44-Г-45/18

Судья 1 инст: Макарова К.М.

Судьи 2 инст: ФИО1,

ФИО2 (докладчик), Туникене М.В.

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

Президиума Смоленского областного суда

18 июля 2018 года город Смоленск 

Президиум Смоленского областного суда в составе:

Председательствующего Батршина Р.Ю.,

Членов президиума Ерофеева А.В., Коршуновой Л.А., Гузенковой Н.В., Винеля А.В., Перова А.Е.

По докладу судьи Коршуновой Л.А.,

Рассмотрев дело по иску ФИО3 к ФИО4, ФИО5 о признании права собственности в порядке наследования и взыскании денежных средств, переданное для рассмотрения определением судьи Смоленского областного суда от 21 июня 2018 года, кассационную жалобу ФИО3 на решение Ленинского районного суда г. Смоленска от 27 ноября 2017 года, апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Смоленского областного суда от 13 февраля 2018 года,

У с т а н о в и л:

ФИО3, уточнив требования, обратился в суд с иском к ФИО4, ФИО5 об установлении факта принятия наследства после смерти дочери А., умершей 

<

данные изъяты>, факта нахождения на иждивении внука Б., умершего 

<

данные изъяты>, признании права собственности в порядке наследования на 1/2 доли в наследственном имуществе в виде квартир: ..., ..., ..., признании недействительными свидетельств о праве на наследство по завещанию, выданных на имя ФИО6 и ФИО4, взыскании расходов на похороны наследодателя в сумме 35706 руб. 

В обоснование исковых требований указал, что 

<

данные изъяты> умерла его дочь А.., после смерти которой он и его супруга Т.., являясь 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> и имея право на обязательную долю в наследстве, фактически приняли наследство, распорядившись личными вещами дочери, неся бремя содержания принадлежащего ей имущества. После смерти супруги, 

<

данные изъяты> истец принял открывшееся наследство. 

<

данные изъяты> умер его внук Б., однако в принятии наследства истцу отказано, ввиду наличия наследника первой очереди, отца наследодателя - ФИО5 

Поскольку не менее года до смерти Б. истец находился на его иждивении, считает, что в силу ч. 1 ст. 1148 Гражданского кодекса Российской Федерации он имеет право наследовать наравне с ФИО5 по 1/2 доли в наследственном имуществе. 

Также просил взыскать с ФИО5 1/3 доли понесенных им расходов на организацию похорон внука, в сумме 35706 руб.

ФИО4 против иска не возражала.

ФИО6 иск не признал, заявил о пропуске истцом срока обращения в суд с требованием об установлении факта принятия наследства после смерти дочери и утверждая, что оснований для признания истца иждивенцем Б. не имеется. 

Решением Ленинского районного суда г. Смоленска от 27 ноября 2017 года исковые требования ФИО3 удовлетворены частично, за ним признано право на обязательную долю в наследстве после смерти Б. в размере: 3/16 доли в праве общей долевой собственности на квартиру ..., 1/8 доли в праве общей долевой собственности на квартиру ..., 1/8 доли в праве общей долевой собственности на квартиру .... С ФИО5 в пользу ФИО3 взысканы расходы на похороны наследодателя в размере 35706 руб. В остальной части иска отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Смоленского областного суда от 13 февраля 2018 года решение суда первой инстанции в удовлетворенной части требований ФИО3 отменено, с принятием нового решения об отказе в иске в указанной части.

В кассационной жалобе истец ставит вопрос об отмене судебных постановлений судов первой и апелляционной инстанции по мотивам их незаконности.

27 апреля 2018 года дело истребовано в Смоленский областной суд, поступило 07 мая 2018 года. 

Определением судьи Смоленского областного суда Руденко Н.В. от 21 июня 2018 года дело передано в суд кассационной инстанции – президиум Смоленского областного суда для рассмотрения по существу.

В судебное заседание президиума Смоленского областного суда явились представитель истца ФИО3 – ФИО7, ответчики ФИО4 и ФИО5

Заслушав доклад судьи Коршуновой Л.А., объяснения представителя истца ФИО3 – ФИО7, ответчиков ФИО4 и ФИО5, проверив материалы дела и обсудив обоснованность доводов кассационной жалобы, президиум находит апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Смоленского областного суда от 13 февраля 2018 года подлежащим отмене в части вынесения нового решения по делу.

В соответствии со ст. 387 ГПК РФ (в редакции Федерального закона от 09.12.2010 г. № 353-ФЗ) основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

При рассмотрении настоящего дела такого рода существенные нарушения норм материального и процессуального права допущены судом апелляционной инстанции.

Как следует из материалов дела, А. (до заключения брака - О.) являющаяся дочерью ФИО3 и Т., с (дата) состояла в зарегистрированном браке с ФИО5, от брака имела сына Б., (дата) года рождения.

(дата) А. умерла. После ее смерти открылось наследство в виде: 1/2 доли в праве общей долевой собственности на квартиру ..., квартиру ..., прав и обязанностей по договору участия в долевом строительстве ..., денежных вкладов и акций.

Согласно завещанию от 26 июля 2013 года в установленный срок наследство было принято ее сыном Б. и двоюродной сестрой Ч. в равных долях, о чем (дата) выданы свидетельства о праве на наследство по завещанию.

(дата) умерла Т., наследство после ее смерти принял супруг ФИО3

(дата) года умер внук истца Б. После его смерти открылось наследство в виде 3/4 доли в праве общей долевой собственности на квартиру ..., 1/2 доли в праве общей долевой собственности на квартиру ..., 1/2 доли в праве общей долевой собственности на квартиру ..., 1/2 доли на денежные вклады, акции.

С заявлением о принятии наследства 25 января 2017 года обратился наследник первой очереди - отец наследодателя ФИО5, в связи с чем, в принятии наследства после смерти внука истцу было отказано. 

Разрешая спор, суд первой инстанции оставил исковые требования ФИО3 об установлении факта принятия наследства после смерти дочери без удовлетворения, со ссылкой на пропуск им срока исковой давности. При этом, суд исходил из того, что данный срок следует исчислять со дня открытия наследства, поскольку зная о смерти дочери истец о своих наследственных правах не заявил, при оформлении наследства на имя ФИО5 и ФИО4 должен был знать о нарушении своих прав, однако, никаких действий по оформлению наследства не предпринял. Доказательств уважительности причин пропуска данного срока истец не представил. 

Кроме того, суд первой инстанции пришел к выводу, что представленные истцом доказательства не свидетельствуют о фактическом принятии наследства после смерти дочери, т.к. такие действия, как оказание внуку помощи в выполнении ремонта квартиры по ул. ..., внесение платы за жилье и коммунальные услуги, хранение у себя личных вещей и фотографий дочери, совершались для оказания помощи внуку Б.

Выводы суда первой инстанции в указанной части поддержаны судом апелляционной инстанции и вопреки доводам кассационной жалобы не противоречат нормам материального и процессуального права. 

Ссылка кассатора на неприменение судами п.4 ст. 1152 ГК РФ и абзаца 3 п.11 совместного постановления Пленума Верховного и Высшего Арбитражного Судов РФ не может быть принята во внимание, поскольку основана на неправильном толковании заявителем норм материального права. 

В соответствии с пунктом 4 статьи 1152 Гражданского кодекса Российской Федерации принятое наследство признается принадлежащим наследнику со дня открытия наследства независимо от времени его фактического принятия, а также независимо от момента государственной регистрации права наследника на наследственное имущество, когда такое право подлежит государственной регистрации.

Согласно абз. 3 п. 11 Постановления Пленумов Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и Верховного Суда Российской Федерации N 10 и N 22 от 29 апреля 2010 года "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", право собственности на недвижимое имущество в случае принятия наследства возникает со дня открытия наследства (пункт 4 статьи 1152 ГК РФ).

В силу абзаца пятого статьи 208 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность не распространяется на требования собственника или иного владельца об устранении всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения не были соединены с лишением владения (статья 304).

Вместе с тем, как следует из оспариваемых судебных постановлений, факт принятия наследства ФИО3 после смерти дочери А. судами первой и апелляционной инстанций не установлен. Доводы кассационной жалобы ен. нстанций овой и.вой кольку основан на непрвавильном толковании заывиелем норм материального в этой части основаны на переоценке представленных истцом доказательств, подтверждающих данное обстоятельство, что в компетенцию суда кассационной инстанции в силу ст. 390 ГПК РФ не входит. 

Ввиду изложенного, доводы кассатора о том, что право собственности на имущество дочери у них с женой возникло со дня открытия наследства и, следовательно, истечение сроков исковой давности не имеет при рассмотрении настоящего спора правового значения, не соответствуют требованиям закона и фактическим обстоятельствам дела. 

Кроме того, в силу правовой позиции Верховного Суда РФ, изложенной в определении от 23.09.2008 № 5-В 08-73 к требованиям об установлении факта принятия наследства, заявленному наряду с другими исковыми требованиями, применяется общий срок исковой давности. 

Удовлетворяя требования ФИО3 о признании факта нахождения на иждивении наследодателя Б. и признании права на долю в наследственном имуществе, суд, проанализировав и оценив в совокупности представленные доказательства о получаемых наследодателем и истцом доходах, а также показания свидетелей, пришел к выводу, что материальная помощь, получаемая истцом от внука, носила постоянный характер, по объему значительно превышала собственные доходы ФИО3, которых ему было явно недостаточно для нормального существования.

Не согласившись с данными выводами суда первой инстанции и отказывая в удовлетворенной части иска, суд апелляционной инстанции указал на отсутствие необходимых и достаточных доказательств, подтверждающих, что Б. имел постоянное место работы, стабильный ежемесячный заработок и иные доходы, позволявшие ему содержать ФИО3, имеющего самостоятельный источник дохода, и оказывать ему постоянную материальную помощь.

При этом, как следует из материалов дела, разрешая спор и выясняя фактические обстоятельства дела, суды первой и апелляционной инстанций исследовали и оценивали одни и те же доказательства.

В частности, в обоснование своих выводов, суд апелляционной инстанции указал, что ни один из представленных истцом договоров найма: квартиры в 

<

данные изъяты>, заключенный на период с (дата) с ежемесячной суммой платежей в размере 

<

данные изъяты> (л.д.34 т.1), квартиры ..., заключенный 

<

данные изъяты> сроком на один год с уплатой ежемесячных платежей в в размере, не подтверждает получение Б. стабильного дохода в виде арендных платежей на протяжении всего юридически значимого периода, а именно с (дата) . При этом, факт получения истцом арендных платежей ответчиком ФИО5 не оспаривался. 

То обстоятельство, что наследодатель оплатил ФИО3 путевку в санаторий и приобрел ему предметы мебели, не принято судебной коллегией в подтверждение доводов истца, т.к. оказание такой помощи не являлось систематическим. 

Показания свидетелей В., Г., Д., Е. признаны судебной коллегией недостаточными для удовлетворения иска, поскольку носят обобщенный характер, каких-либо конкретных обстоятельств не содержат. 

В то же время, как пояснила в судебном заседании свидетель Е. она работала сиделкой в семье Б-вых с (дата) ухаживала за ФИО3, денежные средства в сумме около 

<

данные изъяты> руб ежемесячно получала от внука ФИО3 М,И., который ухаживал за дедом, покупал ему лекарства, сделал в квартире ремонт, купил путевку в санаторий. (л.д.227,т.1)

Приведенным фактам оценка судебной коллегией не дана, показания свидетеля отвергнуты, как не содержащие конкретных обстоятельств. 

Доводы ФИО3, (дата) года рождения, о том, что с (дата) года он является 

<

данные изъяты>, после смерти жены проживает один и в силу возраста и состояния здоровья нуждается в постоянном постороннем уходе, не приняты судебной коллегией во внимание без указания мотивов. 

Договор на разовое оказание услуг, заключенный Б. с физическим лицом от (дата) (л.д.43), согласно которому Б. ежемесячно в период с (дата) получал денежные средства в сумме 

<

данные изъяты>, всего 

<

данные изъяты> руб., по мнению судебной коллегии не относится к допустимому доказательству получения Б. стабильного дохода и оказания из него систематической помощи истцу. 

Между тем судом апелляционной инстанции не учтено следующее.

В соответствии с частью 3 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими (часть 4 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Исходя из положений ст. 67, 71, 195 - 198 ГПК РФ выводы суда о фактах, имеющих юридическое значение для дела, не должны быть общими и абстрактными, они должны быть указаны в судебном постановлении убедительным образом со ссылками на нормативные правовые акты и доказательства, отвечающие требованиям относимости и допустимости (ст. 59, 60 ГПК РФ). В противном случае нарушаются задачи и смысл судопроизводства, установленные ст. 2 названного кодекса.

Эти требования закона судом апелляционной инстанций не выполнены. 

Переоценив доказательства, положенные в основу решения суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции не привел каких-либо нарушений норм материального и процессуального права со стороны суда первой инстанции при установлении фактических обстоятельств дела и оценке доказательств.

Вместе с тем, исходя из принципа правовой определенности, решение суда первой инстанции, основанное на полном и всестороннем исследовании обстоятельств дела, не может быть отменено судом апелляционной инстанции исключительно по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств, данной судом первой инстанции.

Оценка доказательств и отражение ее результатов в судебном решении являются проявлением дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия, вытекающих из принципа самостоятельности судебной власти, что, однако, не предполагает возможность оценки судом доказательств произвольно и в противоречии с законом.

Правила о допустимости доказательств закреплены в статье 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, устанавливающей, что обстоятельства дела, которые, в соответствии с законом, должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Допустимость доказательства есть его соответствие требованиям закона по форме, содержанию и иным критериям.

Из содержания ст.ст. 67, 60 ГПК РФ в их взаимосвязи следует, что суд, исследуя письменные доказательства, обязан установить их подлинность, проверить их составление и подписание уполномоченным лицом с соблюдением требований, предъявляемых законом.

В случае если суд придет к выводу, что письменное доказательство не отвечает требованиям допустимости и не подлежит принятию в качестве доказательства, он должен привести в своем решении соответствующие мотивы, в том числе указать закон, требованиям которого данное доказательство не соответствует.

Между тем, ссылка на такой закон в судебном постановлении при разрешении вопроса о том, что представленный договор на разовое оказание услуг не отвечает требованиям допустимости и не подлежит принятию в качестве доказательства, отсутствует.

При таких обстоятельствах, определение суда апелляционной инстанции нельзя признать мотивированным. 

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11 декабря 2012 г. N 29 "О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регулирующих производство в суде кассационной инстанции" если судом кассационной инстанции будет установлено, что судами первой и (или) апелляционной инстанций допущены нарушения норм процессуального права при исследовании и оценке доказательств, приведшие к судебной ошибке существенного и непреодолимого характера (например, судебное постановление в нарушение требований статьи 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основано на недопустимых доказательствах), суд учитывает эти обстоятельства при вынесении кассационного постановления (определения).

Поскольку имеет место существенное нарушение судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права, которое повлияло на исход дела и без устранения которого невозможно восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов заявителя, апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Смоленского областного суда от 13 февраля 2018 года подлежит отмене в части вынесения нового решения по делу.

Руководствуясь ст.ст. 388, 390 ГПК РФ, Президиум

П о с т а н о в и л:

Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Смоленского областного суда от 13 февраля 2018 года в части вынесения нового решения об отказе в иске ФИО3 о признании за ним права на обязательную долю в наследстве после смерти Б. и признании за ФИО3 права на часть наследственного имущества отменить, направить дело в указанной части на новое апелляционное рассмотрение.

В остальной части решение Ленинского районного суда г. Смоленска от 27 ноября 2017 года, апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Смоленского областного суда от 13 февраля 2018 года оставить без изменения.

Председательствующий президиума 

Смоленского областного суда Р.Ю. Батршин