ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Президиума Верховного Суда Республики Башкортостан

по делу № 44г – 400 / 2018

г. Уфа 3 октября 2018 г.

Президиум Верховного Суда Республики Башкортостан в составе

председательствующего Иващенко В.Г.,

членов президиума Васильевой Е.Г., Латыповой З.У., 

ФИО1, ФИО2, 

с участием прокурора Логинова В.М.

при секретаре Абдуллиной В.Ф. 

рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3, действующей за себя и в интересах несовершеннолетних детей ФИО4, ФИО5, к обществу с ограниченной ответственностью трест «Башгражданстрой» о компенсации морального вреда, причиненного в связи с гибелью кормильца в результате несчастного случая на производстве,

переданное для рассмотрения определением судьи Верховного Суда Республики Башкортостан Гадиева И.С. от 18 сентября 2018 г.

по кассационной жалобе ФИО3, действующей за себя и в интересах несовершеннолетних детей ФИО4, ФИО5, поданной 27 июля 2018 г., на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан от 6 февраля 2018 г.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Республики Башкортостан Гадиева И.С., выслушав объяснения представителя истца ФИО3 ФИО6, поддержавшей доводы кассационной жалобы, заключение прокурора Логинова В.М., полагавшего оспариваемое апелляционное определение подлежащим отмене с направлением дела на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции, президиум

установил:

ФИО3, действуя за себя и в интересах несовершеннолетних детей ФИО4, дата года рождения, ФИО5, дата года рождения, обратилась в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью трест «Башгражданстрой» (далее также - ООО трест «Башгражданстрой», Общество) о компенсации морального вреда, причиненного в связи с гибелью кормильца в результате несчастного случая на производстве, в размере 2 000 000 рублей. 

Требования мотивировала тем, что ее супруг, отец их сыновей, ФИО7, работая каменщиком комплексной бригады на участке строительных и монтажных работ ООО «Трест «Башгражданстрой», 11 декабря 2015 г. погиб в результате несчастного случая на производстве. Его смерть причинила их семье невыносимые нравственные страдания. Руководство ответчика по соглашению выплатило истцу 1 000 000 рублей с условием, что она не будет обращаться в суд. В указанном соглашении отказ от взыскания компенсации морального вреда оговорен не был, кроме того соглашение было заключено только от имени ФИО3, не указано, что она действует также как представитель несовершеннолетних детей. С учетом того, что официальная заработная плата на предприятии значительно занижалась, что повлекло выплату детям страховых выплат в заниженном размере, полагала что выплата 1 000 000 рублей на семью из 3 человек не является справедливой компенсацией причиненного вреда. 

Решением Орджоникидзевского районного суда г. Уфы от 23 ноября 2017 г. исковые требования ФИО3 удовлетворены частично;

с ООО трест «Башгражданстрой» в пользу ФИО3, ФИО4, ФИО5 взыскана компенсация морального вреда в размере по 300 000 рублей в пользу каждого;

с ООО трест «Башгражданстрой» в бюджет городского округа г. Уфа взысканы расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 рублей;

в удовлетворении исковых требований ФИО3, действующей за себя и в интересах несовершеннолетних детей ФИО4, ФИО5, к ООО трест «Башгражданстрой» о взыскании расходов на оформление доверенности в размере 1 300 рублей отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан от 6 февраля 2018 г. решение Орджоникидзевского районного суда г. Уфы от 23 ноября 2017 г. изменено в части взыскания компенсации морального вреда;

с ООО трест «Башгражданстрой» в пользу ФИО3, ФИО4, ФИО5 взыскана компенсация морального вреда в размере 100 000 рублей в пользу каждого;

в остальной части решение Орджоникидзевского районного суда г. Уфы от 23 ноября 2017 г. оставлено без изменения.

В кассационной жалобе ФИО3, действуя за себя и в интересах несовершеннолетних детей ФИО4, ФИО5, просит отменить апелляционное определение, оставить в силе решение суда первой инстанции. 

Ссылается на то, что достигнутое с работодателем соглашение не содержит условий о том, что оговоренная сумма выплачивается в счет компенсации морального вреда, дети в соглашении не фигурируют; соглашение носит дискриминационный характер, поскольку направлено на лишение членов семьи погибшего положенных выплат. Указывает на то, что суд апелляционной инстанции не дал должной оценки действиям работодателя, не представлявшего в Фонд социального страхования действительные данные о заработной плате погибшего, что лишило детей права на полное получение ежемесячных страховых выплат, а также на то, что судом не учтены положения отраслевого соглашения и коллективного договора. Выражает несогласие с размером компенсации морального вреда, определенного судебной коллегией. Ссылается на непривлечение к участию в деле судом второй инстанции несовершеннолетнего ФИО5, достигшего 14-летнего возраста. Полагает, что погашение ею задолженности по ипотечному кредиту на квартиру денежными средствами, полученными от работодателя по соглашению, не может быть расценено в качестве злоупотребления правом, она действовала в интересах детей. 

Определением судьи Верховного Суда Республики Башкортостан Гадиева И.С. от 18 сентября 2018 г. дело по кассационной жалобе ФИО3, действующей за себя и в интересах несовершеннолетних детей ФИО4, ФИО5, передано для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции - президиума Верховного Суда Республики Башкортостан.

Все участники судебного процесса извещены о времени и месте проведения судебного заседания президиума Верховного Суда Республики Башкортостан заблаговременно и надлежащим образом. На основании статьи 385 ГПК Российской Федерации президиум считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

В соответствии со статьей 387 ГПК Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Президиум находит, что такие нарушения допущены судом апелляционной инстанции при рассмотрении данного дела.

Судами первой и апелляционной инстанций установлено и подтверждается материалами дела, что приказом №... от дата ФИО7 принят на работу в ООО трест «Башгражданстрой» на должность каменщика комплексной бригады 2 разряда.

11 декабря 2015 г. произошел несчастный случай на производстве, в результате которого ФИО7 погиб.

Актом № 1 о несчастном случае на производстве от 29 декабря 2015 г. установлено, что причинами нечастного случая стали: неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в отсутствии контроля со стороны ответственного лица за соблюдением мер безопасности, предусмотренных нарядом-допуском, в отсутствии контроля за трудовой и производственной дисциплиной, допуске в состоянии алкогольного опьянения, нарушение правил оформления наряда-допуска, применение не предусмотренного технологической документацией деревянного настила на монорельсе машинного помещения, не применение предохранительного пояса вблизи перепада на высоте более 1,8 м, нарушение работниками дисциплины труда, выразившееся в нахождении на территории строительной площадки в состоянии алкогольного опьянения, в выполнении не порученной работы. 

ФИО7 являлся супругом ФИО3, отцом ФИО5, дата года рождения, и ФИО4, дата года рождения. 

На основании соглашения от 22 января 2016 г., заключенного между ФИО8, действующим от имени ООО трест «Башгражданстрой», и ФИО3, ООО трест «Башгражданстрой» в добровольном порядке возместило ФИО3 «вред, понесенный по случаю смерти кормильца, расходы на погребение, компенсацию по заработной плате, выходным пособиям, и другие выплаты, перечисленные в ГК Российской Федерации, ТК Российской Федерации» в размере 1 000 000 рублей.

Разрешая спор, суд первой инстанции со ссылкой на положения статей 22, 212, 220 ТК Российской Федерации, статей 151, 1099 ГК Российской Федерации, пункта 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» пришел к выводу о том, что смерть ФИО7 в результате несчастного случая на производстве причинила истцам моральный вред, который подлежит компенсации ответчиком. 

Суд апелляционной инстанции согласился с указанным выводом.

Определяя размер компенсации морального вреда в размере по 300 000 рублей в пользу каждого из истцов, суд первой инстанции принял во внимание фактические обстоятельства дела, степень страданий истцов, требования разумности и справедливости, наличие в действиях самого пострадавшего грубой неосторожности, а также факт выплаты ответчиком в добровольном порядке 1 000 000 рублей. 

Изменяя решение суда в данной части и снижая размер компенсации до 100 000 рублей в пользу каждого истца, суд апелляционной инстанции сослался на то, что судом не учтен факт несения ответчиком дополнительных расходов по организации похорон, предоставлению транспорта, оплате ограды, оплате продуктов на организацию поминального обеда. Суд апелляционной инстанции также усмотрел признаки злоупотребления правом в действиях ФИО3, пояснившей в судебном заседании, что она направила 1 000 000 рублей, выплаченные ответчиком, на погашение кредитной задолженности по ипотеке. 

С указанными выводами суда апелляционной инстанции согласиться нельзя по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК Российской Федерации, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК Российской Федерации).

В соответствии с частью 1 статьи 195 ГПК Российской Федерации решение суда должно быть законным и обоснованным. При этом в мотивировочной части решения суда должны быть указаны доказательства, на которых основаны выводы суда об обстоятельствах дела; доводы по которым суд отвергает те или иные доказательства (часть 4 статьи 198 ГПК Российской Федерации).

Придя к выводу о злоупотреблении ФИО3 своим правом, судебная коллегия не указала, в чем конкретно оно выразилось и почему погашение истцом ипотечного кредита в тех условиях, когда семья погибшего лишилась дохода от трудовой деятельности кормильца, свидетельствует именно о намерении ФИО3 причинить вред ответчику, а не направлено на соблюдение жилищных интересов несовершеннолетних детей. 

Оказание ответчиком помощи в виде расходов по организации похорон, предоставлению транспорта, оплаты ограды, оплаты продуктов на организацию поминального обеда свидетельствует о возмещении им материального вреда на погребение погибшего, что предусмотрено положениями статьи 1094 ГК Российской Федерации. 

Положения статей 151, 1100, 1101 ГК Российской Федерации, регламентирующие основания, способ и размер компенсации морального вреда, не содержат в себе условий о необходимости учета факта возмещения материального ущерба при определении размера компенсации морального вреда. 

В силу статьи 237 ТК Российской Федерации работник вправе требовать возмещения морального вреда в случае нарушения его трудовых прав неправомерными действиями или бездействием работодателя; данный вред возмещается в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора; в случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Следовательно, выводы суда апелляционной инстанции о необходимости учета сумм, понесенных ответчиком на погребение, при определении размера компенсации морального вреда, являются неправильными, основанными на ошибочном применении норм материального права, регулирующих спорные отношения сторон.

Кроме того, судом апелляционной инстанции были допущены нарушения процессуальных прав несовершеннолетнего ФИО5, дата года рождения, на момент рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции достигшего возраста 14 лет. 

Согласно части 4 статьи 330 ГПК Российской Федерации основанием для отмены решения суда первой инстанции в любом случае является, в частности, принятие судом решения о правах и об обязанностях лиц, не привлеченных к участию в деле (пункт 4), рассмотрение дела в отсутствие кого-либо из лиц, участвующих в деле и не извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания (пункт 2).

Согласно части 3 статьи 37 ГПК Российской Федерации права, свободы и законные интересы несовершеннолетних в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет защищают в процессе их законные представители. Однако суд обязан привлекать к участию в таких делах самих несовершеннолетних.

При таких обстоятельствах ФИО5 подлежал привлечению к участию в деле, однако судебной коллегией не был извещен о рассмотрении дела 6 февраля 2018 года.

Иные доводы кассационной жалобы, как направленные на переоценку доказательств и установленных по делу обстоятельств, не являются основанием для отмены оспариваемого судебного постановления. 

Допущенные судом апелляционной инстанции нарушения норм материального и процессуального права являются существенными, они повлияли на исход дела и без их устранения невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов заявителя, в связи с чем апелляционное определение подлежит отмене, а дело - направлению на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

При новом рассмотрении дела суду следует учесть изложенное, правильно определить обстоятельства, имеющие значение для дела, верно применить нормы материального права и принять решение в строгом соответствии с законом и установленными по делу обстоятельствами.

Руководствуясь статьями 388, 390 ГПК Российской Федерации, президиум Верховного Суда Республики Башкортостан

постановил:

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан от 6 февраля 2018 г. отменить, дело направить на новое апелляционное рассмотрение в тот же суд в ином составе судей.

Председательствующий В.Г. Иващенко