сотрудников он узнал, что в здании, в котором начался пожар, осталась девушка;

на показания свидетеля К. - директора ИП «К.», в соответствии с которыми он сотрудничал с ООО «Савител Инжиниринг», осуществлявшей монтажные и иные работы на ООО «Фабрика «Шарм». В марте 2017 года по просьбе директора ООО «Савител Инжиниринг» С. он подыскал и направил для работы на ООО «Фабрика Шарм» бригаду рабочих, в состав которой входил ФИО1. После чего он показал членам бригады объект для работы и представил мастеров ООО «Савител Инжиниринг» Л. и М. пояснив, что данные рабочие будут работать ними. После чего работники данной бригады стали выполнять различные работы на объектах ООО «Фабрика «Шарм». Заработную плату данным рабочим выплачивал директор ООО «Савител Инжиниринг» С. 10 августа 2017 года, прибыв на территорию ООО «Фабрика «Шарм» узнал о пожаре на объекте. Со слов Л. ему стало известно о том, что по просьбе сотрудника фабрики он направил ФИО1 для проведения сварочных работ, в результате которых случилось возгорание, и произошел пожар;

на показания свидетеля К. - начальника штаба по делам ГО и ЧС с обязанностями инструктора по пожарной безопасности, ответственного за пожарную безопасность на ООО «Фабрика «Шарм», в соответствии с которыми в отделе подготовки закройного цеха установлены охранная пожарная сигнализация, пожарные краны с рукавами и насадками и огнетушители. Для проведения газосварочных работ в цеху предприятия необходим наряд-допуск на выполнение газосварочных работ, выписанный и утвержденный К. После утверждения наряда-допуска К. следовало осмотреть место работ и распорядиться о подготовке места работы, а именно об ограждении места проведения работ кошмой и предоставлении ведер с водой и песком. По сообщению К. он также должен осмотреть место проведения работ и обеспечить необходимые для этого условия. Между тем, 10 августа 2017 года никто его о проведении газосварочных работ не уведомил. Около 14 часов ему стало известно о пожаре в отделе подготовки. Поднявшись на этаж, на котором случился пожар, он наблюдал сильное задымление и видел как пожарные, которым сообщили о нахождении в помещении девушки, возвратившись из задымленного помещения, пояснили о сложности с ориентацией в помещении. После этого пожарники проследовали в задымленное помещение совместно с П., но вскоре вернулись, пояснив, что не смогли найти девушку, которая вероятнее всего находилась в помещении раздевалки, пройти к которой не представляется возможным ввиду сильного огня и высокой температуры в помещении. Пожарные, прибывшие к месту пожара на другом автомобиле, оснащенном лестницей, смогли потушить пожар и найти девушку в помещении. Со слов сотрудников ему стало известно, что пожар произошел из-за сварочных работ в вышеуказанном цеху и после возгорания девушка и грузчик Н. вернулись в раздевалку за своими вещами. При этом Н. удалось выбраться из помещения, но девушка не смогла и погибла;

на показания свидетеля К. - охранника ООО «Фабрика «Шарм», в соответствии с которыми на территорию фабрики осуществляется пропуск через центральную проходную и при прохождении на территорию фабрики работникам предоставляется пропуск, а рабочие подрядных организаций пропускаются согласно данным списков, предоставленных их руководством. 10 августа 2017 года около 13 часов 50 минут на стационарный телефон поста охраны поступил звонок, в ходе которого женщина сообщила о пожаре. Выбежав на улицу, он увидел, дым из окна швейного цеха. Позвонив Т., он сообщил о пожаре на территории фабрики и по указанию последнего вызывал пожарную службу. После чего он совместно с другими охранниками побежали по этажам здания швейного цеха эвакуировать и оповещать работников о пожаре. После эвакуации они вышли на улицу, со слов лиц, находившихся на улице, узнал, что в здании осталась женщина; 

на показания свидетеля П. - руководителя финансовой службы ООО «Фабрика «Шарм», в соответствии с которыми 10 августа 2017 года около 14 часов находясь на рабочем месте, выйдя в коридор, увидел небольшой дым, идущий из главного корпуса со стороны отдела подготовки закройного цеха и покинул здание. На улице со слов сотрудников цеха ему стало известно о том, что в здании осталась девушка из отдела подготовки. Впоследствии, со слов лиц, работающих на фабрике, ему стало известно о том, что пожар произошел из-за проведения сварочных работ;

на показания свидетелей Т. и Б. – фельдшера и врача выездной бригады ОГБУЗ ССМП о том, что 10 августа 2017 года в составе бригады № 2 по сообщению о пожаре на фабрике «Шарм» они прибыли на территорию фабрики, где находились пожарные расчеты и сотрудники экстренных служб ввиду пожара в цехе готовой продукцией. Спустя час после их прибытия, спасатели вытащили из здания женщину с явными признаками биологической смерти. В дальнейшем труп женщины увезли с места происшествия в отделение морга 

<

адрес>;

на показания свидетеля Ш. – заместителя начальника ФГКУ ОФПС по Смоленской области, в соответствии с которыми 10 августа 2017 года в 13 часов 58 минут на центральный пункт связи поступило сообщение о пожаре на территории ООО «Фабрика «Шарм» и в течение 5 минут к месту пожара прибыло две автомашины. По прибытию на территорию ООО «Фабрика «Шарм» провели «разведку» очага пожара и нахождения в месте пожара граждан. Удалось выяснить, что причиной пожара стало проведение сварочных работ в цеху на втором этаже и в горящем здании находится девушка. На момент их прибытия работники были эвакуированы из здания, очаг пожара был очень сильным и потому спасатели стали сразу тушить пожар. Спасатели пытались проникнуть в здание с улицы через окно, но не моли, так как окна были огорожены тканями изнутри помещения, зайдя в помещение через цокольный этаж, спасатели долго не могли найти девушку из-за сильного задымления. После того как девушку нашли, ее вытащили через окно и передали сотрудникам бригады скорой помощи;

на показания свидетеля С. - помощника начальника караула 3 ПСЧ ФГКУ ОФПС по Смоленской области, в соответствии с которыми 10 августа 2017 года около 14 часов на пульт радиотелефониста поступило сообщение о пожаре на ООО «Фабрика «Шарм». Он совместно с двумя отделениями на двух автомобилях прибыли к месту пожара, где находились пожарные части №№ 2, 5. Получив соответствующие указания по поиску очага пожара и находившегося в помещении фабрики человека, через окно проник в помещение, где находился очаг пожара и сильное задымление. Следуя полученному указанию, он покинул помещение и, находясь на улице, со слов сотрудников фабрики узнал приблизительное место нахождения женщины. Проследовав на поиск данной женщины, по установленной лестнице через окно проникли в помещение горящего здания, и нашли женщину среди проемов между материалами на расстоянии 15-20 метров до окна, так как она пыталась пройти к окнам, но не смогла. При этом пульс у женщины не прощупывался. Тело женщины по установленной автолестнице вынесли на улицу и передали сотрудникам бригады скорой медицинской помощи; 

на показания свидетеля В. – родственника ФИО2 о том, что ранее ФИО2 проживал в 

<

адрес>, но после начала военных действий переехал 

<

адрес> и временно проживал вместе с его семьей в доме в 

<

адрес>. По специальности ФИО2 сварщик и вся его трудовая деятельность была связана с этой профессией;

на показания потерпевшего К., в соответствии с которыми 10 августа 2017 года ему стало известно о гибели дочери Н. при пожаре в здании ООО «Фабрика «Шарм», на котором она работала кладовщиком. Впоследствии ему стало известно, что причиной возгорания явились сварочные работы, в результате проведения которых произошло возгорание; 

на показания представителя потерпевшего Т. – и.о. генерального директора ООО «Фабрика «Шарм», в соответствии с которыми в 2017 году в результате пожара в арендованном у ООО «Компания «Русский Трикотаж» помещении 

<

адрес>, имуществу ООО «Фабрика «Шарм» причинен ущерб на сумму 163 000 000 рублей;

на показания представителя потерпевшего Р., в соответствии с которыми в 2017 году в результате пожара собственнику здания 

<

адрес> причинен ущерб на сумму 80 000 000 рублей. В период произошедшего пожара указанное здание ООО «Компания «Русский трикотаж» было сдано в аренду ООО «Фабрика «Шарм».

Приведенные показания потерпевшего, представителей потерпевшего, свидетелей не вызывают сомнений в правдивости и подтверждаются данными протокола осмотра места происшествия от 11 августа 2017 года, в соответствии с которыми главный корпус ООО «Фабрика «Шарм», расположенный в 

<

адрес>, состоит из четырех этажей и цокольного этажа, при этом обрушены несущие стены и перекрытия, здание задымлено, некоторые его части охвачены открытым огнем (т. 1 л.д. 103-106); данными протокола осмотра места происшествия от 10 августа 2017 года, в соответствии с которыми на участке местности, расположенном на территории ООО «Фабрика «Шарм», представляющем собой стоянку, находится труп Н., 

<

дата> (т. 1 л.д. 64-76); заключением судебно-медицинской экспертизы № 826 от 23 августа 2017 года, в соответствии с выводами которого причиной смерти Н. явилось острое отравление окисью углерода (т. 2 л.д. 8-10); заключением пожарно-технической экспертизы № 106 от 27 сентября 2017 года, в соответствии с выводами которой причиной пожара послужило тепловое воздействие на сгораемые материалы (рулоны ткани) искр (огарка), образовавшихся в результате проведения сварочных работ (т. 2 л.д. 19-24); заключением пожарно-технической экспертизы № 2950/4-1 от 05 апреля 2018 года, в соответствии с выводами которой очаг пожара в здании главного корпуса ООО «Фабрика «Шарм» находился в восточном крыле на втором этаже здания в помещении отдела подготовки. Распространение горения от точечного размера до охвата пламенем всего объема помещения отдела подготовки происходило по сгораемым материалам (по рулонам, тюкам с тканями) за счет воздействия конвективных высоконагретых продуктов горения и радиационного излучения факела пламени горящих материалов (тканей в тюках, рулонах). За счет значительного скопления в районе потолочного перекрытия продуктов сгорания, повышения давления и температуры продукты горения и пламя через щели, трещины, коммуникационные проемы и отверстия распространились в вышерасположенные этажи и далее в чердачное помещение, где распространение горения происходило по деревянным стропилам и дощатой обрешетке кровли в западном направлении до полного охвата горением чердачного помещения здания главного корпуса ООО «Фабрика «Шарм». Также в результате воздействия высокой температуры на остекления оконных рам отдела подготовки произошло разрушение их остекления и образование тяги, с выходом продуктов горения и пламени через оконные проемы, расположенные в северной стене здания и распространения его через оконные проемы в вышерасположенные этажи Причиной возникновения пожара в здании главного корпуса ООО «Фабрика «Шарм» послужило попадание, в ходе проведения электросварочных работ по ремонту штабелера, расплавленных частиц металла электрода или его огарка на горючие материалы (рулоны с тканями), которые не были убраны от места проведения сварочных работ на расстояние более 5 м, и не были защищены экранами из негорючих материалов (т. 6 л.д. 203-230) и другими доказательствами подробно приведенными в приговоре.

С учетом всей совокупности приведенных в приговоре доказательств суд обоснованно пришел к выводу об их достаточности для полного установления фактических обстоятельств причастности осужденного ФИО2 к нарушению правил безопасности при ведении иных работ, повлекших по неосторожности причинение крупного ущерба и смерть человека и его виновности в совершенном преступлении.

Положенные судом в основу приговора доказательства проверены на предмет относимости и достоверности, а их совокупность признана достаточной для постановления обвинительного приговора. Правила оценки доказательств судом соблюдены. Предусмотренных ст. 75 УПК РФ оснований для признания недопустимыми каких-либо положенных в обоснование приговора иных доказательств судом обоснованно не установлено, поскольку нарушений требований уголовно-процессуального закона при их получении не допущено.

Таким образом, фактические обстоятельства изложенных в описательно-мотивировочной части приговора действий ФИО2, связанных с нарушение правил безопасности при ведении иных работ, повлекших по неосторожности причинение крупного ущерба и смерть человека, установлены судом правильно и основаны на оценке совокупности доказательств, полученных в предусмотренном законом порядке, всесторонне и полно исследованных непосредственно в судебном заседании.

Приведенные защитником осужденного в апелляционной жалобе доводы аналогичные доводам, озвученным в судебном заседании суда первой инстанции, о том, что ФИО2 не является субъектом преступления, ввиду того, что временно осуществлял деятельность на территории «Фабрика «Шарм», тщательно проверены судом первой инстанции и обоснованно отвергнуты.

При этом суд первой инстанции, следуя указаниям суда кассационной инстанции, которые для суда первой инстанции при новом рассмотрении уголовного дела в силу положений ч. 6 ст. 401.16 УПК РФ являются обязательными, тщательно проанализировал показания свидетелей Н., К., З., В., Н., П. и Л. и верно признал ФИО2 субъектом вменяемого ему преступления. 

В частности суд первой инстанции правильно отметил, что для проведения ремонтных работ штабелера, находившегося в цеху на втором этаже основного корпуса ООО «Фабрика «Шарм» ФИО2, являясь сотрудником подрядной организации, выполнявшей различные работы на объектах ООО «Фабрика «Шарм», по указанию бригадира подрядной организации и мастера по ремонту оборудования ООО «Фабрика «Шарм» производил сварочные работы по ремонту штабелера в присутствии указанного сотрудника ООО «Фабрика «Шарм».

При этом суд первой инстанции, основываясь на показаниях свидетелей К., З., В., Н., П. и Л. верно отметил, что ФИО2 являясь сотрудником подрядной организации на протяжении 3 месяцев осуществлял работы, в том числе сварочные в различных цехах на территории ООО «Фабрика Шарм», имеющего пропускной режим. 

С учетом изложенного суд первой инстанции сделал правильный вывод о том, что ФИО2 осуществлялась временная деятельность, связанная с выполнением работ на территории ООО «Фабрика «Шарм» и потому он является субъектом преступления, предусмотренного ст. 216 УК РФ.

Приведенный вывод суда согласуется с разъяснениями, содержащимися в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2018 года № 41 «О судебной практике по уголовным делам о нарушениях требований охраны труда, правил безопасности при ведении строительных или иных работ либо требований промышленной безопасности опасных производственных объектов» о том, что ответственность по статьям 216 и 217 УК РФ могут нести как работники организации, в которой произошел несчастный случай, так и другие лица, постоянная или временная деятельность которых связана с выполнением строительных или иных работ либо с опасным производством, обязанные соблюдать соответствующие правила и требования.

Доводы апелляционной жалобы защитника осужденного ФИО2 о необоснованном признании ФИО2 виновным в нарушении п.п. 419, 420 Постановления Правительства РФ от 25.04.2012 № 390 «О противопожарном режиме» ввиду того, что закрепляет наступление ответственности за нарушение положений в случае надлежащего допуска к работам, либо в силу должностных обязанностей, что отсутствовало исследуемой ситуации с ФИО2 а также в нарушении п. 26 Правил по охране труда при выполнении электросварочных и газосварочных работ, утверждённых Приказом Минтруда России от 23.12.2014 № 1101н, поскольку они обязательны для исполнения работодателями и работниками, состоящими с ними в трудовых отношениях, при выполнении электросварочных и газосварочных работ, с позиции суда апелляционной инстанции несостоятельны. 

Как установлено судом первой инстанции действительно ФИО2 не состоял в официальных трудовых отношениях с ООО «Фабрика «Шарм», но он являл сотрудником подрядной организации, допущенной должностными лицами ООО «Фабрика «Шарм» до выполнения различных работ, в том числе сварочных. 

При этом, как верно отметил суд, ФИО2 обладал соответствующим образованием и опытом сварочных работ, что подтверждается как показаниями самого ФИО2 об окончании в 2006 году техникума по специальности «Сварщик» и последующей трудовой деятельностью по указанной профессии, так и показаниями свидетеля В., подтвердившего, что по специальности ФИО2 сварщик и вся его трудовая деятельность связана именно с этой профессией.

О том, что ФИО2 обладал знаниями в области избранной им профессии, опытом проведения сварочных работ и был осведомлен о правилах пожарной безопасности при их выполнении свидетельствуют как показания самого ФИО2 о том, что перед проведением сварочных работ он обращал внимание сотрудников ООО «Фабрика «Шарм» на опасность проведения сварочных работ в цеху, в котором находилось большое количество легковоспламеняющихся материалов, так и показаниями свидетеля Н., - мастера по ремонту оборудования ООО «Фабрика «Шарм» о том, что перед проведением сварочных работ по ремонту оборудования сварщик ФИО2 обращал внимание на опасность проведения работ в цеху, в котором находились рулоны тканей.

Вопреки доводам автора апелляционной жалобы вывод суда о наличии причинно-следственной связи между происшествием и смертью Н. основан на совокупности исследованных по делу доказательств и является верным.

При этом суд первой инстанции, сохраняя беспристрастность, дал объективную оценку всем исследованным по делу доказательствам, в том числе заключению эксперта № 18098-11702660002000087/У-СЭ от 14 сентября 2018 года и сделал правильный вывод о наступлении смерти Н. ввиду допущенных ФИО2 нарушений правил безопасности при ведении работ.

Утверждения автора апелляционной жалобы о том, что у Н. имелась возможность покинуть территорию предприятия, но она, допустив грубую неосторожность, вернулась в помещение, в котором погибла, не подтверждаются исследованными по делу доказательствами.

Как установлено судом первой инстанции и подтверждено исследованными доказательствами, а именно показаниями свидетелей Н., Н., Г., в соответствии с которыми Н. после возникновения пожара не покидала цех и соответственно не возвращалась обратно. Тот факт, что Н. сразу после возникновения пожара зашла в расположенную в соседнем помещении раздевалку и не смогла ее покинуть из-за быстрого и сильного задымления, отключения осветительных приборов и охватившего ее страха, не дает оснований утверждать, что смерть Н. от острого отравления угарным газом наступила вследствие ее небрежного поведения.

Тот факт, что Н. после последовавшей команды эвакуироваться сразу не покинула помещение цеха, а зашла в раздевалку, учтен судом в качестве обстоятельства, смягчающего наказание, в соответствии с пунктом 6 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2018 года № 41 «О судебной практике по уголовным делам о нарушениях требований охраны труда, правил безопасности при ведении строительных или иных работ либо требований промышленной безопасности опасных производственных объектов» в том смысле, что если последствия наступили в результате как действий (бездействия) подсудимого, вина которого в нарушении специальных правил установлена судом, так и небрежности, допущенной потерпевшим, суду следует учитывать такое поведение потерпевшего при назначении наказания.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что вопреки доводам, приведенным автором апелляционной жалобы, выводы суда первой инстанции о наличии причинно-следственной связи между допущенными ФИО2 нарушениями правил безопасности при ведении работ и наступившими последствиями в виде смерти Н. достаточно подробно, со ссылками на исследованные по делу доказательства, приведены в приговоре суда.

При этом суд первой инстанции дал надлежащую оценку всем исследованным по делу доказательствам, в том числе проведенным экспертным исследованиям и подробно обосновал признание их допустимыми доказательствами, а также указал причины негативной оценки других исследованных по делу доказательств. Не согласиться с данными выводами суда первой инстанции суд апелляционной инстанции оснований не усматривает.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что суд первой инстанции, правильно установив фактические обстоятельства по делу, верно квалифицировал действия ФИО2 по ч. 2 ст. 216 УК РФ как нарушение правил безопасности при ведении иных работ, если это повлекло по неосторожности причинение крупного ущерба и смерть человека.

При назначении наказания ФИО2 суд, руководствуясь требованиями ст. 6, 60 УК РФ, учел характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности ФИО2, который состоит в браке, имеет малолетнего ребенка, по месту жительства характеризуется удовлетворительно, по месту обучения и по месту предыдущей работы положительно. Суд также учел все имеющие значение обстоятельства, в том числе смягчающие обстоятельства:

в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ явку с повинной, в соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ наличие малолетнего ребенка, в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ – небрежное поведение погибшей, совершение преступления вследствие исполнения указания о производстве работ, совершение преступления впервые, перегруженность помещения отдела полотном, загромождение им окон, проходов и второго выхода из раздевалки, нарушение правил пожарной безопасности со стороны двух иных лиц при организации сварочных работ.

При этом оснований для применения положений ч. 6 ст. 15, ст.ст. 64, 73 УК РФ при назначении наказания ФИО2 суд не усмотрел.

Соглашаясь с подробно мотивированными в приговоре выводами суда об отсутствии оснований для применения положений ч. 6 ст. 15, 73 УК РФ, суд апелляционной инстанции отмечает следующее. 

В соответствии с п. 3 ст. 389.15 УПК РФ основанием изменения судебного решения в апелляционном порядке является неправильное применение уголовного закона. 

Согласно ст. 297 УПК РФ приговор суда признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона.

Приведенное положение закона при постановлении приговора в отношении ФИО2 выполнено не было.

Согласно ст. 6 УК РФ наказание, применяемое к лицу, совершившему преступление, должно быть справедливыми, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного.

В соответствии с ч. 3 ст. 60 УК РФ при назначении наказания учитываются характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности виновного, обстоятельства, смягчающие и отягчающие его наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного.

Санкция ч. 2 ст. 216 УК РФ предусматривает наказание в виде принудительных работ на срок до пяти лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет или без такового либо лишение свободы на срок до пяти лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет или без такового.

Между тем суд назначил ФИО2 по ч. 2 ст. 216 УК РФ наказание в виде 2 лет исправительных работ с удержанием 10 % из заработной платы осужденного в доход государства, т.е. вид наказания, не предусмотренный санкцией указанной нормы закона.

Однако в соответствии с ч. 1 ст. 64 УК РФ суд может назначить более мягкий вид наказания, чем предусмотрен статьей при наличии исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления.

В этой связи суд апелляционной инстанции принимает во внимание поведение осужденного во время и после совершения преступления, наличие

3, указанных выше смягчающих обстоятельств, в том числе, предусмотренных пп. «и», «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ и ч. 2 ст. 61 УК РФ, и, признавая исключительной совокупность данных обстоятельств, считает возможным при назначении наказания ФИО2 применить положения ст. 64 УК РФ, с назначением более мягкого вида наказания, чем предусмотрено санкцией статьи, в связи с чем, в этой части приговор подлежит изменению. 

Иных оснований для изменения или отмены состоявшегося судебного решения суд апелляционной инстанции не усматривает.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 38913, 38920, 38928 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

Приговор Ленинского районного суда г. Смоленска от 20 июня 2025 года в отношении ФИО1 изменить:

указать о применении при назначении наказания ФИО2 положений ст. 64 УК РФ.

В остальном приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Манойлова С.В. в интересах осужденного ФИО2 – без удовлетворения. 

Апелляционное постановление может быть обжаловано во Второй кассационный суд общей юрисдикции в течение 6 месяцев в порядке, установленном главой 471 УПК РФ.

Председательствующий: (подпись) М.В. Курпас 

Копия верна: 

Судья Смоленского областного суда М.В. Курпас