Дело № 2-325/2025 (2-2268/2024)

УИД №***

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Можга Удмуртской Республики 10 апреля 2025 года

Можгинский районный суд Удмуртской Республики в составе:

председательствующего судьи Хисамутдиновой Е.В.,

при секретаре Груздевой С.В.,

с участием представителя истца ФИО1, действующего на основании доверенности от 04 февраля 2025 года,

представителя ответчика – адвоката Горбунова С.В., представившего удостоверение №*** и ордер №*** от 10 апреля 2025 года,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3 о признании права собственности в порядке приобретательной давности,

у с т а н о в и л:

Первоначально ФИО2 обратился в суд к Администрации муниципального образования «Муниципальный округ Можгинский район Удмуртской Республики» о признании права собственности в порядке приобретательной давности.

Исковые требования мотивированы тем, что во владении ФИО2 находятся жилой дом и земельный участок по адресу: Удмуртская Республика, 

<

***>, 

<

***>, 

<

***>. Жилой дом, в котором истец проживал со своей семьей ранее, стал не пригодным для проживания в результате пожара, в связи с чем в 2007 году для временного проживания было предоставлено спорное недвижимое имущество. С этого времени ФИО2 открыто, непрерывно и добросовестно владеет указанным недвижимым имуществом, проживает по данному адресу более 17 лет. Как собственник жилого помещения истец оплачивает коммунальные платежи, провел текущий и капительный ремонт, использует земельный участок по назначению, содержит его в надлежащем состоянии. В течение всего срока владения недвижимым имуществом претензий от бывшего собственника, других лиц не поступало, права на спорное недвижимое имущество никто не предъявлял, споров в отношении владения и пользования недвижимым имуществом не заявлялось. Поскольку истец владеет и пользуется жилым домом и земельным участком длительное время, он приобрел право собственности на указанное имущество в силу приобретательной давности. Государственная регистрации права собственности не совершалась ввиду отсутствия документов, свидетельствующих о наличии права собственности на спорное имущество.

С учетом изложенного, на основании положений ст. ст. 12, 212, 218, 225, 234 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) истец просит признать за ним право собственности на жилой дом и земельный участок по адресу: Удмуртская Республика, 

<

***>, 

<

***>, 

<

***>, в силу приобретательной давности.

18 февраля 2025 года определением суда, занесенным в протокол судебного заседания, произведена замена ненадлежащего ответчика Администрации муниципального образования «Муниципальный округ Можгинский район Удмуртской Республики» надлежащим - ФИО3.

В судебное заседание истец ФИО2 не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом.

Представитель истца ФИО4 на исковых требованиях настаивал, поддержал доводы, изложенные в исковом заявлении, просил признать за истцом ФИО2 право собственности на жилой дом и земельный участок по адресу: Удмуртская Республика, 

<

***>, 

<

***>, в силу приобретательной давности.

Ответчик ФИО3 извещался о времени и месте судебного заседания по последнему известному месту жительства, в суд не являлся. Согласно сведениям отделения по вопросам миграции МО МВД России «Можгинский» в отношении ФИО3 сведений о месте регистрации по месту жительства не имеется, в связи с чем в порядке ст. 50 ГПК РФ определением суда от 10 апреля 2025 года представителем ответчика ФИО3 назначен адвокат Горбунов С.В.

Представитель ответчика Горбунов С.В. в судебном заседании в удовлетворении исковых требований просил отказать. Дополнительно суду пояснил, что спорное недвижимое имущество ФИО3 было приобретено по договору купли-продажи, у администрации муниципального образования распоряжаться вышеуказанным недвижимым имуществом и предоставлять жилой дом другому лицу, оснований не было. В ходе рассмотрения дела не установлено, на каком праве данное недвижимое имущество было предоставлено истцу.

На основании ст. 167 ГПК РФ суд рассмотрел дело в отсутствие истца и ответчика.

Заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав представленные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

Как следует из искового заявления, истцом ФИО2 заявлено требование о признании права собственности в порядке приобретательной давности на жилой дом и земельный участок по адресу: Удмуртская Республика, 

<

***>, 

<

***>, 

<

***>.

Согласно п. 1 ст. 234 ГК РФ гражданин, не являющийся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющий как своим собственным недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность).

Таким образом, для возникновения права собственности в силу приобретательной давности, необходимо соблюдение следующих условий: добросовестность, открытость и непрерывность владения недвижимым имуществом в течение 15 лет.

В силу ст. 11 Федерального закона «О введении в действие части первой Гражданского Кодекса Российской Федерации» действие ст. 234 Кодекса (приобретательная давность) распространяется и на случаи, когда владение имуществом началось до 01 января 1995 года и продолжается в момент введения в действие части первой Кодекса.

В п. 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29 апреля 2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» указано, что при разрешении споров, связанных с возникновением права собственности в силу приобретательной давности, судам необходимо учитывать следующее: давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности; давностное владение признается открытым, если лицо не скрывает факта нахождения имущества в его владении; давностное владение признается непрерывным, если оно не прекращалось в течение всего срока приобретательной давности; владение имуществом как своим собственным означает владение не по договору.

Согласно абзацу первому п. 19 указанного постановления Пленума, возможность обращения в суд с иском о признании права собственности в силу приобретательной давности вытекает из статей 11 и 12 ГК РФ, согласно которым защита гражданских прав осуществляется судами путем признания права. Поэтому лицо, считающее, что стало собственником имущества в силу приобретательной давности, вправе обратиться в суд с иском о признании за ним права собственности.

Статьей 11 ГК РФ предусмотрено, что защиту нарушенных или оспоренных прав осуществляет в соответствии с подведомственностью дел, установленной процессуальным законодательством, суд, арбитражный суд или третейский суд.

К одному из способов защиты нарушенного или оспариваемого права статья 12 ГК РФ относит такой способ защиты как признание права.

Обращаясь в суд с иском о признании права собственности в силу приобретательной давности, истец указал, что владение вышеуказанным недвижимым имуществом началось с сентября 2007 года, являлось добросовестным, поскольку владение спорным имуществом осуществлялось истцом открыто, как своим собственным, другие лица на данное имущество права не заявляют. 

Бремя доказывания обстоятельств, имеющих значение для данной категории дел, лежит на потенциальном приобретателе права (ст. 56 ГПК РФ).

Вышеуказанные обстоятельства нашли свое полное и объективное подтверждение исследованными в судебном заседании доказательствами.

Из справки Отдела государственного пожарного надзора Можгинского района от 21 апреля 2006 года следует, что в хозяйстве ФИО5 по адресу: Удмуртская Республика, 

<

***>, 

<

***>, 

<

***>, 14 апреля 2006 года произошел пожар. В результате пожара огнем значительно поврежден жилой дом, домашнее имущество, причиной пожара послужило короткое замыкание электропроводки в чердачном помещении дома. 

Из архивной справки Администрации муниципального образования «Муниципальный округ Можгинский район Удмуртской Республики» от 08 ноября 2024 года №*** усматривается, что в документах похозяйственного учета территориального отдела «Горнякский», в похозяйственной книге № №*** года имеется запись по лицевому счету №*** по адресу: 

<

***>, 

<

***>, о том, что «хозяйство заброшено, дом предоставлен для временного проживания погорельцам, семье ФИО2».

Согласно справке ООО «Коммунально-энергетические системы» от 07 ноября 2024 года истец ФИО2 с сентября 2007 года проживает по адресу: Удмуртская Республика, 

<

***>, 

<

***>, 

<

***>, оплачивает коммунальные услуги.

Из акта осмотра жилого помещения комиссией территориального отдела «Горнякский» Администрации муниципального образования «Муниципальный округ Можгинский район Удмуртской Республики» от 08 ноября 2024 года усматривается, что дом по адресу: Удмуртская Республика, 

<

***>, 

<

***>, 

<

***> находится надлежащем состоянии, пригоден для жилья. 

Согласно сведениям Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии в ЕГРН отсутствуют записи о зарегистрированных правах на объекты недвижимости с кадастровыми номерами №*** и №***

Из сведений Министерства имущественных отношений Удмуртской Республики от 20 января 2025 года следует, что информация о регистрации в Реестре государственного имущества Удмуртской Республики жилого дома и земельного участка по адресу: Удмуртская Республика, 

<

***>, 

<

***>, 

<

***>, с кадастровым номером №*** отсутствует.

Согласно справке Администрации муниципального образования «Муниципальный округ Можгинский район Удмуртской Республики» от 22 января 2025 года в реестре муниципального образования спорное недвижимое имущество не учитывается. 

По состоянию на 20 января 2025 года сведения в реестре федерального имущества о спорных объектах недвижимости также отсутствуют (письма Межрегионального территориального управления Росимущества в Удмуртской Республике и Кировской области от 20 января 2025 года).

Вместе с тем из ответа на запрос Можгинского филиала Бюджетного учреждения Удмуртской Республики «Центр кадастровой оценки и технической инвентаризации недвижимого имущества» от 14 января 2025 года усматривается, что объект недвижимости по адресу: Удмуртская Республика, 

<

***>, 

<

***>, 

<

***>, поставлен на учет правообладателем ФИО3 Ранее домовладение значилось по адресу: 

<

***>, 

<

***>.

Из договора купли-продажи от 03 августа 1999 года следует, что ответчик ФИО3 приобрел вышеуказанные жилой дом и земельный участок по адресу: Удмуртская Республика, 

<

***>, 

<

***>, у ФИО6, цена недвижимого имущества по договоренности сторон определена в 18 000,00 руб., в том числе: земельный участок – 2 400,00 руб.; жилой дом – 15 600,00 руб.

Согласно ответу на запрос Отдела ЗАГС Администрации муниципального «Муниципальный округ Можгинский район Удмуртской Республики» сведения об акте смерти ФИО3 отсутствуют. 

Как указано в абзаце первом п. 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29 апреля 2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», по смыслу ст. ст. 225 и 234 ГК РФ право собственности в силу приобретательной давности может быть приобретено на имущество, принадлежащее на праве собственности другому лицу, а также на бесхозяйное имущество.

Исходя из указанных разъяснений следует, что наличие титульного собственника само по себе не исключает возможность приобретения права собственности другим лицом в силу приобретательной давности. Для приобретения права собственности в силу приобретательной давности не является обязательным, чтобы собственник совершил активные действия, свидетельствующие об отказе от собственности или объявил об этом. Достаточным является то, что титульный собственник в течение длительного времени устранился от владения вещью, не проявляет к ней интереса, не исполняет обязанностей по ее содержанию, вследствие чего вещь является фактически брошенной собственником. Осведомленность давностного владельца о наличии титульного собственника сама по себе не означает недобросовестности давностного владения.

При оценке добросовестности истца владения спорным недвижимым имуществом необходимо учитывать правовую позицию, изложенную в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 26 ноября 2020 года № 48-П «По делу о проверке конституционности п. 1 ст. 234 ГК РФ в связи с жалобой гражданина ФИО7», в соответствии с которой добросовестность предполагает, что вступление во владение не было противоправным, совершено внешне правомерными действиями. Добросовестное заблуждение давностного владельца о наличии у него права собственности на данное имущество положениями ст. 234 ГК РФ не предусмотрено в качестве обязательного условия для возникновения права собственности в силу приобретательной давности.

Напротив, столь длительное владение вещью, право на которую отсутствует, предполагает, что давностный владелец способен знать об отсутствии у него такого права, особенно в отношении недвижимого имущества, возникновение права на которое, по общему правилу, требует формального основания и регистрации в публичном реестре; требование о добросовестном заблуждении в течение всего срока владения без какого-либо разумного объяснения препятствует возвращению вещи в гражданский оборот и лишает лицо, открыто и добросовестно владеющее чужой вещью как своей, заботящееся об этом имуществе и несущее расходы на его содержание, не нарушая при этом ничьих прав, права легализовать такое владение, оформив право собственности на основании данной нормы.

Таким образом, для признания владельца добросовестным при определенных обстоятельствах не требуется, чтобы он имел основания полагать себя собственником имущества. Добросовестность может быть признана судами и при наличии оснований для понимания владельцем отсутствия у него оснований приобретения права собственности.

Следовательно, для признания владения истцом спорным недвижимым имуществом не требуется добросовестного заблуждения истца в том, что он стал собственниками указанного имущества - достаточно того, что вступление во владение указанным помещением не было противоправным и было совершено внешне правомерными действиями.

Как установлено в ходе рассмотрения дела истец ФИО2 получил владение жилым домом и земельным участком по адресу: Удмуртская Республика, 

<

***>, 

<

***>, 

<

***>, Администрацией муниципального образования «Горнякский».

Исходя из чего суд приходит к выводу, что владение спорным недвижимым имуществом было получено истцом правомерными действиями, на основании решения органа публичной власти.

На протяжении более чем 17 лет ФИО2, открыто владея спорным имуществом, нес бремя содержания спорным имуществом, оплачивал коммунальные услуги. С самого начала владения спорным недвижимым имуществом данный факт не скрывал, что подтверждается представленными материалами дела.

В связи с этим, наличие предусмотренных ст. 234 ГК РФ условий добросовестности владения следует признать установленными.

С момента начала владения истцом спорными объектами недвижимости законность владения им данным имуществом никем не оспаривалось. Прерывания владения с 2007 года из материалов дела не усматривается, в муниципальную собственность имущество не поступало. Истец ФИО2 обратился в суд с иском 18 декабря 2024 года. 

Таким образом, исследованными доказательствами в совокупности подтверждается, что ФИО2 с 2007 года, то есть более 15 лет, добросовестно, открыто и непрерывно владеет спорным имуществом, как своим собственным, что в соответствии со ст. 234 ГК РФ является основанием для признания права собственности в силу приобретательной давности.

Учитывая установленные обстоятельства, суд приходит к выводу о наличии оснований для признания за истцом права собственности на жилой дом и земельный участок по адресу: Удмуртская Республика, 

<

***>, 

<

***> 

<

***>, в силу приобретательной давности в порядке ст. 234 ГК РФ. 

Согласно ст. 131 ГК РФ право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничение этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней.

В соответствии с п. 5 ч. 2 ст. 14 Федерального закона от 13.07.2015 г. № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» основаниями для государственной регистрации прав являются, в том числе, вступившие в законную силу судебные акты, таким образом, решение суда по настоящему делу о признании права собственности на жилое помещение является основанием для государственной регистрации прав истца на спорные объекты недвижимости.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

Исковые требования ФИО2 (паспорт гражданина Российской Федерации серии №*** №*** выдан Отделом внутренних дел города Можги и Можгинского района Удмуртской Республики 10 марта 2024 года) к ФИО3 о признании права собственности в порядке приобретательной давности удовлетворить.

Признать за ФИО2 право собственности на объекты недвижимости - жилой дом, с кадастровым номером 18:17:047002:258 и земельный участок с кадастровым номером 18:17:047003:97, расположенные по адресу: Удмуртская Республика, 

<

***>, 

<

***>, 

<

***>, в силу приобретательной давности.

Настоящее решение является основанием для внесения записи в Единый государственный реестр недвижимости. 

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Удмуртской Республики в течение месяца со дня его вынесения в окончательной форме через Можгинский районный суд Удмуртской Республики.

Мотивированное решение изготовлено 24 апреля 2025 года. 

Председательствующий судья- Е.В. Хисамутдинова