Дело №

24RS0№-92

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

29 мая 2019 года г. Красноярск

Железнодорожный районный суд г. Красноярска в составе:

председательствующего судьи Каплеева В.А.,

при секретаре Вильмовой Т.А.,

с участием истца ФИО1, 

представителя истца ФИО2,

представителя ответчика КГКУ «КрУДор» ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Краевому государственному казенному учреждению «Управление автомобильных дорог по Красноярскому краю» о защите авторских прав, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился к Краевому государственному казенному учреждению «Управление автомобильных дорог по Красноярскому краю» с иском, в котором указывает, что является автором (правообладателем) объекта интеллектуальной собственности – объемно-пространственного сооружения «Царь-рыба», который изготовлен и установлен полностью на его личные средства. В августе 2018 года из средств массовой информации истцу стало известно о нарушении своих авторских прав со стороны КГКУ «КрУДор», а именно то, что ответчик без уведомления и согласия автора произвел реконструкцию и ремонт объекта авторских правх, чем нарушил право автора на неприкосновенность произведения, на его использование, в результате нарушена не только физическая целостность и первозданность памятника, но и творческий замысел, который положен в основу его создания. Автор полагает, что ответчиком нарушен замысел автора, заключавшийся в естественном старении памятника со всеми накапливающимися шероховатостями, потертостями, оставленными монетками. Истец просит признать КГКУ «КрУДор» нарушившим авторские права ФИО1 на памятник «Царь-рыба», расположенный на смотровой площадке приблизительно в 20 километрах от Красноярска в сторону Дивногорска и запретить КГКУ «КрУДор» вносить изменения (демонтировать, ремонтировать, реконструировать) памятник «Царь-рыба», расположенный на смотровой площадке приблизительно в 20 километрах от Красноярска в сторону Дивногорска, а также взыскать с КГКУ «КрУДор» компенсацию за нарушение авторских прав ФИО1 на памятник «Царь-рыба», расположенный на смотровой площадке приблизительно в 20 километрах от Красноярска в сторону Дивногорска в размере 5 000 000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 (одновременно являющийся лицом, действующим без доверенности от имени третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора – ООО «КИЦ»), представитель истца ФИО2 (также действующая по доверенности от имени ООО «КИЦ») иск поддержали в полном объеме, от имени третьего лица выступили также за удовлетворение иска.

С учетом ранее данных объяснений истец сообщили суду, что его замысел заключался в том, чтобы памятник «накапливал тепло человеческих рук», естественным образом старел, поэтому он не требовал никакого взаимодействия с ним, ни смывания пыли, ни удаления монеток, которые посетители оставляли в щелях в памятнике, ни, тем более, обновления красочного слоя; ФИО1 пояснил, что он заказывал специальные краски, чтобы покрасить металл как можно ближе к цвету осетра, в авторской окраске оттенки цветов на памятнике менялись от верхней к нижней части, были нарисованы пятна наподобие подобных пятен у осетра, а в настоящее время памятник выкрашен просто серым цветом, что портит его художественную ценность. Памятник из листового железа изготовлен в 2004 году по его заказу в кузнечном цеху «Мир кованых изделий» и составляет единую композицию с постаментом, металлической сетью, каменной книгой с надписью. Действия по нарушению авторских прав, по мнению истца и его представителя, совершены ответчиком в августе 2018 года, а тот факт, что именно работники КГКУ «КрУДор» перекрасили памятник в серый цвет, по мнению истца и его представителя, подтверждается сообщениями СМИ и проведенной экспертизой.

Представитель ответчика КГКУ «КрУДор» ФИО3 против иска возражала в полном объеме. Дополнительно (с учетом в том числе ранее данных объяснений) пояснила, что КГКУ «КрУДор» считает не подтвержденным наличие у ФИО1 авторских прав на памятник «Царь-рыба», но и не оспаривает его авторство, поскольку иной автор неизвестен. Пояснила, что земельный участок, на котором расположен памятник, находится в собственности Красноярского края и передан в постоянное бессрочное пользование КГКУ «КрУДор», а объект капитального строительства (подъездная дорога и асфальтированный участок на подъезде к памятнику, вплоть до лестницы к нему) – в оперативное управление. В 2004 году губернатором Красноярского края было дано поручение привести в порядок смотровую площадку между Красноярском и Дивногорском, на это были выделены денежные средства благотворительного фонда ФИО4, бюджетные средства, взносы дорожных организаций. Со слов сотрудников КГКУ «КрУДор» ФИО1 действительно участвовал в создании памятника, но в какой именно части – за давностью времени установить невозможно. Ответчик полагает, что памятник был установлен за государственный счет, на государственной земле и был передан в собственность Красноярского края, но в любом случае перешел в нее по приобретательской давности. До момента предъявления иска КГКУ «КрУДор» неизвестно было о каком-либо авторском замысле относительно неприкосновенности памятника, сотрудники КГКУ «КрУДор» и различных дорожных организаций содержали переданную в управление учреждения территорию смотровой площадки, осуществляли ее уборку и охрану, и в том числе ежегодно смывали пыль и грязь с памятника, периодически «приваривали» металлические усы к нему, которые постоянно отрывали посетители. В августе 2018 года производился ремонт смотровой площадки в преддверии Универсиады-2019, меняли покрытие смотровой площадки, а памятник был на время снят, осмотрен, с него была смыта грязь, снова приварены «усы», убрали оставленные внутри монетки, в отдельных местах, где была коррозия, удалили ее, нанесли защитное покрытие и возвратили на место. Представитель ответчика пояснила, что сотрудники КГКУ «КрУДор» ни в коем случае не вносили в памятник каких-либо изменений и не перекрашивали его, с ее слов, вопрос покраски обсуждался, но она не была произведена из-за отсутствия финансирования, поскольку расходы на подобные работы в бюджете учреждения не заложены. Действия по удалению грязи и монеток, восстановлению «усов», представитель ответчика полагала не нарушающим авторские права, с учетом в том числе полного отсутствия заботы автора о состоянии памятника; предположила, что при отсутствии контроля за памятником со стороны КГКУ «КрУДор» при том поведении, которое допускают посетители, памятник бы к сегодняшнему дню не сохранился вовсе. Доводы истца об изменении цвета на настоящее время по сравнению с изначальным, представитель ответчика объяснила возможностью изменения цвета по прошествии времени под действием внешних факторов, а также субъективным восприятием истца.

Представители третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора – Агентства по управлению государственным имуществом в Красноярском крае – в судебное заседание не явились, о его дате и времени третье лицо извещено посредством вручения уведомления организацией почтовой связи, согласно отзыва Агентство по управлению государственным имуществом в Красноярском крае не усматривает заинтересованности в рассматриваемом споре, позицию по делу не выразило.

В соответствие с положениями ст. 167 ГПК РФ гражданское дело рассмотрено в отсутствие не явившихся представителей третьего лица без самостоятельных требований относительно предмета спора.

Выслушав объяснения сторон, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему. 

В соответствие со ст. 128 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ), к объектам гражданских прав относятся охраняемые результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (интеллектуальная собственность).

В соответствие с п.п. 1 п. 1 ст. 1225 ГК РФ результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются произведения науки, литературы и искусства.

В силу ст. 1226 ГК РФ на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации) признаются интеллектуальные права, которые включают исключительное право, являющееся имущественным правом, а в случаях, предусмотренных ГК РФ, также личные неимущественные права и иные права (право следования, право доступа и другие).

Согласно п. 1 ст. 1227 ГК РФ интеллектуальные права не зависят от права собственности и иных вещных прав на материальный носитель (вещь), в котором выражены соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации.

В силу п.п. 1, 2 ст. 1228 ГК РФ автором результата интеллектуальной деятельности признается гражданин, творческим трудом которого создан такой результат. Автору результата интеллектуальной деятельности принадлежит право авторства, а в случаях, предусмотренных ГК РФ, право на имя и иные личные неимущественные права. Право авторства, право на имя и иные личные неимущественные права автора неотчуждаемы и непередаваемы. Отказ от этих прав ничтожен.

Согласно ст. 1251 ГК РФ в случае нарушения личных неимущественных прав автора их защита осуществляется, в частности, путем признания права, восстановления положения, существовавшего до нарушения права, пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, компенсации морального вреда, публикации решения суда о допущенном нарушении.

В силу п. 1 ст. 1259 ГК РФ объектами авторских прав являются произведения науки, литературы и искусства независимо от достоинств и назначения произведения, а также от способа его выражения, в том числе произведения живописи, скульптуры, графики, дизайна, графические рассказы, комиксы и другие произведения изобразительного искусства.

В силу ст. 1257 ГК РФ автором произведения науки, литературы или искусства признается гражданин, творческим трудом которого оно создано. Лицо, указанное в качестве автора на оригинале или экземпляре произведения либо иным образом в соответствии с пунктом 1 статьи 1300 ГК РФ, считается его автором, если не доказано иное.

В силу п. 1 ст. 1300 ГК РФ информацией об авторском праве признается любая информация, которая идентифицирует произведение, автора или иного правообладателя, либо информация об условиях использования произведения, которая содержится на оригинале или экземпляре произведения, приложена к нему или появляется в связи с сообщением в эфир или по кабелю либо доведением такого произведения до всеобщего сведения, а также любые цифры и коды, в которых содержится такая информация.

Среди личных неимущественных прав автора, предоставленных ему законом, предусматривается право на неприкосновенность произведения и защита произведения от искажений.

В соответствие с п.п. 4 п. 2 ст. 1255 ГК РФ автору произведения принадлежат следующие права: право на неприкосновенность произведения.

В соответствие со статьей 6bis Бернской Конвенции по охране литературных и художественных произведений от 09.09.1886, действующей в Российской Федерации согласно Постановления Правительства РФ от 03.11.1994 № 1224 о присоединении Российской Федерации к данной Конвенции, независимо от имущественных прав автора и даже после уступки этих прав, он имеет право требовать признания своего авторства на произведение и противодействовать всякому извращению, искажению или иному изменению этого произведения, а также любому другому посягательству на произведение, способному нанести ущерб чести или репутации автора.

Согласно ст. 1266 ГК РФ не допускается без согласия автора внесение в его произведение изменений, сокращений и дополнений, снабжение произведения при его использовании иллюстрациями, предисловием, послесловием, комментариями или какими бы то ни было пояснениями (право на неприкосновенность произведения). 

Извращение, искажение или иное изменение произведения, порочащие честь, достоинство или деловую репутацию автора, равно как и посягательство на такие действия, дают автору право требовать защиты его чести, достоинства или деловой репутации в соответствии с правилами статьи 152 ГК РФ. В этих случаях по требованию заинтересованных лиц допускается защита чести и достоинства автора и после его смерти. В случаях, предусмотренных пунктом 5 статьи 1233 и пунктом 2 статьи 1286.1 ГК РФ, автор может дать согласие на внесение в будущем изменений, сокращений и дополнений в свое произведение, на снабжение его при использовании иллюстрациями и пояснениями, если это вызвано необходимостью (исправление ошибок, уточнение или дополнение фактических сведений и т.п.), при условии, что этим не искажается замысел автора и не нарушается целостность восприятия произведения.

В силу п. 1 ст. 1301 ГК РФ в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных ГК РФ (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

В судебном заседании установлено, что в собственности Красноярского края находится земельный участок с кадастровым номером: 

<

данные изъяты> по адресу: 

<

адрес>, участок в 

<

адрес>, на 23+100 автомобильной дороги «Енисей» М-54, который предоставлен КГКУ «КрУДор» ДД.ММ.ГГГГ №р распоряжением администрации 

<

адрес> на праве постоянного бессрочного пользования (т. 1 л.д. 90). 

На указанном земельном участке на смотровой площадке находится скульптурная композиция, состоящая из каменного постамента, из осетра, выполненного из металла, а также из металлической сети, выполненной из камня книги на металлическом постаменте (далее именуемая в целом «скульптурная композиция «Царь-рыба»), о чем в материалах дела имеются многочисленные фотографии и на что указывают обе стороны при рассмотрении дела. В соответствие с положениями п. 1 ст. 1259 ГК РФ данная скульптурная композиция вне зависимости от художественных достоинств и назначения является объектом авторских прав.

Суд полагает установленным юридически значимое обстоятельство, что истец ФИО1 в соответствие с положениями ст. 1257 ГК РФ является автором данной скульптурной композиции. При этом суд учитывает представленный истцом сертификат регистрации объекта интеллектуальной собственности на объемно-пространственное сооружение «Царь-рыба» (т. 1 л.д. 16), а также представленную истцом фотографию таблички у памятника (т. 1 л.д. 75) с надписью: «1 мая 2004 года поселок Овсянка Царь-рыба к 80-летию ФИО5 от благодарных земляков композиция изготовлена и установлена на личные средства автора – ФИО1». Исходя из положений ст.ст. 1257, 1300 ГК РФ авторство лица, указанного на произведении, презюмируется, а поскольку со стороны ответчика либо третьих лиц не доказано авторство иного лица (а равно наличие на памятнике указания на иное авторство), приведенные доказательства являются достаточными для подтверждения наличия у истца представленных ГК РФ исключительных, а также неимущественных прав на скульптурную композицию «Царь-рыба». 

При оценке доводов истца о нарушении его права на неприкосновенность произведения суд учитывает следующее.

Как следует из положений ст. 1227 ГК РФ, интеллектуальные права не зависят от права собственности и иных вещных прав на материальный носитель (вещь), в котором выражены соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, таким образом, разногласия между истцом и ответчиком относительно нахождения памятника в собственности ФИО1 либо в собственности Красноярского края (по факту изготовления на бюджетные средства или за приобретательской давностью) не имеют правового значения для решения вопроса о нарушении неимущественных прав автора. 

Как следует из свидетельства о регистрации права, из выписки из ЕГРН (т. 1 л.д. 138-141), из соглашения об установлении частного сервитута (т.1 л.д. 130-135) собственником земельного участка, на котором расположена скульптурная композиция «Царь-рыба», является Красноярский край, при этом земельный участок предоставлен в постоянное бессрочное пользование КГКУ «КрУДор», а также на него установлен частный сервитут с правом ограниченного пользования в пользу ООО «КИЦ» (генеральный директор – ФИО1).

Согласно акта обследования автомобильной дороги межмуниципального значения «подъезд к площадке отдыха «Царь-рыба» (т. 1 л.д. 172-177) и приложенных к нему фотографий, 02.08.2018 комиссия в составе представителей КГКУ «КрУДор» и ООО «Стройсервис» провела обследование скульптурной композиции «Царь-рыба», по результатам которого выявлены дефекты: сколы лакокрасочного покрытия по всей поверхности, коррозия металла в местах швов сварных соединений, из четырех усов отсутствуют три, четвертый качается, в местах крепления коррозия металла, текст книги нечитаемый, частичное стирание краски. Из представленных фотографий усматривается, что 02.08.2018 входящий в скульптурную композицию металлический осетр действительно снят с постамента.

Из акта обследования автомобильной дороги от 14.10.2018, составленного комиссией в аналогичном составе, усматривается, что на 14.10.2018 входящий в скульптурную композицию металлический осетр возвращен на постамент, при этом имеются дефекты: загнут один ус, механическое повреждение лакокрасочного покрытия.

Основанием искового заявления является допущенное, по мнению истца, со стороны КГКУ «КрУДор» искажение и изменение произведения в августе 2018 года.

Оценивая наличие оснований для признания факта нарушения личных неимущественных прав автора, суд учитывает положения ст. 56 ГПК РФ: каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом, а также разъяснения о распределении бремени доказывания, приведенные в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 19.06.2006 № 15 «О вопросах, возникших у судов при рассмотрении гражданских дел, связанных с применением законодательства об авторском праве и смежных правах»: истец должен подтвердить факт принадлежности ему авторского права и (или) смежных прав или права на их защиту, а также факт использования данных прав ответчиком; ответчик обязан доказать выполнение им требований закона при использовании произведений и (или) объектов смежных прав. 

Кроме того, как разъяснено в п. 87 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», право на неприкосновенность произведения (абзац первый пункта 1 статьи 1266 ГК РФ) касается таких изменений произведения, которые не связаны с созданием нового произведения на основе имеющегося. Соответствующие изменения допускаются с согласия автора (или иного лица в случае, предусмотренном абзацем вторым пункта 1 статьи 1266 ГК РФ), которое должно быть определенно выражено. При отсутствии доказательств того, что согласие было определенно выражено, оно не считается полученным.

Суд приходит к выводу, что вопреки утверждениям представителя истца, что ответчиком факт перекраски скульптурной композиции «Царь-рыба» признан, представитель КГКУ «КрУДор» на всем протяжении судебного разбирательства отрицал факт изменения данной скульптурной композиции действиями работников учреждения, иск не признавал ни полностью, ни частично, из фактических обстоятельств признавал лишь чистку скульптурной композиции от пыли и грязи, приваривание отломившихся элементов («усов») к металлическому осетру, покрытие мест, где выломаны металлические усы, лаком (защитным слоем), чтобы скульптура меньше ржавела. 

Следовательно, оснований для освобождения истца от доказывания факта нарушения его неимущественных прав автора суд не находит.

Анализируя представленные истцом доказательства, суд находит, что доводы об изменении объекта авторских прав основаны на сообщениях СМИ, в подтверждение чего представлены распечатки материалов, размещенных в информационно-телекоммуникационной сети Интернет (т. 1 л.д. 23-47). Исходя из разъяснений, данных в п. 55 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», подобные распечатки материалов могут быть приняты судом в качестве доказательств, на основании которых устанавливается факт нарушения интеллектуальных прав.

Вместе с тем, суд приходит к выводу, что ни в одном из представленных материалов СМИ не сообщается, что работники КГКУ «КрУДор» осуществили перекраску (а равно обновление красочного покрытия, а равно любое иное изменение внешнего вида) скульптурной композиции «Царь-рыба». В указанных сообщениях безадресным образом (без указания на конкретные лица и организации) упоминается, что металлическую сеть, входящую в скульптурную композицию, «засеребрили», страницы «каменной книги» почистили, при этом автор публикации «Царский ремонт» (т. 1 л.д. 37) ссылается не на сведения, полученные от работников КГКУ «КрУДор», а на «создателей памятника» и ФИО1.

В публикации на сайте newslab.ru (т. 1 л.д. 38) сообщается новость о том, что «рыбу отмыли», а также безадресным образом (без указания на исполнителя) в будущем времени сообщается о том, что ей «обновят покраску». 

На проводимый КГКУ «КрУДор» ремонт на смотровой площадке имеется ссылка только в публикации на сайте tvk6.ru (т. 1 л.д. 39-47), однако в ней упоминается благоустройство площадки, установка туалета на ней, сведений о каком-либо ремонте в отношении скульптурной композиции не содержится.

Суд признает относимыми и допустимыми доказательствами акты осмотра КГКУ «КрУДор» с приложением фотографий, на которых зафиксировано состояние скульптурной композиции на 02.08.2018 до проводимого КГКУ «КрУДор» ремонта по благоустройству смотровой площадки и после (т. 1 л.д. 172-182), однако из данных фотографий суд не усматривает каких-либо визуально заметных изменений вида скульптурной композиции, произошедших в августе-октябре 2018 года (из которых возможно было бы сделать вывод о вторжении в право автора на неприкосновенность), в частности, полоски в верхней части памятника просматриваются и до ее снятия с постамента в августе 2018 года, и после в октябре 2018 года. 

Визуально изменения, произошедшие за неустановленный период времени, во внешнем виде металлического осетра в составе скульптурной композиции суд усматривает на фотографиях, представленных истцом (т. 1 л.д. 163-170). Вместе с тем, из указанных фотографий невозможно установить, когда произошло изменение внешнего вида скульптурной композиции, а также данные фотографии не свидетельствуют каким-либо образом о причастности к изменению внешнего вида скульптурной композиции сотрудников КГКУ «КрУДор»; представленные фотографии не исключат, что изменение цвета металлического осетра в составе скульптурной композиции могло произойти и до передачи 10.11.2014 соответствующей территории в постоянное бессрочное пользование КГКУ «КрУДор». 

Вопреки доводам истца, суд не признает то обстоятельство, что скульптурная композиция находится на территории, обслуживаемой КГКУ «КрУДор» и находящейся в ее бессрочном пользовании, достаточным для презумпции об ответственности сотрудников КГКУ «КрУДор» за происходящие со скульптурной изменения.

Суд учитывает, что данный земельный участок, на котором расположена скульптурная композиция, на момент рассматриваемый событий (август 2018 года) находился в ограниченном пользовании Общества с ограниченной ответственностью «КИЦ» (т. 1 л.д. 117-122), генеральным директором которого является ФИО1, в связи с чем у суда отсутствуют основания для автоматического возложения ответственности за любые происходящие на данном земельном участке изменения на ответчика, поскольку данные изменения могут быть в равной степени обусловлены и действиями возглавляемой самим истцом организации.

Судом проанализировано искусствоведческое экспертное заключение, представленное ФИО1, и сделан вывод, что данное заключение не может быть признано допустимым и достоверным доказательством по следующим причинам.

В данном заключении экспертом сделаны выводы о том, что авторство памятника «Царь-рыба» установлено; о том, что сравнительный анализ авторской покраски и покраски «Царь-рыба» работниками КРуДора показал, что наибольшая схожесть с оригиналом (сибирским осетром) имеется в авторском исполнении; о том, что работы КРуДора пагубно повлияли на внешний, художественно-эстетический облик, задуманный автором, и сохранность памятника «Царь-рыба». 

При этом суд отмечает, что согласно данного заключения обстоятельства дела, исходя из которых эксперт проводил исследование, эксперту сообщены со слов истца ФИО1, что суд полагает ненадлежащей формой сбора первичных данных, по которым проводится экспертиза; также суд находит, что специалистом (экспертом) ФИО6 сделаны выводы правового характера (в частности, об авторстве), которые относятся к прерогативе суда. Кроме того, сделанные ФИО6 выводы относятся на допущениях о том, что работники КГКУ «КрУДор» провели в отношении памятника некие работы, при этом из мотивировочной части невозможно установить, в отношении каких конкретно работ и за какой период времени сделаны такие выводы, а также на основании чего эксперт пришел к выводу именно о таких видах работ, на которые он указывает (в частности, на основании чего эксперт пришел к выводу о том, что работники КГКУ «КрУДор», а равно любые иные неустановленные лица, смыли авторский грунт, красочный и лаковый слой, новый слой краски нанесли с соблюдением технологий, данные о каких-то исследованиях в данной части не содержатся).

Поскольку суд признает не установленными в судебном заседании допущения, устно сообщенным истцом специалисту (эксперту), на основе которых базируются выводы специалиста (эксперта) ФИО6, а именно допущения о том, что работники КГКУ «КрУДор» провели в отношении памятника работы по снятию лакокрасочного покрытия и грунта, по нанесению нового лакокрасочного покрытия, суд признает приведенные в упомянутом заключении выводы лишенными доказательственного значения.

Таким образом, суд признает не доказанным факт внесения ответчиком КГКУ «КрУДор» изменений в объект авторского права – скульптурную композицию «Царь-рыба», которые бы могли быть по смыслу ст. 1266 ГК РФ расценены как нарушение права на неприкосновенность произведения.

Тот объем внешнего воздействия на скульптурную композицию «Царь-рыба», который признан ответчиком и в силу этого установлен в судебном заседании в силу ч. 2 ст. 68 ГПК РФ (восстановление отломанных гражданами деталей скульптуры – усов, смывание грязи и пыли, нанесение лака на места поврежденных деталей скульптуры) суд не признает нарушением права истца ФИО1 на неприкосновенность произведения.

Суд при этом учитывает, что по смыслу ст. 1266 ГК РФ и статьи 6bis Бернской Конвенции по охране литературных и художественных произведений, нарушение права на неприкосновенность произведения подразумевает не любое внешнее воздействие на материальный носитель, в котором выражен объект авторского права, но воздействие, которое привело к извращению, искажению или иному изменению этого произведения.

Объем внешнего воздействия на материальный носитель (скульптурную композицию), который признан ответчиком и в силу этого доказан истцом, заключается не в изменении произведения, а в поддержании материального носителя произведения в текущем состоянии на закрепленной за ответчиком территории. 

При этом суд не может принять доводы искового заявления о том, что даже смывание пыли со скульптуры изменяет произведение, поскольку замысел автора заключается в абсолютном отсутствии ухода за памятником и его восстановления (в «естественном старении», «накоплении тепла человеческих рук»), поскольку подобный замысел автора внешне в скульптурной композиции не объективирован и подобное толкование права на неприкосновенность произведения, размещенного в открытом доступе, позволило бы определять нарушение неимущественного права автора чрезмерно широко, объявляя постфактум нарушением личного неимущественного права на авторский замысел любое действие в отношении материального носителя произведения. Кроме того, подобные аргументы автора являются противоречивыми, поскольку он, с одной стороны, объявляет нарушением права автора даже такое воздействие, как уборка грязи и монет со стороны одних лиц (ответчика), и при этом не считает нарушением права на неприкосновенность гораздо более существенные воздействия со стороны неустановленных граждан-посетителей смотровой площадки (отламывание частей скульптуры, ее повреждение, помещение внутрь металлической скульптуры монет).

Оценивая нарушение прав ФИО1 на неприкосновенность произведения как действительное либо мнимое, суд также учитывает фактически сложившийся при полном согласии автора произведения порядок его эксплуатации. 

Суд усматривает, что установивший скульптурную композицию автор (даже если исходить из того, что он установил ее за собственный счет, а не за счет благотворительного фонда ФИО4 и краевых дорожных организаций, чего по делу не установлено, поскольку это не входило в предмет доказывания), установил ее не под собственной охраной и наблюдением, а в свободном для неопределенного круга лиц доступе, на не принадлежащем ему земельном участке, не урегулировав при этом (ни письменно, ни посредством даже устной договоренности с представителями собственника земельного участка) никаким образом вопросы обслуживания и охраны скульптурной композиции «Царь-рыба», в том числе не оговорив особенности авторского замысла и недопустимость поддерживающих и восстановительных работ. Каких-либо сведений и доказательств о том, что истец на протяжении последних 14 лет осуществлял поддержание скульптурной композиции и восстановление ее поврежденных частей, в материалы дела сторонами не представлено, при том, что суд признает заслуживающими внимания доводы ответчика, что при имеющейся популярности смотровой площадки без минимального контроля со стороны обслуживающих организаций скульптурная композиция могла бы быть к настоящему времени уничтожена.

Суд приходит к выводу, что ФИО1 в 2004 году отдал скульптурную композицию в фактическое эксплуатационное обслуживание неопределенным уполномоченным органам государственной власти Красноярского края, небезосновательно полагая при этом, что ее установка носит общественно значимый характер, а не служит только его личным интересам, в связи с чем уполномоченные органы будут осуществлять содержание скульптурной композиции и прилегающей к ней территории. 

Вместе с тем, действия автора по отношению к подобным ответственным органам управления и учреждениям Красноярского края (из которых в рамках рассматриваемого дела ответчиком является КГКУ «КрУДор»), который, по прошествии 14 лет подобного безучастного поведения, не обратившись к какими-либо претензиями или предложениями к КГКУ «КрУДор» после появления в СМИ сообщений о ремонте смотровой площадки, либо сразу после, не предложивший в досудебном порядке какой-либо порядок использования материального носителя авторских прав, его восстановления и ремонта, обратился напрямую с иском о взыскании компенсации в размере 5 000 000 руб., не могут быть с точки зрения положений ст. 10 ГК РФ признаны добросовестными и предсказуемыми для иных участников гражданского оборота. В частности, подобные действия не могут быть признаны добросовестными по отношению к ответчику КГКУ «КрУДор», сотрудники которого, как следует из объяснений ответчика, относились к скульптурной композиции как к объекту краевой собственности, не подозревая о наличии у ее автора (который не заявлял о своих правах на протяжении 14 лет) особого авторского замысла, связанного с поддержанием скульптуры в определенном состоянии и ее «естественным старением».

Исходя из положений ст. 10 ГК РФ не допускается заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 данной статьи, суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Оснований для применения в рассматриваемом деле способов защиты, предусмотренных ст. 152 ГК РФ, суд не находит, поскольку исходя из положений п. 2 ст. 1266 ГК РФ подобные способы применимы, если истцом будет доказано, что извращение, искажение или иное изменение произведения порочат его честь, достоинство или деловую репутацию автора, а равно посягают на такие действия, чего по настоящему делу не установлено. 

При изложенных обстоятельствах суд приходит к выводу о недоказанности со стороны истца факта нарушения его личного неимущественного права автора, на которое он ссылается, что влечет отказ в удовлетворении требований о признании ответчика нарушившим авторские права истца, а также требований о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения. Требования о взыскании компенсации за нарушение исключительного права также подлежат оставлению без удовлетворения, поскольку соответствующие требования основываются на нарушении прав автора, чего по настоящему делу не установлено, а также потому, что истцом в данной части требований избран ненадлежащий способ защиты права: взыскание компенсации в размере до 5 миллионов рублей по усмотрению суда предусмотрено в соответствие со ст.ст. 1301, 1252 за нарушение исключительного права, тогда как основанием иска является предполагаемое нарушение личного неимущественного права – права на неприкосновенность (п.п. 4 п. 2 ст. 1255 ГК РФ).

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Краевому государственному казенному учреждению «Управление автомобильных дорог по Красноярскому краю» о защите авторских прав отказать. 

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Красноярского краевого суда в течение месяца с момента его изготовления в полном объеме, путем подачи апелляционной жалобы через Железнодорожный районный суд г. Красноярска.

Решение изготовлено в полном объеме 05.06.2019.

Судья В.А. Каплеев

КОПИЯ ВЕРНА

Судья В.А. Каплеев