№2-3299/2018 73 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Красноярск 11 июля 2018 года

Октябрьский районный суд г. Красноярска в составе:

председательствующего судьи Майко П.А.

при секретаре Сотникова В.С., 

рассмотрев исковое заявление, ФИО1 к Управлению Пенсионного фонда в Октябрьском районе г. Красноярска о возмещении материального ущерба и компенсации морального вреда в результате отказа индексации пенсии 

УСТАНОВИЛ:

Истец обратился в суд с требованием взыскать недополученную сумму за период с 1 января 2016 года по настоящее время индексацию пенсии, которую ответчик прекратил выплачивать, т.к. он работает данный период времени. Ввиду нарушения его прав, просит взыскать компенсацию морального вреда.

Истец иск поддержал полностью, указав, что пенсионный фонд исполняет незаконное постановление правительства, которое установило лишение индексации к пенсии работающим пенсионерам. Просит восстановить его права на момент обращения в суд, взыскав суммы индексации на дату обращения в суд, а именно 1.2.2018 года. 

Представитель ответчика – ФИО2 с иском не согласна, т.к. прекращение выплаты индексации работающим пенсионерам, предусмотрено законом, который действует с 1 января 2016 года.

Суд, выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, установил – 

В соответствии с п. 2.2 ст. 11 Федерального закона от 01 апреля 1996 года N 27-ФЗ "Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования" страхователь ежемесячно не позднее 15-го числа месяца, следующего за отчетным периодом - месяцем, представляет о каждом работающем у него застрахованном лице (включая лиц, заключивших договоры гражданско-правового характера, предметом которых являются выполнение работ, оказание услуг, договоры авторского заказа, договоры об отчуждении исключительного права на произведения науки, литературы, искусства, издательские лицензионные договоры, лицензионные договоры о предоставлении права использования произведения науки, литературы, искусства, в том числе договоры о передаче полномочий по управлению правами, заключенные с организацией по управлению правами на коллективной основе) следующие сведения: страховой номер индивидуального лицевого счета; фамилию, имя и отчество; идентификационный номер налогоплательщика (при наличии у страхователя данных об идентификационном номере налогоплательщика застрахованного лица).

Вопросы осуществления выплаты страховой пенсии, в период осуществления работы и (или) иной деятельности, урегулированы положениями ст. 26.1 Федерального закона от 28.12.2013 года N 400-ФЗ "О страховых пенсиях".

В силу п. 1 ст. 26.1 данного Закона, пенсионерам, осуществляющим работу и (или) иную деятельность, в период которой они подлежат обязательному пенсионному страхованию в соответствии с Федеральным законом от 15 декабря 2001 года N 167-ФЗ "Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации", суммы страховой пенсии, фиксированной выплаты к страховой пенсии (с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии), в том числе полученные в связи с перерасчетом, предусмотренным частями 2, 5 - 8 статьи 18 настоящего Федерального закона, выплачиваются в размере, исчисленном в соответствии с настоящим Федеральным законом, без учета индексации (увеличения) размера фиксированной выплаты к страховой пенсии в соответствии с частями 6 и 7 статьи 16 настоящего Федерального закона и корректировки размера страховой пенсии в соответствии с частью 10 статьи 18 настоящего Федерального закона, имеющих место в период осуществления работы и (или) иной деятельности.

Исходя из положений п. п. 4, 5 ст. 26.1 Закона уточнение факта осуществления (прекращения) пенсионерами работы и (или) иной деятельности, в период которой они подлежат обязательному пенсионному страхованию в соответствии с Федеральным законом от 15 декабря 2001 года N 167-ФЗ "Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации", в целях реализации положений частей 1 - 3 настоящей статьи производится органом, осуществляющим пенсионное обеспечение, ежемесячно на основании сведений индивидуального (персонифицированного) учета.

При этом, пенсионеры вправе представить в органы, осуществляющие пенсионное обеспечение, заявление о факте осуществления (прекращения) работы и (или) иной деятельности в порядке, предусмотренном частями 2 и 4 статьи 21 настоящего Федерального закона.

Решение о выплате сумм страховой пенсии, фиксированной выплаты к страховой пенсии (с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии), определенных в порядке, предусмотренном частями 1 - 3 настоящей статьи, выносится в месяце, следующем за месяцем, в котором органом, осуществляющим пенсионное обеспечение, получены сведения, представленные страхователем в соответствии с пунктом 2.2 статьи 11 Федерального закона от 1 апреля 1996 года N 27-ФЗ "Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования" (п. 6 ст. 26.1 Закона).

В соответствии с п. 7 ст. 26.1 Закона, суммы страховой пенсии, фиксированной выплаты к страховой пенсии (с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии), определенные в порядке, предусмотренном частями 1 - 3 настоящей статьи, выплачиваются с месяца, следующего за месяцем, в котором было вынесено решение, предусмотренное частью 6 настоящей статьи.

Разрешая заявленные истцом требования, о взыскании суммы индексации пенсионных выплат, суд первой инстанции приходит к выводу о том, что назначение истцу выплат с 2016 года произведено с соблюдением требований действующего пенсионного законодательства.

Из материалов пенсионного дела усматривается, что с 20 сентября 2008 года истец является получателем страховой пенсии по старости.

При этом, истец, согласно записям в трудовой книжке, в период с 1.3.2015 года, по 27.6.2018 года был трудоустроен.

В выписке из лицевого счета застрахованного лица, на имя истца, указано, что работодатель, за истца производил страховые отчисления, в том числе в 2015, 2016, 2017 годах. Последняя информация значится об отчислении в июне 2017 года. 

Согласно пояснений ответчика, его письменного отзыва, материалов дела, истцу прекращена, как работающему пенсионеру, индексация фиксированной выплаты, к страховой пенсии, с 1.8.2016 года. 

Т.к. ответчик получил сведения о наличии трудовых отношений у истца, на период вступления в законную силу закона, отменяющего индексации фиксированной выплаты к страховой пенсии, с 1.1.2016 года, ответчик владел информацией о производстве страховых отчислений работодателем за истца, то он правомерно прекратил данную индексацию и выплаты основанные на ней. 

Проанализировав установленные по делу обстоятельства, оценив представленные доказательства в их совокупности в порядке ст. 67 ГПК РФ, с учетом приведенных положений правовых норм, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований, поскольку оценка пенсионных прав истца произведена ответчиком в соответствии с нормами действующего пенсионного законодательства, нарушений пенсионных прав истца ответчиком допущено не было, соответственно, исковые требования не подлежали удовлетворению.

Довод истца, о нарушении его пенсионных прав положениями п. 1 ст. 26.1 Закона «О страховых пенсиях», суд полагает признать не состоятельным. 

Конституция Российской Федерации, гарантируя каждому социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (статья 39, часть 1), относит определение механизма реализации данного конституционного права, в том числе установление видов пенсий, правил исчисления их размеров, к компетенции законодателя (статья 39, часть 2).

Определение порядка индексации пенсий как одного из способов повышения их размеров также является прерогативой законодателя, который вправе, как неоднократно отмечалось в решениях Конституционного Суда Российской Федерации, изменять установленное им в данной сфере регулирование, учитывая финансово-экономические возможности государства на соответствующем этапе его развития и соблюдая при этом конституционные принципы справедливости, равенства, соразмерности, а также стабильности и гарантированности прав граждан.

Реализуя предоставленные ему полномочия, законодатель принял Федеральный закон от 29 декабря 2015 года N 385-ФЗ, которым приостановил на период до 1 января 2017 года действие отдельных положений Федерального закона "О страховых пенсиях". Одновременно указанным Федеральным законом был изменен порядок выплаты страховой пенсии в период осуществления работы и (или) иной деятельности.

Таким образом установлена дифференциация правового регулирования антиинфляционной защиты страховой пенсии и фиксированной выплаты к ней в зависимости от того, сопровождалось ли наступление страхового случая в виде достижения пенсионного возраста (наступления инвалидности) утратой заработка (пункты 1 и 6 статьи 3 Федерального закона "О страховых пенсиях", подпункт 2 пункта 1 статьи 7 Федерального закона от 16 июля 1999 года N 165-ФЗ "Об основах обязательного социального страхования", абзац второй статьи 3 Федерального закона "Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации").

Такая дифференциация не может рассматриваться как нарушающая права застрахованных лиц, поскольку, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, конституционный принцип равенства, гарантируя одинаковые права и обязанности для лиц, относящихся к одной категории субъектов права, не исключает возможность установления дифференцированного режима для различных категорий лиц, если такая дифференциация обусловлена объективными факторами и не носит произвольного, дискриминирующего характера (Постановление от 27 апреля 2001 года N 7-П; определения от 11 мая 2012 года N 743-О, от 14 мая 2013 года N 692-О и др.).

При этом законодатель, устанавливая для пенсионеров, осуществляющих работу и (или) иную деятельность, новый порядок индексации размера фиксированной выплаты к страховой пенсии и корректировки размера страховой пенсии с 1 февраля 2016 года, предусмотрел правило о том, что в случае прекращения пенсионером работы и (или) иной деятельности суммы страховой пенсии, фиксированной выплаты к страховой пенсии выплачиваются в размере, определенном в соответствии с Федеральным законом "О страховых пенсиях", с учетом индексации (увеличения), корректировки их размера, имевших место в период осуществления работы и (или) иной деятельности (статья 7 Федерального закона от 29 декабря 2015 года N 385-ФЗ, статья 26.1 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ).

Следовательно, оспариваемые истцом нормы, приняты законодателем в пределах дискреционных полномочий в системе правового регулирования, направлены на обеспечение в рамках обязательного пенсионного страхования гарантий защиты застрахованных лиц от наступивших социальных страховых рисков, а потому не могут рассматриваться как нарушающие конституционные права граждан.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении иска ФИО1 к Управлению Пенсионного фонда в Октябрьском районе г. Красноярска о возмещении материального ущерба и компенсации морального вреда в результате отказа индексации пенсии, отказать. 

Решение может быть обжаловано в Красноярский краевой суд через Октябрьский районный суд г. Красноярска в течение месяца.

Председательствующий судья: Майко П.А.