Дело № 2-1166/2017

Мотивированное 

решение

 изготовлено 03 апреля 2017 года РЕШЕНИЕ 

Именем Российской Федерации

28 марта 2017 года Орджоникидзевский районный суд города Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Нагибиной И.А. при секретаре Зверевой Т.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, взыскании судебных издержек, 

установил:

Истец обратилась в суд с иском к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, взыскании судебных издержек. 

В обоснование иска указано, что 11.09.2016 по адресу: г, Екатеринбург, ул. Шефская, 

<

 № >, произошло дорожно-транспортное происшествие. Водитель автомобиля Дэу Нексия,гос. № 

<

 № >, ФИО3 допустил наезд на стоящий автомобиль «Тойота Раум», гос. № 

<

 № >, под управлением истца. В результате произошедшего ДТП принадлежащий истцу автомобиль получил механические повреждения. 

Согласно справке о ДТП ФИО3 нарушил п.п. 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации РФ, кроме того в момент ДТП он находился в состоянии алкогольного опьянения и не имел документов на право управлениятранспортными средствами.

Согласно экспертному заключению ООО «Урал-Оценка» стоимость восстановительного ремонта автомобиля «Тойота Раум» без учета износа составила 

<

 данные изъяты >. Рыночная стоимость автомобиля в неповрежденном состоянии согласно расчетам эксперта составила 

<

 данные изъяты >. В связи с тем, что стоимость восстановительного ремонта превысила рыночную стоимость самого автомобиля, экспертом, проводившим исследование поврежденного автомобиля, было принято решение об экономической нецелесообразности восстановления транспортного средства. Стоимость годных остатков автомобиля «Тойота Раум»,гос. №

<

 № > составила 

<

 данные изъяты >. Размер причиненного истцу ущербасоставил 

<

 данные изъяты >.

В связи с тем, что виновник ДТП ФИО3 не имел права на управление автомобилем, с требованием о возмещении ущерба истец обратилась в собственнику автомобиля Дэу Нексия,гос. № 

<

 № >- ФИО4

ФИО4, предоставил договор купли-продажи транспортного средства, согласно которому 22 января 2016 года автомобиль «Дэу Нексия», гос. № 

<

 № >, был им продан за 

<

 данные изъяты > ФИО2 Таким образом, ФИО2 стала новым собственником автомобиля «Дэу Нексия», на котором лежит обязанность зарегистрировать автомобиль в органах ГИБДД в установленном законом порядке и нести предусмотренную законом ответственность в случае причинения вреда при использовании указанного автомобиля.

ФИО3 по закону не мог являться владельцем транспортного средства под которым понимается лицо, распоряжающееся источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании. Указанные обстоятельства дают основания для предъявления требований о возмещении причиненного мне ущерба именно к ответчику ФИО2

27 октября 2016 года истцом в адрес ответчика направлена претензия о возмещении причиненного ущерба в добровольном порядке. Претензию ответчик не получила.

Расходы на услуги эксперта составили 

<

 данные изъяты >, на отправку телеграммы для приглашения ответчика на независимую экспертизу - 

<

 данные изъяты > отправку претензии - 

<

 данные изъяты >, расходы на юриста - 

<

 данные изъяты >.

На основании изложенного, истец просила взыскать с ответчика ФИО2 сумму ущерба причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия 

<

 данные изъяты >, расходы на проведение экспертизы 

<

 данные изъяты >, расходы на отправку телеграммы и претензии в размере 

<

 данные изъяты >, расходы на оплату услуг представителя в размере 

<

 данные изъяты >, расходы по оплате государственной пошлины 

<

 данные изъяты >. 

Заочным решением Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга от 18.01.2017 удовлетворены исковые требования ФИО1 к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, взыскании судебных издержек.

Определением Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга от 03.03.2017 указанное заочное решение отменено, производство по делу возобновлено.

Определением Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга от 21.03.2017 по ходатайству представителя истца к участию в деле в качестве ответчика привлечен ФИО3

В судебном заседании представитель истца исковые требования поддержал, просил взыскать сумму ущерба с ответчиков пропорционально их вине в причинении имущественного ущерба истцу, указывая, как на виновное поведение ответчика ФИО3, непосредственными действиями которого истцу причинен материальный ущерб, так и на вину ответчика ФИО2, выразившуюся в ненадлежащем содержании принадлежащего ей источника повышенной опасности, что способствовало причинению вреда истцу в виде повреждения ее автомобиля. Также пояснил о недопустимости хранения документов на автомобиль непосредственно в автомобиле, а ключей зажигания - в замке зажигания автомобиля. Если бы ФИО2 проявила должную заботливость и осмотрительность при хранении документов и принадлежностей на автомобиль отдельно от автомобиля, у ответчика ФИО3 не возник бы соблазн в использовании автомобиля ФИО2 по прямому его назначению, и дорожно-транспортного происшествия возможно было избежать. Просил установить вину каждого из ответчиков в причинении имущественного ущерба истцу.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований, поскольку участником дорожно-транспортного происшествия не являлась, вред имуществу истца причинен по вине ФИО3 Просила отказать в удовлетворении иска к ФИО2 Пояснила, что самостоятельно вправе распоряжаться принадлежащим ей имуществом, хранить ключи и документы от автомобиля, где ей будет угодно. Более того, еще 10 сентября 2016 года обратилась в органы полиции с заявлением об угоне принадлежащего ей автомобиля, заявление было принято, в возбуждении уголовного дела было отказано. Постановление об отказе в возбуждении уголовного дела она не обжаловала. Факт хранения ключей и документов непосредственно в салоне автомобиля не отрицает.

Ответчик ФИО3 в судебном заседании вину в ДТП не оспаривал, равно, как и не оспаривал факт противоправного завладения имуществом ответчика ФИО2, не согласился с суммой ущерба, однако доказательств иной стоимости ущерба не представил. Пояснил, что ключи от автомобиля находились в замке зажигания, в связи с чем, ФИО3, воспользовался ситуацией в своих целях, сел за руль и совершил дорожно-транспортное происшествие, в результате которого пострадал автомобиль истца.

Третье лицо ФИО4 в судебное заседание не явился, извещен надлежаще, причины неявки суду не известны.

Заслушав представителя истца, ответчиков, исследовав письменные доказательства и материалы дела, обозрев административный материал и материалы проверки по факту обращения ФИО2 с заявлением об угоне транспортного средства, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина подлежит возмещению лицом, причинившим вред. 

Согласно ч. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, в том числе с использование транспортных средств, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. 

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.). 

В судебном заседании установлено и подтверждается справкой о дорожно-транспортном происшествии, что 11 сентября 2016 года в 21:05 в 

<

...> 

<

 № >, произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобилей «ДЭУ Нексия BDC» гос. № 

<

 № >, принадлежащего ФИО4 под управлением ФИО3, и «Тойота Раум» гос. № 

<

 № > под управлением собственника ФИО1 

Согласно определению об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении от 12 сентября 2016 года ФИО3 не обеспечил постоянный контроль за движением своего автомобиля и допустил наезд на стоящее транспортное средство.

Из постановления мирового судьи судебного участка № 8 Орджоникидзевского судебного района г. Екатеринбурга от 12 сентября 2016 года следует, что 11 сентября 2016 годаФИО3 на ул. Шефской, 

<

 № > в г. Екатеринбурге, не имея права управления транспортными средствами, управлял автомобилем марки «Дэу Нексия», в нарушение пункта 2.3.2. Правил дорожного движения РФ, не выполнил законного требования сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, за что был привлечен к административной ответственности по части 2 статьи 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. Постановление ответчиком ФИО3 не обжаловано, вступило в законную силу.

На основании изложенного, суд делает вывод о наличии в действиях водителя автомобиля «Дэу Нексия» гос. № А189КР/196, вины в дорожно-транспортном происшествии. 

Указанные обстоятельства также свидетельствуют о противоправных действиях водителя автомобиля «Дэу Нексия» гос. № А189КР/196, которые находятся в прямой причинно-следственной связи с произошедшим дорожно-транспортным происшествием и причинением ущерба имуществу истца. В действиях ФИО1 суд не усматривает нарушений Правил дорожного движения.

Из взаимосвязи ст. ст. 1079 и 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что под лицом, причинившим вред при использовании источника повышенной опасности, понимается лицо, владеющее данным источником на законном основании.

Исследованные в судебном заседании доказательства, свидетельствуют о том, что на момент дорожно-транспортного происшествия ФИО3 владел транспортным средством без законных на то оснований, что, в то же время, последним в судебном заседании не оспаривалось.

Судом установлено, не оспаривалось ответчиком ФИО2, подтверждается договором купли-продажи транспортного средства от 22.01.2016 года, что ФИО4 продал ФИО2 автомобиль «Дэу Нексия», ПТС 

<

 адрес >, 2001 года выпуска. Таким образом, на момент дорожно-транспортного происшествия именно ФИО2 являлась собственником автомобиля - участника рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия, а, следовательно, законным владельцем источника повышенной опасности.

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В силу пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Положениями пункта 2 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что совершение собственником по своему усмотрению в отношении принадлежащего ему имущества любых действий не должно противоречить закону и иным правовым актам и нарушать права и охраняемые законом интересы других лиц.

Пунктом 2 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 

<

 дд.мм.гггг > N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", следует, что при наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность по возмещению вреда может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности, в долевом порядке в зависимости от степени вины каждого из них (например, если владелец транспортного средства оставил автомобиль на неохраняемой парковке открытым с ключами в замке зажигания, то ответственность может быть возложена и на него).

По смыслу приведенных положений Гражданского кодекса Российской Федерации, подлежащих истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, с учетом разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, законный владелец источника повышенной опасности может быть привлечен к ответственности за вред, причиненный данным источником, наряду с непосредственным причинителем вреда, в долевом порядке при наличии вины.

Вина может быть выражена не только в содействии противоправному изъятию источника повышенной опасности из обладания законного владельца, но и в том, что законный владелец передал полномочия по владению источником повышенной опасности другому лицу, использование источника повышенной опасности которым находится в противоречии со специальными нормами и правилами по безопасности, содержащими административные требования по его охране и защите.

Положениями пункта 4 статьи 25 Федерального закона от 10 декабря 1995 г. N 196-ФЗ "О безопасности дорожного движения" предусмотрено, что право на управление транспортными средствами подтверждается водительским удостоверением.

Согласно пункту 2.1.1 Правил дорожного движения, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 г. N 1090, водитель механического транспортного средства обязан иметь при себе и по требованию сотрудников полиции передавать им, для проверки водительское удостоверение или временное разрешение на право управления транспортным средством соответствующей категории или подкатегории.

Следовательно, в силу приведенных законоположений, законный владелец источника повышенной опасности - транспортного средства, передавший полномочия по владению этим транспортным средством лицу, не имеющему права на управление соответствующими транспортными средствами, о чем было известно законному владельцу на момент передачи полномочий, в случае причинения вреда в результате использования транспортного средства таким лицом (законным владельцем на момент причинения вреда), будет нести совместную с ним ответственность в долевом порядке в зависимости от вины.

В соответствии с частью 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Как установлено судом и видно из материалов дела, на момент совершения дорожно-транспортного происшествия ФИО3, являлся лицом, не имеющим водительского удостоверения, подтверждающего право на управление какими-либо транспортными средствами.

Доказательств, свидетельствующих о том, что автомобиль «Дэу Нексия BDC», гос. № 

<

 № >, принадлежащий ответчику ФИО2, выбыл из ее обладания исключительно в результате противоправных действий ФИО3 и в отсутствие с ее стороны вины в противоправном изъятии источника повышенной опасности, материалы дела не содержат. Отсутствуют и доказательства того, что при изъятии транспортного средства ФИО3 ФИО2 не знала и не могла знать об отсутствии у ФИО3 права управления транспортными средствами.

Вина ФИО2 в противоправном изъятии из ее обладания источника повышенной опасности подтверждается материалами настоящего дела. В частности, из пояснений ФИО2, данных в ходе судебного разбирательства, следует, что ключи от автомобиля хранились ею в замке зажигания, а документы на транспортное средство - в «бардачке» автомобиля. Ключи от гаража, в котором хранился автомобиль, передал ФИО3 ее сын ФИО5, который не был ограничен ФИО2 в доступе как к гаражу по месту хранения транспортного средства, так и собственно к автомобилю.

Кроме того, из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 25.09.2016 следует, что 16.09.2016 в ДЧ ОП 

<

 № > УМВД по г. Екатеринбургу поступил материал проверки по заявлению гр. ФИО2, 

<

 дд.мм.гггг > года рождения, проживающей по адресу 

<

 адрес >, по факту угона принадлежащего ей автомобиля «Дэу Нексия» гос № 

<

 № > региона.В ходе работы по материалу проверки установлено, что собственником указанной автомашины является заявительница,однако фактически управлял автомобилем ее сын ФИО5, 

<

 дд.мм.гггг > года рождения, поскольку сама заявительница водительского удостоверения не имеет.

В дальнейшем было установлено, что 11.09.2016 ФИО5 по просьбе своего знакомого ФИО3, передал ему ключи от своего гаражного бокса, расположенного по 

<

 адрес >, для того чтобы он в нем переночевал. В данном гаражном боксе находилась вышеуказанная автомашина «Дэу Нексия», с ключами в замке зажигания от нее. Впоследствии гр. ФИО3 самовольно, без разрешения гр. ФИО5 угнал вышеуказанную автомашину и совершил на ней ДТП на перекрестке улиц Шефская-Красных Командиров, где был задержан сотрудниками ГИБДД. Поскольку гр. ФИО3 не имеет водительского удостоверения, то он был привлечен к административной ответственности и помещен в спецприемник УМВД России по г. Екатеринбургу.

В ходе дополнительного опроса ФИО5 установлено, что ранее он неоднократно передавал ФИО3 ключи от автомашины «Дэу Нексия», с целью, чтобы он взял из нее инструмент,так как они работал с ним совместно по монтажу окон. Когда ФИО5 давал ключи ФИО3, он открывал ими двери автомашины, если в салоне лежал инструмент. Если же инструмент лежал в багажнике автомашины, то ключами он открывал его,брал инструмент, закрывал автомашину и отдавал ключи ФИО5 Каких-либо иных действий он с ключами автомашины не совершал.

Кроме этого, несколько раз ФИО3 просил ФИО5 дать ему ключи от вышеуказанной автомашины, для того чтобы в ней переночевать, поскольку он является лицом без определенного места жительства. ФИО5 также давал ему от нее ключи. При этом ФИО3 открывал автомашину и ночевал в ней. Это все происходило в летнее время. В те моменты, когда он в ней ночевал, он на ней не запускал двигатель. После этого, ФИО5 забирал у него ключи от автомашины. Разрешение передвигаться на указанной автомашине ФИО3 ФИО5 никогда не давал, поскольку знал, что у него нет водительского удостоверения. Также в страховку был вписан только ФИО5 и предыдущий хозяин.

В ходе дальнейшей работы был установлен гр. ФИО3, который дал объяснение и написал явку с повинной по данному факту.В действиях ФИО3 отсутствуют признаки состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 166 УК РФ, так как у ФИО3 имелось предполагаемое право на управление указанным автомобилем,поскольку гр. ФИО5 ранее ему неоднократно давал ключи от вышеуказанного автомобиля, и он в нем ночевал ранее.

Из письменных пояснений ФИО5 также следует, что ключи от автомобиля «Дэу Нексия» 11 сентября 2016 года он ФИО3 не передавал, поскольку они находились в замке зажигания автомашины, которая, в свою очередь, находилась в гараже, от которого ФИО5 передал ключи ФИО3

Письменными пояснениями ФИО3 подтверждается, что в гараже, от которого он получил ключи у сына ФИО2, находился открытый автомобиль «Дэу Нексия», ключи от автомобиля располагались в замке зажигания. Целью использования транспортного средства по его прямому назначению явилась необходимость поездки за продуктами, которые ФИО3 не приобрел до того, как попал в гараж для ночевки.

Из материалов дела усматривается, что водитель ФИО3 права на управление транспортными средствами на момент дорожно-транспортного происшествия не имел, при этом 

Доводы ФИО2 о ее обращении в правоохранительные органы с заявлением об угоне принадлежащего ей автомобиля до даты дорожно-транспортного происшествия - 10 сентября 2016 года, противоречат исследованным в судебном заседании доказательствам: собственно заявлению о привлечении ФИО3 к уголовной ответственности, датированному 16 сентября 2016 года, подписанному непосредственно ФИО2, постановлению об отказе в возбуждении уголовного дела от 25 сентября 2016 года, из которого усматривается, что обращение ФИО2 имело место 16 сентября 2016 года (после ДТП от 11 сентября 2016 года) и другим документам, содержащимся в отказном материале (КУСП 

<

 № >, 

<

 № > от 16 сентября 2016 года).

Более того, сам факт обращения ФИО2 с заявлением о привлечении ФИО3 к уголовной ответственности за угон транспортного средства, принадлежащего ответчику ФИО2, правового значения для рассмотрения настоящего спора не имеет, поскольку, во-первых, в возбуждении уголовного дела заявителю было отказано по мотиву отсутствия в действиях ФИО3 состава преступления, постановление не обжаловано и вступило в законную силу; во-вторых, потому, что недобросовестное поведение ответчика ФИО2 при реализации ею права хранение принадлежащего ей источника повышенной опасности совместно с документами на автомобиль и ключами от него, способствовали причинению имущественного ущерба истцу противоправными действиями ответчика ФИО3

Оценив в совокупности представленные по делу доказательства, суд приходит к выводу о виновном поведении как ответчика ФИО2, выразившемся в противоправном выбытии из ее владения источника повышенной опасности, использованием которого имуществу истца причинен вред, так и ответчика ФИО3, непосредственными противоправными действиями которого истцу причинен материальный ущерб, что является основанием для возложения на ответчиков гражданско-правовой ответственности в виде компенсации возникшего у истца ущерба. Определяя степень вины ФИО3 и ФИО2 в причинении имущественного ущерба истцу, суд устанавливает вину каждого из ответчиков равной - по 50%, исходя из фактических обстоятельств дела. 

В обоснование размера ущерба, причиненного автомобилю истца, суду представлено экспертное заключение 

<

 № > от 22 сентября 2016 года (л.д. 14-62), согласно которому стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца без учета износа составила 

<

 данные изъяты >, с учетом износа - 

<

 данные изъяты >, рыночная стоимость автомобиля составляет 

<

 данные изъяты >, стоимость годных остатков - 

<

 данные изъяты >, стоимость услуг по проведению экспертизы составила 

<

 данные изъяты >, оплачена истцом, что подтверждается квитанцией 

<

 № > от 22 сентября 2016 года. 

Оснований не доверять заключению эксперта сомневаться в его достоверности, в правильности или обоснованности, а также в компетентности эксперта у суда не имеется, поскольку суду предоставлены документы, подтверждающие его квалификацию. Суд принимает данное заключение как относимое, допустимое и достоверное доказательство размера ущерба причиненного истцу в результате дорожно-транспортного происшествия и полагает возможным положить его в основу решения суда. Материалы дела не содержат доказательств иной стоимости ущерба, причиненного истцу.

Доводы ответчиков о завышенности суммы ущерба, определенной на основании представленного истцом экспертного заключения, отклоняются судом, поскольку доказательств иной стоимости ущерба, в меньшем размере, ответчиками в нарушение требований ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суду не представлено. При этом суд обязывал ответчиков в порядке подготовки дела к судебному разбирательству представить иной мотивированный расчет ущерба при несогласии с заявленными истцом к взысканию суммами. Данную обязанность ответчики не исполнили, проигнорировав требования суда.

При установленных судом обстоятельствах, с учетом равной вины ответчиков в причинении имущественного вреда истцу, с ФИО2 и ФИО3 в пользу истца подлежит взысканию сумма ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия 

<

 данные изъяты > (

<

 данные изъяты > - 

<

 данные изъяты >). С каждого ответчика суд взыскивает в пользу истца по 

<

 данные изъяты > (

<

 данные изъяты > / 2).

Требования истца о взыскании в свою пользу расходов на оплату услуг эксперта в сумме 

<

 данные изъяты >, суд также считает обоснованными и подлежащими удовлетворению. Данные расходы в силу положений ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации являются убытками истца, возникшими в результате неправомерного, виновного поведения ответчиков. Указанная сумма подтверждена документально и подлежат взысканию с ответчиков в равных долях - по 

<

 данные изъяты > с каждого ответчика.

Расходы истца по отправке телеграммы в размере 

<

 данные изъяты > и претензии в размере 

<

 данные изъяты > на основании ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежит взысканию с ответчика ФИО2, которые адресованы истцом данному ответчику. Несение данных расходов истцом подтверждается письменными доказательствами.

В соответствии со ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации расходы на оплату услуг представителя, понесенные истцом, подлежат возмещению за счет средств ответчика в разумных пределах. 

Заявленный истцом размер расходов по оплате услуг представителя в размере 

<

 данные изъяты > суд находит соразмерным объему выполненной представителем истца работы, отвечающему требованиям разумности. Факт оплаты данной суммы подтвержден истцом документально. С учетом конкретных обстоятельств дела, объема проведенной представителем истца работы, а также принципа пропорциональности распределения судебных издержек, установленного ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд взыскивает в качестве компенсации истцу расходов на оплату услуг представителя по 

<

 данные изъяты > с каждого ответчика.

Расходы истца на уплату государственной пошлины в сумме 

<

 данные изъяты > подлежат взысканию с ответчиков на основании ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации пропорционально удовлетворенной части исковых требований, исчисленные в соответствии с требованиями налогового законодательства. С каждого ответчика подлежит взысканию 

<

 данные изъяты >.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 12, 56, 167,194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, взыскании судебных издержек удовлетворить.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 в счет возмещения ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, 

<

 данные изъяты >, расходы на оценку ущерба - 

<

 данные изъяты >, расходы на оплату юридических услуг - 

<

 данные изъяты >, расходы по уплате государственной пошлины - 

<

 данные изъяты >.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 в счет возмещения ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, 

<

 данные изъяты >, расходы на оценку ущерба - 

<

 данные изъяты >, расходы на оплату юридических услуг - 

<

 данные изъяты >, расходы по уплате государственной пошлины - 

<

 данные изъяты >, почтовые расходы 

<

 данные изъяты >.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца с даты изготовления мотивированного решения в Свердловский областной суд, путем подачи апелляционной жалобы через Орджоникидзевский районный суд г. Екатеринбурга

Судья И. А. Нагибина