Дело №2-1113/2019

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

12 сентября 2019 года г.Тверь

Московский районный суд г. Твери в составе 

председательствующего судьи Сметанниковой Е.Н.,

при секретаре Солодкой Э.Н.,

с участием ответчика ФИО1

представителя ответчика ФИО2

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к ФИО1 о признании договора дарения недействительным и прекращении права собственности, 

У с т а н о в и л :

Истец обратилась в суд с иском к ФИО1, о признании договора дарения недействительным и прекращении права собственности на ? долю квартиры расположенной по адресу: 

<

адрес> заключенного 16 марта 2016 года между ФИО3 и ФИО1 и прекращении права собственности.

В обоснование заявленных исковых требований указано, что до отчуждения имущества ? доля квартиры принадлежала истцу на праве собственности на основании Свидетельства о государственной регистрации права от 23 июля 2013 года. Собственником остальной ? доли квартиры является ФИО4 

В 2016 году ответчица заселилась в квартиру в отсутствии второго собственника, и все время проживая устраивает скандалы, запугивает и запугала физическими угрозами, выгоняла, а также неоднократно наносила телесные повреждения.

При заключении договора дарения истец считала, что Ответчик будет содержать ее и оплачивать квартиру, что истец будет на полном обеспечении Ответчицы. После заключения договора дарения Ответчица выгоняла из квартиры, применяла физическую силу, наносила телесные повреждения. 

Ранее истец находился на лечении в ГБУЗ ОКПНД ОСП с. Бурашево с 19.08.1997 по 18.03.1998 с диагнозом – 

<

данные изъяты>, с 04.03.1998 по 03.08.1998 с диагнозом - 

<

данные изъяты>, с 03.12.2002 по 31.01.2003 с диагнозом – 

<

данные изъяты>

Считает, что договор дарения от 18.03.2016 недействительный, так как воспринимала как договор с пожизненным содержанием и была запугана ответчиком. Сделка была совершена под влиянием угроз и стечении тяжелых жизненных обстоятельств. 

На основании вышеизложенного просит признать договор дарения недействительным, прекратить право собственности ФИО1 на ? долю в праве на 

<

адрес>

В судебное заседание истец ФИО3 надлежащим образом извещенная о дате, времени и месте рассмотрения дела, не явилась. Судебную корреспонденцию, направленную по адресу ее регистрации и месту жительства ответчик не получила, корреспонденция возвращена в суд с отметкой «истек срок хранения». Судебное извещение направлялось и доставлялось ответчикам в порядке, установленном п. 35 Правил оказания услуг почтовой связи, утвержденных приказом Минкомсвязи России от 31.07.2014 № 234, с учетом «Особых условий приема, вручения, хранения и возврата почтовых отправлений разряда «Судебное», введенных в действие приказом ФГУП «Почта России» от 31.08.2005 г. № 343, однако ответчик для получения судебной корреспонденции в отделение почтовой связи не явилась.

В предыдущих судебных заседаниях истец поддерживала заявленные требования по доводам и основаниям указанным в исковом заявлении. 

Ответчик ФИО1, представить ответчика ФИО2 в судебном заседании, возражали против оставления искового заявления без рассмотрения, настаивали на рассмотрении искового заявления по существу, в удовлетворении исковые требования просили отказать в полном объеме. Кроме того, просили применить срок исковой давности.

Иные лица участвующие в деле, извещенные о дате, месте и времени рассмотрения дела надлежащим образом, в судебное заседание не явились, ходатайств не направили.

Выслушав ответчика, представителя ответчика, исследовав представленные письменные доказательства, суд находит исковые требования ФИО3 не подлежащими удовлетворению.

Судом установлено, что ФИО3 принадлежала ? доля в праве общей долевой собственности на квартиру общей площадью 36,7 кв.м. расположенной по адресу: 

<

адрес>, что подтверждается копией свидетельства о государственной регистрации права от 23 июля 2013 года.

В силу п.2 ст.218 Гражданского Кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В силу пункта 2 статьи 8 ГК РФ права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают с момента регистрации соответствующих прав на него, если иное не установлено законом.

Пунктом 1 статьи 421 ГК РФ установлено, что граждане и юридические лица свободны в заключение договора.

Как следует из копий материалов реестрового дела на двухкомнатную квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, с кадастровым номером №, 18 марта 2016 года между ФИО3 и ФИО1 был заключен договор дарения (далее Договор дарения), по условиям которого истец безвозмездно передал, а ответчик принял в дар 1/2 долю в праве собственности на двухкомнатную квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, с кадастровым номером №

Переход права собственности к ФИО1 зарегистрирован 25 марта 2016 и до настоящего момент ответчик является обладателем спорной доли в праве собственности на двухкомнатную квартиру. 

18 апреля 2019 года истец ФИО3 обратилась в суд с настоящим иском о признании Договора дарения недействительным и прекращении право собственности.

В соответствии с п.1 ст.166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу стать 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Требование истца о признании Договора дарения недействительным основываются на правовой норме, содержащейся в п.1 ст.177 Гражданского Кодекса Российской Федерации, согласно которой сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьей 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Таким образом, обязанность доказать, что на момент совершения оспариваемой сделки истец не был способным понимать значения своих действий или руководить ими, возлагается на истца. 

Согласно ст.57 ГПК РФ доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле.

На основании ст.59 ГПК РФ суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения дела.

Согласно ст.60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые по закону должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Бремя доказывания было разъяснено сторонам по делу как в ходе его подготовке, так и в судебном заседании.

Мотивируя отсутствие у ФИО3 на момент заключения Договора дарения возможности понимать значение своих действий и руководить ими, истец ссылается на факт запугивания ответчиком, а кроме того на наличием различных заболеваний, и нахождении на лечении в психоневрологическом диспансере. 

В подтверждение своих доводов сторона истца ссылается на приведенные выше объяснения истца, показания свидетеля ФИО5, а также медицинскую документацию, приобщенную к материалам дела.

В соответствии с показаниями свидетеля ФИО5, являющегося гражданским супругом ФИО3, истец в поведении не адекватна, в бумагах не понимает, деньги тратит бездумно.

Согласно медицинской карте амбулаторного больного № ФИО3 наблюдался в ОПНД с 1992 года по 2003 года находилась с диагнозом 

<

данные изъяты>, на учете в психоневрологическом диспансере не состоит.

В рамках настоящего гражданского дела по ходатайству стороны истца была назначена амбулаторная судебно – психиатрическая экспертиза, проведение которой поручено ГБУЗ Тверской области «Областной клинический психоневрологический диспансер» г.Твери (отделение амбулаторных судебно-психиатрических экспертиз). Из заключения комиссии экспертов от 03 июля 2019 года № следует, что ФИО3 в настоящее время и в интересующий суд период, а именно 18 марта 2016 года, то есть на момент совершения сделки дарения доли квартиры обнаруживала признаки легкой умственной отсталости 

<

данные изъяты> о чем, свидетельствуют данные медицинской документации и настоящего исследования об отставании ФИО3 в умственном развитии с детского возраста, наблюдение у психиатра с вышеуказанным диагнозом, выявляемые при настоящем обследовании конкретность мышления, низкий запас знаний, эмоциональная неустойчивость. 

Заболевание нашло свое отражение во внешних формах поведения ФИО3, ограничении трудоспособности, трудностях в самообслуживании, замедленности и конкретности мышления, недоучет нюансов сложных ситуаций, истощаемости психических процессов. Однако вышеуказанные расстройства не сопровождаются выраженным интеллектуально-мнестическим снижением, продуктивной психопатологической симптоматикой, в том числе галлюцинаторно-бредовой, выраженным снижением критических способностей, болезненными расстройствами мышления. При наличии определенных изменений психики и трудностей приспособления полного нарушения адаптации не отмечается. У ФИО3 не отмечается тотального, выраженного нарушения адаптации.

В интересующий суд период в материалах гражданского дела, представленной медицинской документации у ФИО3, отсутствуют данные о тотальном нарушении адаптации, сохранялось практическая ориентировка, она целенаправленно вела себя в различных, в том числе достаточно сложных жизненных ситуациях, в том числе связанных с взаимодействием с окружающими людьми и юридическими лицами, в том числе связанных с обсуждаемой сделкой. У ФИО3, сохранялись и сохраняются в настоящее время достаточная личностная активность и ориентировка в жизненных ситуациях и бытовых вопросах, дифференцированное отношение к разным людям. В показаниях истицы, представленных материалов гражданского дела, медицинской документации данных за выраженные психические отклонения, достигающих степени слабоумия, в период, интересующий суд, нет.

Поэтому ФИО3 в интересующий суд период, а именно 18 марта 2016 года, то есть на момент совершения сделки дарения доли квартиры и в последующем до настоящего времени по своему психическому состоянию могла и может понимать значение своих действий и руководить ими. 

Не доверять заключению комиссии экспертов у суда не имеется, поскольку данное исследование проводилось в соответствии с традиционными методиками клинико-психопатологических исследований, исполнено квалифицированными специалистами, имеющими большой стаж и опыт работы в области психиатрии, которые имели возможность при производстве экспертизы ознакомиться со всеми имеющимися в наличии первичными медицинскими документами в отношении ФИО3, провести ее обследование. Эксперты предупреждались в установленном порядке об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. 

При этом, в отсутствие каких либо дополнительных доказательств, объективно характеризующих состояние истца ФИО3 в момент совершения оспариваемой сделки, оснований в назначении по делу дополнительной либо повторной экспертиз не имеется. 

Оценивая относимость, допустимость и достоверность каждого, имеющегося в материалах дела доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд приходит к выводу о необоснованности заявленных истцом исковых требований, так как представленные стороной истца доказательства не подтверждают, что в момент заключения спорного Договора дарения ФИО3 не могла понимать значение своих действий и руководить ими. Утверждение истца о том, что она не понимала обстоятельств заключения Договора дарения, а считала его договором пожизненного содержания, само по себе не может являться достаточным основанием для признания последнего недействительным. Волеизъявление ФИО3 на совершение сделки явно следует из подписанных истцом текста спорного Договора дарения и заявления в Управлении Росреестра по Тверской области о регистрации перехода права собственности на объект незавершенного строительства.

При таких обстоятельствах требования истца о признании Договора дарения недействительным и применении последствий недействительности сделки по основаниям, предусмотренным п. 1 ст.177 ГК РФ, не подлежат удовлетворению.

Также заслуживает довод ответчика о пропуске истцом срока исковой давности для признании сделки недействительной.

Согласно статье 195 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Положениями статьи 197 ГК РФ предусмотрены специальные сроки исковой давности для отдельных видов требований.

Как следует из положений статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, в редакции, (действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений), срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года, течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки.

Пунктом 2 статьи 199 ГК РФ определено, что истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Как установили суды, спорная сделка совершена в марте 2016 года. Стороны сделки приступили к ее исполнению незамедлительно. Истица оспаривает сделку в силу ее ничтожности.

Из вышеприведенных норм права применительно к делу следует, что началом течения срока исковой давности по делу является начало исполнения сделки, то есть март 2016 года. Данное обстоятельство означает, что срок исковой давности о признании сделок недействительными истек в марте 2019 года, истица обратилась в суд в 18 апреля 2019 года.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что пропуск срока исковой давности по настоящему делу является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении иска.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО3 к ФИО1 о признании договора дарения недействительным, и прекращении права собственности отказать.

Решение может быть обжаловано в Тверской областной суд через Московский районный суд г. Твери в течение месяца со дня принятия его в окончательной форме.

Судья Е.Н. Сметанникова

Решение принято в окончательной форме 17 сентября 2019 года.

<

данные изъяты>