Дело № 1-114/2020

П Р И Г О В О Р

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Г. Чита 8 мая 2020 года.

Железнодорожный районный суд г. Читы под председательством судьи М.В. Кучеровой,

при секретаре Ю.А. Прокофьевой,

с участием государственного обвинителя – прокурора Железнодорожного района г. Читы Анисимова И.В. 

подсудимой ФИО1, 

её защитника - адвоката Лихановой Т.В., представившей удостоверение № 336 и ордер № 257977,

потерпевшего ППВ.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении 

ФИО1, ... года рождения, уроженки ..., гражданки РФ, с высшим образованием, не замужней, иждивенцев не имеющей, пенсионерки, проживающей по адресу: ..., ранее не судимой, мера пресечения - домашний арест с ....

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 совершила убийство, то есть умышленное причинение смерти ПЛВ., ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Преступление совершено подсудимой в ... при следующих обстоятельствах. 

В период времени с 10:40 часов до 16:40 часов 26 октября 2019 года ФИО1 и ПЛВ. находились по месту своего жительства в ... административном районе г. Читы, где совместно распивали спиртные напитки. В результате возникшей на почве личных неприязненных отношений ссоры с ФИО6, ФИО1 решила убить потерпевшую. Реализуя задуманное, при указанных обстоятельствах места и времени ФИО1, находясь в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, умышленно, с целью причинения смерти ПЛВ подошла к кровати, на которой лежала потерпевшая, положила на лицо последней подушку и стала с силой удерживать, перекрыв ПЛВ. дыхательные пути, до тех пор, пока потерпевшая не перестала подавать признаки жизни. Своими умышленными действиями ФИО1 причинила ПЛВ следующие телесные повреждения: на левой половине лица в проекции нижней челюсти слева, на подбородке слева с переходом на верхнюю и среднюю треть левой боковой поверхности шеи кровоподтёки, частично сливающиеся, преимущественно выраженные на лице, менее выраженные на шее; кровоизлияния на переходной складке и слизистой губ в центре и справа; внутрикожные кровоизлияния на правой боковой поверхности шеи; в верхней трети кпереди от грудинно-ключично-сосцевидной мышцы размером 1x0,5 см, в средней трети кзади от грудинно-ключично-сосцевидной мышцы размером 1x0,8 см; очаговые кровоизлияния в мягкие ткани шеи слева вдоль сонной артерии, надрыв интимы левой сонной артерии с мелким периваскулярным кровоизлиянием в прилегающей клетчатке; очаговое кровоизлияние в области корня языка слева; очаговое кровоизлияние в слизистой гортани слева с отёком слизистой; отёк голосовых складок с практическим полным закрытием просвета. Данные телесные повреждения привели к развитию угрожающего жизни состояния - острой дыхательной недостаточности (механической асфиксии) и по этому признаку квалифицируются как повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью. Смерть ПЛВ наступила на месте происшествия от механической асфиксии, развившейся в результате нарушения внешнего дыхания при закрытии дыхательных путей со сдавлением шеи тупым предметом (предметами). 

Подсудимая ФИО1 в судебном заседании виновной себя по предъявленному обвинению не признала. ФИО1 показала суду, что проживала совместно с ПЛВ., осуществляла за ней уход. 26 октября 2019 года она и ПЛВ совместно распили спиртное. ПЛВ затеяла конфликт, во время которого оскорбляла её (ФИО1) нецензурной бранью. Не сдержавшись, она вытащила подушку из-под головы ПЛВ и положила её на лицо потерпевшей и держала подушку в течение 5 секунд. Душить ПЛВ она не намеревалась, хотела только утихомирить её. ПЛВ ещё «бурчала» под подушкой, когда она (ФИО1) ушла в свою комнату и легла спать. Днём, проснувшись, она обнаружила, что ПЛВ не дышит. Настаивает, что умысла на убийство ПЛВ. не имела. 

Вина подсудимой установлена исследованными в судебном заседании доказательствами: заключением эксперта, показаниями свидетелей, показаниями подсудимой, данными в ходе предварительного следствия. 

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 26 октября 2019 года, в ... участковым уполномоченным описан труп ПЛВ.. Тело лежит на левом боку. На правой стороне лица и на правой руке обнаружены кровоподтёки. Со слов ФИО1, указанные повреждения ПЛВ получила при жизни в результате падения с кровати в состоянии опьянения. Руки трупа согнуты в локтях, кисти расположены по сторонам от головы ладонями вверх (л.д. 8-10 т.1).

Согласно заключению эксперта № 1612 от 28 октября 2019 года, при исследовании трупа ПЛВ обнаружены следующие телесные повреждения:

- на левой половине лица, в проекции нижней челюсти слева, на подбородке слева с переходом на верхнюю и среднюю треть левой боковой поверхности шеи кровоподтёки, частично сливающиеся, преимущественно выраженные на лице, менее выраженные на шее; кровоизлияния на переходной складке и слизистой губ в центре и справа; внутрикожные кровоизлияния на правой боковой поверхности шеи: в верхней трети кпереди от грудинно-ключично-сосцевидной мышцы размером 1x0,5 см, в средней трети кзади от грудинно-ключично-сосцевидной мышцы размером 1x0,8 см; очаговые кровоизлияния в мягкие ткани шеи слева вдоль сонной артерии, надрыв интимы левой сонной артерии с мелким периваскулярным кровоизлиянием в прилегающей клетчатке; очаговое кровоизлияние в области корня языка слева; очаговое кровоизлияние в слизистой гортани слева с отёком слизистой; отёк голосовых складок с практически полным закрытием просвета.

Данные телесные повреждения образовались незадолго до наступления смерти в результате, вероятнее всего, закрытия дыхательных путей со сдавлением шеи тупым предметом (предметами), возможно руками, подушкой и т.д., о чём свидетельствует морфологическая картина повреждений - диффузные кровоподтёки на левой половине лица и шеи, очаговые внутрикожные кровоизлияния на правой боковой поверхности шеи, очаговые кровоизлияния в мягкие ткани шеи слева вдоль сонной артерии. Данные телесные повреждения привели в развитию угрожающего жизни состояния - острой дыхательной недостаточности (механической асфиксии) и по этому признаку квалифицируются как повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью. 

- кровоподтёк багрово-синюшного света с отёком мягких тканей в левой надбровной области с кровоизлиянием в подлежащие мягкие ткани;

- кровоподтёк в окружности левого глаза красновато-багрово-синюшного цвета; кровоподтёк у наружного угла правого глаза красноватого цвета;

- кровоподтёк в правой скуловой области бледно-синюшного света;

- кровоподтёки багрово-синюшного цвета и наружные кровоизлияния синюшного цвета на тыльной поверхности левой кисти с отёком мягких тканей (1), в средней трети левого предплечья на передней (1) и задней(1) поверхности, напротив друг друга, на наружной поверхности нижней трети правого предплечья (1);

- кровоподтёк синюшного цвета на наружной поверхности средней трети правого бедра (1).

Данные телесные повреждения образовались в срок около 1-2 суток до наступления смерти, в результате неоднократных травматических воздействий в область лица (не менее 3-4) и конечностей (не менее 4) потерпевшей, не исключается их образование при неоднократном падении и ударах о тупые твёрдые предметы.

- кровоподтёки багрово-синюшного с коричневым оттенком на правом локтевом суставе с переходом на нижнюю треть плеча по задней поверхности (2), на задней поверхности средней трети правого плеча (1). 

Данные повреждения образовались в срок около 3-5 суток до наступления смерти, в результате травматического воздействия в область правой верхней конечности (не менее 2) потерпевшей, не исключается их образование при падении и ударе о тупой твёрдый предмет (предметы).

У живых лиц данные кровоподтёки и кровоизлияния как в совокупности, так и каждое отдельно не повлекли бы развития кратковременного расстройства здоровья и по этому признаку квалифицируются как повреждения, не причинившие вреда здоровью.

Смерть ПЛВ наступила от механической асфиксии, развившейся в результате нарушения внешнего дыхания при закрытии дыхательных путей со сдавлением шеи тупым предметом (предметами), о чем свидетельствует характерная морфологическая картина: кровоизлияния в склеры обоих глаз, мелкоточечные внутрикожные кровоизлияния в обеих скуловых областях, мелкоточечные темно-красные кровоизлияния под висцеральную плевру (пятна Тардье), острая очаговая эмфизема лёгких, часть альвеол с истончёнными, местами разорванными межальвеолярными перегородками, красноватая слизь на стенках главных бронхов, выраженный отёк головного мозга, дистрофия и венозное полнокровие внутренних органов. Давность наступления смерти составляет около 3 суток на момент исследования трупа.

Врачебное свидетельство о смерти выдано с диагнозом: а) асфиксия, г) повешенье, удушение и удавление с неопределёнными намерениями. (л.д.17-22; фототаблица 23-25 в т. 1).

Согласно исследованным в связи со значительными противоречиями показаниям ФИО1, данным в ходе предварительного следствия, 26 октября 2019 года она и ПЛВ употребили спиртное. Около 12 часов 30 минут между ними возник конфликт, в ходе которого ПЛВ стала оскорблять её (ФИО1) нецензурной бранью. На просьбу прекратить крики и оскорбления ПЛВ не реагировала. Не сдержавшись, она взяла из-под головы ПЛВ подушку, положила её на лицо ПЛВ. и придавила, удерживая так подушку в течение 15 секунд. ПЛВ замолчала. Не обратив внимания, в сознании она или нет, она (ФИО1) накрыла тело и подушку покрывалом и отправилась спать. Проснувшись в 15 часов 30 минут, зашла в комнату потерпевшей, обнаружила, что та мертва, о чём сообщила соседке (л. д. 171-176 т. 1). Указанные показания ФИО1 повторила при проверке показаний на месте (л. д. 177-191 т. 1). Оглашённые показания подсудимая подтвердила, но оговорилась, что удерживала подушку на лице потерпевшей в течение всего 5 секунд, намеренно не давила и к наступлению смерти потерпевшей не стремилась. 

Указанные обстоятельства в судебном заседании подтвердила свидетель ИЕН., пояснив, что 26 октября 2019 года около 15 часов ФИО1 сообщила ей о смерти ПЛВ попросила вызвать скорую помощь и полицию.

Участковый уполномоченный КСВ допрошенный в качестве свидетеля, показал суду, что он в связи с поступившим сообщением о смерти пожилой женщины осматривал дом. Криминальных причин смерти он не увидел. Проживавшая в этом же доме ФИО1 была пьяна и пояснила, что её подруга умерла во сне. Им была назначена экспертиза, которая показала, что потерпевшую задушили.

Оглашённые судом по согласию сторон показания свидетеля БМД - врача скорой помощи, аналогичны показаниям участкового инспектора. Свидетель пояснила, что приехала по вызову о смерти человека по месту жительства. Она констатировала смерть ПЛВ.. Находившаяся в это время в доме пожилая хозяйка дома была пьяна и разговаривала с участковым (л. д. 234-238 т.1).

Свидетель ДНВ показал суду, что обстоятельства смерти ПЛВ ей неизвестны. Она знает, что последний год ПЛВ проживала в доме своей соседки ФИО1, но про их отношения она ничего не знает.

Свидетель ШВВ показал суду, что он был знаком с ФИО1 и ПЛВ., периодически распивал с ними спиртные напитки. Во время таких встреч, когда ФИО1 отлучалась в магазин, ПЛВ. говорила, что ФИО1 её избивает и плохо кормит. Он видел на руках и теле ПЛВ следы побоев. Когда он спрашивал об этом ФИО1, та отрицала факты избиения потерпевшей. Отношения между потерпевшей и подсудимой были напряжёнными, обе злоупотребляли спиртными напитками и на этой почве часто ругались. 

Потерпевший ППВ пояснил суду, что его мать ПЛВ вела асоциальный образ жизни, злоупотребляла спиртными напитками, попустительски относилась к своему здоровью. ПЛВ., ввиду её состояния здоровья, летом 2018 года была помещена в больницу. ПЛВ оттуда самовольно ушла и решила проживать у соседки ФИО1. Совместное его проживание с матерью было невозможно ввиду нежелания ПЛВ изменять образ жизни, который разделяла ФИО1. Об обстоятельствах смерти ПЛВ ему ничего неизвестно. 

Оценив совокупность исследованных доказательств, суд вину ФИО1 в умышленном причинении смерти ПЛВ считает установленной и действия подсудимой квалифицирует по ч. 1 ст. 105 УК РФ, как убийство, то есть умышленное причинение смерти человеку.

Суд критически оценил показания подсудимой об отсутствии у неё умысла на убийство ПЛВ Сам факт механического воздействия на органы дыхания потерпевшей ФИО1 признала и описала. Эти показания не противоречат установленной на основании протокола осмотра места происшествия, заключения эксперта и показаний участкового КСВ картине преступления. 

Доводы подсудимой об отсутствии у неё умысла на убийство опровергнуты заключением судебно-медицинской экспертизы о механизме удушения. Используя подушку, подсудимая положила её на лицо ПЛВ., закрыла ею дыхательные пути (рот и нос), при этом удерживая подушку до тех пор, пока потерпевшая не перестала подавать признаки жизни. При этом суд исходит из показаний ФИО1, данных в ходе предварительного следствия, о том, что ПЛВ после действий подсудимой замолчала. Не снимая в лица потерпевшей подушку, не убеждаясь в том, что потерпевшая жива, ФИО1, покрыла тело и подушку одеялом и ушла. Указанное подтверждает наличие прямого умысла подсудимой на убийство потерпевшей. 

Наличие прямого умысла у подсудимой на убийство ПЛВ подтверждено заключением эксперта о характере повреждений на теле потерпевшей. Кровоизлияния, характерные для удушения, обнаружены не только на лице, в склерах глаз, гортани и голосовых складках ПЛВ но и на её шее и сонной артерии (надрыв интимы левой сонной артерии. Указанное свидетельствует об интенсивном физическом воздействии подсудимой на органы дыхания потерпевшей вплоть до наступления её смерти. 

Этот вывод подтверждён в судебном заседании экспертом ЛЮБ пояснившей, что во время удушения потерпевшей воздействие на её органы дыхания или на предмет, который использовался для удушения, в частности подушку, были достаточными для полного перекрытия поступления воздуха, а также для преодоления сопротивления самой пострадавшей. Эксперт отвергла предположения подсудимой, что ПЛВ могла жить после прекращения действий подсудимой, самостоятельно снять подушку с лица. Эксперт обратила внимание суда на то, что ПЛВ была обнаружена подсудимой в том же положении, в котором ФИО1 её оставила, покрывало по-прежнему закрывало её голову, была сдвинута только подушка. Суд также критически отнёсся к указанным показаниям подсудимой, оценивая их как избранный ею способ самозащиты, и потому отверг эти показания. 

Мотив преступления - личные неприязненные отношения к потерпевшей - правильно установлен следствием, и нашёл своё полное подтверждение в судебном заседании. Подсудимая и потерпевшая часто конфликтовали, ФИО1 применяла в отношении ПЛВ физическое насилие. Показания об этом свидетеля ШВВ объективно подтверждены заключением эксперта: на теле ПЛВ., кроме тяжких повреждений, повлёкших смерть потерпевшей, обнаружены кровоподтёки. Эти телесные повреждения получены в разное время накануне дня преступления. Экспертом указано, что повреждения были причинены от нескольких воздействий. Хотя экспертом не исключена возможность получения кровоподтёков при падении, учитывая их локализацию и выводы о многократных воздействиях, суд пришёл к выводу, что обстоятельства избиения подсудимой ФИО1 потерпевшей ПЛВ доказанным. 

Согласно выводам проведённой в отношении подсудимой судебно-психиатрической экспертизы № 17, ФИО1 каким-либо психическим расстройством (хроническим, временным, слабоумием, иным болезненным состоянием психики), которые бы лишали её способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, не страдает и не страдала таковыми в период инкриминируемого ей деяния. У неё выявлены признаки ... Имеющиеся у ФИО1 изменения психики не сопровождались болезненными нарушениями мышления и памяти, и при сохранности критических способностей не лишали её способности в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими в настоящее время и не лишали в период инкриминируемого деяния (л. д. 7-14 т. 2). 

Экспертиза проведена высококвалифицированным специалистом в области психиатрии, имеющим большой опыт исследовательской и экспертной деятельности, работающим в государственном экспертном учреждении. Выводы эксперта мотивированы и научно обоснованы, сделаны на основе непосредственного изучения личности подсудимой, с анализом ситуации. С учётом заключения эксперта и на основании установленной вины подсудимой в совершении убийства ПЛВ., суд ФИО1 в отношении содеянного признаёт вменяемой. 

При решении вопроса о наказании суд учитывает как тяжесть и характер совершенного преступления, степень его общественной опасности, данные о личности виновной, смягчающие и отягчающее обстоятельства, влияние назначенного наказания на исправление осуждённой. 

ФИО1 впервые совершила особо тяжкое преступление. Подсудимая на учётах КНД и ПНД не состоит, семьи и иждивенцев не имеет, является пенсионеркой, по месту жительства характеризуется удовлетворительно, в то же время, как лицо, злоупотребляющее спиртными напитками. 

Согласно ст. 61 УК РФ, в качестве смягчающих обстоятельств суд учитывает состояние здоровья и возраст подсудимой, совершение ею преступления впервые. Согласно «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ, смягчающим обстоятельством суд признаёт противоправность поведения потерпевшей, явившееся поводом для преступления. Обстоятельства конфликта между подсудимой и потерпевшей установлены. В ходе указанного конфликта потерпевшая ПЛВ словесно оскорбляла подсудимую, применяя ненормативную лексику. Пояснения подсудимой в этой части не опровергнуты, и косвенно подтверждены показаниями свидетеля ШВВ.. Предложенное стороной защиты в качестве смягчающего обстоятельства предшествующее преступлению поведение подсудимой в отношении ПЛВ., выразившееся в осуществлении ухода за потерпевшей, суд таковым не признаёт. Согласно медицинским справкам и заключению эксперта, ПЛВ не была лицом, нуждавшимся в уходе. Объективно она не имела заболеваний, ограничивающих её способность к самообслуживанию. Её ограниченная мобильность была результатом попустительского отношения к своему здоровью и следствием характера. Вместе с тем, допрошенные судом свидетели показали, что ПЛВ могла передвигаться. Объективно обстоятельств ухода ФИО1 за потерпевшей не установлено. ПЛВ не находилась на её иждивении и не зависела от неё. Признаков ухода и обеспечения надлежащих условий не подтверждено ни протоколом осмотра места происшествия, которым является жилище с антисанитарными условиями, ни заключением СМЭ, согласно которому у ПЛВ имеются признаки истощения. 

Отягчающим обстоятельством, согласно ст. 63 УК РФ суд установил совершение преступления в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя. Допрошенные судом свидетели КВВ - участковый инспектор и БДМ - врач скорой помощи, чьи показания оглашены, пояснили, что подсудимая сразу после преступления была пьяна. ФИО1 не отрицала, что в день преступления она употребляла спиртные напитки совместно с потерпевшей. Психиатрической экспертизой у ФИО1 диагностирована зависимость от алкоголя. Выводы экспертов подтверждают, что на фоне систематического злоупотребления алкоголем произошли изменения личности подсудимой с фиксацией её на активном поиске и употреблении алкоголя, формированием асоциального поведения, чёрствости, и агрессивности. При указанных обстоятельствах суд пришёл к выводу, что состояние опьянения значительно влияло на решение подсудимой совершить преступление, на её склонность к импульсивным реакциям в разрешении конфликта и агрессию. Таким образом, состояние опьянения, вызванного употреблением алкоголя, повышало общественную опасность преступления. 

С учётом конкретных обстоятельств преступления суд не установил оснований для снижения категории преступления на менее тяжкое. Принимая во внимание особую тяжесть и общественную опасность совершенного преступления, суд приходит к выводу, что наказание ФИО1 должно быть связано только с изоляцией её от общества, поскольку иное противоречит принципу справедливости. С учётом образа жизни подсудимой, суд не назначает ей дополнительный вид наказания. Достаточных оснований для применения ст. 64 УК РФ, а также для применения ст. 73 УК РФ суд по обстоятельствам преступления не усматривает; условное осуждение не отвечает принципу справедливости наказания. 

Согласно п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ местом отбытия наказания ФИО1 как женщине, совершившей особо тяжкое преступление, суд назначает исправительную колонию общего режима. Время, проведённое подсудимой до приговора суда под домашним арестом, засчитывается в срок наказания с учётом положений ст. 72 УК РФ. 

Процессуальные издержки, связанные с оплатой услуг адвоката за работу в ходе предварительного следствия и в суде, согласно ст. 132 УПК РФ, взыскиваются судом с осуждённой. ФИО1 имеет доход в виде пенсии, обязательствами в отношении иждивенцев не обременена. Суд не усматривает законных оснований для освобождения ФИО1 от уплаты процессуальных издержек, доводы осуждённой о размере пенсии таковыми основаниями не являются. 

Согласно требованиям ст. 81 УПК РФ, по вступлении приговора в законную силу вещественное доказательства по делу - подушку и одеяло надлежит уничтожить. 

Руководствуясь ст. 299, 302-304, 307, 308, 309 УПК РФ суд

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО1 признать виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ и назначить ей наказание в виде 9 (девяти) лет лишения свободы без ограничения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима. 

Срок к отбытию наказания осуждённой ФИО2 исчислять со дня вступления приговора в законную силу. 

Зачесть в срок наказания время содержания осуждённой под домашним арестом периодом с 6 декабря 2019 года по 7 мая 2020 года согласно ч. 3.4 ст. 72 УК РФ из расчёта два дня содержания под домашним арестом за один день лишения свободы, а также с 8 мая 2020 года и до дня вступления приговора в законную силу, согласно п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ, из расчёта один день под стражей за полтора дня в исправительной колонии общего режима. 

Меру пресечения осуждённой в виде домашнего ареста отменить. До вступления приговора в законную силу избрать осуждённой ФИО1 меру пресечения - заключение под стражу; взять под стражу в зале суда. 

Процессуальные издержки взыскать с осуждённой ФИО1 в доход государства в сумме 26400 (двадцать шесть тысяч четыреста) рублей. 

По вступлении приговора в законную силу вещественные доказательства по делу - подушку и одеяло, хранящиеся при уголовном деле, уничтожить. 

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Забайкальский краевой суд в течение 10 суток со дня вынесения, а осуждённой, содержащейся под стражей - в тот же срок со дня получения ею копии приговора, путём подачи жалобы в суд Железнодорожного района г. Читы. 

В тот же срок осуждённая вправе заявить ходатайство о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чем надлежит указать в апелляционной жалобе или в возражениях на жалобы и представления, принесённые другими участниками уголовного процесса. 

В случае подачи жалобы осуждённая в тот же срок вправе поручать осуществление своей защиты в апелляционной инстанции избранному им защитнику либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника, а также отказываться от защитника. 

В течение трех суток со дня вынесения приговора осуждённая и все заинтересованные по делу лица вправе обратиться с заявлением об ознакомлении их с протоколом судебного заседания и аудиозаписью заседания, а ознакомившись в течение пяти суток с протоколом и аудиозаписью, последующие трое суток подать на них свои замечания.

Судья М.В. Кучерова.

Приговор изменен определением Забайкальского краевого суда от 04.08.2020 года