Судья 1-й инстанции: Кашинова Я.Г. № 22-648/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

27 февраля 2025 года г. Иркутск

Суд апелляционной инстанции Иркутского областного суда в составе председательствующего Полухиной О.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Тетьевой Е.В.,

с участием прокурора Огородниковой А.А.,

обвиняемого ФИО1, посредством использования системы видео-конференц-связи, 

его защитника – адвоката Фахрутдинова А.Х.,

рассмотрел в открытом судебном заседании материал по апелляционной жалобе защитника обвиняемого ФИО1 – адвоката Фахрутдинова А.Х. на постановление Октябрьского районного суда г. Иркутска от 11 февраля 2025 года, которым

ФИО15, родившемуся Дата изъята в 

<

адрес изъят>, гражданину РФ, не судимому, обвиняемому в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «а, б» ч. 3 ст. 228.1; ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ,

в порядке ст. 109 УПК РФ продлен срок содержания под стражей на 2 месяца, а всего до 3 месяцев 28 суток, то есть по 15 апреля 2025 года включительно.

Заслушав обвиняемого ФИО1, его защитника – адвоката Фахрутдинова А.Х., поддержавших доводы апелляционной жалобы, прокурора Огородникову А.А., не усматривающую оснований для удовлетворения апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции,

УСТАНОВИЛ:

органами предварительного расследования ФИО1 обвиняется в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «а, б» ч. 3 ст. 228.1; ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ. 

Уголовное дело Номер изъят возбуждено 16 декабря 2024 года по признакам состава преступления, предусмотренного п. «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ. 

С данным уголовным делом в одно производство соединено уголовное дело Номер изъят, возбужденное 17 декабря 2024 года по факту покушения на сбыт наркотических средств в крупном размере. Соединенному уголовному делу присвоен единый Номер изъят.

17 декабря 2024 года в порядке ст.ст. 91, 92 УПК ФИО1 задержан, основанием задержания явилось то, что при нем обнаружены явные следы преступления.

18 декабря 2024 года ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «а, б» ч. 3 ст. 228.1; ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ.

В этот же день постановлением Усть-Кутского городского суда Иркутской области ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на срок 1 месяц 28 суток, то есть по 15 февраля 2025 года включительно.

Срок предварительного следствия по уголовному делу продлен руководителем следственного органа - заместителем начальника ГСУ ГУ МВД России по Иркутской области ФИО5 на 2 месяца, а всего до 4 месяцев, то есть до 16 апреля 2025 года.

Постановлением Октябрьского районного суда г. Иркутска от 11 февраля 2025 года срок содержания под стражей ФИО1 продлен на 2 месяца 00 суток, а всего до 3 месяцев 28 суток, то есть по 15 апреля 2025 года включительно.

В апелляционной жалобе защитник обвиняемого ФИО1 адвокат Фахрутдинов А.Х. выражает несогласие с постановлением суда, считает, что мера пресечения в виде заключения под стражу его подзащитному была продлена необоснованно, поскольку выводы суда, изложенные в обжалуемом постановлении не соответствуют фактическим обстоятельствам и представленным следователем в обоснование своего ходатайства материалам. 

Кроме того защитник в своей жалобе указывает, что в судебном решении изложены противоречивые выводы об отсутствии у ФИО1 постоянного и законного источника доходов, вместе с тем судом первой инстанции учтено также, что ФИО1 является пенсионером, что по мнению автора апелляционной жалобы, уже подразумевает наличие у него постоянного источника дохода в виде пенсии. Кроме того автор жалобы указывает, что выводы, содержащиеся в постановлении суда о наличии оснований для продления самой строгой меры пресечения ФИО1, являются немотивированными, поскольку исследованные материалы не содержат сведений, подтверждающих, что обвиняемый ФИО1 может скрыться от органов предварительного расследования и суда, а также воспрепятствовать производству по уголовному делу путем согласования позиции с иными участниками по делу. Вместе с тем защитник полагает, что суд не проанализировал возможность избрания в отношении ФИО1 более мягкой меры пресечения, в нарушение позиции, изложенной в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 года № 41. 

Вместе с тем автор жалобы приводит нормы уголовно-процессуального закона РФ, и полагает, что судом при решении вопроса о продлении меры пресечения в виде заключения под стражу не были учтены сведения о том, что ФИО1 с 2017 года наблюдается и проходит лечение в КГБУЗ «Красноярский краевой онкологический диспансер», имеет положительные характеристики, постоянный источник дохода в виде пенсии, регистрацию и постоянное место жительства, где до задержания проживал со своей супругой, также защитник указывает на сложившиеся устойчивые социальные связи обвиняемого, полагая, что при изменении меры пресечения ФИО1 не будет скрываться от органов предварительного следствия и суда, а также угрожать свидетелям и иным участникам уголовного судопроизводства. 

Кроме того защитник обращает внимание суда апелляционной инстанции на необоснованные выводы, содержащиеся в обжалуемом постановлении о том, что суд убедился в достоверности данных об имевшем место событии преступлений и обоснованности подозрений о причастности ФИО1 к их совершению. Автор жалобы полагает, что судом первой инстанции не дана оценка сведениям, указывающим на причастность ФИО1 к совершенному преступлению, имеющиеся доказательства вышеуказанного в судебном решении не приведены, сам же ФИО1 со дня его фактического задержания, показал, что изъятые при обыске в его автомобиле наркотические средства он хранил для личного употребления, свидетель под псевдонимом «Андрей», а также свидетели ФИО7, ФИО8, ФИО9 не указывали на причастность его подзащитного к сбыту наркотических средств. Вместе с тем сторона защиты обращает внимание суда апелляционной инстанции на немотивированные выводы суда первой инстанции о том, что к уголовной ответственности привлекается группа лиц, совершивших преступление посредством использования информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», однако в ходатайстве следователя вышеуказанные сведения отсутствуют.

Вместе с тем автор жалобы отмечает, что суд первой инстанции, проверяя порядок проведения задержания его подзащитного, не учел, что ФИО1 фактически был задержан 16 декабря 2024 года со времени проведения обыска в его автомобиле. 

На основании вышеизложенного, просит суд апелляционной инстанции отменить постановление Октябрьского районного суда г. Иркутска от 11 февраля 2025 года, вынести новое судебное решение, избрать ФИО1 меру пресечения в виде домашнего ареста по адресу: 

<

адрес изъят>. 

В судебном заседании суда апелляционной инстанции обвиняемый ФИО1 и его защитник адвокат Фахрутдинов А.Х. доводы апелляционной жалобы поддержали. 

Прокурор Огородникова А.А. просила постановление суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Проверив представленные материалы, изучив доводы апелляционной жалобы, выслушав мнения участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии с ч.ч. 1, 2 ст. 109 УПК РФ, срок содержания под стражей при расследовании преступлений не может превышать 2 месяца. В случае невозможности закончить предварительное следствие в срок до 2 месяцев, суд при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения может продлить этот срок в порядке ст. 108 УПК РФ до 6 месяцев. 

Согласно ст. 110 УПК РФ, мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость или изменяется на более строгую или более мягкую, когда изменяются основания для избрания меры пресечения, предусмотренные статьями 97 и 99 УПК РФ. 

Представленное суду ходатайство следователя о продлении ФИО1 срока содержания под стражей соответствует требованиям ст.ст. 108, 109 УПК РФ, подано в суд с учетом времени, необходимого для производства запланированных следственных и процессуальных действий по уголовному делу. 

Разрешая ходатайство органов следствия, суд первой инстанции, не входя в обсуждение вопроса о квалификации содеянного и доказанности вины ФИО1, удостоверился в том, что события инкриминируемых ему преступлений имели место, и вопреки доводам апелляционной жалобы, имеются достаточные сведения об обоснованности подозрений в его причастности к совершению указанных преступлений.

При этом суд апелляционной инстанции учитывает положения ст.ст. 108, 109 УПК РФ, согласно которым при решении вопроса о продлении срока содержания обвиняемого под стражей, в постановлении суда должны быть указаны конкретные фактические обстоятельства, на основании которых судья принял такое решение.

Как видно из представленных материалов, судом проверены все доводы и исследованы обстоятельства, которые, в соответствии с требованиями ст.ст. 97, 99, 108, 109 УПК РФ, необходимы для принятия указанного решения и невозможности применения менее строгой меры пресечения.

Как следует из представленных материалов, срок следствия по делу продлен надлежащим должностным лицом, руководителем следственного органа - заместителем начальника ГСУ ГУ МВД России по Иркутской области на 2 месяца 00 суток, а всего до 4 месяцев 00 суток, то есть по 16 апреля 2025 года, в связи с невозможностью своевременного окончания расследования по объективным причинам.

Принимая решение об удовлетворении ходатайства следователя и продлении срока содержания обвиняемого ФИО1 под стражей, судом была проверена обоснованность доводов органа следствия о невозможности окончания расследования, в связи с необходимостью проведения и получения заключений назначенных судебных экспертиз, ознакомления с ними всех заинтересованных лиц, приобщения справочно-характеризующего материала на обвиняемых, осмотра предметов, изъятых в ходе обысков, а также установления дополнительных свидетелей и очевидцев расследуемых преступлений.

Доводы автора апелляционной жалобы о том, что основания, указанные в ходатайстве следователя о необходимости продления срока содержания под стражей обвиняемому ФИО1, не подтверждаются исследованными материалами, суд апелляционной инстанции не может признать состоятельными, поскольку постановление суда о продлении срока содержания под стражей обвиняемого ФИО1 основано на объективных данных, содержащихся в представленных материалах, обосновывающих заявленное ходатайство, и принято в полном соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона РФ.

Выводы суда о необходимости сохранения ФИО1 данной меры пресечения и продлении срока содержания под стражей, а также о невозможности применения в отношении него иной, более мягкой меры пресечения, вопреки доводам жалобы защитника, в постановлении суда надлежащим образом мотивированы и основаны на доказательствах, подтверждающих законность и обоснованность принятого решения, с которым соглашается суд апелляционной инстанции.

При этом судом первой инстанции в постановлении учтено, что ФИО1 обвиняется в совершении двух преступлений против здоровья населения и общественной нравственности, относящихся к категории особо тяжких, характеризующихся повышенной степенью общественной опасности, за которые предусмотрено наказание только в виде лишения свободы на длительный срок, а также тот факт, что преступная деятельность согласно предъявленному обвинению, носила организованный и групповой характер, кроме того учитывая сведения о личности обвиняемого, который официально не трудоустроен, в связи с чем суд обоснованно согласился с доводами следствия о том, что ФИО1 в случае изменения ему меры пресечения на менее строгую, может под тяжестью предъявленного обвинения скрыться от органов следствия и суда, продолжить преступную деятельность, согласовать позицию с иными участниками по делу или иным образом воспрепятствовать производству по уголовному делу. При этом, вопреки доводам стороны защиты, наличие у обвиняемого источника дохода в виде пенсии и положительных характеристик не исключает вышеизложенные выводы суда о необходимости продления ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу.

Указанные конкретные фактические обстоятельства в своей совокупности, в соответствии со ст. 97 УПК РФ, свидетельствует о невозможности беспрепятственного осуществления уголовного судопроизводства при нахождении обвиняемого ФИО1 на иной, более мягкой мере пресечения, не связанной с заключением под стражу, как верно указано судом первой инстанции, поскольку более мягкая мера пресечения, в том числе подписка о невыезде и надлежащем поведении, домашний арест либо запрет определенных действий, не смогут обеспечить его надлежащего поведения. Баланс между публичными интересами, связанными с применением мер пресечения и важностью права на свободу личности, вопреки доводам апелляционной жалобы, в данном случае соблюден.

Кроме того не влияют на правильность выводов суда о необходимости удовлетворения ходатайства следователя и продления срока содержания под стражей, доводы апелляционной жалобы защитника об отсутствии данных, свидетельствующих о воспрепятствовании ФИО1 производству по делу, поскольку его надлежащее поведение в настоящее время обусловлено, в том числе и характером избранной и действующей в отношении него меры пресечения, связанной со строгой изоляцией от общества.

Принимая решение о продлении меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении ФИО1, суд первой инстанции располагал сведениями о его личности, о чем содержится прямое указание в тексте обжалуемого судебного решения, и с их учетом не нашел оснований для изменения в отношении него меры пресечения, не связанной с содержанием под стражей.

Каких-либо иных сведений о личности обвиняемого ФИО1, способных повлиять на принятое судом решение, обвиняемым и стороной защиты не представлено, как не представлено ни суду первой инстанции, ни суду апелляционной инстанции данных, свидетельствующих о невозможности содержания обвиняемого под стражей по состоянию здоровья, входящих в утвержденный постановлением Правительства РФ от 14 января 2011 года №3 «Перечень тяжелых заболеваний, препятствующих содержанию под стражей обвиняемых в совершении преступлений», при этом суд учитывает положения федерального законодательства об оказании медицинской помощи в местах содержания под стражей, в соответствии с которым администрация указанных учреждений обязана выполнять санитарно-гигиенические требования, обеспечивающие охрану здоровья лиц, содержащихся под стражей, и при ухудшении состояния здоровья сотрудники учреждения безотлагательно принимают меры для организации подозреваемому, обвиняемому медицинской помощи.

Доводы автора апелляционной жалобы о времени фактического задержания ФИО1 были предметом оценки суда первой инстанции при избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, задержание ФИО1 произведено в соответствии с положениями, предусмотренными ст.ст. 91, 92 УПК РФ.

Утверждения защитника о том, что в ходатайстве органов следствия отсутствует информация о свершении преступлений группой лиц, посредством использования информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», необоснованные, поскольку в вышеуказанном ходатайстве имеется соответствующие сведения.

Доводы стороны защиты о несогласии с обжалуемым постановлением о продлении меры пресечения сводятся по существу к переоценке обстоятельств, оцененных, в силу положений ст. 17 УПК РФ, судьей по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся в исследованных материалах сведений, руководствовавшемуся при этом законом и совестью. 

Вопреки утверждениям защитника Фахрутдинова А.Х., постановление суда соответствует требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ, является законным, обоснованным и мотивированным, нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих отмену либо изменение постановления, судом первой инстанции не допущено. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Октябрьского районного суда г. Иркутска от 11 февраля 2025 года о продлении срока содержания под стражей ФИО1 Алиш оглы - оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника обвиняемого ФИО1 – адвоката Фахрутдинова А.Х. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, непосредственно в судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции (г. Кемерово). 

Председательствующий Полухина О.В.