Дело №2-81/2018г. ***

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г.Александров «27» февраля 2018 года

Александровский городской суд Владимирской области в составе:

председательствующего судьи Правдиной Н.В. 

при секретаре Алюшкиной Е.И.,

с участием истца ФИО1,

представителя ответчика ФИО2 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к муниципальному бюджетному учреждению культуры «Александровский художественный музей» об установлении факта трудовых отношений, обязании заключить трудовой договор, внести записи в трудовую книжку, о взыскании задолженности по заработной плате, процентов и компенсации морального вреда, 

У с т а н о в и л:

ФИО1 обратился с вышеназванным иском.

С учетом неоднократных уточнений просил об: установлении факта наличия трудовых отношений в период с 03.07.2017г. по 22.12.2017г. в должности научного сотрудника; обязании заключить трудовой договор на период с 03.07.2017г. по 22.12.2017г.; внести записи в трудовую книжку о трудоустройстве с 03.07.2017г. по 22.12.2017г. и об увольнении по собственному желанию; о взыскании заработной платы за период с 03.07.2017г. по 22.12.2017г. в размере 77280руб. 90коп.; процентов за период с 03.07.2017г. по 22.12.2017г. в размере 100руб. 00коп.; компенсации морального вреда в размере 31415 руб. 00коп. (л.д.91, 204). 

В обоснование указал, что 03.07.2017г. на основании удостоверенного директором музея заявления о приеме на работу от 27.06.2017г., с ведома и по поручению руководителя приступил к работе в должности научного сотрудника, выполнял обязанности в соответствии с должностной инструкцией. Ему было предоставлено рабочее место, организован доступ к необходимым материалам и оргтехнике, работа выполнялась в помещении музея по адресу: ***. От непосредственного руководителя - заведующего отделом научно-исследовательской работы *** получил плановое задание, согласованное с главным хранителем музея ***, исполняющей и обязанности заместителя директора по науке, в ведении которого находится работа отделов музея. 

Несмотря на оформление 03.07.2017г. приказа о приеме на работу ***, выполнение им до ***. работы, трудовой договор заключен не был. 

Также указал, что приговором от 20.06.2017г. осужден по ч.3 ст.160, ч.1 ст.292 УК Российской Федерации с назначением наказания, в т.ч. предусматривающего лишение права занимать руководящие должности в муниципальных бюджетных учреждениях. Должность научного сотрудника не является руководящей, в его обязанности не входит работа с детьми. 

С ***. стали чиниться препятствия к исполнению им служебных обязанностей, а в результате оказанного психологического воздействия, 10.08.2017г. состояние его здоровья ухудшилось, он был госпитализирован. 

После лечения с ***. по устной договоренности с администрацией музея продолжил сдачу архивных материалов и приступил к освобождению служебного помещения. 

Полагал, что факт трудовых отношений подтверждается выполнением им работы, подчинением Правилам внутреннего трудового распорядка, фиксацией его деятельности плановым заданием, записями в книге учета работы, журнале выдачи ключей, актами о проведении экспедиций, фотоматериалами и отчетом за ***. Он имел доступ во все служебные помещения, занимал должность, предусмотренную штатным расписанием. К дисциплинарной ответственности не привлекался, замечаний со стороны работодателя не имел. 

За период с *** включая оплату по листку нетрудоспособности, размер заработка должен был составить 31415руб. 00коп. 

Также указал о необходимости взыскания процентов за задержку заработной платы и о причинении нравственных страданий. 

В суде ФИО1 дополнительно пояснял, что до ***. работал директором МБУК «АХМ». Приступив с 03.07.2017г. к выполнению обязанностей научного сотрудника, имел доступ в помещение фондохранилища «Археология» каб.***, а также, как и прежде в должности директора в иные служебные помещения. При этом занимался и передачей в архив накопленных ранее материалов и предметов. Где подлинник его заявления от ***., ему неизвестно. Объем работы как научного сотрудника был определен им по собственной инициативе плановым заданием на *** впоследствии таковые не составлялись. Работал по графику пятидневной недели с 9 до 17час. 30мин. с перерывом с 13 до 13час. 30мин., на вахте брал и сдавал ключи от служебных помещений. Для работы был обеспечен оргтехникой, одеждой и материалами, необходимыми для эспедиции на реке и обработке обнаруженных предметов. 

Отмечал, что им и *** выполнен большой объем работ по обнаружению и исследованию донных отложений на правом берегу ***. Работы инициированы им, санкционированы ***, являвшимся его непосредственным руководителем. Обнаруженные предметы обрабатывались, классифицировались и фиксировались, в период с 08.09. по 22.12.2017г. работал дома. 

Также указал, что отчет о выполненной работе в июле, сдал ***, журнал проделанной работы велся только относительно объема работ, связанных с обнаруженными материалами донных отложений на р*** 

Полагал доводы ответчика о необходимости предоставления документов при приеме на работу надуманными, поскольку все они имелись у работодателя с периода работы им в должности директора. Необходимости в ознакомлении его с Правилами внутреннего трудового распорядка, положениями Коллективного договора не имелось, поскольку, будучи ранее директором, он сам утверждал указанные документы. 

Возражая против заявления ответчика о пропуске, предусмотренного ст.392 ТК Российской Федерации срока, не отрицал, что уже ***., вследствие оказанного на ФИО2 давления из администрации района, знал об отсутствии приказа о приеме на работу, заработную плату не получал, ***. обратился в профсоюз, а ***. к прокурору. Ссылаясь на нахождение на стационарном лечении, последующее неудовлетворительное состояние здоровья, необходимость оформления искового заявления полагал, что срок не пропущен, на иске настаивал. 

Представитель ответчика директор МБУК «АХМ» ФИО2, имеющая право действовать от имени юридического лица без доверенности, ссылалась на письменные возражения (л.д.47-48, 222).

Дополнительно, не отрицая удостоверение заявления ФИО1 о приеме на работу с 03.07.2017г., поясняла, что приказ не издавался и трудовой договор не заключался вследствие непредоставления ФИО1 необходимых документов. С локальными нормативными актами ФИО1 не знакомился, к работе не допускался. Его присутствие в музее обуславливалось длительной работой директором, уважением со стороны коллектива и необходимостью передачи в архив, накопленных ФИО1 материалов. Отмечала, что выполнение ФИО1 работ как научным сотрудником, ею не санкционировалось, заведующим научно-исследовательским отделом *** с ней не согласовывалось. Исполнение обязанностей научным сотрудником предполагает ответственность за используемые в работе переданные музею на хранение предметы, коллекции и фонды в связи с чем, заводятся специальные карточки, в которых фиксируются сведения о полученных и возвращенных материалах. Такой карточки на имя ФИО1 в ***. не заводилось. 

Также указала, что в течение ***. должностные обязанности работника по кадрам временно исполнялись ***, которой достоверно было известно о непредоставлении ФИО1 необходимых документов и об отказе в заключении с ним трудового договора.

Должностная инструкция научного сотрудника, утверждалась в период осуществления ФИО1 руководства музеем, в связи с чем, копия имеется у него, равно как имелся и доступ к документам и в служебные помещения. Где подлинник заявления ФИО1 ей неизвестно. Журнал хранилища «Археология» номенклатурой не предусмотрен, начат и заполнялся по инициативе ФИО1 В случае оформления плановых заданий, они подлежат удостоверению директором, но как ранее, так и в настоящее время таковые не составляются. С целью ограничения доступа в помещения музея неработающих в нем лиц, ею был издан приказ от ***. Настаивая на пропуске ФИО1 срока для обращения в суд, просила в иске отказать. 

Заслушав объяснения сторон, показания свидетелей, исследовав и оценив письменные доказательства, суд приходит к следующему. 

Согласно части 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации труд свободен; каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

В соответствии с ч.1 ст.15 ТК Российской Федерации трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

В силу ч.1 ст.16 ТК Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим кодексом. 

В соответствии со ст.56 ТК Российской Федерации трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателе или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен (ч.3 ст.16 ТК Российской Федерации).

Как следует из разъяснений, содержащихся в п.12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004г.№2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (ч.2 ст.67 ТК Российской Федерации). При этом следует иметь ввиду, что представителем работодателя в указанном случае является лицо, которое в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами юридического лица (организации) либо локальными нормативными актами или в силу заключенного с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по найму работников, поскольку именно в этом случае при фактическом допущении работника к работе с ведома или по поручению такого лица возникают трудовые отношения (ст.16 ТК Российской Федерации) и на работодателя может быть возложена обязанность оформить трудовой договор с этим работником надлежащим образом. 

Из указанного следует, что трудовые отношения между лицом, фактически допущенным к работе, и работодателем, признаются возникшими, если фактическое допущение к работе произошло с ведома или по поручению работодателя (руководителя организации) или его представителя, обладающего соответствующими полномочиями. Один лишь факт выполнения лицом работ не является достаточным основанием для признания отношений между ним и работодателем трудовыми, если работодатель или его уполномоченный представитель это не признает. 

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что ФИО1 в период с ***. являлся директором МБУК «АХМ» (л.д.134-142).

В соответствии со штатным расписанием МБУК «АХМ», являющегося действующим по настоящее время, утвержденного директором ФИО1, с ***. в музее предусмотрена должность научного сотрудника (л.д.68). 

В обоснование заявленных требований истцом представлена копия его заявления, датированного ***., о приеме в штат музея с ***. на должность научного сотрудника (л.д.7).

На указанном выше заявлении имеется собственноручно выполненная ***. директором МБУК «АХМ» ФИО2, что было подтверждено в ходе судебного разбирательства, запись о принятии ФИО1 научным сотрудником с *** 

Как указала в суде представитель ответчика, ввиду непредоставления истцом необходимых документов, он трудоустроен не был, о чем знал.

Судом установлено, что трудовая книжка находится у истца, работодателю не предоставлялась. 

С доводами истца о несостоятельности требования работодателя о предоставлении наряду с заявлением о приеме на работу и документов, суд не соглашается. 

Обязанность работника предоставить при трудоустройстве необходимые документы прямо предусмотрена положениями ст.65 ТК Российской Федерации.

Также, истцом представлен неудостоверенный работодателем приказ ****** от ***. о приеме ФИО1 на работу с ***. Здесь же указано о наличии трудового договора *** от ***., как на основание к приказу и о размере оплаты труда – 1 ставка, оклад *** надбавка за выслугу в сфере культуры+20% за звание «Заслуженный работник культуры РФ» (л.д.10).

Пояснить обстоятельства возникновения у него проекта приказа истец не сумел, подтвердил, что трудовой договор с ним не заключался. Указав, что распоряжение об издании приказа о трудоустройстве ФИО1 не давала, *** поясняла, что за ***-б значится приказ от ***. о прекращении трудового договора с ***, а за *** трудовой договор, заключенный ***. с ******. (л.д.69, 182-183). 

Директор МБУ «АХМ», осуществляя руководство деятельностью музея на принципах единоначалия, имеет право утверждать планы, отчеты, положения и другие нормативно-правовые акты музея; принимать на работу и назначать на должность, увольнять с работы и освобождать от занимаемой должности всех работников музей (п.7.9. Устава л.д.50-67). 

На л.д.8-9 имеется копия должностной инструкции научного сотрудника музея, действовавшая как указала представитель ответчика в ***., к обязанностям которого отнесены: осуществление научно-исследовательских работ в соответствии с целями, задачами и предметом деятельности музея, согласно утвержденным в установленном порядке планом научно-исследовательских работ; изучение музейных предметов; участие в разработке планов научного комплектования музейных фондов, научной концепции развития музея, концепции экспозиций и выставок; членство в научно-методическом совете; осуществление подготовки публикаций о музейных предметах, закрепленных за музеем; участие в научных конференциях, симпозиумах, исследованиях, научных экспедициях, в т.ч. археологических; подготовка ответов на запросы посетителей музея и СМИ; составление планов проведения научной деятельности и отчет об их исполнении.

Как указал ФИО1 с ***., находясь в подчинении у заведующего научно-исследовательским отделом *** работал в соответствии с составленным по собственной инициативе плановым заданием на ***., в частности участвовал в исследовании донных отложений ***. 

На л.д.11 имеется копия планового задания на ***. с отметками об утверждении его зав. научно-исследовательским отделом *** и о согласовании ***. с главным хранителем, как установлено в суде с *** 

Из содержания должностной инструкции главного хранителя музейных предметов усматривается его подчинение по вопросам исполнения служебных обязанностей директору музея (л.д.185). Одновременно указанной инструкцией не предусмотрено право на согласование запланированного объема работы научного сотрудника научно-исследовательского отдела. 

Свидетель *** показал, что знал о подписанном директором музея заявлении ФИО1 о приеме на работу. Копию заявления ему показал ФИО1 03.07.2017г., по инициативе которого и был составлен план работы на ***. Объем работ с руководителем музея не согласовывался. Научный сотрудник должен находиться в его – ***, подчинении. Вместе с ФИО1 он участвовал в экспедиции по исследованию донных остатков ***, тот фиксировал обнаружение предметов, обрабатывал их и упаковывал. В ходе выполнения работ осуществлялась фотофиксация. План работы на август не составлялся. Журнал работы в хранилище «Археология» был начат ФИО1, сейчас хранится и используется в работе отдела. В тот же период ФИО1 занимался и передачей накопленных в период работы директором материалов в архив музея, что не связано с деятельностью научного сотрудника и во что он – *** не вмешивался. Также указал, что по итогам месяца был составлен отчет, экземпляр которого хранится в отделе, второй передан главному хранителю.

О намерении ФИО1 продолжить работу в должности научного сотрудника после увольнения с должности директора, в музее было известно. Как вновь приступивший к работе сотрудник, ***. ФИО1 представлен не был. Находясь в июле 2017г. музее, ФИО1 занимал то же помещение, что и при работе директором, доступ к которому имел и после увольнения. Систематизацию и обработку обнаруженных предметов на *** осуществлял в фонде «Археология», специального рабочего помещения для него как для научного сотрудника не отводилось. Он - ***, спрашивал у директора о трудоустройстве ФИО1 и примерно ***. ФИО2 сообщила ему, что тот на работу не принят. После больничного ФИО1 в музее не работал.

Свидетель *** показала, что постоянно работая главным хранителем МБУК «АХМ» с ***. была переведена на должность заместителя директора по научной работе, фактически выполняла работу по двум должностям, а также функции работника по кадрам. Заявление о приеме на работу с резолюцией директора ей принес ФИО1, необходимые для трудоустройства документы он не представил. Впоследствии был подготовлен проект приказа, но директор его не подписала, о чем ***. она – ***, сказала ФИО1 Согласовывая план работы на ***., полагала, что ФИО1 принят на работу, т.к. видела его заявление. Где само заявление ФИО1 и проект приказа о приеме на работу, ей неизвестно. Находясь в ***. в музее, ФИО1, как и ранее, будучи директором, занимал помещение пристройки, а также бывал и фондохранилище. Наряду с участием в экспедиции по ***, ФИО1 продолжал систематизацию накопленных ранее материалов и передачу их архив. О том сдавался ли ей отчет о выполненной в ***. работе, не помнит. Сведениями о согласовании *** и ФИО1 работ по *** с руководством музея, не располагает. После больничного ФИО1 на работу не приходил. 

Утверждение указанными выше лицами, к компетенции одного из которых -главный хранитель, а именно так указано в представленном истцом плановом задании, в соответствии с объемом должностных обязанностей это не отнесено, в отсутствие согласования с директором, что прямо предусмотрено Уставом, суд счесть надлежащим не может. 

К объяснениям *** и *** в части выполнения ФИО1 работы как научным сотрудником, суд относится критически и находит их обусловленными прежней деятельностью ФИО1 в должности директора и подтвержденными его же доводами о том, что инициатором оформления планового задания являлся он, им же определялся и объем работ. 

Вместе с тем, ни он, ни *** не являлись лицами, уполномоченными на допущение ФИО1 к работе. 

Кроме того их показания опровергаются нижеследующим. 

На л.д.188-199 имеются табеля учета использования рабочего времени за ***. МБУК «АХМ» не содержащие сведений о фиксации работы ФИО1 в указанные периоды. 

Не указано истцом и опрошенными по его ходатайству свидетелями об иной выполняемой им в соответствии с должностными обязанностями работы научного сотрудника. 

Свидетель *** показала, что работает в музее с ***. До ухода в середине ***. отпуск, как хранитель фондовых предметов она не выдавала ФИО1 предметы из фонда музея, о его работе в должности научного сотрудника, ей неизвестно. В сентябре и позднее ФИО1 в музее не работал, по актам им передавались накопленные в период деятельности директором, материалы. 

Свидетель *** – смотритель музея с ***. показала, что после увольнения ***. в июле ФИО1 приходил в музей. Тогда он брал ключи от занимаемого ранее служебного помещения *** и от фонда «Археология» ***. 

Свидетель *** – кассир музея с ***. показала, что в ее и смотрителей музея обязанности входит фиксация выдачи ключей. После увольнения в ***. ФИО1 приходил в музей в течение июля. Тогда он не являлся сотрудником музея, ключ ему выдавался как бывшему директору. 

Свидетель *** – заведующая архивно-библиотечным отделом музея с ***. показала, что после увольнения в ***., ФИО1 приходил в музей с целью передачи в архив накопленных в период деятельности директора материалов. О том, что ФИО1 вновь трудоустроен, в музее известно не было. 

Изученные в ходе судебного разбирательства судом журналы «Регистрация, прием и сдача ключей от помещения усадьбы, Каретника, выставочного зала и подсобных помещений» (л.д.12-15), содержащий сведения о выдаче и сдаче в течение ***. ФИО1 ключей, исходя из вышеуказанных показаний свидетелей, не подтверждают обстоятельства трудоустройства ФИО1 

Кроме того, ФИО1 показал в суде, что располагал ключом от служебного помещения, сохранившегося у него с периода работы директором. 

Вместе с тем на л.д.34 имеется копия распоряжения директора МБУК «АХМ» от ***. о запрете выдавать ключи от кабинетов и хранилищ официально не трудоустроенным лицам, с наличием которого, как указал истец он связывает начало возникновения препятствий к нахождению его на территории музея и повлекшее ухудшение состояние его здоровья. 

Сведениями об ознакомлении ФИО1 с Правилами внутреннего трудового распорядка суд не располагает. 

В ходе изучения судом журналов о проведении вводного инструктажа по охране труда, о проведении первичного инструктажа по охране труда, регистрации повторного инструктажа на рабочем месте установлено отсутствие в них необходимой информации с 2015г. и ранее.

Как указала представитель ответчика, меры к фиксации необходимой информации предприняты начиная с ***. 

Также, судом установлено и подтверждено лицами участвовавшими в деле, что начисление заработной платы и ее выдача ФИО1 не осуществлялась. 

Объяснения ФИО1 о продолжении им работы после выздоровления с ***. на дому, суд находит несостоятельными и неподтвержденными. 

Изученные судом нормативные акты МБУК «АХМ» не содержат сведений о возможности выполнения трудовых функций научным сотрудником на дому. 

Также ФИО1, и представитель ответчика указали, что на момент увольнения ***., были составлены акты-приема передачи документов, касающиеся непосредственной деятельности музея, а впоследствии, по обоюдной договоренности без определения конкретных сроков, предполагалась передача ФИО1 накопленных им в период деятельности директором предметов и материалов.

На л.д.32-33, 127-130 имеются копии актов, датированные с ***. приема представителем МБУК «АХМ» от ФИО1 на постоянное хранение в архив музея предметов и материалов.

Как указывали лица, участвовавшие в деле и сам истец, по вышеназванным актам им передавались предметы и материалы, собранные в период его трудовой деятельности в должности директора. 

Таким образом, как видно из материалов дела, запись в трудовую книжку ФИО1 о трудоустройстве с ***. не вносилась, приказ о приеме на работу не издавал.

Руководствуясь вышеизложенным, придти к выводу о наличии возникновения трудовых отношений между ФИО1 и МБУК «АХМ» с 03.07.2017г. и оснований к возложению на ответчика обязанности по заключению с истцом трудового договора, а также о том, что отношения сторон носили длящийся характер, истец подчинялся Правилам внутреннего трудового распорядка, соблюдал иные локальные нормативные акты, получал заработную плату и был допущен к работе с ведома или по поручению работодателя, суд не может. 

Поскольку достоверных данных о выполнении истцом трудовой функции, представленные суду доказательства не содержат, а остальные требования ФИО1 производны от требования об установлении факта наличия трудовых отношений, оснований для удовлетворения иска не имеется. 

Кроме того, возражая против удовлетворения иска, представителем ответчика указано и о пропуске ФИО1 трехмесячного срока, предусмотренного ст.392 ТК Российской Федерации для обращения в суд, с чем суд соглашается.

В суде представитель ответчика указала о необходимости исчисления срока с 03.07.2017г. 

В силу ч.1 ст.392 ТК Российской Федерации работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права. 

Установлено, что с иском ФИО1 обратился 21.11.2017г. вх.***.

Как указал ФИО1 об отсутствии надлежаще оформленного приказа о приеме на работу, ему было известно, начиная с ***., когда удостоверенный директором музея соответствующий запрос, подготовленный ***, был направлен в адрес Департамента культуры администрации Владимирской области и в связи с чем, с ***. он обращался к прокурору и в профсоюз (л.д.94, 206). 

Полагал, что срок им не пропущен с учетом нахождения его на стационарном с ***. и последующем до ***. амбулаторном лечении (л.д.35).

Соглашаясь с указанием ФИО1 о необходимости исключения периода нахождения его на стационарном лечении с ***., объективных данных, препятствовавших после этого своевременному обращению в суд, не представлено. 

Необходимость ожидания возвращения из отпуска юриста, подготовившего для него исковое заявление, суд таковым счесть не может. 

С учетом даты обращения ФИО1 в суд 21.11.2017г., очевидно, что им пропущен трехмесячный срок, предусмотренный ст.392 ТК Российской Федерации, что является самостоятельным основанием к отказу в иске.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК Российской Федерации, суд

Р е ш и л:

Исковые требования ФИО1 к муниципальному бюджетному учреждению культуры «Александровский художественный музей» об установлении факта трудовых отношений, обязании заключить трудовой договор, внести записи в трудовую книжку, взыскании задолженности по заработной плате, процентов и компенсации морального вреда, оставить без удовлетворения.

На решение может быть подана апелляционная жалоба во Владимирский областной суд через Александровский городской суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме. 

Председательствующий судья Н.В. Правдина

Подлинный документ находится в производстве Александровского городского суда в гражданском деле № 2-81/2018г.