Дело № 2-12/2020

(УИД 25RS0015-01-2019-001680-89)

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

24 ноября 2020 года город Дальнегорск

Дальнегорский районный суд Приморского края в составе:

председательствующего судьи Салминой Е.С.,

при секретаре судебного заседания Долгаевой В.Ю.,

с участием: представителя истца ФИО1 - ФИО2, представителя ответчика ФИО3 – ФИО4, ответчика ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО3, ФИО5 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО3 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки, совершенной ФИО в лице ФИО1 и ФИО3, на основании которой право собственности на квартиру по 

<

адрес> от 15 апреля 2019 года перешло от ФИО1 к ФИО3 

В обоснование иска указал, что 15 апреля 2019 года ИП ФИО оказывал ему услугу потребительского займа на сумму 153 000 руб. В целях обеспечения кредитного договора он оформил на ИП ФИО, как выяснилось 6 августа 2019 года, нотариальную доверенность, однако думал, что оформляет расписку на возврат потребительского займа.

25 апреля 2019 года ему стало известно, что 15 апреля 2019 года была совершена сделка купли-продажи вышеуказанного жилого помещения на имя ответчика ФИО3 Какие-либо поручения на продажу квартиры, договорённости с ответчиком ФИО3 о продаже квартиры им не передавались. 

Впоследствии его мать ФИО заключила кредитный договор с КБ «

<

...>» на погашение потребительского займа ИП ФИО, а также на гашение задолженности по коммунальным платежам за жилое помещение. 

Для гашения кредита в КБ «

<

...>» по объявлению нашел вариант продажи своей квартиры, для чего оформил нотариальную доверенность на продажу квартиры ФИО

По факту неправомерного завладения квартирой обратился 29 июля 2019 года (КУСП №) в правоохранительные органы с заявлением о привлечении к ответственности. До настоящего времени процессуального решения не принято.

На сегодняшний день ему известно о намерении ответчика ФИО3 продать квартиру, которая принадлежит тому на праве собственности на основании договора купли-продажи от 15 апреля 2019 года.

Указывает на то, что сделка купли-продажи спорной квартиры, заключенная между ФИО в лице ФИО1 и ФИО3, недействительна в силу требований ст.170 Гражданского кодекса РФ, поскольку фактически была совершена безвозмездная сделка, так как денежные средства не передавались. 

Кроме того, указанная сделка заключена ФИО в лице ФИО1 на крайне невыгодных для него условиях и при стечении тяжелых обстоятельств, совершена в состоянии заблуждения, что в силу положений ст.179 Гражданского кодекса РФ влечет ее недействительность. 

Сделка, заключенная между ФИО в лице ФИО1 и ФИО3, является мнимой. Просил признать названную сделку недействительной и применить последствия недействительности сделки.

17 сентября 2019 года к участию в настоящем деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, на стороне ответчика определением Дальнегорского районного суда привлечен ФИО5.

Впоследствии в ходе судебного заседания статус третьего лица ФИО5 был заменён на соответчика по настоящему спору, так как в ходе судебного заседания выяснилось, что на сегодняшний день ФИО5 является собственником спорной квартиры, которую приобрел по договору купли-продажи от 25 июля 2019 года у ФИО3 (т. 1 л.д. 177).

Ранее в судебном заседании истец ФИО1 заявленные требования поддержал по доводам, изложенным в иске. Дополнительно пояснил, что он со своим братом был прописан в квартире, расположенной по адресу: 

<

адрес>, а его мать - по 

<

адрес>. Впоследствии они произвели с матерью обмен квартирами и квартира по 

<

адрес> стала его на праве собственности.

Оформляя доверенность у нотариуса на имя ФИО, думал, что оформляет расписку на получение займа, так как была договоренность, что расписку необходимо заверить у нотариуса. 

До того как подписать нотариальную доверенность, которую он воспринял как расписку, в целях обеспечения кредитного договора, ему угрожали физической силой (переломать руки и ноги) ФИО и Драбович, требовали 100 000 руб., а затем немного избили. 

Данные действия ФИО6 и ФИО3 его напугали. ФИО, требуя денежные средства в сумме 100 000 руб., посоветовал взять денежные средства взаймы у ФИО 

Оформлять потребительский займ у ИП ФИО его отвозил сам ФИО и ФИО, в район «Типография», в здание, в котором расположена аптека («Оптика»). Там он оформил документы на получение займа, оставив паспорт девушке, которая там находилась. ФИО попросил написать его расписку о том, что он обязуется вернуть сумму займа в указанные сроки. ФИО дал подписать ему пустой лист, сообщив, что остальное тот сам заполнит. После чего он расписался на пустом листе, не подозревая о мошенничестве. Позже он понял, что оформил доверенность у нотариуса на ФИО. На заднем сиденье автомобиля подписал пустой лист бумаги ФИО, затем ФИО ушел с ним к нотариусу, а когда вернулся, то он сам пошел к нотариусу. Нотариус ему что-то объяснял, но что, он не понял, подписал доверенность и отдал ФИО, так как документы на квартиру тоже находились у ФИО. Он считал, что когда вернёт займ, ФИО вернёт ему все документы. После нотариуса снова поехали в офис к ФИО. ФИО с ФИО сидели в машине, он зашел в офис, там девушка, отсчитав денежные средства в сумме 153 000 руб., отдала ему паспорт. Вернувшись в автомобиль, он отдал ФИО 100 000 руб. - якобы долг, а 53 000 руб. оставил себе. 

Считает, что его ввели в заблуждение при оформлении займа и написании доверенности у нотариуса. Свою квартиру он продавать не собирался и никому не поручал это делать.

После произошедших событий он продолжал проживать в квартире еще около месяца, потом совместно со своей матерью решил продать квартиру, так как необходимо было вернуть займ ФИО и заплатить задолженность за коммунальные платежи. 

Мать, ФИО, по объявлению нашла покупателя - ФИО, которая, предварительно осмотрев квартиру, в которой он с матерью навел порядок, приобрела у них её за 320 000 руб. Для продажи квартиры он на свою мать оформил нотариальную доверенность. 

Впоследствии, оформив документы и написав расписки, они с матерью, получив денежные средства от продажи квартиры, погасили ими кредит и заплатили задолженность за коммунальные платежи.

Кроме того, после оформления документов они договорились с ФИО, что за две недели им необходимо выехать с квартиры. Мелкие вещи он вывез сам, а для вывоза крупногабаритных вещей его мать попросила помощи у ФИО, и он с тем вывез часть вещей в гараж, а часть на дачу. 

После вывоза своих вещей он позвонил ФИО, та сразу приехать не смогла, приехала через день в квартиру 

<

адрес>, где он проживает со своей матерью. Он передал ей 3 ключа от среднего замка и 5 ключей от нижнего. Через некоторое время приехала ФИО и сказала, что квартира уже была продана ранее, и написала на него заявление в ОМВД РФ «Дальнегорский» за мошенничество. В известность ФИО о том, что он уже таким образом выдавал доверенность другим лицам, он не ставил, поскольку думал, что доверенность после выплаты займа будет аннулирована. Кроме того, никто к нему не приходил, он продолжал жить в квартире, поэтому он решил, что может её продать, и согласился на сделку с ФИО. О том, что квартира была уже продана, он не знал, однако ФИО знала о том, что он ранее выписывал доверенность на свою мать.

После произошедших событий ему стало известно о том, что, когда он брал займ у ФИО, он подписывал доверенность, где те, воспользовавшись этим, продали его квартиру. Впоследствии он написал заявление в полицию о том, что его квартира продана без его ведома - мошенническим путем. Считает, что ФИО, продав по доверенности его квартиру Драбович, ввел его в заблуждение. В момент подписания доверенности он не видел, что именно подписывал, поскольку был запуган ФИО и Драбовичем. По факту запугивания в полицию не обращался, поскольку был напуган в связи с реальным исполнением угрозы со стороны ФИО и ФИО3. 

Подписывая у нотариуса документ, который, как выяснилось позже, являлся доверенностью на имя ФИО, он думал, что подписывает документ в качестве страховки, чтобы вернуть тому займ. Образование у него среднее специальное. 

<

...>.

Кроме того, ни соглашение, ни договор о том, что при продаже квартиры ему будут возвращены деньги, не составлялись. Денежных средств от ФИО3, в том числе в связи с продажей квартиры, он не получал. Расписку в получении денежных средств от Драбович он не подписывал; на данном листе бумаги фамилия Драбович, текст купли-продажи квартиры, сумма в размере 153 000 руб. указаны не были, он подписал пустой лист бумаги, написав на нём ФИО и дату. Документ он уже увидел потом, в полиции.

Решением продажи квартиры послужило желание вернуть займ и кредит, который был взят в банке его матерью ФИО для оплаты займа, а также с целью оплаты долгов за коммунальные услуги.

В последующем от соседки ему стало известно, что кто-то через квартиру № залез в его бывшую квартиру, сказав, что потерял ключи от входной двери. После этого он поехал писать заявление по факту проникновения в квартиру. Позже он увидел, что в квартире вставляют пластиковые окна, в связи с этим он поднялся в квартиру. Входную дверь ему открыл неизвестный человек. Войдя в квартиру, он увидел, что там шел ремонт, крышка от среднего замка взломана изнутри, металлический уголок на замке был отогнут, на нижнем замке была заменена сердцевина. Указал, что замок был сломан не им, поскольку, когда он отдавал ключи ФИО, замки были исправны. Просил суд о том, чтобы ему вернули квартиру или денежные средства, за которые продана его квартира.

Представитель истца ФИО2 в судебном заседании исковые требования ФИО1 поддержал в полном объеме, просил их удовлетворить. 

Дополнил суду, что оспариваемая сделка от 15 апреля 2019 года произошла под воздействием угроз физической расправы со стороны ФИО и ФИО3 в отношении ФИО1, которые ввели его в заблуждение с наличием долга. Сделка совершена под прикрытием оформления договора займа с залогом недвижимости на сумму 153 000 руб., а также по цене гораздо ниже рыночной стоимости квартиры на момент продажи. Кадастровая стоимость данной квартиры составляет 475 263,20 руб., согласно справке ООО «

<

...>» от 25 ноября 2019 года среднерыночная стоимость квартиры общей площадью 

<

...> расположенная на № этаже многоквартирного (пятиэтажного)дома, с простым ремонтом и при хорошем состоянии кровли, на апрель 2019 года составляет 600 000 руб. Согласно договору купли-продажи данной квартиры между ФИО3 и ФИО5, стоимость данной квартиры уже составила 650 000 руб., что примерно равно среднерыночной стоимости квартиры истца. 

Считает, что если бы истец не был введён в заблуждение, в частности заключения договора займа с залогом, оформленного у нотариуса, не действовал под влиянием угроз и насилия, если бы действовал разумно и объективно, оценивая ситуацию, то никогда бы не совершил сделку купли- продажи своего жилого помещения, в том числе по существенно заниженной цене, которая примерно в 3,5 раза ниже рыночной цены на дату совершения сделки купли-продажи.

Представитель ответчика ФИО3 – ФИО4 в судебном заседании с исковыми требованиями ФИО1 не согласился, пояснив, что сделка, совершенная ФИО в лице ФИО1 и ФИО3, на основании которой право собственности на спорную квартиру от 15 апреля 2019 года перешло от ФИО1 к ФИО3, полностью соответствует нормам действующего законодательства, которое регламентирует порядок совершения таких сделок. 

Полномочия сторон были подтверждены соответствующим образом, необходимый пакет документов был сдан нотариусу на регистрацию. Давление либо обстоятельства, которые бы вынуждали стороны заключить данный договор, отсутствовали. Стороны были вполне свободны в своей воле для заключения договора. Иных доказательств обратного стороной истца не предоставлено. 

Именно ФИО1 выразил намерение продать свою квартиру, поскольку испытывал финансовую потребность в денежных средствах. Это было его добровольным решением. На его предложение купить квартиру выразил согласие ФИО3 и непосредственно ФИО1 передал денежные средства в сумме 153 000 руб. Квартира была передана Драбович, а указанная сумма денежных средств была передана ФИО1, в связи с чем все обязательства по сделке сторонами были выполнены и сделка прошла государственную регистрацию. Органом по регистрации права была установлена достаточность документов и отсутствие обстоятельств, которые препятствовали бы регистрации договора купли-продажи квартиры. В связи с этим считает исковые требования голословными, не подтвержденными документально и не подлежащими удовлетворению.

Драбович стало известно о том, что ФИО1 продает квартиру, от самого ФИО1, который и предложил ему её купить. Чистота сделки сомнений у Драбович не вызывала, поскольку он обратился за сведениями, которые содержатся в ФГБУ «Федеральная кадастровая палата Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии», и убедился, что какие-либо ограничения регистрационных действий отсутствуют, дополнительно убедился и в том, что ФИО1 является собственником квартиры и имеет намерение продать указанную квартиру.

После того как ФИО3 устроила стоимость квартиры, район, в котором находится квартира, тот принял меры по сбору денежных средств для её покупки. Осмотрев данную квартиру, Драбович осуществил сделку с ФИО1, а после покупки Драбовичем получил от ФИО1 ключи данной квартиры. После осуществления данной сделки он решил подать объявление и продать данную квартиру. Кроме того, на момент владения данной квартирой Драбович нёс бремя её содержания, оплачивал коммунальные услуги. 

Ответчик ФИО5 в судебном заседании с исковыми требованиями ФИО1 не согласился. Он пояснил, что спорная квартира находилась в собственности у ФИО3 короткое время. Проверив сделку, он составил все необходимые документы и приобрёл спорную квартиру. Квитанции по коммунальным платежам ФИО3 не представил, но квартира досталась ему без задолженностей по коммунальным платежам. Квартира открывалась ключами, которые ему передал Драбович при её продаже.

Дополнительно пояснил, что он занимается приобретением и продажей квартир, у него имеется агентство «

<

...>». Рыночная стоимость квартиры 

<

адрес> в том состоянии, в котором она находится, составляет 500 000 руб. Но у них имеется такой вид клиентов, которым нужно быстро продать квартиру, поскольку тем срочно нужны денежные средства либо у них имеются долги за коммунальные платежи. Бывает, что люди приходят из-за долгов по коммунальным платежам, чтобы они дальше не копились. Драбович обратился в данное агентство, сообщив, что хочет продать квартиру. Они с Драбович приехали в данную квартиру, осмотрели ее; он проверил все документы: квартира находилась у того в залоге; после получения справок из ЕГРП он произвел расчет за квартиру в сумме 650 000 руб. 

Относительно нахождения квартиры в залоге пояснил, что если в договоре купли-продажи этого пункта нет, то квартира автоматически уходит в залог. То есть после регистрации права собственности при полном расчете с продавцом тот пишет, что расчет произведен полностью и залог снимается; происходит это для того, чтобы обезопасить продавца. Кроме того, если бы Драбович сказал, что с данной квартирой имеются какие-либо проблемы, то он отказался бы от её покупки.

В настоящее время, он как собственник жилого помещения 

<

адрес>, коммунальные платежи не оплачивает до вынесения окончательного решения по данному гражданскому делу, а также - пока не будет квитанций на его имя. Ранее оплачивал свет и капитальный ремонт, в последующем подал заявление на разделение счетов. 

По ходатайству представителя истца ФИО2 с согласия сторон были допрошены свидетели:

свидетель ФИО в судебном заседании пояснил, что с ФИО он знаком более 20 лет, в своё время приглашал ее работать в ЗАО 

<

...> электриком. С ФИО1 познакомился, когда его мать ФИО примерно в конце апреля 2019 года обратилась к нему с просьбой оказать услугу, а именно вывезти крупногабаритные вещи из квартиры (в связи с имевшимися намерениями её продать), расположенной по адресу: 

<

адрес>, так как она знала, что у него имеется грузовой автомобиль. Сам ФИО1 к нему с какими-либо просьбами не обращался.

Он подъехал на автомобиле «

<

...>» с краном к данному дому; два парня, которых по просьбе ФИО он пригласил помочь, и ФИО1 вынесли вещи из квартиры и погрузили их в автомобиль. Часть вещей он вывез в гараж, а основные вывезли на дачу в 

<

адрес>. Кому именно принадлежал данный гараж, ему не известно, но открывал его ФИО1, калитку и дверь на даче открывала ФИО. Какие именно вещи оставались в квартире, он также не знает, так как в квартиру не поднимался;

свидетель ФИО в судебном заседании пояснила, что истец приходится ей родным сыном. Указала, что в 1999 году на предприятии ей предоставили квартиру 

<

адрес>. В данной квартире проживала она и её дочь, а два её сына проживали по адресу: 

<

адрес>. После того как её дочь купила квартиру, а старший сын уехал жить в 

<

адрес>, квартира стала числиться на ней. Так как на то время у ФИО1 была девушка и ребёнок, они решили обменять квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, расположенную по 

<

адрес>. Таким образом квартира по 

<

адрес> стала собственностью её сына ФИО1

15 апреля 2019 года сын (ФИО1) пришел к ней домой и, ничего не объясняя, взял документы на квартиру, сказав, что придёт 17 числа и обо всем расскажет, но так и не пришел. Так как на её звонок он также не ответил, она пришла к нему домой, по адресу: 

<

адрес>, постучала в дверь, но ей никто не открыл, однако голоса из квартиры доносились. Она, заподозрив, что что-то происходит не так, вызвала полицию. Минут через 20 подошли полицейские, постучали в дверь, но дверь в квартиру так же никто не открыл, вследствие чего она решила вызвать взломщика дверей и позвонила дочери, чтобы та связалась с ним, но взломщик был занят. Спустя 15 минут открылась входная дверь и из квартиры вышли двое парней. Один молодой, другой немного постарше. С ними был и ФИО1. ФИО1 был весь избитый, правый глаз у него был отёкший, красный, на лице был синяк, справа была разбита губа. Было видно, что ему нанесли ссадины ранее, а не в тот момент, поскольку из жизненных ситуаций она знает, что поставленный синяк начинает проявляться не сразу. В связи с чем сотрудники полиции предложили ему написать заявление в полицию. Она же, решив выяснить, что там произошло, обратилась к одному из мужчин, на что тот ей ответил, что ФИО1 избили три дня назад, в связи с чем написать на них заявление ФИО1 не может. ФИО1 же, в свою очередь, отказался писать заявление, хотя сотрудники полиции убеждали его это сделать. Парней забрали в участок, а у них с ФИО1 состоялся разговор по поводу произошедших событий, в ходе которого ФИО1 сообщил, что отдал документы в залог того, что вернет деньги по займу. На её вопрос, для каких целей ему был необходим займ, тот пояснил, что задолжал ФИО 100 000 руб., в связи с чем его 14 апреля 2019 года вывезли на дорогу, избили и потребовали отдать долг. Поскольку у него не было таких денежных средств, ФИО предложил ему взять займ у ФИО, офис которого находится в районе «Типография». Там ему выдали денежные средства в сумме 153 000 руб., при этом убедив его, что, если он не отдаст долг, они заберут квартиру. На её вопрос, почему ему выдали 153 000 руб., а не 100 000 рублей, тот ответил, что взял на свои расходы 53 000 рублей.

После чего они с ФИО1 стали решать, что делать. Он показал договор займа, в котором был указан большой процент возврата займа, примерно 15 000 руб. в неделю. Она поняла, что ФИО1 просто «поставили на деньги», и решила, что нужно возвращать сумму займа. В связи с этим ей пришлось взять кредитную карту в банке «

<

...>» на сумму 300 000 руб., из баланса которой она сняла 200 000 руб. На следующий день они пошли в аптеку («Оптика»), которая находится в районе «Типография», и вернули займ, ориентировочно в сумме 167 000 руб. 

По выходе из офиса в районе «Типография» она сказала, чтобы сын ФИО1 звонил ФИО и просил его вернуть документы назад. На звонок ФИО1 ФИО сказал, что привезёт документы завтра, так как работает. На следующий день в вечернее время суток ФИО приехал и вернул сыну документы.

Впоследствии они совместно с сыном решили продать квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, чтобы рассчитаться с её кредитом в банке «

<

...>».

ФИО1 должен был уехать на работу, а также из-за боязни, что квартиру могут забрать такие люди, как ФИО, они решили оформить на неё доверенность, чтобы она могла продать данную квартиру. После чего они поехали к нотариусу для оформления доверенности. Следом, после оформления доверенности, они подали объявление о продаже квартиры, а также самостоятельно занялись поиском покупателя. Они позвонили по номеру телефона, который был указан в газете «

<

...>»; дозвонившись до мужчины, они договорились о встрече с людьми, которые занимаются покупкой квартир. 

Им перезвонила ФИО. 25 апреля 2019 года они созвонились и договорились с ФИО о встрече для того, чтобы та посмотрела квартиру, которую они хотели продать. Осмотрев квартиру, ФИО предложила за нее 300 000 руб. Тогда она позвонила старшему сыну ФИО, который проживает в 

<

адрес>; он посоветовал продать квартиру за 350 000 руб. В разговоре с ФИО ими было озвучено то, что у них имеется задолженность по коммунальным платежам в размере: 86 000 руб. за услуги, предоставляемые КГУП «

<

...>», 43 000 руб. за услуги управляющей компании, 620 рублей за электроэнергию и 17 000 руб. за капитальный ремонт. И данную задолженность они оплатят сами - из средств, вырученных от продажи квартиры. 

В результате, договорившись с ФИО о сумме 320 000 руб., они поехали оформлять доверенность у нотариуса. Почему именно ФИО1 не сказал ФИО о том, что ранее он выдавал подобную доверенность другим лицам, она не знает. Оформив документы и написав расписку в получении денежных средств, а также получив указанные денежные средства, они договорились о передаче ключей ФИО после того, как вывезут вещи из квартиры, по истечении 3-7 дней.

Примерно через 3 дня она договорилась с ФИО о помощи в перевозке мебели и вещей из квартиры 

<

адрес>. Примерно в конце апреля 2019 года они вывезли часть вещей из квартиры на дачу, а часть вещей в гараж. На следующий день ФИО1 созвонился с ФИО и отдал ей ключи от 2 замков. С вырученных от продажи квартиры денежных средств она полностью погасила долги за услуги коммунальных служб и выплатила кредит в банке «

<

...>».

28 июля 2019 года ФИО позвонил ФИО1 и договорился с ним о встрече. По возвращении ФИО1 сообщил ей, что с него требуют 50 000 руб. за то, что он продал квартиру не им. Она посоветовала ему написать заявление в полицию, потому что считает, что они вновь будут вымогать денежные средства.

29 июля 2019 года приехала ФИО и сообщила о том, что квартира была продана еще в апреле 2019 года, при этом спросила, продавал ли ФИО1 квартиру кому-либо ещё, на что он ответил, что продал квартиру только ей. В этот же день, 29 июля 2019 года, ими (ФИО1 и его матерью) было написано заявление в полицию в отношении ФИО по факту незаконной сделки, совершенной обманным путем). О написанном ФИО1 заявлении в полицию сразу стало известно ФИО, в результате чего тот написал ФИО1 смс-сообщение о том, что напишет на него заявление за клевету; 

свидетель ФИО в судебном заседании пояснила, что приблизительно в течение трёх лет, с целью заработка, она занимается покупкой квартир. 25 апреля 2019 года ей позвонил её знакомый по имени ФИО и дал номер телефона ФИО1 Позвонив ФИО1, она договорилась с ним о встрече. В этот же день, придя к ним по 

<

адрес>, она увидела, что в квартире находились ФИО1 со своей матерью. Те хотели продать данную квартиру за 350 000 руб., но в итоге они договорились о сумме в размере 320 000 руб., при этом обговорив, что с вырученной суммы за продажу квартиры ФИО1 оплатит долги по всем коммунальным платежам. После они поехали к нотариусу, где ФИО1 выписал на неё доверенность. Денежные средства за приобретенную квартиру она передала ему сразу в этот же день, 25 апреля 2019 года. Кроме того, у неё имеются долговые расписки, которые писал ФИО1 о том, что он продал ей квартиру и получил от неё денежные средства в сумме 320 000 руб., а также соглашение на оплату коммунальных расходов.

Ключи от входной двери приобретенной ею квартиры она получила примерно через неделю или десять дней после того, как ФИО1 вывез из квартиры вещи. Впоследствии, с момента передачи ей ключей ФИО1, она выставила данную квартиру на продажу, подав объявления в газету и на «

<

...>». Квартиру посмотрели четыре раза до момента, пока ей не позвонил ФИО, которого она немного знает с детства, а также с момента покупки у того гостинки. Позвонив ей, ФИО поинтересовался по поводу продажи квартиры по 

<

адрес>, а также по поводу того, находится ли данная квартира у неё в собственности, на что она ответила утвердительно. В свою очередь ФИО сообщил ей, что данная квартира на праве собственности принадлежит ему. Однако через полчаса или час ФИО перезвонил ей вновь и сказал, что всё в порядке, случилась путаница. Тогда она решила заказать выписку из ЕГРН с сайта Росреестра; получив выписку, она обнаружила, что квартира находится в собственности у Драбович. Между тем при покупке квартиры она её также проверяла на сайте Росреестра, но на тот момент в обременении она не находилась.

После чего она приехала к ФИО1 и стала выяснять у него события произошедшего. Тогда он ей рассказал, что его избил ФИО и Драбович, вследствие чего ему пришлось взять денежные средства в займ и написать расписку; кроме того он ей сказал, что у него забрали документы на квартиру, а после возврата займа их вернули. Как она поняла со слов ФИО1, он не понимал того, что подписывал. На данный момент она ждёт, когда полиция отреагирует на её заявление и разберётся с этой ситуацией. Денежные средства, переданные ею ранее за покупку квартиры, ей до сих пор не возвращены.

Дополнительно пояснила, что ФИО1 ей о том, что ранее выписывал такую же доверенность, не говорил; если бы она знала о наличии подобной доверенности, то данную квартиру покупать бы не стала.

Выслушав доводы сторон, заслушав показания свидетелей, изучив материалы дела, материалы КУСП, суд приходит к следующему.

Определением судьи от 26 августа 2019 года по ходатайству истца были приняты обеспечительные меры по иску в виде наложения ареста на спорную квартиру.

Как установлено в судебном заседании и подтверждается материалами дела, ФИО1 являлся собственником жилого помещения - квартиры 

<

адрес> (т.1 л.д.14).

15 апреля 2019 года между ФИО, действующим от имени ФИО1 по доверенности от 15 апреля 2019 года №

<

адрес>4, и ФИО3 заключен договор купли-продажи, предметом которого являлась квартира № общей площадью 

<

...> кв.м., расположенная 

<

адрес> (т. 1 л.д.18-19).

Стоимость квартиры составляет 153 000 руб., цена является окончательной, полная оплата производится покупателем до подписания договора (п. 2 договора).

При заключении договора сторонами оговорено передаточный акт квартиры не составлять, считать договор купли-продажи одновременно документом о передаче имущества (п. 4 договора).

29 апреля 2019 года произведена государственная регистрация права собственности ФИО3 на спорную квартиру.

В указанном жилом помещении зарегистрирован «продавец» ФИО1, который обязуется сняться с регистрационного учёта до 30 апреля 2019 года (п. 7 договора).

Фактически в квартире проживает ФИО5, который по договору купли-продажи квартиры от 25 июля 2019 года, заключенному между последним и ФИО3, является собственником спорной квартиры (т.1 л.д.177). 

1 августа 2019 года произведена государственная регистрация права собственности ФИО5 на спорную квартиру. 

Данные обстоятельства сторонами не оспаривались.

В соответствии со статьями 454, 456, 457 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену). 

Продавец обязан передать покупателю товар, предусмотренный договором купли-продажи. Срок исполнения продавцом обязанности передать товар покупателю определяется договором купли-продажи, а если договор не позволяет определить этот срок, в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 314 настоящего Кодекса.

В силу статьи 301 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

В соответствии со статьей 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

На основании ст. 35 Жилищного кодекса Российской Федерации в случае прекращения у гражданина права пользования жилым помещением по основаниям, предусмотренным настоящим Кодексом, другими федеральными законами, договором, или на основании решения суда данный гражданин обязан освободить соответствующее жилое помещение (прекратить пользоваться им). Если данный гражданин в срок, установленный собственником соответствующего жилого помещения, не освобождает указанное жилое помещение, он подлежит выселению по требованию собственника на основании решения суда.

Согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Доводы, изложенные в исковом заявлении, суд полагает обоснованными в силу следующего.

Согласно части 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки, применяются относящиеся к ней правила.

Кроме того, в силу пункта 1 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

В силу статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием насилия или угрозы, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Сделка на крайне невыгодных условиях, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Из пояснений участников процесса судом установлено, что спорное жилое помещение фактически ФИО1 не передавалось, на тот момент. В настоящее время в ней проживает ФИО5, который расходы по содержанию жилого помещения не несёт. 

Допустимых доказательств тому суду не представлено. 25 апреля 2019 года истцу стало известно, что 15 апреля 2019 года была совершена сделка купли-продажи его жилого помещения на имя ФИО3. 6 августа 2019 года, получив копию договора купли-продажи от 15 апреля 2019 года, истец 9 августа 2019 года обратился в суд с настоящим иском, что позволяет сделать вывод о длительной заинтересованности истца по настоящему иску в нарушении своих прав собственника.

Кроме того, доказательств полной оплаты договора купли-продажи покупателем ФИО3 суду не представлено, стороной истца данный факт оспаривается. 

Доводы представителя ФИО3 о полной оплате стоимости квартиры до заключения договора, что отражено в п. 2 договора, суд признает несостоятельными, поскольку они ничем не подтверждены и опровергаются представленными доказательствами, в том числе договором займа № с ИП ФИО (т. 1 л.д. 15).

В судебном заседании нашел свое подтверждение тот факт, что на момент заключения спорной сделки у ФИО1 имелись значительные долговые обязательства перед ИП ФИО, которые в том числе явились причиной оформления доверенности ФИО1 на ФИО, полагавшего, что оформление носит временный характер и связан с оформлением займа в счет погашения денежных обязательств ФИО1

Оспариваемый договор купли-продажи содержит признаки притворной и кабальной сделки, поскольку воля стороны договора - ФИО1 - не была направлена на переход права собственности на спорное имущество, намерения продавать квартиру у ФИО1, как собственника, не было, указанная сделка фактически сторонами договора не исполнена; договор заключен на крайне невыгодных условиях (в силу тяжелых финансовых обстоятельств, с учетом имеющихся у ФИО1 денежных обязательств, в том числе перед ИП ФИО) цены жилого помещения, которое продано за 153 000 руб. (хотя среднерыночная стоимость двухкомнатной квартиры 

<

адрес>, согласно сведениям ООО «

<

...>» от 25 ноября 2019 года, на апрель 2019 года составляет 600 000 руб.), то есть в 4 раза меньше его рыночной стоимости (т. 1 л.д.204).

Согласно выписке из ЕГРН от 24 июля 2019 года, кадастровая стоимость двухкомнатной 

<

адрес>А в г.Дальнегорске составляет 475 263,20 руб., то есть в 3 раза меньше её кадастровой стоимости, так как эта квартира продана за 153 000 руб. (т.1 л.д.17).

В рамках рассмотрения данного гражданского дела по ходатайству представителя истца была проведена судебная техническая экспертиза документа - расписки от имени ФИО1 о получении им от ФИО3 денежной суммы в размере 153 000 руб., датированная 15 апреля 2019 года (т.2 л.д.121).

Из пояснений в судебном заседании ФИО1 следует, что денежных средств от ФИО3, в том числе в связи с продажей квартиры, он не получал. Расписку в получении денежных средств от ФИО3 он не подписывал; на данном листе бумаги фамилия Драбович, текст купли-продажи квартиры, сумма в размере 153 000 руб. указаны не были, он подписал пустой лист бумаги, написав на нём ФИО и дату. Документ он уже увидел потом, в полиции.

Подписывая у нотариуса документ, который, как выяснилось позже, являлся доверенностью на имя ФИО, он думал, что подписывает документ в качестве страховки, чтобы вернуть тому займ.

Считает, что его ввели в заблуждение при оформлении займа и написании доверенности у нотариуса. Свою квартиру он продавать не собирался и никому не поручал это делать.

После произошедших событий он продолжал проживать в квартире еще около месяца, потом совместно со своей матерью решил продать квартиру, так как необходимо было вернуть займ ФИО и заплатить задолженность за коммунальные платежи. 

Согласно заключению эксперта от 30 июня 2020 года №, невозможно дать заключение эксперта по вопросу о времени выполнения рукописного текста от имени ФИО1 в расписке, поскольку при исследовании в июне 2020 года (и в более позднее время) нельзя дифференцировать по «возрасту» реквизиты, выполненные в период 15 апреля 2019 года (дата в документе) - 21 ноября 2019 года (дата приобщения копии документа к материалам гражданского дела №- т.1, л.д.9).

Также в рамках рассмотрения данного гражданского дела была проведена судебно-почерковедческая экспертиза той же вышеуказанной расписки на предмет: выполнена ли подпись на расписке от 15 апреля 2019 года в обычном или измененном психическом или физическом состоянии?

Согласно заключению эксперта от 22 сентября 2020 года №, установить, не выполнена ли подпись от имени ФИО1, расположенная в расписке от 15 апреля 2019 года, в каких-то необычных условиях (в том числе необычного состояния, физической усталости, болезненного состояния и т.д.), не представляется возможным, так как влияние таких факторов на процесс письма для каждого человека индивидуально.

Суд соглашается с выводами экспертов, поскольку они мотивированны, основаны на изучении материалов дела. Заключение содержит подробное описание проведенного исследования, сделаны в результате его выводы и даны ответы на поставленные судом вопросы. Эксперты имеют необходимую квалификацию и опыт работы, предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Каких-либо убедительных доводов в обоснование несогласия с выводами экспертов стороной ответчиков не представлено.

На основании ч. 3 ст. 182 ГК РФ представитель не может совершать сделки от имени представляемого в отношении себя лично, а также в отношении другого лица, представителем которого он одновременно является, за исключением случаев, предусмотренных законом. Сделка, которая совершена с нарушением этого правила и на которую представляемый не дал согласия, может быть признана судом недействительной по иску представляемого, если она нарушает его интересы.

При отсутствии полномочий действовать от имени другого лица или при превышении таких полномочий сделка считается заключенной от имени и в интересах совершившего ее лица, если только другое лицо (представляемый) впоследствии не одобрит данную сделку (ч. 1 ст. 183 ГК РФ).

В судебном заседании достоверно установлено, что на момент заключения договора купли-продажи 15 апреля 2019 года полномочий на его заключение, направленное на отчуждение объекта недвижимости, у ФИО от имени ФИО1 не было, доверенность оформлена у нотариуса ФИО (т.1 л.д.64).

Согласие на совершение данной сделки ФИО1 оспаривается.

Анализируя исследованные в судебном заседании доказательства, суд приходит к выводу о том, что при подписании доверенности у нотариуса ФИО на совершение договора купли-продажи квартиры ФИО1 заблуждался относительно природы сделки, полагая, что подписывает документы на возврат займа ИП ФИО 

Если бы ФИО1 разъяснили, что он подписывает доверенность на волю, отчуждение квартиры иному лицу, и разъяснили последствия права данной доверенности, в частности на совершение сделки купли-продажи жилого помещения, то ФИО1, не имеющий намерения продавать единственное жилое помещение, не подписал бы настоящую доверенность. 

Совершенная сделка по отчуждению ФИО3 квартиры не соответствует подлинной воле ФИО1 на момент заключения сделки. Его воля была направлена на обязательства возвратить заем ИП ФИО, но не на оформление доверенности на ИП ФИО по продаже своей собственности. Впоследствии ФИО3 25 июля 2019 года продал спорное жилое помещение ФИО5 за 650 000 руб.

Кроме того, судом достоверно установлено, что ФИО1 до 15 апреля 2019 года (до оформления сделки) с ФИО и ФИО3 не встречался, для обсуждения с ними условия продажи квартиры, не назначал цену продаваемой квартиры. 

Как следует из пояснений ФИО1, оформляя доверенность у нотариуса на имя ФИО, думал, что оформляет расписку на получение займа, так как была договоренность, что расписку необходимо заверить у нотариуса. 

До того как подписать нотариальную доверенность, которую он воспринял как расписку, в целях обеспечения кредитного договора, ему угрожали физической силой (переломать руки и ноги) ФИО и Драбович, требовали 100 000 руб., а затем немного избили. 

Данные действия ФИО6 и ФИО3 его напугали. ФИО, требуя денежные средства в сумме 100 000 руб., посоветовал взять денежные средства взаймы у ФИО Оформлять потребительский займ у ИП ФИО его отвозил ФИО и сам ФИО.

Письменными доказательствами, так и свидетельскими показаниями свидетелей ФИО, ФИО, ФИО подтверждены доводы иска как в части всех существенных для дела обстоятельств приобретения ФИО у ФИО1 спорной квартиры, так и доводы иска о том, что в период с конца апреля 2019 года истец оформил доверенность на мать - ФИО, для продажи спорной квартиры, которая организовывала вывоз вещей из квартиры с помощью ФИО 

Суд обосновывает свои выводы показаниями истца в совокупности с письменными доказательствами и свидетельскими показаниями. Суд учитывает, что пояснения свидетелей по делу истца последовательны, логичны, согласуются с представленными письменными доказательствами истца, подтверждены свидетельскими показаниями и не противоречат совокупности остальных, имеющихся в деле доказательств.

Таким образом, суд полагает, что заключенная 15 апреля 2019 года ФИО, действующим в интересах ФИО1, сделка купли-продажи спорной квартиры подлежит признанию недействительной. Она не порождает никаких правовых последствий, к ней не могут быть применены правила ст. 167 ГК РФ.

Учитывая, что суд пришел к выводу о том, что договор купли-продажи является ничтожной сделкой, не влекущей юридических последствий с момента ее совершения, истцы просили применить последствия недействительности сделки, требования в данной части о передаче в собственность ФИО1 спорного объекта не подлежат удовлетворению, поскольку в настоящем иске оспаривается только один договор купли-продажи квартиры. 

На сегодняшний день собственником спорного жилого помещения является новый собственник - ФИО5 

Следовательно, настоящее решение является основанием для аннулирования в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним записи о переходе права собственности на указанную квартиру от ФИО1 к ФИО3 

С учетом вышеизложенного ответчика ФИО5 от ответственности по иску следует освободить, поскольку оспаривается только договор купли-продажи в отношении квартиры 

<

адрес>, заключенный 15 апреля 2019 года между ФИО, действующим от имени ФИО1, и ФИО3

На основании ст. 98 ГПК РФ с ответчика ФИО3 в пользу истца ФИО1 подлежат взысканию расходы на оплату государственной пошлины в сумме 7 953 руб.

Согласно ст. ст. 96, 98 ГПК РФ, в связи с тем, что оплата судебной экспертизы сторонами не произведена, в пользу Федерального бюджетного учреждения «

<

...>» подлежат взысканию расходы за ее проведение в размере 14 500 руб., поскольку исковые требования ФИО1 признаны судом обоснованными.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1 удовлетворить- частично.

Признать договор купли-продажи в отношении квартиры 

<

адрес>, заключенный 15 апреля 2019 года между ФИО, действующим от имени ФИО1, и ФИО3, недействительным.

Настоящее решение является основанием для аннулирования в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним записи о переходе права собственности на указанную квартиру от ФИО1 к ФИО3. 

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 расходы по оплате государственной пошлины 7 953 рубля.

Взыскать с ФИО3 в пользу Федерального бюджетного учреждения «

<

...>» расходы за проведение экспертизы в размере 14 500 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 надлежит - отказать.

Решение может быть обжаловано в Приморский краевой суд через Дальнегорский районный суд Приморского края в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме.

Председательствующий судья Е.С. Салмина

(мотивированное решение изготовлено с учетом выходных 30 ноября 2020 год)