Дело № 2-934/2017

Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

г. Липецк 24 мая 2017 г.

Правобережный районный суд г. Липецка в составе: 

председательствующего судьи Коровкиной А.В.

при секретаре Губиной А.Ю., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 В,А. к ОГУП «Липецкдоравтоцентр» о взыскании компенсации морального вреда, 

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ОГУП «Липецкдоравтоцентр» о компенсации морального вреда, причинённого профессиональным заболеванием, ссылаяся на то, что работал на предприятии ответчика с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в должности шофера, водителя автобуса, машиниста мотокатка, водителя снегоочистителя, водителя спецмашины. В период его работы в ОГУП «Усманьдорстройремонт» (правопредшественник ответчика) у него было установлено наличие профессионального заболевания, в связи с чем ДД.ММ.ГГГГ был составлен акт о случае профессионального заболевания. Причиной заболевания явились длительное, многократное воздействие на организм вынужденной рабочей позы со статическим напряжением мышц и связочного аппарата, при воздействии локальной и общей вибрации, производственном шуме. В результате профессионального заболевания ему определена степень утраты трудоспособности в размере 40% бессрочно, установлена третья группа инвалидности по причине профессионального заболевания бессрочно. Истец указывает, что ввиду необеспечения ответчиком безопасных условий труда, у него ухудшилось состояние здоровья, самочувствие, возникли физические и нравственные страдания, так как он испытывает боли, снижен слух, он нуждается в лечении, в связи с чем, по мнению истца, он имеет право на получение компенсации морального вреда, причинённого профессиональным заболеванием на производстве, на основании Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» и статьи 1100 ГК Российской Федерации. Просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 

<

данные изъяты> рублей, а также судебные расходы. 

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, о его времени и месте извещен надлежащим образом, просил о рассмотрении дела в его отсутствие. 

В судебном заседании представитель истца ФИО1 по ордеру адвокат Старикова А.В. поддержала заявленные требования, представитель ответчика ОГУП «Липецкдоравтоцентр» ФИО2 иск не признал. 

Выслушав объяснения представителей сторон, исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняется труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 2 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причинённого повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Работник имеет право на возмещение вреда, причинённого ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами, обязательное социальное страхование в случаях, предусмотренных федеральными законами (часть 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами; возмещать вред, причинённый работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (часть 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу части 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Согласно части 1 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с данным кодексом, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда.

Статья 210 Трудового кодекса Российской Федерации определяет основные направления государственной политики в области охраны труда. К ним, в частности, относится защита законных интересов работников, пострадавших от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, а также членов их семей на основе обязательного социального страхования работников от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

Обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний предусматривает в том числе возмещение вреда, причинённого жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору. Данные отношения регулируются Федеральным законом от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», абзац второй пункта 3 статьи 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причинённого в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Как усматривается из материалов дела и признается представителями сторон в судебном заседании, ФИО1 работал на предприятиях-правопредшественниках ответчика ОГУП «Липецкдоравтоцентр» в должностях шофера, водителя автобуса, машиниста мотокатка, водителя шнекороторного снегоочистителя, водителя спецмашины с ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ и с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ

В период работы в ОГУП «Усманьдорстройремонт» (правопредшественнике ответчика) у ФИО1 было выявлено профессиональное заболевание с заключительными диагнозами: 1. Шейная и пояснично-крестцовая радикулопатия на фоне дегенеративно-дистрофических изменений в позвоночнике, грыжа С6/С7 диска, спондилодисцит С6-С7, протрузия L5/S1 диска. Хронический рецидивирующий корешковый С6-С7 синдром слева, стойкий выраженный болевой синдром, легкий парез левой кисти. Хронический рецидивирующий корешковый L5-S1 синдром слева, стойкий выраженный болевой синдром, легкий парез левой сторы. 2. Двухсторонняя нейросенсорная тугоухость со значительной степенью снижения слуха ШР0,7/0,7РР2/2 метра, причиной которого являлся длительное, многократное нахождение в фиксированной рабочей позе со статическим напряжением мышц и связочного аппарата, при воздействии локальной и общей вибрации с превышением ПДУ и повышенного уровня шума, класс условий труда 3.3, о чём комиссией ОГУП «Усманьдорстройремонт» был составлен акт о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ

ДД.ММ.ГГГГ ФГУ «Главное бюро медико-социальной экспертизы» ФИО1 впервые установлены третья группа инвалидности по причине профессионального заболевания и 60% утраты трудоспособности.

При очередном освидетельствовании в ФГУ «Главное бюро медико-социальной экспертизы» ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 повторно установлены третья группа инвалидности по причине профессионального заболевания и 60% утраты трудоспособности. ДД.ММ.ГГГГ ФГУ «Главное бюро медико-социальной экспертизы» ФИО1 повторно установлена третья группа инвалидности по причине профессионального заболевания.

Заключением медико-социальной экспертизы (справка МСЭ-2006 от ДД.ММ.ГГГГ) ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ определена степень утраты трудоспособности в результате профессионального заболевания в размере 40%. 

С ДД.ММ.ГГГГ третья группа инвалидности по причине профессионального заболевания и степень утраты профессиональной трудоспособности в размере 40% ФИО1 установлены бессрочно. 

В соответствии с программой реабилитации ФИО1, утверждёнными федеральным казенным учреждением «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Липецкой области», выданной к акту освидетельствования от ДД.ММ.ГГГГ №, ФИО1 нуждается в реабилитации как пострадавший в результате профессионального заболевания, он нуждается в реабилитационных мероприятиях, ему показаны санаторно-курортное лечение, лекарственные средства, противопоказан тяжелый физический труд, вибрация, трактористом работать не может, может выполнять мелкий подсобный труд. 

Аналогичного содержания программы реабилитации ФИО1 разрабатывались ежегодно. 

Согласно акту о случае профессионального заболевания от 3 марта 2009 г. № 5, утвержденному заместителем начальника ТО управления Роспотребнадзора по Липецкой области в Грязинском, Добринском, Усманском районах, профессиональное заболевание у ФИО1 выявлено при медосмотре, ранее у ФИО1 установленного профессионального заболевания не было. Причиной профессионального заболевания послужило длительное, многократное нахождение ФИО1 в фиксированной рабочей позе со статическим напряжением мышц и связочного аппарата, при воздействии локальной и общей вибрации с превышением ПДУ и повышенного уровня шума, класс условий труда 3.3. Наличие вины работника не установлено. 

Как следует из дела освидетельствования ФИО1 в бюро МСЭ за 2009-2017 гг., врачами-экспертами по МСЭ установлено, что ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работал машинистом катка. С ДД.ММ.ГГГГ ему впервые назначено амбулаторное лечение, диагноз: Хроническая люмбалгия вертеброгенно-обусловленная, обострение, впоследствии ФИО1 неоднократно проходил лечение амбулаторно и стационарно. При профилактических медицинских осмотрах включительно до ДД.ММ.ГГГГ признавался годным к работе по своей специальности, ограничений по тяжести и объему выполняемой работы установлено не было. В периоды обострения заболевания находился на листках нетрудоспособности, после прохождения лечения приступал к своей работе без ограничений. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 Центром профпатологии (ЦПП) установлено профзаболевание. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 с заключением ЦПП и открытым листков нетрудоспособности обратился в МСЭ для установления группы инвалидности и процентов утраты профтрудоспособности. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 МСЭ установлена третья группа инвалидности и 60% утраты трудоспособности. В период с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ у ФИО1 утрата профтрудоспособности в связи с профзаболеванием не имелась. 

Доказательств тому, что имеющееся у ФИО1 профессиональное заболевание возникло и развивалось у него в период его работы не только на предприятиях-правопредшественниках ответчика, не представлено. Также суду ответчиком не представлено доказательств того, что за период работы истца на предприятиях-правопредшественниках ответчика не имелось вредных факторов, которые повлекли частичную утрату профессиональной трудоспособности истца и причинили вред его здоровью. 

Исследовав и оценив представленные доказательства, исходя из того, что между имеющимся у ФИО1 профессиональным заболеванием и негативным воздействием на его организм вредных производственных факторов во время работы у ответчика имеется причинно-следственная связь, поскольку ответчик не создал истцу безопасных условий труда, тем самым причинив ему моральный вред в результате профессионального заболевания, в связи с чем на основании абзаца второго пункта 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» у ответчика возникло обязательство возместить моральный вред, причинённый истцу профессиональным заболеванием, суд приходит к выводу об удовлетворении иска и взыскании с ответчика в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, с учетом соблюдения принципа разумности и справедливости 

<

данные изъяты> рублей. При определении размера компенсации морального вреда судом принимается во внимание, что истцу причинен вред здоровью при исполнении трудовых обязанностей, он в значительной степени утратил профессиональную трудоспособность, нуждается в лечении, его качество жизни снизилось, жизнедеятельность ограничена. Суд также учитывает степень вины ответчика, продолжительность работы истца на предприятиях-правопредшественниках ответчика (

<

данные изъяты> в условиях воздействия неблагоприятных факторов). 

Представителем ответчика в судебном заседании пояснено, что компенсаций в счёт возмещения морального вреда, причинённого профессиональным заболеванием, истцу ранее не производилось, акт о профзаболевании в установленном законом порядке не оспаривался. 

В соответствии с ч.ч. 1, 2 ст. 98 ГПК Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. 

Согласно ч. 1 ст. 88 ГПК Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии со ст. 94 ГПК Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся расходы на оплату услуг представителей.

Расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (ч. 1 ст. 100 ГПК Российской Федерации).

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (п. 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. N 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела»).

Как усматривается из материалов дела, интересы истца представляли по ордерам № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ адвокаты Санчес В.П. и Старикова А.В. соответственно. При этом представителем составлялось исковое заявление, адвокат Санчес В.П. участвовала в предварительных судебных заседаниях ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, адвокат Старикова А.В. – в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ, представители давали объяснения по делу.

Материалами дела подтверждается оплата истцом услуг представителей в общем размере 

<

данные изъяты> рублей, а именно: квитанцией адвокатского кабинета Санчес В.П. к приходному кассовому ордеру № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 

<

данные изъяты> рублей, квитанцией адвокатского кабинета Стариковой А.В. к приходному кассовому ордеру № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 

<

данные изъяты> рублей.

С учетом изложенного, объема выполненных представителями истца работ, участия в трех судебных заседаниях, учитывая их продолжительность, существо спора, сложность дела, в соответствии с положениями ст. 100 ГПК Российской Федерации, руководствуясь принципом разумности и соразмерности, соблюдая баланс между правами лиц, участвующих в деле, суд считает подлежащими взысканию с ответчика в пользу истца расходы на оплату услуг представителей в размере 

<

данные изъяты> рублей.

На основании ст. 103 ГПК Российской Федерации с ответчика в бюджет города Липецка за рассмотрение иска в суде подлежит взысканию государственная пошлина, которая рассчитывается в соответствии со ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации в размере 

<

данные изъяты> рублей.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК Российской Федерации, суд

решил:

взыскать с ОГУП «Липецкдоравтоцентр» в пользу ФИО1 В,А. 

<

данные изъяты> рублей в счет компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 

<

данные изъяты> рублей.

Взыскать с ОГУП «Липецкдоравтоцентр» в бюджет г. Липецка государственную пошлину в размере 

<

данные изъяты> рублей. 

Решение может быть обжаловано в Липецкий областной суд через Правобережный районный суд г. Липецка в течение месяца после вынесения судом решения в окончательной форме.

Председательствующий

Мотивированное решение составлено 29 мая 2017 г.