№ 2-1167/2025

УИД 75RS0008-01-2025-001844-75

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

г. Борзя 11 декабря 2025 года

Борзинский городской суд Забайкальского края в составе:

председательствующего судьи Кыдыякова Г.И.,

при секретаре судебного заседания Алёшиной Е.М.,

с участием помощника Борзинского межрайонного прокурора Дугарова Т.Г., истца ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности,

установил:

истец ФИО1 обратился в суд с вышеназванным иском, мотивируя тем, что был подвергнут незаконному уголовному преследованию Борзинским МСО СУ СК России по Забайкальскому краю по ч. 3 ст. 30 ч. 1 ст. 131 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее по тексту – УК РФ). Постановлением о частичном прекращении уголовного преследования от 25 ноября 2019 года уголовное преследование прекращено по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – УПК РФ). Поскольку в результате уголовного преследования, осуществляемого органами, финансируемыми из федерального бюджета, ему был причинен моральный вред, обязанность по его возмещению должна быть возложена на Министерство финансов РФ за счет казны РФ.

Просит суд взыскать в его пользу с Министерство финансов РФ за счет казны РФ в счет компенсации морального вреда 300 000 руб.

Определением судьи от 20 ноября 2025 года к участию в деле для дачи заключения привлечен Борзинский межрайонный прокурор; в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено СУ СК России по Забайкальскому краю.

Истец ФИО1 в судебном заседании поддержал заявленные требования по изложенным основаниям, уточнив, что является малограмотным, ничего не знал и поэтому только сейчас обратился в суд за компенсацией вреда; в ходе производства по уголовному делу в отношении него не избиралась мера пресечения, поскольку он уже находился под стражей по другому делу.

Ответчик Минфин России, а также третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, СУ СК России по Забайкальскому краю, надлежащим образом извещенные о дате, месте и времени слушания дела, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, о причинах не сообщили.

Руководствуясь ч. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГПК РФ), суд определил рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Заслушав истца и заключение прокурора, полагавшего необходимым в удовлетворении заявленных требований отказать, изучив материалы гражданского дела и оценив в соответствии со ст. 67 ГПК РФ относимость, допустимость, достоверность каждого представленного в суд доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд приходит к следующему.

Статьей 2 Конституции Российской Федерации закреплено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

Согласно ст. 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В ч. 1 ст. 133 УПК РФ закреплено право реабилитированных лиц на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

В соответствии с п. 3 ч. 2 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 настоящего Кодекса.

Частью 4 статьи 133 УПК РФ установлен исчерпывающий перечень случаев, на которые закрепленные в ней правила не распространяются.

В иных случаях вопросы, связанные с возмещением вреда, разрешаются в порядке гражданского судопроизводства (ч. 5 ст. 133 УПК РФ).

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГК РФ) определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная 

<

данные изъяты>, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 ГК РФ).

В п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную 

<

данные изъяты>, честь и доброе имя, 

<

данные изъяты> переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Согласно п. 1 ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В соответствии со ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с данным Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 ГК РФ) и статьей 151 ГК РФ.

Согласно п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В п. п. 25, 27, 28, 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (п. 2 ст. 1101 ГК РФ).

Пунктом 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года № 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве" разъяснено, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

Разумные и справедливые пределы компенсации морального вреда являются оценочной категорией, четкие критерии его определения применительно к тем или иным категориям дел не предусматриваются. В каждом конкретном случае суд вправе определить такие пределы с учетом конкретных обстоятельств дела. При определении размера компенсации морального вреда действует принцип свободного усмотрения суда, основанного на индивидуальных обстоятельствах каждого дела и характере спорных правоотношений.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 21 апреля 2019 года ФИО2 обратилась в ОМВД России по Борзинскому району с заявлением, согласно которому в этот же день неизвестный ей молодой человек в районе 03 часов ночи, находясь по адресу: 

<

адрес>, напал на неё у подъезда и нанес ей один удар ножом в область поясницы.

По данному факту начальником ОД ОМВД России по Борзинскому району ФИО3 1 мая 2019 года было возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ, в отношении неустановленного лица.

В ходе предварительного следствия ФИО2 пояснила, что 21 апреля 2019 года она стояла на улице около дома и звонила по телефону. В этот момент к ней подошел незнакомый молодой человек, резко придавил её к стене своим телом, стал щупать руками её тело и поднимать вверх пальто (на ней было надето драповое пальто, длинной немного ниже колена). При этом молодой человек не бил её, ничего не требовал, делал все молча и улыбался. Телефон она успела положить в карман, но в то же время была в шоке и не понимала, что происходит. Она попыталась оттолкнуть молодого человека и позвала на помощь. В этот момент парень стал наносить ей удары кулаком по голове, ударив не менее трех раз. Тогда же к ним подбежала её знакомая по имени Света, которая стала кричать на молодого человека. Парень, продолжая её держать, придавив к стене дома, крикнул Светлане, чтобы она отошла, иначе он её (ФИО2) зарежет. Она продолжала оказывать сопротивление, Света также толкала парня. В какой-то момент молодой человек отступил от неё, и они со Светой побежали. Далее она поняла, что Света отстала. Обернувшись, она увидела, что Света лежит на земле на спине и сверху над ней поднимается тот парень. Она подбежала к ним и стала пинать парня ногой по телу. В ответ молодой человек стал грубо выражаться в её адрес, пнул её один раз в левое бедро и нанес удар рукой, в которой находился либо перочинный нож, либо шило. После этого она почувствовала резкую боль в области правого бока под ребрами и у неё побежала кровь. Она крикнула Свете, что нужно вызывать полицию. В это время молодой человек убежал за угол дома. Она думает, что тот парень хотел её изнасиловать, так как он ничего не требовал. На ней находились ценные вещи, в кармане лежал телефон, но он карманы не проверял, трогал её тело по различным частям.

12 мая 2019 года заместителем Борзинского межрайонного прокурора Дондоковым Т.Ц. уголовное дело № изъято из производства органа дознания и передано для расследования в Борзинский МСО СУ СК России по Забайкальскому краю.

Впоследствии расследованием уголовного дела занимался следователь Борзинского МСО СУ СК России по Забайкальскому краю ФИО4, следователь-криминалист Борзинского МСО СУ СК России по Забайкальскому краю ФИО5, старший следователь Борзинского МСО СУ СК России по Забайкальскому краю ФИО6, следователь Борзинского МСО СУ СК России по Забайкальскому краю ФИО7

12 сентября 2019 года старшим следователем Борзинского МСО СУ СК РФ по Забайкальскому краю ФИО6 в отношении неустановленного лица возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 ч. 1 ст. 131 УК РФ, по факту покушения на изнасилование ФИО2 при обстоятельствах установленных в ходе расследования уголовного дела №.

В этот же день руководителем Борзинского МСО СУ СК РФ по Забайкальскому краю вынесено постановление о соединении уголовного дела № с уголовным делом №, с присвоением соединенному уголовному делу №.

8 октября 2019 года истцу ФИО1, подозреваемому в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30 ч. 1 ст. 131, п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ, разъяснено право на защиту и заключение досудебного соглашения о сотрудничестве. В этот же день ФИО1 назначен защитник, разъяснены права и суть подозрения, он допрошен в качестве подозреваемого.

9 октября 2019 года истец ФИО1 дополнительно допрошен в качестве подозреваемого и следователем осуществлена проверка его показаний на месте.

В ходе предварительного следствия ФИО1 пояснил, что в апреле 2019 года пытался похитить у незнакомой девушки телефон с применением физической силы, но не пытался её изнасиловать. Он подошел к девушке и прижал её к стене, стал проверять у неё карманы, в том числе задние, расстегнул ей одежду. Девушка пнула его в район паха, после чего побежала, но запнулась и упала. Затем подбежала вторая женщина. Они обе стали наносить ему удары. Он взял в левую руку отвертку и нанес одной из женщин удар в область боковой поверхности туловища, а затем убежал.

10 октября 2019 года между ФИО2 и ФИО1 проведена очная ставка, в ходе которой каждый из них настаивал на своих показаниях.

11 октября 2019 года старшим следователем СО ОМВД России по Борзинскому району ФИО8 в отношении неустановленного лица возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ, по факту грабежа в отношении ФИО9

21 октября 2019 года заместителем Борзинского межрайонного прокурора Дондоковым Т.Ц. определена подследственность уголовного дела №, и оно передано для расследования в Борзинский МСО СУ СК России по Забайкальскому краю.

После этого исполняющим обязанности руководителя Борзинского МСО СУ СК РФ по Забайкальскому краю вынесено постановление от 21 октября 2019 года о соединении уголовного дела № с уголовным делом №, с присвоением соединенному уголовному делу №.

Срок предварительного следствия по уголовному делу № продлевался в установленном законом порядке.

25 ноября 2019 года потерпевшая ФИО2 в ходе дополнительного допроса заявила, что не может однозначно утверждать, что напавший парень хотел её изнасиловать. Это её внутреннее предположение. Каких-либо активных действий, направленных на изнасилование, он не совершал (не трогал её за грудь, интимные места, не снимал с неё одежду). При этом штанов на ней надето не было.

В этот же день ФИО2 заявлен гражданский иск в рамках уголовного дела. Она признана гражданским истцом, а ФИО1 – гражданским ответчиком.

25 ноября 2019 года следователем Борзинского МСО СУ СК РФ по Забайкальскому краю ФИО7 вынесено постановление о частичном прекращении уголовного преследования, в соответствии с которым в отношении ФИО1, подозреваемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30 ч. 1 ст. 131, п. «в» ч. 2 ст. 115, п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ, прекращено уголовное преследование в части подозрения в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 ч. 1 ст. 131 УК РФ, по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

Мотивом прекращения уголовного преследования по указанному эпизоду послужило то, что показания ФИО2 о том, что неизвестный пытался её изнасиловать, основаны только на её субъективном мнении, каких-либо активных действий, направленных на реализацию умысла на изнасилование, мужчина не предпринимал. Сам ФИО1 отрицает наличие у него умысла, направленного на изнасилование ФИО2. Установить указанное обстоятельство следственным путем невозможно, источники доказательств исчерпаны, следовательно, любые выводы следствия будут носить предположительный характер.

Таким образом, уголовное преследование в отношении ФИО1 в части выдвинутого подозрения в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 ч. 1 ст. 131 УК РФ, прекращено органами предварительного следствия по п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием события преступления, то есть по реабилитирующим основаниям, поэтому ФИО1 имеет право на реабилитацию и возмещение вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования, следовательно, имеются основания для компенсации морального вреда, исходя из того, что в случае осуществления уголовного преследования причинение морального вреда предполагается, доказыванию подлежит лишь размер денежной компенсации.

Отсутствие в постановлении от 25 ноября 2019 года указания на право ФИО1 на реабилитацию, а также позднее обращение в суд с настоящим иском не может являться основанием для отказа в удовлетворении заявленных исковых требований, поскольку право на компенсацию морального вреда возникло у истца в силу закона.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает: период незаконного преследования (с 8 октября 2019 года по 25 ноября 2019 года); то, что мера пресечения в отношении ФИО1 не избиралась; отсутствие данных о физических страданиях истца и то, что сам истец на наличие физических страданий в обоснование иска не ссылается, не указал, в чем именно выразились его нравственные страдания, в том числе в связи с проведением следственных действий; срок, прошедший с момента прекращения уголовного преследования (по вопросу реабилитации ФИО1 обратился в суд лишь 4 марта 2024 года, с исковым заявлением 20 октября 2025 года); осуществление одновременного с расследованием деяния, имеющего признаки преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 ч. 1 ст. 131 УК РФ, уголовное преследование по которому прекращено, уголовного преследования в отношении ФИО1 по п. «в» ч. 2 ст. 115, п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ, по которым истец был признан виновным и осужден приговором суда; данные о личности истца, который на учетах у врачей нарколога, психиатра не состоит, характеризуется по месту жительства с неудовлетворительной стороны.

Оценивая все доказательства, собранные по делу, и учитывая вышеназванные обстоятельства, суд полагает, что размер компенсации морального вреда в сумме 2 000 руб. в рассматриваемых правоотношениях отвечает требованиям разумности и справедливости, является достаточным для возмещения причиненного вреда.

Как указано выше, в соответствии со ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Бюджетным кодексом Российской Федерации установлен специальный правовой режим - иммунитет бюджетов бюджетной системы Российской Федерации, в силу которого обращение взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации осуществляется только на основании судебного акта, в связи с чем Верховный Суд Российской Федерации в целях обеспечения правильного и единообразного применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации и в связи с возникающими в судебной практике вопросами об исполнении судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации в пункте 14 постановления Пленума от 28 мая 2019 года № 13 "О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации" разъяснил, что исполнение судебных актов по искам к Российской Федерации о возмещении вреда, причиненного гражданину или юридическому лицу незаконными действиями (бездействием) государственных органов Российской Федерации или их должностных лиц (статьи 1069 и 1070 ГК РФ), в том числе в результате издания государственными органами Российской Федерации актов, не соответствующих закону или иному нормативному правовому акту, возложено на Министерство финансов Российской Федерации и осуществляется за счет казны Российской Федерации (п. 1 ст. 242.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации).

Субъектом, обязанным возместить вред по правилам ст. 1070 ГК РФ, и, соответственно, ответчиком по указанным искам является Российская Федерация, от имени которой в суде выступает Министерство финансов Российской Федерации, поскольку эта обязанность Гражданским кодексом Российской Федерации, Бюджетным кодексом Российской Федерации или иными законами не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина (ст. 1071 ГК РФ).

При удовлетворении иска о возмещении вреда в порядке, предусмотренном ст. 1070 ГК РФ, в резолютивной части решения суд указывает на взыскание вреда с Российской Федерации в лице Минфина России за счет казны Российской Федерации.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 (ИНН №) компенсацию морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, в размере 2 000 (две тысячи) рублей.

В остальной части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Забайкальского краевого суда в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы или принесения апелляционного представления через Борзинский городской суд Забайкальского края.

Председательствующий судья: Кыдыяков Г.И.

Мотивированное решение составлено 25.12.2025