31RS0002-01-2024-002552-32 № 2-2355/2024

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Белгород 23 сентября 2024 года

Белгородский районный суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи Бушевой Н.Ю.

при ведении протокола секретарем судебного заседания Терещенко В.И.

с участием представителя истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2, (информация скрыта)

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 с 07.04.2021 трудоустроен в АО «Газпром газораспределение Белгород» на должность механика автотранспортного отдела.

С 10.01.2022 переведен на должность заместителя начальника автотранспортного отдела.

ФИО4 в указанной организации до 20.08.2024 замещал должность заместителя генерального директора по управлению персоналом и общим вопросам.

22.02.2023 трудовой договор с ФИО3 расторгнут по инициативе работника.

Вступившим в законную силу решением Октябрьского районного суда г. Белгорода от 23.08.2023 с АО «Газпром газораспределение Белгород» в пользу ФИО3 взыскана недоплаченная премия в период с мая по октябрь 2022 года, проценты на основании ст. 236 ТК Российской Федерации, компенсация морального вреда.

31.05.2022 и 30.06.2023 в рабочем кабинете ФИО4 последний в грубой, нецензурной форме разговаривал с ФИО3, допускал оскорбительные выражения в адрес последнего.

ФИО3 обратился в суд с иском к ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда в сумме 300 000 руб.

В обоснование заявленных исковых требований ссылалась на то, что ввиду высказанных в ее адрес ответчиком оскорбительных выражений, уничижающих его честь и достоинство, деловую репутацию, он испытывал нравственные страдания, фактически вынужден был впоследствии уволиться, при этом ответчик оскорблял его осознанно и умышленно, игнорируя общепринятые нормы морали и нравственности, этические нормы поведения в трудовом коллективе, используя свое должностное положение.

В письменных возражениях ответчик ФИО4 просил уменьшить размер заявленной ко взыскании суммы компенсации морального вреда, полагая ее завышенной, а также учесть его материальное положение.

В судебном заседании представитель истца ФИО1 поддержал доводы искового заявления.

Представитель ответчика ФИО2 подержал доводы возражений на исковое заявление.

Прокурором дано заключение о наличии оснований для взыскания компенсации морального вреда в разумных пределах – 50 000 руб.

Истец ФИО3, ответчик ФИО4 в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены своевременно и надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщили, об отложении слушания по делу не ходатайствовали, обеспечили участие своих представителей, в связи с чем, судом на основании ч. 3 ст. 167 ГПК Российской Федерации дело рассмотрено в их отсутствие.

Выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, исследовав обстоятельства дела по представленным доказательствам, оценив их в совокупности и взаимосвязи, суд приходит к выводу об удовлетворении заявленных исковых требований в части по следующим основаниям.

В силу п. 1 ст. 150 ГК Российской Федерации достоинство личности, честь и доброе имя, деловая репутация являются неотчуждаемыми личными неимущественными правами гражданина.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.02.2005 № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», обстоятельствами, имеющими в силу статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации значение для дела, являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 9 такого постановления, обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 6 Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам о защите чести, достоинства и деловой репутации, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.03.2016, при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности. При рассмотрении дел о защите чести и достоинства одним из юридически значимых обстоятельств, подлежащих установлению, является характер распространенной информации, то есть установление того, является ли эта информация утверждением о фактах либо оценочным суждением, мнением, убеждением.

В соответствии со ст. 151 ГК Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно п. 20 Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам о защите чести, достоинства и деловой репутации, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.03.2016, привлечение лица к административной ответственности за оскорбление (статья 5.61 КоАП РФ) не является основанием для освобождения его от обязанности денежной компенсации причиненного потерпевшему морального вреда в соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В п. 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что право на компенсацию морального вреда, причиненного распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, на основании статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации возникает в случае распространения о гражданине любых таких сведений, в том числе сведений о его частной жизни. Истец по делу о компенсации морального вреда, причиненного распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений, а ответчик - соответствие действительности распространенных сведений (пункт 1 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При причинении вреда распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию гражданина, наличие морального вреда предполагается.

В силу разъяснений, данных в п. 51 данного постановления, установив, что истцом заявлено требование о компенсации морального вреда, причиненного распространением оценочных суждений, мнений, убеждений, суд может удовлетворить его, если суждения, мнения, убеждения ответчика были высказаны в оскорбительной форме, унижающей честь и достоинство истца.

Согласно п. 52 постановления при определении размера подлежащей взысканию с ответчика денежной компенсации морального вреда по делам о защите чести, достоинства или деловой репутации гражданина судам следует принимать во внимание, в частности, содержание порочащих сведений и их тяжесть в общественном сознании, способ и длительность распространения недостоверных сведений, степень их влияния на формирование негативного общественного мнения о лице, которому причинен вред, то, насколько его достоинство, социальное положение или деловая репутация при этом были затронуты, нравственные и физические страдания истца, другие отрицательные для него последствия, личность истца, его общественное положение, занимаемую должность, индивидуальные особенности (например, состояние здоровья).

В соответствии с п. 53 данного постановления привлечение лица к административной или уголовной ответственности за оскорбление или клевету (статьи 5.61 и 5.61.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, статья 128.1 Уголовного кодекса Российской Федерации) не является основанием для освобождения его от обязанности денежной компенсации причиненного потерпевшему морального вреда.

Как следует из материалов дела и установлено судом, 31.05.2022 и 30.06.2023 в рабочем кабинете ФИО4 последний в грубой, нецензурной форме разговаривал с ФИО3, допускал оскорбительные выражения в адрес последнего.

Данные обстоятельства подтверждаются представленным суду аудиозаписями и ответчиком не оспаривались.

Более того, данное обстоятельство установлено и вступившим в законную силу решением Октябрьского районного суда г. Белгорода, как и факт необоснованного лишения ФИО3 премии.

В материалах надзорного производства, истребованного судом по ходатайству истца, имеется письмо и.о. генерального директора АО «Газпром газораспределение Белгород» ФИО5 от 29.05.2023, адресованное заместителю прокурора г. Белгорода, согласно которому, бывший работодатель не оспаривал то обстоятельство, что ответчиком в адрес ФИО3 допускались выражения оскорбительного характер, однако ссылался на истечение срока давности привлечения к административной ответственности, и в удовлетворении жалобы ФИО3 было отказано именно по данному основанию, а не за отсутствием события административного правонарушения в действиях ФИО4

На обращение ФИО3 в комиссию по этике АО «Газпром газораспределение Белгород» ответа дано не было.

При этом из содержания дополнений к возражениям на исковое заявление ФИО3, имеющихся в материалах гражданского дела № 24021/2023, следует, что решением комиссии по исполнению Кодекса корпоративной этики АО «Газпром газораспределение Белгород», оформленным протоколом от 06.07.2022 № (номер обезличен), генеральному директору С. А.Н. рекомендовано провести с заместителем генерального директора ФИО4 разъяснительную работу о недопущении нарушений положений Кодекса корпоративной этики и правил поведения, изложенных в нем.

Из толкования допущенных ответчиком оскорбительных выражений, приведенных в словарях, таковые носят крайне негативный характер, более того, сопровождались нецензурной бранью, в том числе, в адрес истца.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п.п. 24-27, 30 постановления постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», по общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 ГК РФ).

Причинитель вреда вправе добровольно предоставить потерпевшему компенсацию морального вреда как в денежной, так и в иной форме (например, в виде ухода за потерпевшим, в передаче какого-либо имущества (транспортного средства, бытовой техники и т.д.), в оказании какой-либо услуги, в выполнении самим причинителем вреда или за его счет работы, направленной на сглаживание (смягчение) физических и нравственных страданий потерпевшего).

Факт получения потерпевшим добровольно предоставленной причинителем вреда компенсации как в денежной, так и в иной форме, как и сделанное потерпевшим в рамках уголовного судопроизводства заявление о полной компенсации причиненного ему морального вреда, не исключает возможности взыскания компенсации морального вреда в порядке гражданского судопроизводства. Суд вправе взыскать компенсацию морального вреда в пользу потерпевшего, которому во внесудебном порядке была выплачена (предоставлена в неденежной форме) компенсация, если, исходя из обстоятельств дела, с учетом положений статей 151 и 1101 ГК РФ придет к выводу о том, что компенсация, полученная потерпевшим, не позволяет в полном объеме компенсировать причиненные ему физические или нравственные страдания.

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага.

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Принимая во внимание доказанность того обстоятельства, что ответчиком неоднократно в адрес истца умышленно были допущены оскорбительные, унижающие честь и достоинство личности высказывания, сопровождающиеся нецензурной бранью, с учетом степени вины ответчика, характера нравственных страданий, причиненных истцу, непринятия ответчиком каких-либо мер по возмещению причиненного морального вреда, с учетом требований разумности и справедливости, суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в размере 25 000 руб., полагая такую сумму справедливым вознаграждением за перенесенные истцом нравственные страдания.

Оснований для учета при определении размера компенсации морального вреда имущественного положения ответчика у суда не имеется, поскольку последним представлены копия страницы из трудовой книжки о расторжении трудового договора в августа 2024 года, свидетельство пенсионера, свидетельства о рождении двоих детей, выписка из медицинской карты, что не является надлежащим доказательством тяжелого имущественного положения ФИО4, которое характеризуется размером дохода, наличием в собственности виновного лица движимого и недвижимого имущества и пр., а также не подтверждает отсутствие у ответчика дохода от трудовой деятельности на момент принятия настоящего решения.

Более того, согласно общедоступным сведениям, с 22.09.2024 ФИО4 зарегистрирован в качестве ИП.

В соответствии с положениями ст. 98 ГПК Российской Федерации с ответчика в пользу истца ввиду удовлетворения иска в части также подлежат взысканию расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 руб., факт несения которых истцом подтверждено оригиналом чека-ордера от 31.05.2024.

Руководствуясь статьями 194-199 ГПК Российской Федерации, суд 

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО3 к ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда – удовлетворить в части.

Взыскать с ФИО4 ((номер обезличен)) в пользу ФИО3 ((информация скрыта)) компенсацию морального вреда в размере 25 000 руб., расходы по оплате государственной пошлины в сумме 300 руб.

В удовлетворении остальной части иска – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Белгородский районный суд Белгородской области.

Судья Н.Ю. Бушева

Мотивированный текст решения суда изготовлен 23 октября 2024 года.