Дело №2-557/2020

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Р Е Ш Е Н И Е

02 сентября 2020 года г. Павлово

Павловский городской суд Нижегородской области в составе судьи Романова Е.Р., при секретаре Коржук И.С., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску

ГУ УПФ РФ по Павловскому району Нижегородской области к ФИО1 о взыскании ущерба, причиненного незаконным получением страховой пенсии по старости,

У С Т А Н О В И Л:

ГУ УПФ РФ по Павловскому району Нижегородской области обратилось в Павловский городской суд с иском к ФИО1 о взыскании ущерба, причиненного незаконным получением страховой пенсии по старости.

В обоснование заявленных требований указано следующее.

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р. с ДД.ММ.ГГГГ была назначена досрочная трудовая пенсия по старости, в соответствии с п.п.1 п.1 ст.27, п.1 ст.28 Федерального закона от 17.12.2001 года №173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации».

На момент обращения за пенсией, стаж работы в районах Крайнего Севера ФИО1 составил 15 лет 6 дней, специальный стаж по Списку №1 в районах Крайнего Севера составил 12 лет 8 месяцев 18 дней, календарный страховой стаж - 23 года 1 месяц 27 дней, а с учетом Постановления Конституционного Суда РФ от 29.01.2004 года №2-П, его стаж составил 32 года 6 месяцев 26 дней.

Для назначения пенсии представлена заработная плата за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с отношением заработка 2,777 (огр. - 1.2).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратился в УПФР по Павловскому району Нижегородской области с заявлением о перерасчете размера пенсии.

На основании данного заявления ФИО1 был произведен перерасчет пенсии с ДД.ММ.ГГГГ с учетом повышенного отношения заработков 1,7 и установлен повышенный фиксированный базовый размер страховой части трудовой пенсии в связи с приобретением необходимого календарного страхового стажа работы - 25 лет 5 месяцев 19 дней.

Однако в рамках проведения проверки обоснованности расчета размера, выплачиваемой ФИО1, пенсии УПФР по Павловскому району Нижегородца области было выявлено, что ФИО1 по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ в районах Крайне Севера и приравненных к ним местностях не проживал, страховой стаж ФИО1 составлял 18 лет 4 месяца 18 дней, а с учетом постановления Конституционного Суда РФ от 29.01.2004 года №2-ГТ составлял 27 лет 9 месяцев 19 дней, стаж в районах Крайнего Севера по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ составлял менее 15 календарных лет (14 лет месяцев 28 дней).

Следовательно, основание для уточнения расчетного пенсионного капитала с применением повышенного отношения заработков, в соответствии с п.2 ст.30 Федерального закона от 17.12.2001 года №173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», отсутствовало.

В связи с чем, УПФР по Павловскому району пришло к выводу, что ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ был произведен перерасчет пенсии с учетом повышенного отношения заработков 1,7 и установления повышенного фиксированного базового размера страховой части трудовой пенсии без законных на то оснований.

В результате этого за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ у ФИО1 образовалась переплата пенсии в размере 225707 рублей 90 копеек.

ФИО1 надлежащим образом уведомлен о возникшей переплате. Однако излишне выплаченные суммы по настоящее время не возвращены.

Таким образом, Пенсионному фонду РФ причинен ущерб на сумму 225707 рублей 90 копеек.

Излишне выплаченные суммы должны быть возвращены на счет УПФ РФ по Павловскому району Нижегородской области (межрайонного).

Ссылаясь на указанные обстоятельства, истец просит суд взыскать с ФИО1 ущерб в виде незаконно полученной пенсии в размере 225707 рублей 90 копеек.

В судебном заседании представитель истца ГУ УПФ РФ по Павловскому району Нижегородской области ФИО2, действующая на основании доверенности, поддержала заявленные исковые требования в полном объеме по основаниям, изложенным в иске, дала пояснения по существу иска.

Ответчик ФИО1 и его представитель ФИО3, действующий на основании доверенности, в судебном заседании с исковыми требованиями ГУ УПФ РФ по Павловскому району Нижегородской области не согласились по основаниям, изложенным в письменных возражениях на иск, дали пояснения по существу иска.

Выслушав пояснения участников процесса, исследовав материалы дела, оценив, согласно ст.67 ГПК РФ, относимость, допустимость, достоверность каждого из представленных доказательств в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд приходит к следующему.

Как следует из материалов дела и установлено в судебном заседании, ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р. с ДД.ММ.ГГГГ была назначена досрочная трудовая пенсия по старости.

Конституция Российской Федерации, гарантируя каждому в соответствии с целями социального государства (статья 7, часть 1) социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (статья 39, часть 1), относит определение механизма реализации данного конституционного права, в том числе установление видов пенсий, оснований приобретения права на них отдельными категориями граждан и правил исчисления размеров пенсий, к компетенции законодателя (статья 39, часть 2), который в целях обеспечения каждому конституционного права на пенсию вправе определять виды пенсий, источники их финансирования, предусматривать условия и порядок приобретения права на отдельные виды пенсий конкретными категориями лиц.

На момент назначения ФИО1 досрочной трудовой пенсии основания и порядок выплаты трудовой пенсии были установлены Федеральным Законом от 17.12.2001 года №173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», пунктом 1 ст.5 которого, в качестве одного из видов трудовой пенсии названа трудовая пенсия по старости.

В соответствии с п.1 ст.3 вышеназванного Федерального Закона, право на трудовую пенсию имеют граждане Российской Федерации, застрахованные в соответствии с Федеральнымзаконом"Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации", при соблюдении ими условий, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

В соответствии с п.п.6 п.1 ст.28 вышеназванного Федерального Закона, трудовая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленногостатьей 7настоящего Федерального закона, следующим гражданам: мужчинам по достижении возраста 55 лет и женщинам по достижении возраста 50 лет, если они проработали не менее 15 календарных лет врайонахКрайнего Севера либо не менее 20 календарных лет в приравненных к нимместностяхи имеют страховой стаж соответственно не менее 25 и 20 лет.

В соответствии с п.2 ст.30 Федерального закона от 17.12.2001 года №173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», определение расчетного размера трудовой пенсии с учетом повышенного отношения среднемесячного заработка застрахованного лица к среднемесячной заработной плате в Российской Федерации применяется для лиц:

-проживающих по состоянию на 01 января 2002 года в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, в которых к заработной плате работников были установлены районные коэффициенты;

-указанных в абзаце 1 п.п.6 п.1 ст.28.1 Федерального закона от 17.12.2001 года №173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», независимо от места жительства, если они по состоянию на 01 января 2002 года проработали не менее 15 календарных лет в районах Крайнего Севера либо не менее 20 календарных лет в приравненных к ним местностях и имеют страховой стаж не менее 25 лет.

Как усматривается из материалов дела, на момент обращения за пенсией, стаж работы в районах Крайнего Севера ФИО1 составил 15 лет 6 дней, специальный стаж по Списку №1 в районах Крайнего Севера составил 12 лет 8 месяцев 18 дней, календарный страховой стаж - 23 года 1 месяц 27 дней, а с учетом Постановления Конституционного Суда РФ от 29.01.2004 года №2-П, его стаж составил 32 года 6 месяцев 26 дней.

Для назначения пенсии представлена заработная плата за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с отношением заработка 2,777 (огр. - 1.2).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратился в УПФР по Павловскому району Нижегородской области с заявлением о перерасчете размера пенсии.

На основании данного заявления ФИО1 был произведен перерасчет пенсии с ДД.ММ.ГГГГ с учетом повышенного отношения заработков 1,7 и установлен повышенный фиксированный базовый размер страховой части трудовой пенсии в связи с приобретением необходимого календарного страхового стажа работы - 25 лет 5 месяцев 19 дней.

Указанные обстоятельства участниками процесса не оспаривались, доказательств обратного суду не предоставлено.

Из материалов дела также усматривается, что в рамках проведения проверки обоснованности расчета размера выплачиваемой ФИО1 пенсии УПФ РФ по Павловскому району Нижегородской области было выявлено, что ФИО1 по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях не проживал, страховой стаж ФИО1 составлял 18 лет 4 месяца 18 дней, а с учетом постановления Конституционного Суда Р от 29.01.2004 года №2-ГТ составлял 27 лет 9 месяцев 19 дней, стаж в районах Крайнего Севера по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ составлял менее 15 календарных лет (14 лет месяцев 28 дней).

Таким образом, основание для уточнения расчетного пенсионного капитала с применением повышенного отношения заработков, в соответствии с п.2 ст.30 Федерального закона от 17.12.2001 года №173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», отсутствовало.

В связи с чем, УПФР по Павловскому району пришло к выводу, что ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ был произведен перерасчет пенсии с учетом повышенного отношения заработков 1,7 и установления повышенного фиксированного базового размера страховой части трудовой пенсии без законных на то оснований.

В результате этого за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ у ФИО1 образовалась переплата пенсии в размере 225707 рублей 90 копеек.

ФИО1 надлежащим образом уведомлен о возникшей переплате. Однако излишне выплаченные суммы по настоящее время не восстановлены.

Обращаясь с настоящим иском, УПФ РФ по Павловскому району в обоснование правовой позиции ссылается на положения ст., ст.15,1064 ГК РФ.

В соответствии с п.п.1,2 ст.15 ГК РФ, лицо, право которого нарушено, может требоватьполноговозмещенияпричиненныхему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества(реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено(упущенная выгода).

В соответствии с п.1 ст.1064 ГК РФ, вред,причиненныйличности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

К основаниям возникновения деликтного обязательства, при которых причиненный вред подлежит полному возмещению, согласно принципу общего генерального деликта, закрепленному в ст.1064 ГК РФ, относится одновременное наличие следующих условий: наличие вреда (ущерба), противоправность деяния, последствием которого стало причинение вреда, причинно-следственная связь между противоправным деянием и вредом, а также наличие вины причинителя вреда.

При наличии указанных условий считается, что ущерб имеет юридическое основание.

Согласно разъяснениям, данным в п.12 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 года за №25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского Кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков.

Конституция Российской Федерации, признавая Россию социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека (статья 7, часть 1), закрепляет в числе основ правового статуса личности право каждого на социальное обеспечение и относит определение условий и порядка реализации данного конституционного права к компетенции законодателя (статья 39, часть 2).

В силу неоднократно выраженной Конституционным Судом Российской Федерации правовой позиции, Конституция Российской Федерации обязывает государство охранять достоинство личности как необходимую предпосылку и основу всех других неотчуждаемых прав и свобод человека, условие их признания и соблюдения и ничто не может быть основанием для умаления достоинства личности. В сфере пенсионного обеспечения это предполагает, в частности, установление такого правового регулирования, которое - в соответствии с вытекающими из взаимосвязанных положений статей 1 (часть 1), 2, 17 (часть 1), 18, 19 (часть 1) и 55 (части 2 и 3) Конституции Российской Федерации принципами правовой определенности и поддержания доверия граждан к закону и действиям государства - гарантировало бы гражданам, что решения о назначении пенсии принимаются уполномоченными государством органами на основе строгого исполнения законодательных предписаний, а также внимательного и ответственного подхода к оценке фактических обстоятельств, с которыми закон связывает возникновение права на пенсию, тщательности при оформлении документов, подтверждающих наличие условий, необходимых для назначения пенсии и определения ее размера, с тем, чтобы гражданин, как участник соответствующих правоотношений, мог быть уверен в стабильности его официально признанного статуса и в том, что, приобретенные в силу этого статуса, права будут уважаться государством и будут реализованы (Постановление от 14 января 2016 года №1-П; Определение от 7 декабря 2017 года №2794-О и др.).

Притом, что возможность пересмотра решения пенсионного органа о назначении пенсии, если оно принято при отсутствии законных оснований, в том числе, в связи с представленными заинтересованным лицом недостоверными сведениями, не может быть поставлена под сомнение, правовой механизм, регламентирующий такой пересмотр, - в силу конституционных принципов правового государства и верховенства права, а также общеправовых принципов справедливости и юридического равенства - должен быть направлен на обеспечение баланса конституционно защищаемых ценностей, публичных и частных интересов на основе вытекающих из указанных принципов критериев разумности и соразмерности (пропорциональности).

Как ранее отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, гражданин не может реализовать свое субъективное право на пенсионное обеспечение без принятия уполномоченным органом решения о предоставлении ему пенсии конкретного вида и размера, которое и определяет содержание обязанностей органа, осуществляющего пенсионное обеспечение, и в силу такого решения у органа, осуществляющего пенсионное обеспечение, непосредственно перед этим лицом, являющимся участником (субъектом) данного вида правоотношений, возникает обязанность по своевременной и в полном объеме выплате ему сумм пенсии (Определение от 19 мая 2009 года №541-О-О и др.).

В целях обеспечения добросовестного исполнения субъектами пенсионных отношений своих обязанностей и предупреждения злоупотребления правом на получение пенсии статьей 25 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" установлена ответственность физических и юридических лиц за представление недостоверных сведений и несвоевременное представление необходимых сведений, влекущих за собой изменение размера трудовой пенсии или прекращение ее выплаты, - возмещение ущерба, причиненного Пенсионному фонду Российской Федерации перерасходом средств на выплату трудовых пенсий (аналогичное правовое регулирование содержится в статье 28 Федерального закона "О страховых пенсиях" и в статье 15 Федерального закона от 28 декабря 2013 года №424-ФЗ "О накопительной пенсии").

Из приведенных положений пенсионного законодательства следует, что привлечение к юридической ответственности в виде возмещения Пенсионному фонду Российской Федерации причиненного ущерба обусловлено наличием вины субъекта правонарушения. Это согласуется с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, в силу которой, наличие вины является общим и общепризнанным принципом юридической ответственности во всех отраслях права, а всякое исключение из него должно быть выражено прямо и недвусмысленно, т.е. закреплено непосредственно в законе (постановления от 25 января 2001 года №1-П, от 17 июля 2002 года №13-П, от 18 мая 2012 года №12-П, от 14 февраля 2013 года №4-П, от 09 июля 2013 года №18-П, от 08 апреля 2014 года №10-П и др.).

Таким образом, федеральный законодатель, закрепивший в рамках своих дискреционных полномочий в сфере регулирования пенсионных отношений в статье 25 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" специальный механизм защиты публичных имущественных интересов, связанных с использованием средств Пенсионного фонда Российской Федерации на выплату в определенном размере пенсий лицам, которые отвечают установленным требованиям, исходил из того, что пункты 1 и 2 данной статьи не предполагают возложение ответственности на гражданина, которому была назначена пенсия, если не установлена его вина в указанных в данной статье деяниях, а ущерб, причиненный Пенсионному фонду Российской Федерации перерасходом средств на выплату пенсии, не являлся следствием противоправных действий (или бездействия) гражданина, неисполнения или ненадлежащего исполнения возложенных на него законом обязанностей.

Следовательно, правоприменительные органы, уполномоченные на вынесение решений, связанных с реализацией гражданами их пенсионных прав, обязаны основываться на всестороннем исследовании фактических обстоятельств, включая оценку достоверности соответствующих сведений, обеспечивая тем самым реализацию конституционного принципа поддержания доверия граждан к закону и действиям государства.

В силу статьи 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с п.3 ст.123 Конституции РФ и ст.12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В свою очередь, каких-либо доказательств, свидетельствующих о том, что поведение ФИО1 в указанный период времени противоречило принципу недопустимости злоупотребления правом и могло быть расценено в качестве недобросовестного, истцом, в нарушение положений ст.56 ГПК РФ, в рамках судебного разбирательства представлено не было.

Из материалов дела, представленных истцом при обращении с настоящим иском, следует, что ФИО1 было подано заявление о перерасчете размера пенсии в связи с работой в районах Крайнего Севера. Данное заявление было заполнено на бланке, предоставленном ответчику в УПФ РФ по Павловскому району.

Каких-либо доказательств, объективно свидетельствующих о том, что ФИО1 при обращении с настоящим заявлением были предоставлены недостоверные сведения, на основании которых был произведен перерасчет его пенсии, суду, в нарушение положений ст.56 ГПК РФ, также предоставлено не было.

Напротив, при перерасчете размера пенсии ФИО1 ГУ УПФ РФ по Павловскому району Нижегородской области не были всесторонне исследованы фактические обстоятельства, не произведена оценка достоверности соответствующих сведений.

Учитывая вышеизложенное, руководствуясь приведенными положениями закона, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения исковых требований ГУ УПФ РФ по Павловскому району Нижегородской области.

Разрешая ходатайство ФИО1 о применении к исковым требованиям ГУ УПФ РФ по Павловскому району Нижегородской области срока исковой давности, суд исходит из следующего.

В силу положений п.1 ст.196 ГК РФ, общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии состатьей 200настоящего Кодекса.

В соответствии с п.2 ст.199 ГК РФ, исковая давность применяется судом только позаявлениюстороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, являетсяоснованиемк вынесению судом решения об отказе в иске.

В соответствии с п.1 ст.200 ГК РФ, еслизакономне установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Как усматривается из материалов дела, проверка обоснованности расчета размера выплачиваемой ФИО1 пенсии УПФ РФ по Павловскому району Нижегородской области была произведена в ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается протоколом о выявлении излишне выплаченных пенсионеру сумм пенсии от ДД.ММ.ГГГГ за №, имеющимся в материалах дела (л.д.36).

Таким образом, о наличии ущерба в виде незаконно выплаченной ФИО1 пенсии в размере 225707 рублей 90 копеек ГУ УПФ РФ по Павловскому району Нижегородской области стало известно не позднее ДД.ММ.ГГГГ.

С настоящим иском ГУ УПФ РФ по Павловскому району Нижегородской области обратилось ДД.ММ.ГГГГ, то есть, в установленные законом сроки.

В связи с чем, оснований для применения к исковым требованиям ГУ УПФ РФ по Павловскому району Нижегородской области срока исковой давности не имеется.

Руководствуясь ст., ст.12,56, 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ГУ УПФ РФ по Павловскому району Нижегородской области к ФИО1 о взыскании ущерба, причиненного незаконным получением страховой пенсии по старости отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Нижегородский областной суд через Павловский городской суд Нижегородской области в течение месяца с момента изготовления в окончательной форме.

Судья: Е.Р. Романов