Производство № 2-2809/2019

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Город Смоленск 24 декабря 2019 года

Промышленный районный суд г. Смоленска

в составе:

председательствующего судьи Яворской Т.Е.,

при секретаре Макриденкове Д.В.,

с участием представителя истца ФИО1,

представителей ответчика ФИО2, ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело (УИД 67RS0003-01-2019-003608-02) по иску ФИО4 к ООО «Мирта» о взыскании задолженности по заработной плате, компенсации морального вреда, выдаче трудовой книжки,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО4 обратился в суд с иском к ООО «Мирта» о взыскании задолженности по заработной плате, компенсации морального вреда, выдаче трудовой книжки. В обоснование заявленных требований сослался на то, что в период с 01.03.2012 по 26.07.2019 работал у ответчика в должности инженера, уволен по собственному желанию. Однако при увольнении с ним произведен расчет не в полном объеме, до настоящего времени не выдана трудовая книжка, чем нарушены его права. Согласно справкам 2-НДФЛ размер его ежемесячного дохода составлял 11 500 руб. Ему не выплачена заработная плата за июль, август 2017 года в размере 23 000 руб., январь-декабрь 2018 года – 138 000 руб.; январь-июнь 2019 года – 69 000 руб., а всего 230 000 руб. Также не выплачена денежная компенсация за неиспользованный отпуск за период с 01.07.2016 по 30.06.2019 в сумме 33 883.66 руб. Просит суд взыскать с ответчика в его пользу указанную задолженность по невыплаченной заработной плате и компенсации за неиспользованный; проценты за нарушение сроков выплаты в размере 1/150 ставки рефинансирования Центрального Банка РФ за каждый день задержки, за период с 26.07.2019 по 03.12.2019 в размере 13 846 руб. и по день фактической выплаты; расходы на оплату услуг представителя в сумме 30 000 руб.; в счет компенсации морального вреда 100 000 руб. Обязать ответчика выдать ему трудовую книжку.

ФИО4, его представитель ФИО1, в судебном заседании исковые требования уточнили, просят восстановить срок исковой давности. Взыскать с ответчика задолженность по выплате начисленной, но не выплаченной заработной платы за период с 10.09.2016 по 11.09.2019 в размере 175 354.39 руб.; задолженность по выплате не начисленной, но не выплаченной заработной платы за период с 10.09.2016 по 11.09.2019 в размере 187 920.36 руб.; проценты за нарушение сроков выплаты в размере 1/150 ставки рефинансирования Центрального Банка РФ за каждый день задержки, за период с 27.07.2019 по 31.12.2019 в размере 23 915.59 руб. и по день фактической выплаты; расходы на оплату услуг представителя в сумме 30 000 руб.; в счет компенсации морального вреда 100 000 руб. Обязать ответчика выдать ему трудовую книжку.

Представители ответчика ООО «Мирта» - ФИО2, ФИО3, в судебном заседании требования уточненного иска не признали, заявили о пропуске истцом срока исковой давности на обращение в суд с заявленными требованиями, указав, что в период с декабря 2017 года до настоящего времени истец отсутствовал на рабочем месте, какого-либо труда в пользу ответчика не осуществлял, от встреч и получения документов, дачи каких-либо пояснений уклонялся. Трудовая книжка истцу была выдана. Просят в иске отказать.

Третье лицо – ПАО «Газпром автоматизация» в судебное заседание явку представителя не обеспечили, извещены надлежащим образом, в представленном письменном ходатайстве просили рассмотреть дело в их отсутствие. Суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие представителя третьего лица. 

Выслушав стороны, представителей, свидетеля, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Согласно ч.1 ст.21 ТК РФ работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствие со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы. 

В соответствии со ст. 140 ТК РФ при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете. В случае спора о размерах сумм, причитающихся работнику при увольнении, работодатель обязан в указанный в настоящей статье срок выплатить не оспариваемую им сумму.

Судом установлено, что на основании приказа №3-к от 01.03.2012 ФИО4 работал в ООО «Мирта» в должности инженера. Приказом №10-к от 26.07.2019 истец уволен по п.3 ст. 77 ТК РФ – по собственному желанию (л.д.6-9).

Статьей 127 Трудового кодекса РФ предусматривается, что при увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска.

Как следует из материалов дела, представленных ответчиком документов, при увольнении ФИО4 была начислена компенсация за все неиспользованные отпуска в общей сумме 49737.29 и 30.07.2019 выплачена.

С расчетом компенсации неиспользованного отпуска истец согласился, а также подтвердил, что данная сумма им получена фактически. 

Как следует из искового заявления и пояснений истца в судебном заседании, ему при увольнении не выплачена заработная плата за июль, август 2017 года в размере 23 000 руб. (11 500 руб. х2), январь-декабрь 2018 года – 138 000 руб. (11 500 руб. х 12); январь-июнь 2019 года – 69 000 руб. (11 500 руб. х 6), а всего 230 000 руб.

Возражая против удовлетворения иска, ответчик ссылается на то, что истец с декабря 2017 фактически трудовую деятельность в интересах работодателя не осуществлял. 

В соответствии со ст. 209 Трудового кодекса Российской Федерации рабочее место - место, где работник должен находиться или куда ему необходимо прибыть в связи с его работой и которое прямо или косвенно находится под контролем работодателя.

Статьей 21 Трудового кодекса Российской Федерации установлены обязанности работника добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, трудовую дисциплину.

Статьей 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодателю предоставлено право требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей, соблюдения правил внутреннего трудового распорядка.

Указанные положения в совокупности с нормами ст. 189 Трудового кодекса Российской Федерации предполагают необходимость исполнения работником своих трудовых обязанностей не произвольно, по усмотрению работника и исходя из целесообразности и его представлений о приоритете выполнения одной трудовой обязанности перед другой, в том или ином месте и не самовольно определяя свои трудовые функции, а по поручению работодателя.

Как следует из пояснений истца, его рабочее место до момента увольнения в июле 2019 находилось по адресу: 

<

...> Д\2, где он и осуществлял свою трудовую деятельность в интересах ООО «Мирта». 

Ответчик не отрицает, что до декабря 2017 г. истец исполнял свои трудовые обязанности по указанному адресу, однако, офисное помещение по указанному адресу ответчик арендовал только по ноябрь 2017 года.

В подтверждение доводов ответчика, суду представлены договор аренды помещения между ПАО «Газпром автоматизация» и ООО «Мирта» от 01.05.2017, а также соглашение о расторжении договора от 31.10.2017 и акт приема-передачи помещения. Данные обстоятельства в своих письменных пояснениях подтвердил и представитель ПАО «Газпром автоматизация», дополнительно указав, что с момента расторжения договора 31.10.2017 и по настоящее время какие-либо договорные отношения по аренде помещения по ул. Шевченко, д. 93 Д\2, с ООО «Мирта» отсутствуют. 

Актами, табелями учета рабочего времени, представленными суду, ответчик подтверждает отсутствие ФИО4 на работе в офисе ООО «Мирта» по адресу: Смоленская область Смоленский район Пригорское с.п., 

<

...>, в течение 2018-2019 г.г. При этом истец в судебных заседаниях не отрицал, что по указанному адресу он действительно никогда не находился.

Сведения об иных местах исполнения трудовых обязанностей работниками ООО «Мирта», и конкретно ФИО4, ни истцом, ни ответчиком, суду не представлено.

Допрошенная в судебном заседании свидетель Н., главный бухгалтер ООО «Мирта», в судебном заседании указала, что ФИО4 работал до 2018, а потом уехал и не работал, и она ему зарплату больше не начисляла. Офис по ул. Шевченко, где находилось место работы истца, в конце 2017 г. был закрыт. При увольнении ФИО4 в июле 2019, был оформлен приказ, начислена компенсация за неиспользованный отпуск, представителю ФИО4 выдана трудовая книжка. ООО «Мирта» работала и работает только с юридическими лицами, по безналичному расчету, для оплаты работники предоставляли в бухгалтерию акты выполненных работ. После 2017 года истец никаких актов не сдавал.

Истец ссылался на то, что в спорный период осуществлял трудовую деятельность в интересах ответчика. Вместе с тем никаких доказательств в подтверждение своих доводов, истец суду не представил, а ответчик данные обстоятельства отрицает.

Допрошенные свидетели М., Ф., М1 подтвердили, что ФИО4 работал в офисе по ул. Шевченко. Однако данные свидетели работали в ООО «Мирта» до сентября 2017 года - М. и Ф., до ноября 2017 - М1, а в дальнейшем общались с истцом периодически. При этом свидетели поясняли, что инженеры, в том числе ФИО4, в частном порядке работали с физ.лицами, халтурили.

В ходе рассмотрения дела, обстоятельств отстранения истца от работы, недопуске его на рабочее место, лишения возможности трудиться, не установлено, истцом таких доказательств не представлено и на данные обстоятельства он не ссылался.

В соответствии со ст. ст. 12, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон; каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон, как субъектов доказательственной деятельности; наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений, и принять на себя все последствия совершения или не совершения процессуальных действий.

Проанализировав представленные суду доказательства, доводы сторон, суд считает, что истец не представил суду достаточных и бесспорных доказательств исполнения им своих трудовых обязанностей в интересах работодателя ООО «Мирта» после января 2018 года, в связи с чем оснований для выплаты ему зарплаты за спорный период, не имеется.

Истец также указывает о своем несогласии с размером выплаченной ему заработной платы за период с 10.09.2016 по декабрь 2017 г., ссылаясь на расхождения в справках 2 НДФЛ и расчетах по компенсации неиспользованных отпусков.

Представитель ответчика, не оспаривая начисление за указанный период истцу заработной платы, настаивает на том, что она была ему выплачена в надлежащем размере, при этом считают, что истец пропустил годичный срок исковой давности, установленный ст. 392 ТК РФ, а поэтому в иске ему должно быть отказано.

Частью 2 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

В соответствии с Правилами внутреннего трудового распорядка ООО «Мирта», заработная плата выплачивается работнику два раза в месяц 6 и 22 числа (п.6.3).

Таким образом, не получив заработную плату в полном объеме в октябре 2016 года, истец имел реальную возможность, начиная с ноября 2016 года, обратиться в суд за восстановлением своих нарушенных прав.

Учитывая положения ст. 392 Трудового кодекса РФ, заявление ответчика, суд считает, что срок обращения истца в суд по спору, связанному с взысканием недополученной зарплаты до сентября 2018 пропущен, поскольку требование о выплате недополученной зарплаты за период с сентября 2016 по декабрь 2017 заявлено истцом в суд 11.09.2019г., тогда как о нарушении своих прав истец должен был знать ежемесячно, в случае не выплаты ему зарплаты, с октября 2016 по январь 2018. Однако в установленные сроки он с такими требованиями ни к работодателю, ни в суд не обращался. Доводы истца и представителя о том, что истец узнал о нарушении своих прав только при увольнении, с учетом вышеизложенного, являются необоснованными.

Частью 4 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации допускается восстановление пропущенного срока обращения в суд при наличии уважительных причин.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации разъяснил, что в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи) (пункт 5 постановления от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации").

В судебной практике к уважительным причинам пропуска срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора относят также обращение работника с нарушением правил подсудности в другой суд, если первоначальное заявление по названному спору было подано этим работником в установленный статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации срок, своевременное обращение работника с письменным заявлением о нарушении его трудовых прав в органы прокуратуры и (или) в государственную инспекцию труда, которыми в отношении работодателя было принято соответствующее решение об устранении нарушений трудовых прав работника, вследствие чего у работника возникли правомерные ожидания, что его права будут восстановлены во внесудебном порядке.

Однако, заявляя о восстановлении срока, истец не назвал обстоятельства, которые могли быть признаны судом объективными препятствиями к своевременному обращению в суд.

Учитывая вышеизложенное, суд считает, что истец не представил суду достаточных и бесспорных доказательств в обоснование заявленных требований о выплате заработной платы, а поэтому в удовлетворении его иска надлежит отказать.

Поскольку судом основные требования истца оставлены без удовлетворения, то не подлежат удовлетворению и производные требования о взыскании процентов за задержку выплаты заработной платы, компенсации морального вреда.

Требования истца к ответчику о выдаче трудовой книжки, удовлетворению не подлежат.

В силу статьи 66 Трудового кодекса Российской Федерации, пункта 3 Правил ведения и хранения трудовых книжек, изготовления бланков трудовой книжки и обеспечения ими работодателей, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 16 апреля 2003 N 225 "О трудовых книжках", работодатель ведет трудовые книжки на каждого работника, проработавшего у него свыше пяти дней, если работа у данного работодателя является для работника основной.

Пунктом 40 Правил предусмотрено, что с целью учета трудовых книжек, у работодателей ведется книга учета движения трудовых книжек. В книге учета движения трудовых книжек, которая ведется подразделением организации, оформляющим прием и увольнение работников, регистрируются все трудовые книжки с указанием серии и номера, выданные работникам вновь. При получении трудовой книжки в связи с увольнением работник расписывается в личной карточке и в книге учета движения трудовых книжек (пункт 41 Правил).

В подтверждение факта выдачи трудовой книжки истца ФИО4 представителю истца при увольнении ФИО4, ответчик представил суду книгу учета движения трудовых книжек и вкладышей в них, где имеется подпись представителя.

В судебном заседании представитель истца не отрицала, что при увольнении истца ей как представителю выдали трудовую книжку. Ссылки представителя на то, что трудовую книжку сразу же у нее изъяли, суд считает неубедительными, данные обстоятельства ничем не подтверждаются, в правоохранительные органы за защитой своих прав ни истец, ни его представитель не обращались. 

Кроме того, к исковому заявлению истец прикладывал копии трудовой книжки, в том числе, с записью об увольнении, где сама представитель своей подписью удостоверила подлинность копии. 

От заявленного ходатайства о назначении почерковедческой экспертизы подписи в книге учета движения трудовых книжек, представитель истца в судебном заседании отказалась.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд 

Р Е Ш И Л :

ФИО4 в иске к ООО «Мирта» о взыскании задолженности по заработной плате, компенсации морального вреда, выдаче трудовой книжки отказать.

Решение может быть обжаловано в Смоленский областной суд через Промышленный районный суд г. Смоленска в течение месяца со дня его принятия судом в окончательной форме. 

Председательствующий судья Т.Е. Яворская