ВЕРХОВНЫЙ СУД

РЕСПУБЛИКИ САХА (ЯКУТИЯ)

Дело № 22-1171/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Якутск 22 августа 2025 года

Суд апелляционной инстанции по уголовным делам Верховного Суда Республики Саха (Якутия) в составе: 

председательствующего Марковой Г.И., 

при секретаре судебного заседания Колодезниковой Л.Г., 

с участием: 

прокуроров Рабжировой А.М., ФИО1,

осужденного В., 

защитника – адвоката Сейфутдинова Р.С.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе защитника – адвоката Сейфутдинова Р.С. на приговор Якутского городского суда Республики Саха (Якутия) от 23 июня 2025 года, которым

В., родившийся _______ в .........., несудимый, осужден по ч. 1 ст. 199.2 УК РФ к штрафу в размере 280 000 рублей. 

Осужденному В. разъяснены положения ч. 1 ст. 31 УИК РФ. В приговоре указаны реквизиты для уплаты штрафа, разрешены вопросы о мере пресечения и судьбе вещественных доказательств. 

Арест на имущество АО «********» постановлено отменить по вступлении приговора в законную силу. 

Заслушав выступления сторон, суд апелляционной инстанции 

установил:

Приговором суда В. признан виновным и осужден за сокрытие денежных средств, за счет которых в порядке, предусмотренном законодательством РФ о налогах и сборах и законодательством РФ об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, должно быть произведено взыскание недоимки по налогам, сборам, страховым взносам, в крупном размере. 

Судом установлено, что преступление совершено им в г. Якутске в период времени и обстоятельствах, изложенных в описательно-мотивировочной части приговора. 

В апелляционной жалобе защитником – адвокатом Сейфутдиновым Р.С. ставится вопрос об отмене приговора, поскольку выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции; судом не учтены обстоятельства, которые могли существенно повлиять на выводы суда.

Указывает, что выводы суда о том, что на счетах ООО «********» имелись денежные средства, которые принадлежали АО «********», не подтверждены доказательствами, за исключением .......... рублей .......... копеек, которые были перечислены на счет ООО «********» на основании письма за подписью В., что не образует состава преступления. Обращает внимание на то, что суд не принял доводы защиты в части отсутствия задолженности у ООО «********» перед АО «********»; обращает внимание на то, что в отношении имущества АО ******** налоговым органом применена лишь одна принудительная мера, предусмотренная п. 1 ст. 46 НК РФ – направление поручения в банк о списании со счета организации находящихся там денежных средств. Отмечает, что ООО «********» в период 2023 года являлось получателем субсидий на общую сумму более .......... рублей и целевое назначение данных денежных средств предполагало, в том числе, компенсацию затрат, связанных с производством промысловых товаров; расчеты по электроэнергии, газу, ГСМ и прочих подлежали отражению в отчете по исполнению субсидий ООО «********».

Выражает несогласие с оценкой судом показаний свидетелей П., И., К., договора поставки в обоснование наличия задолженности у ООО «********» перед АО «********», указывая, что данный подход без бухгалтерского анализа или экспертизы не может быть признан объективным. 

Утверждает, что АО ******** и ООО «********» действовали открыто, осуществляли легальную коммерческую деятельность, сдавали налоговую отчетность, стояли на учете в налоговом органе, инкассировали выручку на расчетные счета, которые были известны налоговому органу. При этом обращает внимание на то, что меры для погашения задолженности по налогам в порядке ст. 45 НК РФ за счет денежных средств и имущества взаимозависимого юридического лица налоговым органом не приняты; В., являясь генеральным директором АО ********, в собственности которого имеется многочисленное недвижимое и движимое имущество, за счет которого могло быть произведено взыскание недоимки по налогам и сборам, не предпринимал каких-либо действий, связанных с сокрытием этого имущества. Утверждает, что выводы суда о виновности В. носят предположительный характер. 

Автор жалобы просит оправдать его подзащитного В.

Государственный обвинитель – помощник прокурора г. Якутска Касаткина К.М. в письменном возражении просит приговор оставить без изменения, а апелляционную жалобу защитника – адвоката Сейфутдинова Р.С. – без удовлетворения. 

В судебном заседании адвокат Сейфутдинов Р.С., осужденный В. поддержали доводы апелляционной жалобы, прокурор Рабжирова А.М. возражая по доводам жалобы, просила приговор оставить без изменения.

Проверив материалы уголовного дела, заслушав выступления сторон, обсудив доводы апелляционной жалобы и поступившего возражения, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В соответствии с п. 1 ст. 389.15 УПК РФ основаниями отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке является несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции.

Согласно п.п. 1, 2 ст. 389.16 УПК РФ приговор признается не соответствующим фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, если выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, суд не учел обстоятельства, которые могли существенно повлиять на выводы суда. 

Такие нарушения уголовно-процессуального закона по делу установлены. 

Из разъяснений, содержащихся в п. 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 ноября 2019 года № 48 «О практике применения судами законодательства об ответственности за налоговые преступления» следует, что преступление, предусмотренное ст. 199.2 УК РФ, заключается в сокрытии денежных средств либо имущества, за счет которых в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации о налогах и сборах и (или) законодательством Российской Федерации об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, должно быть произведено взыскание недоимки (п. 2 ст. 11 НК РФ) по налогам, сборам, страховым взносам, в крупном размере. Крупный и особо крупный размеры сокрытых денежных средств или имущества для целей ст. 199.2 УК РФ определены в примечании к ст. 170.2 УК РФ. Состав преступления, предусмотренного ст. 199.2 УК РФ, наличествует, когда размер недоимки по налогам, сборам, страховым взносам равен стоимости сокрытого имущества в крупном размере или превышает ее. Следует иметь в виду, что уголовная ответственность по ст. 199.2 УК РФ может наступить после истечения срока, установленного в полученном требовании об уплате налога, сбора, страхового взноса (ст. 69 НК РФ). 

Принимая во внимание изложенное, значимым и необходимым в силу ст. 73 УПК РФ для привлечения к уголовной ответственности по ч. 1 ст. 199.2 УК РФ является определение размера недоимки, который должен быть равным крупному размеру или превышать его. 

Как следует из приговора суда, В., будучи генеральным директором Акционерного общества «********» (далее по тексту АО «********»), заведомо зная о наличии у этой организации значительной недоимки по налогам, сборам и страховым взносам и о том, что налоговым органом принят полный комплекс мер по принудительному взысканию недоимки с АО «********», решил сокрыть иное имущество, предусмотренное ст. 47 НК РФ, в виде денежных средств, причитающихся АО «********», за счет которого могло быть произведено взыскание недоимки по налогам, сборам и страховым взносам в крупном размере.

Суд установил, что В. искусственно создал ситуацию отсутствия денежных средств на расчетных счетах АО «********» путем заключения соглашений о зачете взаимных требований между АО «********» и ООО «********» (далее по тексту ООО «********»), согласно которым ООО «********» погашает задолженность за АО «********» перед третьими лицами за оказанные услуги, подписания заявок на оплату к ним, а также подписания и направления письма в адрес ООО «АК ********» о перечислении денежных средств, причитающихся АО «********» за поставку товара, непосредственно на расчетный счет ООО «********». Таким образом, В. осуществлял платежи по долгам АО «********» в обход заблокированных инкассовыми поручениями расчетных счетов АО «********», тем самым грубо нарушая законные интересы кредитора третей очереди – бюджетной системы Российской Федерации. Так, В. за период со 2 октября 2023 года по 21 декабря 2023 года заключил соглашения о зачете взаимных требований между АО «********» и ООО «********», а на основании заключенных соглашений подписал заявки на оплату, согласно которым ООО «********» произвел оплату за АО «********» третьим лицам. Кроме того, 17 октября 2023 года В. подписал письмо за № ... в адрес ООО «АК «********» о перечислении денежных средств в размере .......... рублей, причитающихся АО «********», на расчетный счет ООО «********». 

В результате приведенных действий по сокрытию денежных средств, за период с 22 сентября 2023 года по 21 декабря 2023 года на расчетный счет АО «********» не поступило .......... рублей, перечисленных ООО «********» третьим лицам за АО «********», а также .......... рублей, перечисленных на банковский счет ООО «********» вместо банковского счета АО «********», что лишило налоговый орган взыскать с АО «********» недоимку по налогам, сборам и страховым взносам на общую сумму .......... рублей, что является крупным размером.

Установив данные обстоятельства, суд в приговоре не привел анализа – по каким налогам и сборам у АО «********» имелась недоимка, а также имелись ли у данного акционерного общества обязательства платежа по обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, поступало ли требование уполномоченного органа (Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации) в данной части. 

В соответствии с положениями ст. 26.9 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», требованием об уплате недоимки по страховым взносам, пеней и штрафов признается письменное извещение страхователя о неуплаченной сумме страховых взносов, пеней и штрафов, а также об обязанности уплатить в установленный срок неуплаченную сумму страховых взносов, пеней и штрафов; требование об уплате недоимки по страховым взносам, пеней и штрафов направляется страхователю территориальным органом страховщика в течение трех месяцев со дня выявления недоимки, если иное не предусмотрено в соответствии с настоящим Федеральным законом; при выявлении недоимки территориальный орган страховщика составляет документ о выявлении недоимки у страхователя по форме, утверждаемой страховщиком по согласованию с федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере социального страхования; требование об уплате недоимки по страховым взносам, пеней и штрафов по результатам проверки направляется страхователю в течение десяти рабочих дней со дня вступления в силу соответствующего решения, если иное не предусмотрено в соответствии с настоящим Федеральным законом. 

При описании преступного деяния суд указал, что налоговым органом 18 августа 2023 года в адрес АО «********» направлено требование об уплате задолженности по налогам и страховым взносам на общую сумму .......... рублей, в том числе недоимки в общем размере .......... рубля со сроком уплаты задолженности до 21 сентября 2023 года.

Поскольку понятие недоимки по налогам определено, как указано выше, п. 2 ст. 11 НК РФ, согласно которому недоимка – это сумма налога, сумма сбора или сумма страховых взносов, не уплаченная (не перечисленная) в установленный законодательством о налогах и сборах срок, приведенные судом обстоятельства следует признать противоречивыми.

Требование налогового органа № ... об уплате задолженности по состоянию на 18 августа 2023 года (том 1 л.д. 48-52) исследовалось в судебном заседании суда первой инстанции, соответствующие сведения о наименовании налогов, сборов, страховых взносов в нем приведены, при этом сумма в размере .......... рублей включает в себя пени (.......... рублей) и штрафы (.......... рублей), которые в соответствии с требованиями закона не могут быть включены в сумму недоимок, то есть в общую сумму задолженности, в связи с чем установление судом обстоятельств наличия у налогового органа требования к АО «********» об уплате задолженности по налогам и страховым взносам на общую сумму .......... рублей не соответствует исследованным доказательствам. 

Констатируя в приговоре, что 6 октября 2023 года налоговым органом принято решение о взыскании налогов, сборов, страховых взносов, а также пеней, штрафа за счет денежных средств на банковских счетах налогоплательщика АО «********» на общую сумму в размере .......... рублей (том 1 л.д. 53), суд также в последующем не раскрыл, из чего складывается указанная сумма. 

Соглашения о зачете взаимных требований между АО «********» и ООО «********» представлены в томе 2 на л.д. 39-71 (33 соглашения), из них следует, что ООО «********» погашает задолженность по договору поставки № ... от 26 октября 2022 года перед АО «********», в каждом соглашении указаны разные суммы зачета взаимных требований, при этом ни в одном из соглашений не оговорено, что ООО «********» погашает задолженность за АО «********» перед третьими лицами, за какие услуги и в каком размере. 

Так, согласно приведенным при описании преступного деяния соглашениям, зачет взаимных требований между АО «********» и ООО «********» составил сумму в размере .......... рублей. В то же время, согласно перечисленным заявкам на оплату (том 2 л.д. 72-111), как указано судом, подписанными В. на основании заключенных соглашений, сумма составляет .......... рублей. Вместе с тем, суд установил, что за период с 22 сентября 2023 года по 21 декабря 2023 года на расчетный счет АО «********» не поступило .......... рублей, перечисленных ООО «********» третьим лицам за АО «********».

Суд за основу принял заключение эксперта № ... от 3 апреля 2024 года, однако, согласно выводам эксперта О., исследовался период с 22 сентября 2023 года по 6 февраля 2024 года и общая сумма денежных средств, списанная с расчетного счета ООО «********», открытого в АКБ «********» с назначением платежа, содержащего информацию «…за АО «********»…», составила .......... рублей. Подробная информация об операциях по списанию денежных средств с расчетного счета ООО «********» отражена в приложении № 1, однако судом какой-либо мотивировки в этой части не приведено. Из приговора не ясно, как суд установил сумму в размере .......... рублей, которую налоговый орган был лишен возможности взыскать с АО «********», что является крупным размером. Какие-либо мотивы (расчеты), на основании которых суд указал на наличие данной задолженности по налогам, сборам и страховым взносам, судом в приговоре не приведены. 

Ссылку суда в приговоре: «Несмотря на то, что в своих выводах эксперт дал ответ о сумме списаний за иной период, чем инкриминируется подсудимому, сумма списанных денежных средств за интересующий период прослеживается и высчитывается на оснований приложений к указанному заключению эксперта», суд апелляционной инстанции не может признать соответствующей требованиям ст. 73, п. 2 ч. 1 ст. 307 УПК РФ.

Также суд апелляционной инстанции не может принять как соответствующий указанным требованиям закона вывод суда: «Определяя размер сокрытых денежных средств с целью уклонения от взыскания недоимки, суд соглашается с суммой, указанной в предъявленном В. обвинении, поскольку это подтверждается, как первичными бухгалтерскими документами, исследованными в суде, так и заключением судебной бухгалтерской экспертизы», поскольку из приговора не следует, что произведен анализ первичных бухгалтерских документов (относительно обязательств сторон по договору поставки № ... от 26 октября 2022 года).

Поскольку преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 199.2 УК РФ, заключается в совершении противоправных действий, направленных на воспрепятствование принудительному взысканию государственными органами имущества или денежных средств налогоплательщика, за счет которых должно производиться взыскание налогов, сборов, страховых взносов, суду надлежало установить, что указанные денежные средства были намеренно сокрыты с целью уклонения от взыскания недоимки.

Соглашения в 2023 году между АО «********» и ООО «********» были заключены на основании договора поставки № ... от 26 октября 2022 года. Согласно данному договору Поставщик (********) обязуется поставлять Покупателю (********), а Покупатель – принимать и оплачивать товары; товар поставляется Покупателю партиями по заявкам Покупателя (Приложение № 2); периодичность поставок, ассортимент, количество и цена каждой партии определяется на основании заявки на поставку партии товара с учетом наличия на складе Поставщика необходимого товара. Также в Договоре оговорены цена товара и порядок расчетов, указано на наличие Приложения 1 - спецификации, в котором оговорена цена единицы товара по Договору. Срок действия данного Договора определен до 31 декабря 2022 года (том 3 л.д.5-7). 

Суд в приговоре указал, что наличие задолженности у ООО «********» перед АО ******** также подтверждается показаниями свидетелей П., И., К., однако, при определении задолженности по договору поставки анализу должны подвергаться соответствующие документы (акты сверки взаиморасчетов, регистры бухгалтерского учета, свидетельствующие о наличии у ООО «********» в учете задолженности перед АО «********» и т.п.). 

Как следует из показаний свидетеля П., являющегося сотрудником налогового органа, имеются соответствующие счета-фактуры, свидетельствующие об отгрузке продукции АО ******** в ООО «********» за период с 4 квартал 2022 года по 4 квартал 2023 года; согласно показаниям свидетеля И., занимавшей должность главного бухгалтера АО «********», в 2023 году ООО «********» имело перед АО «********» задолженность около .......... рублей; свидетель К., занимавшая должность заместителя главного бухгалтера АО ******** показала о наличии задолженности у ООО «********» перед АО «********» по вышеуказанному договору поставки, вместе с тем, данные показания не подлежали оценке в соответствии с требованиями ст.ст. 87, 88 УПК РФ. 

В судебном заседании не исследовались документы, подтверждающие факт поставки АО «********» товаров, размеров поставки, оговоренных цен за указанный товар именно по договору поставки от 26 октября 2022 года, указывающих на наличие права получить от ООО «********» конкретную сумму денежных средств в счет оплаты данного товара, в отношении которой В. инкриминируется сокрытие в соответствие с нормой ч. 1 ст. 199.2 УК РФ. Показания сотрудника налогового органа относительно наличия счетов-фактур, свидетельствующих об отгрузке АО «********» продукции в ООО «********» за период с 4 квартала 2022 года по 4 квартал 2023 года на сумму .......... рублей вместе с НДС, не подтверждают, что такая отгрузка имела место быть именно по договору поставки от 26 октября 2022 года, аналогично и в отношении показаний свидетелей И. и К.

Вывод суда о том, что отсутствие актов сверок между данными организациями о наличии задолженности не свидетельствует об отсутствии таковой, противоречит разъяснениям Верховного Суда РФ, изложенных в п. 26 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 ноября 2019 года № 48 «О практике применения судами законодательства об ответственности за налоговые преступления», согласно которым судам надлежит иметь в виду, что доказательствами, подтверждающими наличие или отсутствие в содеянном признаков составов налоговых преступлений, могут быть в том числе налоговые декларации (расчеты), другие необходимые для исчисления и уплаты налогов, сборов, страховых взносов документы, акты налоговых проверок, заключение эксперта, материалы проверок исполнения законодательства о налогах и сборах иных уполномоченных органов. 

Кроме того, судом допущены противоречия при установлении обстоятельств совершения В. преступления. 

Так, установив, что налоговым органом принят полный комплекс обеспечительных мер по взысканию с АО «********» задолженности, а именно: 18 августа 2023 года направлено требование об уплате задолженности, 6 октября 2023 года вынесено решение о взыскании недоимки за счет денежных средств на банковских счетах, 12 октября 2023 года вынесено решение о приостановлении операций по банковским счетам и 17 ноября 2023 года вынесено постановление об аресте имущества, в последующем суд приводит выводы, противоречащие данным обстоятельствам. Суд констатирует, что В. заведомо зная, что налоговым органом принят полный комплекс мер по принудительному взысканию недоимки с АО «********», решил сокрыть иное имущество, предусмотренное ст. 47 НК РФ, в виде денежных средств, причитающихся АО «********», за счет которого могло быть произведено взыскание недоимки по налогам, сборам и страховым взносам в крупном размере, искусственно создал в период с 22 сентября 2023 года по 21 декабря 2023 года ситуацию отсутствия денежных средств на расчетных счетах АО «********» путем заключения соглашений о зачете взаимных требований между АО ******** и ООО «********». 

Из приговора фактически следует, что умысел на сокрытие денежных средств сформировался у В. с 22 сентября 2023 года, а реализовывать данный умысел, то есть совершать активные действия по выполнению объективной стороны преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 199.2 УК РФ, он начал со 2 октября 2023 года, когда было заключено первое соглашение с ООО «********», при этом решения налогового органа о взыскании недоимки за счет денежных средств на банковских счетах и о приостановлении операций по банковским счетам вынесены 6 и 12 октября 2023 года, соответственно, а постановление об аресте имущества – 17 ноября 2023 года.

Кроме того, вывод суда о наличии у В. корыстных побуждений на совершение преступления, в приговоре не мотивирован, оценку доказательств в данной части приговор не содержит. Также судом первой инстанции в приговоре не приведено мотивов исключения из объема обвинения, предъявленного В., сокрытие имущества (органом следствия вменялось сокрытие денежных средств и имущества организации), что в отсутствие апелляционного представления не может являться самостоятельным основанием для процессуального вмешательства в итоговый документ, однако подтверждает отсутствие соответствующего анализа исследованных доказательств относительно действий В., связанных с объективной стороной инкриминируемого ему преступления. 

Допущенные судом первой инстанции нарушения не могут быть устранены в суде апелляционной инстанции, в связи в соответствии с ч. 1 ст. 389.22 УПК РФ приговор подлежит отмене с передачей уголовного дела на новое судебное разбирательство. 

При новом судебном разбирательстве, суду первой инстанции необходимо исследовать доказательства, как стороны обвинения, так и стороны защиты, дать им оценку и принять по делу законное и обоснованное решение. При новом судебном разбирательстве подлежат оценке также доводы защитника, изложенные им в апелляционной жалобе. 

Разрешая вопрос о мере пресечения в отношении В., суд апелляционной инстанции учитывает обстоятельства послужившие основанием для отмены приговора, данные о его личности, и полагает избрать в отношении него меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, которая и была избрана ему ранее.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

постановил:

Приговор Якутского городского суда Республики Саха (Якутия) от 23 июня 2025 года в отношении В. отменить, уголовное дело передать на новое судебное рассмотрение в тот же суд иным составом со стадии судебного разбирательства.

Избрать в отношении В. меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Девятый кассационный суд общей юрисдикции в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ. В. вправе заявить ходатайство об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий Г.И. Маркова