Дело № 2-81/2019 

РЕШЕНИЕ

 

Именем Российской Федерации 

18 января 2019 года город Новочебоксарск 

Новочебоксарский городской суд Чувашской Республики под председательством судьи Петрухиной О. А., 

При секретаре судебного заседания Фондеркиной В. В., 

Рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, действующей в своих интересах, а также в интересах несовершеннолетнего К.М.В., к ФИО2 о взыскании материального ущерба и компенсации морального вреда, 

установил:

ФИО1, действуя в своих интересах, а также в интересах несовершеннолетнего ФИО3, обратилась в суд с иском к ФИО2, предъявив с учетом последующего уточнения требования о взыскании с ответчика: 

- в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 1 500 000 рублей; 

- в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 1 500 000 рублей; 

- в пользу ФИО1 расходы на захоронение ФИО4 в размере 76 629 рублей 25 копеек. 

Требования иска мотивированы тем, что 28 июня 2017 года в период времени с 18 часов 00 минут до 20 часов 30 минут ответчиком ФИО2 в отношении И.В.А. было совершено общественно опасное деяние, предусмотренное ч. 1 ст. 105 Уголовного кодекса РФ. Истец ФИО1 состояла с убитым И.В.А. в близких отношениях. Они совместно проживали в квартире № дома № по ул. 

<

адрес> гор. Владивосток, планировали зарегистрировать брак, у них родился совместный ребенок К.М.В.. Боль от потери И.В.А., являвшегося для истца близким человеком, а для несовершеннолетнего ребенка отцом, неизгладима, явилась глубоким потрясением, невосполнимой утратой и огромным горем. Кроме того, истица понесла расходы в связи с похоронами И.В.А. в размере 76 629 рублей 25 копеек. В связи с чем, просит взыскать с ответчика заявленные суммы. 

В последующем сторона истца отказалась от исковых требований по взысканию с ответчика расходов на захоронение в части суммы в размере 11 629 рублей 25 копеек, о чем судом было вынесено отдельное определение. 

Истец ФИО1, уведомленная о рассмотрении дела надлежащим образом, реализовала свое право на участие в разбирательстве дела через своего представителя ФИО5

Представитель истца ФИО5 в судебном заседании требования иска о компенсации морального вреда в пользу ФИО1 и К.М.В. в заявленных суммах, а также расходов на захоронение в части суммы в размере 65 000 рублей поддержал. 

Ответчик ФИО2, уведомленный о рассмотрении дела через администрацию Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Приморского края «Краевая психиатрическая больница», представил суду письменный отзыв на иск, в котором указал, что требования иска он признает, однако не располагает денежными средствами. 

Выслушав представителя истца, заслушав мнение прокурора Шоркина С. В., полгавшего, что требования иска подлежат удовлетворению с учетом принципов разумности и справедливости, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам. 

Так, судом установлено, что 28 июня 2017 года в гор. Владивосток по адресу: ул. 

<

адрес>, №, кв. №, наступила смерть И.В.А.. 

Согласно постановления Фрунзенского районного суда гор. Владивосток от 17 ноября 2017 года, ФИО2 был освобожден от уголовной ответственности за совершенное общественно-опасного деяния, предусмотренного ч. 1 ст. 105 Уголовного кодекса РФ, а именно за убийство И.В.А., имевшего место 28 июня 2017 года в период времени с 18 часов 00 минут до 20 часов 30 минут в квартире № дома № по ул. 

<

адрес> гор. Владивосток. 

Таким образом, вступившим в законную силу постановлением Фрунзенского районного суда гор. Владивосток установлено, что смерть И.В.А. наступила от виновных действий ответчика ФИО2 

Этим же постановлением суда в отношении ФИО2 была применена принудительная мера медицинского характера в виде принудительного лечения в психиатрическом стационаре специализированного типа. 

Согласно информации, предоставленной в адрес суда Государственным бюджетным учреждением здравоохранения «Краевая психиатрическая больница № 1» Департамента здравоохранения Приморского края, отдел опеки и попечительства Департамента здравоохранения Приморского края сведениями о судебном решении по вопросу лишения дееспособности ФИО2 не располагает. 

В рамках настоящего иска ФИО1, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего сына ФИО3, заявлены исковые требования о взыскании с ответчика компенсации морального вреда в связи со смертью И.В.А., являвшегося для истицы близким человеком, а также отцом ее ребенка К.М.В.. 

В силу ст. 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как разъяснено в абзаце втором пункта 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», моральный вред может заключаться, в частности, в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников. 

При рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (пункт 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»).

Как разъяснено в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», с учетом того, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. Вместе с тем, при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Факт родственных отношений между несовершеннолетним К.М.В. и погибшим И.В.А. установлен вступившим в законную силу решением Хасанского районного суда Приморского края от 24 апреля 2018 года по гражданскому делу по исковому заявлению ФИО1 к ФИО6 об установлении отцовства, исключении сведений из актовой записи. 

Так, указанным решением суда, которое вступило в законную силу 25 мая 2018 года, было установлено отцовство И.В.А., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца села 

<

адрес>, умершего ДД.ММ.ГГГГ, в отношении ребенка К.М.Н., родившегося ДД.ММ.ГГГГ в пгт 

<

адрес>. 

Таким образом, несовершеннолетний К.М.В., являющийся близким родственником И.В.А. – сыном, имеет право на компенсацию морального вреда в связи со смертью своего отца. 

Этим же решением Хасанского районного суда Приморского края от 24 апреля 2018 года было установлено, что ФИО1 с июня 2016 года по день смерти И.В.А. (ДД.ММ.ГГГГ) проживала с ним одной семьей, вела с И.В.А. совместное хозяйство, ожидала от И.В.А. ребенка. То есть указанным решением суда был установлен факт наличия между ФИО1 и И.В.А., не состоящих в браке, фактических брачных отношений. 

В Постановлении от 15 марта 2007 года по делу «Гаврикова против России» Европейский суд по правам человека подчеркнул, что правовых оснований для разного подхода при присуждении компенсации морального вреда к парам, состоящим в браке и не состоящим в нем, не имеется.

Таким образом, учитывая вышеприведенные нормы права, а также разъяснения Постановлений Пленумов Верховного суда РФ, Постановления Европейского суда по правам человека, суд приходит к выводу о том, что в данном случае, исходя из отношений, сложившихся между погибшим И.В.А. и истцом ФИО1, с которым она состояла в фактических брачных отношениях, последняя имеет право на компенсацию морального вреда в связи со смертью И.В.А., поскольку утрата близкого человека, которым являлся для истца погибший И.В.А., привела к ее нравственным страданиям.

При определении размера компенсации морального вреда в рассматриваемом деле суд в соответствии со ст. ст. 1099-1101 ГК РФ учитывает фактические обстоятельства, при которых ФИО1 и несовершеннолетнему К.М.В. был причинен вред, характер и степень нравственных и физических страданий истцов, вызванных смертью близкого человека, то обстоятельство, что на момент причинения смерти И.В.А. ФИО1 была на беременна, ожидая рождения ребенка именно от И.В.А., материальное положение сторон, а также требования разумности и справедливости.

На основании изложенного суд считает справедливым взыскать с ФИО2 в счет компенсации морального вреда, причиненного К.М.В., потерявшему еще до своего рождения отца, 1 000 000 рублей, в счет компенсации морального вреда, причиненного ФИО1, суд считает правильным взыскать с ответчика 500 000 рублей, что, по мнению суда, соответствует характеру и степени причиненных ФИО1 и несовершеннолетнему К.М.В. моральных и нравственных страданий в связи со смертью близкого человека. 

При разрешении требований ФИО1 о возмещении расходов на погребение, суд исходит из следующего. 

В соответствии с п. 1 ст. 1094 Гражданского кодекса Российской Федерации лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.

Отношения, связанные с погребением умерших, регулирует Федеральный закон «О погребении и похоронном деле».

В соответствии со статьей 3 Федерального закона от 12 января 1996 года № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле», погребение понимается как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям. В указанном законе также содержится перечень необходимых расходов, связанных с погребением.

Затраты на погребение могут возмещаться на основании документов, подтверждающих произведенные расходы на погребение, при этом размер возмещения не может ставиться в зависимость от стоимости гарантированного перечня услуг по погребению, установленного в субъекте РФ или в муниципальном образовании, предусмотренного ст. 9 ФЗ № 8-ФЗ от 12 января 1996 года «О погребении и похоронном деле». Вместе с тем, возмещению подлежат необходимые расходы, отвечающие требованиям разумности.

В состав расходов на достойные похороны (погребение) включаются как расходы по предоставлению гроба и других ритуальных предметов (в том числе, приобретение одежды для погребения), перевозка тела умершего на кладбище, организация подготовки места захоронения, непосредственное погребение.

Так, согласно представленных в материалы дела платежных документов на погребение И.В.А. истицей ФИО1 было потрачено 65 000 рублей на ритуальные услуги по захоронению, в том числе: могила, катафалк, гроб обшитый, венки, похоронная бригада, доставка из Владивостока в пос. Ольгу, что подтверждается представленной в материалы дела квитанцией-договором на ритуальные услуги серии АА №. 

Оснований для непризнания указанных расходов истца на погребение И.В.А. необходимыми у суда не имеется. 

Таким образом, учитывая, что расходы истца ФИО1 на погребение И.В.А. подтверждены надлежащими доказательствами, а также принимая во внимание вышеприведенные нормы права суд приходит к выводу о взыскании с ответчика ФИО2 в пользу ФИО1 расходов на погребение в сумме 65 000 рублей.

Исходя из положений ст. 98 и 103 ГПК РФ с ответчика ФИО2 подлежит взысканию в доход муниципального образования город Новочебоксарск госпошлина в размере 2 450 рублей (2 150 рублей – по требованию имущественного характера, подлежащего оценке, 300 рублей – по требованию о компенсации морального вреда). 

Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд 

решил:

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1, действующей в своих интересах, а также в интересах К.М.В., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в счет компенсации морального вреда 1 500 000 рублей, из которых 500 000 рублей – в счет компенсации морального вреда, причиненного ФИО1, 1 000 000 рублей – в счет компенсации морального вреда, причиненного несовершеннолетнему К.М.В., расходы на погребение в размере 65 000 рублей. 

Взыскать с ФИО2 в доход местного бюджета госпошлину в размере 2 450 рублей. 

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Чувашской Республики в течение месяца со дня его принятия судом в окончательной форме через Новочебоксарский городской суд Чувашской Республики.

Судья О. А. Петрухина

Мотивированное решение составлено 23 января 2019 года.