Судья 1 инстанции: Хахалова Л.Ю. Номер изъят

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

28 августа 2025 года г. Иркутск

Суд апелляционной инстанции Иркутского областного суда в составе председательствующего Черкашиной Д.С., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Меньшениной Ю.А., с участием прокурора Ткачева С.С., лица, в отношении которого уголовное дело прекращено, - В., защитника – адвоката Кобелевой Н.Л., 

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционному преставлению государственного обвинителя Будаева А.Ж., апелляционной жалобе представителя потерпевшего Б. на постановление Э. от Дата изъята , которым уголовное дело в отношении 

В., родившегося (данные изъяты)

прекращено на основании ст. 25.1 УПК РФ. В. освобожден от уголовной ответственности в соответствии со ст. 76.2 УК РФ, с назначением судебного штрафа в размере 20 000 рублей, установлен срок оплаты штрафа до Дата изъята .

Постановлено возложить на В. обязанность предоставить сведения об уплате судебного штрафа судебному приставу-исполнителю в течение 10 дней после истечения срока установленного для уплаты судебного штрафа. Разъяснено, что в случае неуплаты судебного штрафа в установленный срок судебный штраф подлежит отмене с привлечением В. к уголовной ответственности по ч. 2 ст. 258 УК РФ. 

Меру процессуального принуждения В. в виде обязательства о явке постановлено отменить по вступлении постановления в законную силу. 

Постановлением разрешена судьба вещественных доказательств. 

У С Т А Н О В И Л:

Органом предварительного расследования В. обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 258 УК РФ, то есть в незаконной охоте, с применением механического транспортного средства, с причинением особо крупного ущерба.

В судебном заседании в суде первой инстанции защитник – адвокат А. заявила ходатайство о прекращении уголовного дела в отношении подсудимого В. с назначением меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа. 

Постановлением Э. от Дата изъята уголовное дело в отношении В. прекращено на основании ст. 25.1 УПК РФ. В. освобожден от уголовной ответственности в соответствии со ст. 76.2 УК РФ, с назначением судебного штрафа в размере 20 000 рублей, установлен срок оплаты штрафа до Дата изъята . 

В апелляционном преставлении государственный обвинитель Будаев А.Ж. выражает несогласие с постановлением суда, полагает, что оно является незаконным и необоснованным. В обоснование своих доводов ссылается на разъяснения Пленума Верховного суда РФ, данным в п. 1 постановления от 27 июня 2013 года №19 «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности», ст. 6, 76.2 УК РФ и ст. 25.1 УПК РФ, правовую позицию Конституционного Суда Российской Федерации, изложенную в Определении № 2257-0 от 26 октября 2017 года указывая, что выводы суда о том, что в судебном заседании были установлены все обстоятельства, при наличии которых возможно освобождение В. от уголовной ответственности с назначением судебного штрафа, необоснованные. По мнению автора представления, возмещение ущерба, причиненного преступлением, а также пожертвования в благотворительный фонд «Подари планете жизнь» в размере 6 000 рублей не свидетельствуют о том, что преступление утратило общественную опасность, поскольку возмещение ущерба не может быть расценено как восстановление экологического равновесия, жизнеспособности биологических объектов, нарушенных в результате преступления. Кроме того, пожертвование в размере 6 000 рублей подсудимым внесено только после того, как как правоохранительными органами предъявлено обвинение. Считает, что принятые В. меры по возмещению ущерба и заглаживанию вреда явно несоразмерны негативным последствиям совершенного преступления. Обращает внимание суда, что версия В. о том, что он не знал, что охотился на территории ООО «Велес» и не видел двух оставленных особей животных, является явно надуманной, выдвинута с целью облегчить свою участь за содеянное. Полагает, что действия В. не направлены на восстановление нарушенных в результате преступления законных интересов животного мира Иркутской области, они несоразмерны обстоятельствам содеянного. По мнению автора представления, В. выводов для себя не сделал, в содеянном не раскаялся, мотивом благотворительности является лишь желание уйти от ответственности, что подтверждается его допросом в судебном заседании, из которого следует, что фактически отстрел двух особей косули он не признал. Считает, что прекращение уголовного дела является нецелесообразным, так как не будет способствовать восстановлению социальной справедливости, исправлению В. и предупреждению совершения им аналогичных преступлений. Кроме того, возмещение им причиненного охотничьим ресурсам вреда в денежной форме не повлекло возмещения экологического вреда причиненному животному миру и численности популяции косули сибирской. Полагает, что представленные материалы дела не содержат сведений, свидетельствующих о том, что данное преступление утратило свою опасность для общества. Просит постановление суда первой инстанции отменить, дело направить на новое рассмотрение в тот же суд со стадии подготовки к судебному заседанию.

В апелляционной жалобе представитель потерпевшего Б. выражает несогласие с постановлением суда, полагает, что оно является незаконным и необоснованным. В обоснование своих доводов указывает, что В. необоснованно освобожден от уголовной ответственности, он должен понести реальное наказание за фактическое браконьерство. Обращает внимание суда, что В. ежегодно более 20 лет занимается охотой, получает в установленном законом порядке лицензию на добычу охотничьих ресурсов и знакомится с границами общедоступных охотничьих угодий на территории 

<

адрес изъят>, что подтверждается журналами регистрации выдачи разрешений на добычу охотничьих ресурсов, проведения инструктажа по правилам пожарной безопасности три последних года. Отмечает, что В., зная о том, что на территории ООО «Велес» ему запрещено охотиться, умышленно застрелил пять особей косули сибирской, одна из которых оказалась самкой. Обращает внимание суда, что разрешение у него было только на добычу одной косули сибирской. По мнению автора жалобы, В. занимался целенаправленным живодерством и браконьерством, потому что двух косуль он оставил на поле для съедения птицам, а трех ободрал и забрал себе домой. Считает, что денежные средства в размере 6 000 рублей, которые В. перевел в благотворительный фонд, являются явно недостаточными для восстановления популяции убитых им особей косули и уменьшения общественной опасности совершенной им незаконной добычи диких животных. Просит постановление суда первой инстанции отменить, дело направить на новое рассмотрение в тот же суд.

В возражениях на апелляционное преставление государственного обвинителя Будаева А.Ж., апелляционную жалобу представителя потерпевшего Б. защитник – адвокат Кобелева Н.Л. полагает доводы апелляционных представления и жалобы не подлежащими удовлетворению, поскольку в постановлении суда дана надлежащая оценка всем обстоятельствам, влияющим на принятое решение. Просит апелляционные представление и жалобу оставить без удовлетворения, постановление суда без изменения. 

В судебном заседании прокурор апелляционного отдела прокуратуры Иркутской области Ткачев С.С. поддержал доводы апелляционного представления и апелляционной жалобы, просил их удовлетворить, постановление суда отменить. 

Подсудимый В. и защитник – адвокат Кобелева Н.Л. возражали по доводам апелляционных преставления и жалобы, полагая, что постановление суда является законным и обоснованным, а оснований для их удовлетворения не имеется. 

Проверив представленные материалы, обсудив доводы апелляционных представления и жалобы, представленных возражений, выслушав стороны, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам. 

В силу ст. 76.2 УК РФ лицо, впервые совершившее преступление небольшой или средней тяжести, может быть освобождено судом от уголовной ответственности с назначением судебного штрафа в случае, если оно возместило ущерб или иным образом загладило причиненный преступлением вред.

По смыслу ст. 76.2 УК РФ и ст. 25.1 УПК РФ в их взаимосвязи, при решении вопроса о прекращении уголовного дела суд должен установить, предприняты ли обвиняемым меры, направленные на восстановление именно тех законных интересов общества и государства, которые были нарушены в результате совершения конкретного уголовно наказуемого деяния и достаточны ли эти меры для того, чтобы расценить уменьшение общественной опасности содеянного, как позволяющее освободить его от уголовной ответственности.

Пленум Верховного Суда РФ в п. 25.6 постановления от 27 июня 2013 г. № 19 «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности» разъяснил, что в описательно-мотивировочной части постановления судьи об удовлетворении ходатайства о прекращении уголовного дела или уголовного преследования и назначении лицу меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа должны быть, в частности, приведены: описание преступного деяния, в совершении которого лицо подозревается или обвиняется, с указанием пункта, части, статьи УК РФ; вывод о том, что выдвинутое в отношении лица подозрение или предъявленное лицу обвинение подтверждается доказательствами, собранными по уголовному делу; обстоятельства, свидетельствующие о наличии предусмотренного ст. 25.1 УПК РФ основания для прекращения уголовного дела и (или) уголовного преследования; указание о согласии подозреваемого, обвиняемого на прекращение уголовного дела и (или) уголовного преследования по данному основанию; обстоятельства, учитываемые судом при определении размера судебного штрафа (ч. 2 ст. 104.5 УК РФ).

По смыслу закона различные уголовно наказуемые деяния влекут наступление разного по своему характеру вреда, поэтому предусмотренные ст. 76.2 УК РФ действия, направленные на заглаживание такого вреда и свидетельствующие о снижении степени общественной опасности преступления, нейтрализации его вредных последствий, не могут быть одинаковыми во всех случаях, а определяются в зависимости от особенностей конкретного деяния.

С учетом этого суд в каждом конкретном случае должен решить, достаточны ли предпринятые лицом, совершившим преступление, действия для того, чтобы расценить уменьшение общественной опасности содеянного как позволяющее освободить лицо от уголовной ответственности.

При этом вывод о возможности или невозможности такого освобождения, к которому придет суд в своем решении, должен быть обоснован ссылками на фактические обстоятельства, исследованные в судебном заседании. Суд обязан не просто констатировать наличие или отсутствие указанных в законе оснований для освобождения от уголовной ответственности, а принять справедливое и мотивированное решение с учетом всей совокупности данных, характеризующих в том числе особенности объекта преступного посягательства, обстоятельства его совершения, конкретные действия, предпринятые лицом для возмещения ущерба или иного заглаживания причиненного преступлением вреда, изменение степени общественной опасности деяния вследствие таких действий, личность виновного, а также обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание.

Таким образом, принимая подобное решение суд должен учитывать совокупность всех обстоятельств, свидетельствующих не только о возможности, но также о правовой обоснованности и справедливости такого решения, будет ли прекращение уголовного дела способствовать восстановлению социальной справедливости, исправлению осужденного и предупреждению совершения им аналогичных преступлений.

Между тем в обжалуемом судебном решении не приведено убедительного обоснования правомерности прекращения уголовного дела в отношении В., не учтены вышеуказанные имеющие существенное значение обстоятельства, влияющие на указанный вывод.

Из содержания постановления следует, что суд констатировал наличие предусмотренных законом оснований для освобождения В. от уголовной ответственности, однако не принял во внимание вышеизложенные обстоятельства, в том числе должным образом не учел особенности объекта преступного посягательства - общественные отношения в области охраны и использования животного мира, характер и степень общественной опасности преступления, обстоятельства его совершения, размер причиненного ущерба, а также личность виновного, который, как следует из материалов уголовного дела, занимается охотой с 1993 года, при этом официального источника дохода не имеет. 

Кроме того, судом не дано оценки тому, уменьшили ли принятые В. меры по заглаживанию вреда в размере, определенном органами дознания, а также пожертвование в благотворительный фонд «Подари планете жизнь» общественную опасность содеянного, что позволило бы освободить его от уголовной ответственности. Доводы апелляционных представления и жалобы в данной части заслуживают внимания.

Следует согласиться с доводами апелляционного представления о том, что вопрос о заглаживании вреда не сводится только к возмещению имущественного вреда, а возмещение причиненного охотничьим ресурсам вреда в денежной форме не компенсирует негативных последствий для общественных отношений, обладающих неэкономической ценностью и само по себе не свидетельствует о снижении степени общественной опасности совершенного преступления, поскольку не повлекло возмещения экологического вреда причиненному животному миру и численности популяции косуль сибирских.

Также обжалуемое судебное решение сведений о том, что суд убедился в обоснованности предъявленного В. обвинения в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 258 УК РФ, его подтвержденности доказательствами, собранными по уголовному делу, наличии в материалах достаточных сведений, позволяющих принять итоговое решение о прекращении уголовного дела и назначении обвиняемому меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа, не содержит.

Между тем, освобождение от уголовной ответственности в связи с назначением судебного штрафа осуществляется в форме прекращения уголовного дела на основании ст. 25.1 УПК РФ. В соответствии с ч. 2 ст. 27 УПК РФ обязательным условием принятия такого решения является согласие на это лица, совершившего преступление.

До получения согласия лица, обвиняемого в совершении преступления, на прекращение уголовного дела по нереабилитирующим основаниям, такому лицу должны быть разъяснены юридические последствия прекращения уголовного дела.

Кроме того, в случае прекращения уголовного дела или уголовного преследования по не реабилитирующему основанию решение о конфискации в том числе принадлежащих обвиняемому орудий и средств совершения преступления, может быть принято в соответствии с п. 1 ч. 3 ст. 81 УПК РФ и лишь при условии разъяснения обвиняемому правовых последствий принятого решения, включая возможную конфискацию имущества, и при отсутствии его возражений против такого прекращения (п. 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 июня 2018 г. № 17 «О некоторых вопросах, связанных с применением конфискации имущества в уголовном судопроизводстве»).

Поскольку прекращение уголовного дела включает в себя не только основания, условия и процессуальный порядок прекращения уголовного дела, но и юридические последствия, в том числе определение судьбы вещественных доказательств в виде орудий и средств совершения преступления, в случае выражения обвиняемым несогласия с возможным прекращением его права собственности на имущественные объекты, признанные вещественными доказательствами, оно равнозначно несогласию с прекращением уголовного дела в целом (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 7 марта 2017 г. № 5-П).

Как следует из протокола судебного заседания, сведений о разъяснении В. юридических последствий прекращения уголовного дела по нереабилитирующему основанию не имеется, его мнение по указанному вопросу судом первой инстанции не выяснялось. Суд апелляционной инстанции отмечает, что поддержание обвиняемым в судебном заседании ходатайства о применении к нему меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа не равнозначно необходимости выяснения судом мнения обвиняемого по данному вопросу после обязательного разъяснения юридических последствий прекращения уголовного дела по нереабилитирующему основанию.

При таких обстоятельствах, постановление суда первой инстанции нельзя признать отвечающим требованиям ст. 7 УПК РФ, то есть законным и обоснованным, в связи с чем оно подлежит отмене с направлением уголовного дела на новое судебное разбирательство.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 38913, 38920, 38922, 38928, 38933 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Э. от Дата изъята в отношении В. отменить, уголовное дело направить на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе, со стадии подготовки к судебному разбирательству.

Апелляционное представление государственного обвинителя Будаева А.Ж., апелляционную жалобу представителя потерпевшего Б. – удовлетворить. 

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ непосредственно в судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции (г. Кемерово).

Председательствующий Д.С. Черкашина