УИД 66RS0028-01-2024-001749-91

Дело № 2-1257/2024

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Ирбит 16.12.2024 

Ирбитский районный суд Свердловской области в составе:

председательствующего судьи Серебренниковой Е.В., 

при секретаре судебного заседания Киневой И.В., 

с участием помощника Ирбитского межрайонного прокурора Швейцарова В.А.,

представителя ответчика ФИО14. – ведущего специалиста органа опеки и попечительства Управления социальной политики Свердловской области № 6 ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Ирбитского межрайонного прокурора, действующего в порядке ст. 45 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в интересах ФИО2 к ФИО13 о взыскании материального ущерба и компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

Ирбитский межрайонный прокурор, действующий в порядке ст. 45 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в интересах ФИО2, обратился в суд с иском к ФИО15. о взыскании материального ущерба и компенсации морального вреда по тем основаниям, что в ходе рассмотрения обращения ФИО2 установлено, что ФИО16. 27.06.2023, находясь на территории «Русского кладбища» по адресу: ул. Орджоникидзе, 100 «б» г. Ирбита, умышленно повредил надгробную плиту на могиле ФИО8, причинив своими умышленными преступными действиями матери покойного ФИО2 значительный материальный ущерб в размере 36 580 рублей, а также моральный вред, выразившийся в оскорблении ее чувств относительно уважения памяти покойного, а также чувства глубокой обиды, в связи с произошедшим преступлением. Постановлением мирового судьи от ДД.ММ.ГГГГ к ФИО4 применены принудительные меры медицинского характера. 

Просил взыскать с ответчика в пользу ФИО2 материальный ущерб, причиненный преступлением, в сумме 36 580 рублей, компенсацию морального вреда в сумме 100 000 рублей. 

На основании определения Ирбитского районного суда Свердловской области от 01.10.2024 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования, на стороне ответчика привлечены совершеннолетние дети ФИО3 – ФИО5, ФИО6 (л.д. 70-71).

В силу ч. 3-5 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, гражданское дело рассмотрено в отсутствие истца ФИО2, предоставившей суду заявление с просьбой о рассмотрении дела в ее отсутствии, настаивает на удовлетворении заявленных требований (л.д. 61), ответчика ФИО3, находящегося под принудительными мерами медицинского характера в ГАУЗ СО «Ирбитская ЦГБ», принимать личное участие в судебном заседании не может (л.д. 60), третьих лиц ФИО5, ФИО6, извещенных надлежащим образом, письменного отзыва не предоставивших, не просивших об отложении рассмотрения дела.

Участвующие в деле лица извещались также публично, путем заблаговременного размещения информации о времени и месте рассмотрения дела на интернет-сайте Ирбитского районного суда Свердловской области (irbitsky.svd@sudrf.ru раздел «Список назначенных дел к слушанию»). 

В судебном заседании помощник прокурора Швейцаров В.А. поддержал иск по указанным в нем основаниям. Считает, что доводы, изложенные в исковом заявлении, подтверждены доказательствами, имеющимися в материалах дела. Сумма компенсации морального вреда соразмерна причиненным нравственным страданиям истца.

Представитель ответчика ФИО3 – ведущий специалист органа опеки и попечительства Управления социальной политики Свердловской области № 6 ФИО1, с учетом наличия постановления мирового судьи, оставила принятие решения на усмотрение суда. 

Заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав письменные доказательства, обозрев материалы уголовного дела № 1-17/2024, оценив все доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (пункт 1); под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу ст. 42 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, потерпевшим является физическое лицо, которому преступлением причинен физический, имущественный, моральный вред.

Потерпевшему обеспечивается возмещение имущественного вреда, причиненного преступлением, а также расходов, понесенных в связи с его участием в ходе предварительного расследования и в суде, включая расходы на представителя, согласно требованиям статьи 131 настоящего Кодекса.

По иску потерпевшего о возмещении в денежном выражении причиненного ему морального вреда размер возмещения определяется судом при рассмотрении уголовного дела или в порядке гражданского судопроизводства.

Согласно ч. 4 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Как следует из положений ч. 2 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассматриваемому делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица. 

Согласно определению Конституционного Суда Российской Федерации от 04.07.2017 № 1442-0, из принципов общеобязательности и исполнимости вступивших в законную силу судебных решений в качестве актов судебной власти, обусловленных ее прерогативами, а также нормами, определяющими место и роль суда в правовой системе Российской Федерации, юридическую силу и значение его решений вытекает признание преюдициального значения судебного решения, предполагающего, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела.

Тем самым, преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

Судом установлено и не оспорено сторонами, что ФИО3 в период с 18:00 26.06.2023 до 06:40 27.06.2023, находясь в состоянии алкогольного опьянения на территории «русского кладбища», на участке местности в 271 метре от здания, расположенного по адресу: 

<

...> «б», в северо-восточном направлении, из личной неприязни к неопределённому кругу лиц, обнаружив место захоронения незнакомого ему ФИО8, подошел к захоронению, где нанес удар обутой ногой по вазе и удар обутой ногой по памятнику, отчего ваза разбилась, а памятник упал на надгробную плиту, что привело к его полному разрушению и приведению в негодность. В результате действий ФИО3 потерпевшей ФИО2 - родственнице умершего ФИО8, причинен моральный вред в виде нравственных страданий, выразившихся в неуважительном отношении к умершему и месту его захоронения, а также материальный ущерб в сумме 36 580 рублей. 

Постановлением мирового судьи судебного участка № 3 Ирбитского судебного района Свердловской области ФИО3 освобождён от уголовной ответственности за совершение запрещённого уголовным законом деяния, предусмотренного ч. 1 ст. 244 Уголовного кодекса Российской Федерации Российской Федерации, с применением принудительной меры медицинского характера в виде принудительного лечения в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях общего типа. Постановление вступило в законную силу 31.05.2024 (л.д. 9-14).

Потерпевшей по уголовному делу 26.07.2023 признана ФИО7 (л.д. 20-21).

Из показаний потерпевшей, данных в период следствия, следует, что 08.08.2009 у нее умер сын ФИО8, на могилу ему ею был установлен памятник и ваза, приобретенные в 2013 году (л.д. 22-24). 

Согласно заключению комиссии экспертов от 18.01.2024 №, ФИО3 в настоящее время, и в период инкриминируемого деяния, обнаруживал и обнаруживает признаки хронического психического расстройства в виде расстройства личности и поведения, связанного с употреблением алкоголя. ФИО3 не мог в период времени, относящийся к инкриминируемому деянию, и не может в настоящее время осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, нуждается в принудительном лечении в медицинской организации, оказывающей медицинскую помощь в стационарных условиях общего типа (том № 1 л.д. 113-116 уголовного дела № 1-117/2024).

Таким образом, установленные постановлением мирового судьи от 15.05.2024 обстоятельства, в частности о том, что общественно опасное деяние, совершенное ФИО3, было совершено им в состоянии, когда он не мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий, и руководить ими, не подлежат оспариванию при рассмотрении настоящего гражданского дела.

В соответствии с п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

По общему правилу, дееспособный гражданин, причинивший вред в таком состоянии, когда он не мог понимать значения своих действий или руководить ими, не отвечает за причиненный им вред (ч. 1 ст. 1078 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Положениями ч. 3 ст. 1078 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что если вред причинен лицом, которое не могло понимать значения своих действий или руководить ими вследствие психического расстройства, обязанность возместить вред может быть возложена судом на проживающих совместно с этим лицом его трудоспособных супруга, родителей, совершеннолетних детей, которые знали о психическом расстройстве причинителя вреда, но не ставили вопрос о признании его недееспособным.

Однако данная норма права не может быть применена к сложившимся правоотношениям, поскольку судом по представленным доказательствам установлено, что ФИО3 проживает один, постоянного места жительства не имеет, не работает, опека над ним не установлена, брак расторгнут, совершеннолетние дети ответчика совместно с ним не проживают.

В соответствии с ч. 2 ст. 1078 Гражданского кодекса Российской Федерации, причинитель вреда не освобождается от ответственности, если сам привел себя в состояние, в котором не мог понимать значения своих действий или руководить ими, употреблением спиртных напитков, наркотических средств или иным способом.

По убеждению суда,, с учетом заключения комиссии экспертов от 18.01.2024 №, ФИО3 в момент причинения вреда не мог понимать значения своих действий или руководить ими вследствие своих же действий, вызванных длительным употреблением спиртных напитков, приведших к появлению психического расстройства. Диагноз подтверждается самоотчетом ФИО3 о длительном и систематическом злоупотреблении спиртными напитками с 90-х годов с формированием явлений психической и физической зависимости от алкоголя с типичными соматовегетативными проявлениями абстинентного синдрома, данными о продолжительных запоях. 

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении», суд, принимая решение по иску, вытекающему из уголовного дела, не вправе входить в обсуждение вины ответчика, а может разрешать вопрос лишь о размере возмещения.

Из заключения от 25.07.2023 следует, что общая сумма стоимости поврежденного памятника составляет 36 580 рулей (т. 1 уголовного дела л.д. 78).

Таким образом, поскольку ФИО3 является лицом, причинившим вред имуществу ФИО2, суд, руководствуясь вышеуказанными нормами права, считает необходимым взыскать со ФИО3 в пользу ФИО2 материальный ущерб в сумме 36 580 рублей. 

В соответствии со ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации одним из способов защиты прав является компенсация морального вреда. 

Как установлено нормами ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В силу п. 2 ст. 151, п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинён моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав (п. 25 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»). 

В соответствии с п. 22 указанного Постановления Пленума моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (п. 26 Постановления Пленума № 33).

Согласно п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (п. 28 Постановления).

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Оценив представленные доказательства в совокупности, суд пришел к выводу о том, что материалами дела нашел свое подтверждение факт причинения истцу нравственных страданий.

Так, истец ФИО2 является матерью покойного ФИО8

В результате действий ФИО3 ей причинен моральный вред, который выразился в виде душевной боли, стресса и горьких слез по поводу осквернения могилы ее любимого сына (л.д. 61).

Согласно п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», судам следует учитывать, что в случаях, если действия (бездействие), направленные против имущественных прав гражданина, одновременно нарушают его личные неимущественные права или посягают на принадлежащие ему нематериальные блага, причиняя этим гражданину физические или нравственные страдания, компенсация морального вреда взыскивается на общих основаниях. Например, умышленная порча одним лицом имущества другого лица, представляющего для последнего особую неимущественную ценность (единственный экземпляр семейного фотоальбома, унаследованный предмет обихода и др.).

Установление мемориального надмогильного сооружения и обустройство места захоронения (установка памятника, ограды, скамьи, посадка цветов и др.) является одной из форм сохранения памяти об умершем, отвечает обычаям и традициям.

Анализируя изложенное, на основании совокупности собранных по делу доказательств, руководствуясь общими правилами Гражданского кодекса Российской Федерации о возмещении вреда, а так же разъяснениями, изложенными в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», установив причинно - следственную связь между поведением причинителя вреда и наступившими последствиями, суд приходит к выводу о возложении обязанности по компенсации морального вреда на ответчика.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика, суд учел фактические обстоятельства дела, при которых были нарушены имущественные права ФИО2, ее физическое состояние, а также степень вины ФИО3, его отношение к сложившейся ситуации, материальное положение ответчика. 

Кроме того, суд принимает во внимание индивидуальные особенности ФИО2, ее возраст и состояние здоровья, близкие родственные отношения с покойным, степень нравственных страданий истца, выразившихся в оскорблении ее чувств относительно уважения памяти покойного сына, требования разумности и справедливости.

На основании вышеизложенной совокупности доказательств суд находит исковые требования в части компенсации морального вреда обоснованными и подлежащими частичному удовлетворению, считает возможным взыскать с ответчика в пользу ФИО2 в счет компенсации морального вреда 35 000 рублей. 

Поскольку возмещение морального вреда производится с целью смягчения эмоционально-психологического состояния потерпевшего, по мнению суда, указанная сумма, при установленных обстоятельствах, будет соразмерна причиненным нравственным страданиям и, в полной мере будет отвечать принципам разумности и справедливости.

Согласно ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, исходя из размера удовлетворенных требований имущественного характера на сумму 36 580 рублей и требования о компенсации морального вреда, в размере 7 000 рублей (4000 + 3000).

Руководствуясь ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Иск Ирбитского межрайонного прокурора, действующего в порядке ст. 45 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в интересах ФИО2 к ФИО3 о взыскании материального ущерба и компенсации морального вреда – удовлетворить частично.

Взыскать со ФИО3 (ИНН №), в пользу ФИО2 (

<

данные изъяты>) материальный ущерб в сумме 36 580 (тридцать шесть тысяч пятьсот восемьдесят) рублей, компенсацию морального вреда в сумме 35 000 (тридцать пять тысяч) рублей. 

Взыскать со ФИО3 (ИНН №), в местный бюджет государственную пошлину в размере 7 000 (семь тысяч) рублей. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца, со дня изготовления решения суда в окончательной форме, путём подачи жалобы через Ирбитский районный суд Свердловской области.

Решение в окончательной форме изготовлено 28.12.2024.

Председательствующий - /подпись/

Решение не вступило в законную силу 

Судья Е.В. Серебренникова 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>