Судья Хоченова Е.В. № 33-1428/26 (№ 2-3770/25)

22RS0011-02-2025-004189-73

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

11 марта 2026 года город Барнаул

Судебная коллегия по гражданским делам Алтайского краевого суда в составе

председательствующего Секериной О.И.

судей Шипунова И.В., Цибиной Т.О.

при секретаре Лезвиной К.Д.

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционное представление прокурора города Рубцовска Алтайского края на решение Рубцовского городского суда Алтайского края от 14 ноября 2025 года по делу по иску прокурора города Рубцовска Алтайского края в интересах ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью Частная охранная организация «Комбат» о взыскании задолженности по заработной плате, компенсации за задержку выплаты заработной платы, компенсации морального вреда.

Заслушав доклад судьи Цибиной Т.О., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

06 декабря 2019 года между ООО ЧОО «Комбат» и ФИО1 заключен трудовой договор №29, в соответствии с которым ФИО1 принята на работу в должности оператора видеонаблюдения.

Трудовой договор заключен на неопределенный срок, датой начала трудовой деятельности названо 6 декабря 2019 года, за выполнение трудовых обязанностей работнику установлен должностной оклад в размере 8 879 руб. ежемесячно. Также трудовой договор установил режим рабочего времени в виде двухсменного скользящего графика с продолжительностью смены 12 часов.

Локальным актом работодателя в виде Положения об оплате труда и премирования работников ООО ЧОО «Комбат» определен порядок выплаты заработной платы не реже чем каждые полмесяца ( 27 числа каждого месяца и 12 числа месяца, следующего за фактически отработанным месяцем), установлены компенсации за работу в ночное время в виде доплаты 20 % часовой тарифной ставки или должностного оклада за каждый час работы в ночное время на основании графиков работ и приказов по организации.

Приказом работодателя от 17 декабря 2021 года № 507 ФИО1 переведена с должности охранника видеонаблюдения на должность охранника 4 разряда» с окладом 9 646 руб. с 01 января 2022 года.

Согласно дополнительному соглашению от 15 сентября 2022 года к трудовому договору от 06 декабря 2019 года № 29 должностной оклад увеличен до 9 880 руб., затем с 01 октября 2022 года – до 11 380 руб., с 01 сентября 2023 года – до 13 170 руб.

25 июля 2024 года ФИО1 расторгла трудовой договор с ООО ЧОО «Комбат» по собственной инициативе.

В день увольнения, 25 июля 2024 года, ФИО1 обратилась в Межрегиональную территориальную государственную инспекцию труда в Алтайском крае и Республике Алтай, полагая, что работодателем нарушены принадлежащие ей права на справедливую оплату труда.

В ходе проверки Гострудинспекцией установлено, что работодатель ООО ЧОО «Комбат» осуществлял оплату труда работника ниже минимального размера оплаты труда, установленного региональным соглашением, не произвел в установленном порядке и сроки оплату сверхурочного времени работнику.

04 сентября 2024 года Межрегиональной территориальной государственной инспекцией труда в Алтайском крае и Республике Алтай в отношении ООО ЧОО «Комбат» вынесено предостережение.

Во исполнение указанного предостережения ООО ЧОО «Комбат» в Правила внутреннего трудового распорядка внесены изменения, касающиеся перевода женщин-сотрудников в иные условия рабочего времени из расчета 36 часов в неделю. ФИО1 произведены доначисления по заработной плате с августа 2023 года по июль 2024 года в размере 67 559 руб. 72 коп. с выплатой задолженности 13 сентября 2024 года.

Не согласившись с произведенными начислениями, ФИО1 обратилась в прокуратуру города Рубцовска с заявлением о нарушении трудовых прав и защиты последних в судебном порядке.

Прокурор города Рубцовска, действуя в интересах ФИО1, обратился в суд с иском к ООО Частная охранная организация «Комбат» о взыскании задолженности по заработной плате с декабря 2019 года по июль 2024 года в размере 110 098 руб. 10 коп.; понуждении работодателя произвести выплату компенсации в порядке ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации в размере 101 279 руб. 88 коп., с момента возникновения задолженности по дату разрешения спора судом; взыскании компенсацию морального вреда в размере 3 000 000 руб.

Возражая против иска, ООО ЧОО «Комбат» заявило о пропуске срока для обращения в суд за взысканием задолженности по заработной плате и компенсации за ее невыплату с декабря 2019 года по июль 2024 года, полагало необходимым снизить компенсацию морального вреда до разумных пределов.

Решением Рубцовского городского суда Алтайского края от 14 ноября 2025 года иск прокурора удовлетворен частично. С ООО Частная охранная организация «Комбат» в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда в размере 15 000 руб. В удовлетворении остальной части иска отказано.

С таким решением не согласился прокурор, в апелляционном представлении ставя вопрос об отмене состоявшегося судебного акта с принятием нового решения об удовлетворении иска в части заработной платы и сопутствующих выплат, изменении в части денежной компенсации морального вреда с повышением последней до справедливых пределов. В жалобе прокурор критикует выводы суда первой инстанции об отсутствии оснований для восстановления срока для обращения в суд за решением индивидуального трудового спора с 06 декабря 2019 года по 31 июля 2023 года, сделанные без учета объективных обстоятельств, не позволивших работнику своевременно обратиться в суд. К числу таких обстоятельств прокурор относит многократные попытки ФИО1 урегулировать спор путем обращений в органы прокуратуры, к депутату Государственной Думы Российской Федерации, Межрегиональную территориальную государственную инспекцию труда в Алтайском крае и Республике Алтай, которой в отношении ФИО1 принято положительное решение о защите трудовых прав. Прокурор оспаривает выводы суда первой инстанции о наличии информированности ФИО1 о составляющих частях заработной платы путем ежемесячного получения расчетного листка, ссылаясь на юридическую неграмотность ФИО1 Также прокурор возражает против отказа в иске в части взыскания заработной платы и компенсации за задержку выплаты заработной платы, доначисленной работодателем по результатам деятельности Гострудинспекции, указывая, что городским судом не дана оценка расчету прокурора в этой части. Возражая против размера компенсации морального вреда, определенного судом в 15 000 руб., прокурор отмечает, что присужденная компенсация не способна загладить причиненный ФИО1 моральный вред.

В письменных возражениях ООО ЧОО «Комбат» просило решение суда поддержать.

Проверив материалы дела, изучив доводы жалобы и возражений, выслушав объяснения прокурора, доводы жалобы поддержавшего, возражения ответчика, коллегия приходит к выводу о наличии оснований для частичного удовлетворения представления прокурора.

В соответствии с ч. 1 ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.

В соответствии с ч. 2 ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров, а также выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с данным Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.

Судом установлено и материалами дела подтверждено, что 06 декабря 2019 года между ООО ЧОО «Комбат» и ФИО1 заключен трудовой договор №29, в соответствии с которым ФИО1 принята на работу в должности оператора видеонаблюдения.

Трудовой договор заключен на неопределенный срок, датой начала трудовой деятельности названо 6 декабря 2019 года, за выполнение трудовых обязанностей работнику установлен должностной оклад в размере 8 879 руб. ежемесячно. Также трудовой договор установил режим рабочего времени в виде двухсменного скользящего графика с продолжительностью смены 12 часов.

Положением об оплате труда и премирования работников ООО ЧОО «Комбат» определен порядок выплаты заработной платы не реже чем каждые полмесяца (27 числа каждого месяца и 12 числа месяца, следующего за фактически отработанным месяцем), установлены компенсации за работу в ночное время в виде доплаты 20 % часовой тарифной ставки или должностного оклада за каждый час работы в ночное время на основании графиков работ и приказов по организации.

Также данным Положением, утвержденным работодателем 11 мая 2018 года, работникам ЧОО установлен суммированный учет рабочего времени и сменный режим работы. Учетным периодом назван период продолжительностью 12 месяцев или один год.

Этим же Положением определено, что сверхурочная работа оплачивается за первые два часа работы в полуторном размере, в последующие часы – в двойном размере (л.д. 28-31, т.1).

Приказом работодателя от 17 декабря 2021 года № 507 ФИО1 переведена с должности охранника видеонаблюдения на должность охранника 4 разряда» с окладом 9 646 руб. с 01 января 2022 года.

Согласно дополнительному соглашению от 15 сентября 2022 года к трудовому договору от 06 декабря 2019 года № 29 должностной оклад установлен в размере 9 880 руб., затем с 01 октября 2022 года - в размере 11 380 руб., с 01 сентября 2023 года - в размере 13 170 руб.

25 июля 2024 года трудовой договор с ФИО1 прекращен по инициативе работника по п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации.

В день увольнения, 25 июля 2024 года, ФИО1 обратилась в Межрегиональную территориальную государственную инспекцию труда в Алтайском крае и Республике Алтай, полагая, что работодателем нарушены ее права на оплату труда.

В ходе проверки Гострудинспекцией установлено, что работодатель ООО ЧОО «Комбат» осуществлял оплату труда работника в размере ниже минимального размера оплаты труда, установленного региональным соглашением, не произвел в установленном порядке и сроки оплату сверхурочного времени работнику (л.д. 188-191, т.1)

04 сентября 2024 года Межрегиональной территориальной государственной инспекцией труда в Алтайском крае и Республике Алтай в отношении ООО ЧОО «Комбат» вынесено предостережение (л.д. 11-13, т.2).

Во исполнение указанного предостережения ООО ЧОО «Комбат» в правила внутреннего трудового распорядка внесены изменения, касающиеся перевода женщин-сотрудников в иные условия рабочего времени из расчета 36 часов в неделю. ФИО1 произведены доначисления по заработной плате за период с августа 2023 года по июль 2024 года в размере 67 559 руб. 72 коп. с выплатой задолженности 13 сентября 2024 года (л.д. 14, т.2).

Определяя период добровольного гашения задолженности, работодатель в письменном обращении от 09 сентября 2024 года сослался на истечение срока для обращения в суд в отношении более ранних периодов, установленного ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации (л.д. 15. т.1)

Обращаясь в суд с требованием о выплате заработной платы, должной быть начисленной за сверхурочную работы в период трудовых отношений с 06 декабря 2019 года по 25 июля 2024 года, прокурор в исковом заявлении выделил конкретные периоды трудовой деятельности, проистекавшей сверхурочно, указав, что к таковым относятся 2020 и 2023 годы, указав, что в 2002 году не оплачено 1, 4 часа, в 2023 году – 6, 6 часов (л.д. 16, 17, т.1).

Также прокурор полагал об отсутствии оснований для применения последствий пропуска срока для обращения в суд по причине того, что работник осуществлял многочисленные попытки разрешить спор во внесудебном порядке.

Соблюдение работодателем установленной ст. 136 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности извещать работника о составных частях заработной платы при выплате заработной платы в условиях вручения ему расчетных листков, прокурор оценил неотносимой к делу, объясняя занимаемую позицию юридической неграмотностью материального истца.

Разрешая спор и отказывая истцу в иске, суд первой инстанции установил, что в период 2020 и 2023 годов ЧОО уклонялось от оплаты за сверхурочную работу ФИО1

Отвечая на доводы представления и оценивая расчет задолженности по оплате за сверхурочную работу за период 2020 года в сумме 157 руб. 08 коп. за 1, 4 часа, установив, что на предприятии применяется суммированный учет рабочего времени с учетным периодом в один год, коллегия приходит к выводу о том, что оплата сверхурочной работы по итогам года начисляется в январе каждого года и выплачивается не позднее 13 января каждого года. По мнению коллегии, годичный срок для обращения в суд по требованию об оплате сверхурочной работы начинал течь с 13 января каждого года и истекал 13 января следующего года.

За оплату сверхурочной работы за 2019 год срок истекал 13 января 2020 года, за 2020 год - 13 января 2021 года, за 2021 год - 13 января 2022 года, за 2022 год- 13 января 2023 года, за 2023 год- 13 января 2024 года, за 2024 года – спустя год после увольнения – 25 июля 2025 года.

Поскольку прокурор обратился в суд 26 сентября 2025 года, коллегия соглашается с городским судом относительно пропуска срока для обращения в суд, предусмотренного ч.2 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации, отказавшего истцу в иске за период 2019-2023 годов.

При этом коллегия обращается к положениям статьи 149 Трудового кодекса Российской Федерации, где при выполнении работ в условиях, отклоняющихся от нормальных (при выполнении работ различной квалификации, совмещении профессий (должностей), сверхурочной работе, работе в ночное время, выходные и нерабочие праздничные дни и при выполнении работ в других условиях, отклоняющихся от нормальных), работнику производятся соответствующие выплаты, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Оплата сверхурочной работы производится в соответствии со статьей 152 Трудового кодекса Российской Федерации.

Сверхурочная работа оплачивается за первые два часа работы не менее чем в полуторном размере, за последующие часы - не менее чем в двойном размере. Конкретные размеры оплаты за сверхурочную работу могут определяться коллективным договором, локальным нормативным актом или трудовым договором.

В части 1 статьи 104 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что когда по условиям производства (работы) у индивидуального предпринимателя, в организации в целом или при выполнении отдельных видов работ не может быть соблюдена установленная для данной категории работников (включая работников, занятых на работах с вредными и (или) опасными условиями труда) ежедневная или еженедельная продолжительность рабочего времени, допускается введение суммированного учета рабочего времени с тем, чтобы продолжительность рабочего времени за учетный период (месяц, квартал и другие периоды) не превышала нормального числа рабочих часов. Учетный период не может превышать один год, а для учета рабочего времени работников, занятых на работах с вредными и (или) опасными условиями труда - три месяца.

Согласно письму Минздравсоцразвития Российской Федерации от 31 августа 2009 года № 22-2-3363, при суммированном учете рабочего времени, исходя из определения сверхурочной работы, подсчет часов переработки ведется после окончания учетного периода. В этом случае работа сверх нормального числа рабочих часов за учетный период оплачивается за первые два часа работы не менее чем в полуторном размере, а за все остальные часы - не менее чем в двойном размере.

В письме от 01 сентября 2021 года № 14-6/ООГ-8378 Министерство труда и социальной защиты Российской Федерации указано, что при суммированном учете рабочего времени в соответствии со статьей 104 Трудового кодекса Российской Федерации учетным периодом может признаваться любой отрезок времени (месяц, квартал, год), но не более года.

Материалами дела подтверждено, что на предприятии введен суммированный учет рабочего времени, а учетный период установлен продолжительностью один год, что предусмотрено Положением об оплате труда и премирования работников.

Суд апелляционной инстанции, принимая указанный выше локальный акт в качестве допустимого средства доказывания характера системы учета рабочего времени в ЧОО, приходит к выводу о том, что выводы городского суда о том, что годичный срок для обращения в суд по требованию об оплате сверхурочной работы начинал течь с 13 января каждого года и истекал 13 января следующего года, следует признать правильным.

Соглашаясь с выводами суда первой инстанции о годичном сроке начисления доплаты за сверхурочную работу, коллегия обращается к п.2 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации, где за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, работник имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

Поскольку в спорном случае законодатель связывает начало течения срока для обращения в суд не с получением сведений о нарушенном праве, а с установленным сроком производства доплаты за сверхурочный труд, вывод городского суда об истечении срока для обращения в суд для взыскания доплаты за сверхурочную работу в 2019-2022 годах, является верным.

Действуя в рамках предмета спора, где прокурор просил произвести доплату за сверхурочную работу в 2023 года продолжительностью 6, 6 часов, следует согласиться, что для взыскания оплаты за сверхурочный труд, принимая во внимание дату обращения в суд 26 сентября 2025 года, установленный ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации срок для обращения в суд пропущен за весь период действия трудового договора, кроме 2023-2024 годов, где работа в сверхурочное время добровольно компенсирована работодателем за 37, 4 часов (л.д 14, т.2).

Оплата труда работников в условиях, отклоняющихся от нормальных (в том числе в выходные и нерабочие праздничные дни), производится в соответствии с нормами трудового законодательства.

Работа в выходной или нерабочий праздничный день оплачивается не менее чем в двойном размере. По желанию работника, работающего в выходной или нерабочий праздничный день, ему может быть предоставлен другой день отдыха. В этом случае работа в выходной или нерабочий праздничный день оплачивается в одинарном размере, а день отдыха оплате не подлежит.

Конкретные размеры повышения оплаты труда за работу в выходной или нерабочий праздничный день устанавливаются коллективным договором, локальным нормативным актом, принимаемыми с учетом мнения выборного органа первичной организации профсоюза, трудовым договором.

Поскольку конкретных размеров оплаты труда за работу в выходной или нерабочий праздничный день коллективным договором, локальным нормативным актом не установлено, применению подлежат нормы Трудового кодекса Российской Федерации.

В силу положений ст. 153 Трудового кодекса Российской Федерации работа в выходной или нерабочий праздничный день оплачивается не менее чем в двойном размере. Конкретные размеры оплаты за работу в выходной или нерабочий праздничный день могут устанавливаться коллективным договором, локальным нормативным актом, принимаемым с учетом мнения представительного органа работников, трудовым договором. Оплата в повышенном размере производится всем работникам за часы, фактически отработанные в выходной или нерабочий праздничный день.

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 6 декабря 2023 года № 56-П, положения ст. 153 Трудового кодекса Российской Федерации не устанавливают порядка достижения и фиксации соглашения между работником и работодателем о предоставлении дня отдыха за работу в выходной или нерабочий праздничный день. По смыслу взаимосвязанных ст.ст. 113 и 153 данного Кодекса формой выражения достигнутого соглашения могут быть, в частности, письменное согласие работника на работу в такой день и письменное распоряжение работодателя о работе в выходной или нерабочий праздничный день, содержащие соответствующие положения.

Работодатель обязан при увольнении работника заменить неиспользованные дни отдыха повышенной оплатой работы в выходные и нерабочие праздничные дни, при этом факт выбора ранее работником по согласованию с работодателем предоставления других дней отдыха вместо повышенного размера оплаты не может рассматриваться как препятствие для получения им такой денежной выплаты.

Часть 4 ст. 153 Трудового кодекса Российской Федерации по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования предполагает, что в том случае, когда между работником и работодателем по желанию работника достигнуты соглашения о предоставлении дней отдыха за работу в выходные или нерабочие праздничные дни, но на день увольнения они не предоставлены, работнику в день увольнения выплачивается за весь период трудовой деятельности у данного работодателя разница между оплатой работы в указанные дни по правилам ч. 1 - 3 ст. 153 Трудового кодекса Российской Федерации и произведенной за эти дни оплатой в одинарном размере.

Учитывая вышеизложенное, прокурор обосновано пришел к выводу о наличии права требования ФИО1 оплаты труда в ночное время накануне праздничного дня в декабре 2019 года или 744 руб. 61 коп., в январе 2021 года – 1 532 руб. 16 коп., поскольку работодатель уклонился от повышенной оплаты труда либо компенсации такого труда днями отдыха в период трудовых отношений.

Следуя принципам, провозглашенным частью 4 ст. 153 Трудового кодекса Российской Федерации, где работнику в день увольнения выплачивается за весь период трудовой деятельности у данного работодателя разница между оплатой работы в выходные и праздничные по правилам ч. 1 - 3 ст. 153 Трудового кодекса Российской Федерации и произведенной за эти дни оплатой в одинарном размере, следует признать, что для взыскания этих сумм срок обращения в суд, истекший 25 июля 2025 года, также пропущен, как и по требованиям о взыскании компенсации за работу в ночное время и выплате заработной платы, размер которой не может быть ниже минимальной заработной платы в Алтайском крае в соответствующем году, однако срок для взыскания которой следует исчислять с применением принципа текущего платежа, как того требует ч. 3 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации.

Вместе с тем, работодатель в добровольном порядке погасил долг перед работником за период с 01 августа 2023 года по 25 июля 2024 года, куда вошла задолженность за работу в ночное время, праздничные дни, оплата сверхурочной работы с августа 2023 года по июль 2024 года, всего 61 123 руб. 78 коп.

Данная сумма увеличена на стоимость районного коэффициента, равного 25%, что с учетом удержания налога на имущество составило 67 559 руб. 72 коп., что согласуется с выводами Гострудинспекции, установившей размер недоплаты в 2023 году в сумме 21 056 руб. 33 коп., в 2024 году – 40 346 руб. 60 коп., всего 61 402 руб. 93 коп. (л.д. 190, т.1).

Оспаривая размер взыскания, прокурор не учел, что его собственные расчеты задолженности по заработной плате и ее составным частям, приведенные в исковом заявлении (л.д. 14-15, т.1), полностью дублируют справку о результатах проверки, проведенной Рострудом 05 сентября 2025 года.

Принимая во внимание, что задолженность перед работником за период с 01 августа 2023 года по 25 июля 2024 года погашена работодателем полностью в пределах итоговых результатов проверки Роструда и иска прокурора, доводы последнего о неверно произведенном судом расчете следует признать декларативными, имеющими формальный характер и недостаточными для отмены состоявшегося судебного акта в этой части.

Несмотря на данное обстоятельство, коллегия произвела собственную оценку доводам прокурора относительно начисления ФИО1 заработной платы ниже минимального размера оплаты труда в спорные 2023-2024 годы.

Региональным соглашением о минимальной заработной плате в Алтайском крае на 2022 - 2024 годы от 25 ноября 2021 года, дополнительным к нему соглашением от 19 ноября 2022 года для работников внебюджетного сектора экономики с 01 января 2022 года размер минимальной заработной платы составил 16 638 рублей, с 01 января 2023 года – 17 786 рублей (без учета выплат за работу в местностях с особыми климатическими условиями и иных компенсационных выплат, предоставляемых в соответствии с действующим законодательством, соглашениями и коллективными договорами).

Региональным соглашением о минимальной заработной плате в Алтайском крае на 2022 - 2024 годы от 25 ноября 2021 года, дополнительным к нему соглашением от 25 декабря 2023 года для работников внебюджетного сектора экономики размер минимальной заработной платы установлен с 01 января 2024 года в размере 21 070 рублей без учета выплат за работу в местностях с особыми климатическими условиями и иных компенсационных выплат, предоставляемых в соответствии с действующим законодательством, соглашениями и коллективными договорами.

Анализ расчетных листков ФИО1 в сопоставлении последних с Региональным соглашением о минимальной заработной плате в Алтайском крае на 2022-2024 годы подтверждает соблюдение ответчиком трудового законодательства в спорные периоды, поскольку согласно п.2.1 Положения об оплате труда и премировании работников ООО СЧОО «Комбат» в организации установлена повременно-премиальная оплата труда. Данная система оплаты труда предполагает, что заработная плата работника состоит из фиксированной части в виде оклада и переменной стимулирующей части в виде премии, что в силу ст. 129 Трудового кодекса Российской Федерации является неотъемлемой составной частью заработной платы, в связи с чем при оценке соблюдения работодателем требований ст. 133 Трудового кодекса Российской Федерации прокурору следовало исходить из того, что учету подлежит совокупный доход работника, состоящий из суммирования оклада и премии

Поскольку в 2023 году в качестве оклада с учетом премии размер заработной платы ФИО1, состоящий из оклада и премии, достиг 18 208 руб. ( 11 380+6 828) против 17 786 руб. МРОТа в Алтайском крае, а в 2024 году - 21 072 руб. ( 13 170 + 7 902) против 21 070 руб. МРОТа в Алтайском крае, доводы представления о наличии оснований для отмены состоявшегося судебного акта в этой части коллегия признает несостоятельными.

Самостоятельным доводом жалобы выступает позиция прокурора относительно наличия объективных причин для восстановления пропущенного срока для обращения в суд за взысканием долга за весь период трудовых отношений с 2019 по 2024 годы.

Разрешая ходатайство прокурора о восстановлении срока и отклоняя его, суд первой инстанции указал, что обращения ФИО1 к работодателю, в Государственную трудовую инспекцию труда, прокурору и депутату Государственной Думы Российской Федерации последовали после увольнения, состоявшегося 25 июля 2024 года, по истечении значительного срока с момента окончания годичного срока на обращение в суд за период 2019-2023 годов, с чем не соглашается прокурор в апелляционном представлении.

Проверяя правильность позиции суда в этой части, коллегия указывает, что в соответствии с нормами Трудового кодекса Российской Федерации при выплате заработной платы работодатель обязан извещать в письменной форме каждого работника о составных частях заработной платы, причитающейся ему за соответствующий период; о размерах иных сумм, начисленных работнику, в том числе денежной компенсации за нарушение работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику; о размерах и об основаниях произведенных удержаний; об общей денежной сумме, подлежащей выплате.

Целью выдачи расчетного листка является необходимость проинформировать работника, из чего складывается его очередная заработная плата.

В соответствии с частью 2 статьи 136 Кодекса форма расчетного листка утверждается работодателем с учетом мнения представительного органа работников.

При разрешении настоящего спора суд не установил негативных событий, связанных с уклонением работодателя от вручения расчетных листков работнику.

Более того, сведения об обратном не опровергает истец ФИО1, пояснившая суду первой инстанции о том, что все расчетные листки у нее имелись, последние она передала в Роструд в качестве приложения к собственному обращению (л.д. 67 об., т.1).

Поскольку судом установлен и прокурором не оспорен факт соблюдения работодателем общепринятой практики вручения работнику расчетных листов с указанием начисленной месячной заработной платы, следует признать верной позицию суда первой инстанции о том, что работник был своевременно информирован о начислениях и выплатах за сверхурочный труд, работу в ночное и праздничное время.

Вопреки доводам представления, работник, работающий сверхурочно, в ночное время и праздничные дни, не мог не обратить внимание на данное обстоятельство, доподлинное зная о работе, произведенной сверх нормальной продолжительности рабочего времени либо в условиях, отличающих от нормальных.

Доводы жалобы о юридической неграмотности ФИО1, не имеющей специальных познаний для надлежащей оценки сведений, содержащихся в расчетных листках, коллегия отклоняет за отсутствием препятствий для обращения работника в Роструд либо органы прокуратуры в любое время в рамках действия трудового договора после вручения расчетных листков.

Вопреки представлению, ФИО1, ежемесячно получая заработную плату, не могла не знать о предполагаемом ею нарушении прав в части отсутствия сведений о начислении справедливой заработной платы в части компенсаций а работу в условиях, отличающихся от нормальных, в связи с чем срок для обращения в суд за взысканием задолженности по заработной плате за период действия трудовых отношений с 06 декабря 2019 года по 31 июля 2023 года действительно истек в каждый последующий год после получения заработной платы с окончанием такого срока 12 августа 2024 года в отношении последнего месяца получения заработной платы.

Не усматривает коллегия оснований для восстановления срока за названный выше период для обращения в суд в связи с длительной внесудебной защитой нарушенного права.

Согласно п. 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям», оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении пропущенного срока, суд обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора. Например, об уважительности причин пропуска срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора может свидетельствовать своевременное обращение работника с письменным заявлением о нарушении его трудовых прав в органы прокуратуры и (или) в государственную инспекцию труда, которыми в отношении работодателя было принято соответствующее решение об устранении нарушений трудовых прав работника, вследствие чего у работника возникли правомерные ожидания, что его права будут восстановлены во внесудебном порядке.

Вопреки доводам прокурора, коллегия не усматривает обстоятельств, объективно препятствующих ФИО1 обратиться в суд за взысканием оплаты труда за работу за 2019-июль 2023 года в течение года до 12 августа 2024 года.

При этом ФИО1 безусловно обладала сведениями о собственной трудовой деятельности, имеющей явную возможность просить надзорные органы суд об оказании помощи в защите трудовых прав.

По причине того, что пропуск срока для обращения в суд является самостоятельным основанием для отказа истцу в иске, решение суда первой инстанции об отказе прокурору в иске о взыскании задолженности по заработной плате и компенсации за задержку выплаты последней за названный выше период отмене не подлежит.

Далее. Отвечая на доводы представления относительно незаконности отказа в присуждении компенсации по ст. 236 Трудовой кодекса Российской Федерации за задержку выплаты заработной платы с августа 2023 года по июль 2024 года, коллегия, вопреки выводам суда первой инстанции, полагает о наличии на то законных оснований.

Отказывая в выплате компенсации за данный период, городской суд указал, что компенсация, предусмотренная ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации, подлежала начислению до 13 сентября 2024 года (день добровольной выплаты долга за 2023-2024 годы)

Поскольку обращение ФИО1 к прокурору города Рубцовска имело место 23 сентября 2025 года при предъявлении иска в суд 26 сентября 2025 года, срок для обращения в суд за компенсацией истек 13 сентября 2025 года и, по мнению суда первой инстанции, не может быть восстановлен за отсутствием уважительных причин пропуска срока, к которым нельзя отнести обращение к депутату Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации, Генеральную прокуратуру Российской Федерации, поскольку органами прокуратуры не принималось решений об устранении нарушений трудовых прав работника, которые бы давали истцу основания полагать, что трудовой спор будет разрешен во внесудебном порядке.

Не соглашаясь с такими выводами, коллегия считает о противоречивости таких выводов в условиях взыскания денежной компенсации морального вреда. Помимо прочего, об отсутствии начисления компенсации по ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации ФИО1 стало достоверно известно не ранее 13 сентября 2024 года.

С этого периода времени последняя не прекращала попыток для защиты собственных трудовых прав, обратившись 27 марта 2025 и 05 июня 2025 года в интернет-приемную ФИО2, в результате чего прокуратурой края по поручению Генерального прокурора Российской Федерации проведена проверка соблюдения трудовых прав ФИО1, которой прокурором давались многочисленные ответы об отсутствии нарушенного права (л.д. 18, 19, 26-27, т.2), отозванные прокурором края 23 сентября 2025 года с последующим направлением иска в суд (л.д. 20, т.2).

При таких обстоятельствах у ФИО1 действительно возникли правомерные ожидания о том, что ее права могут быть восстановлены во внесудебном порядке, что является достаточным основанием для восстановления прокурору и ФИО1 пропущенного срока для обращения в суд за взысканием компенсации за нарушение сроков выплаты заработной платы с августа 2023 года по июль 2024 года.

В соответствии с абзацем 1 статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от начисленных, но не выплаченных в срок сумм и (или) не начисленных своевременно сумм в случае, если вступившим в законную силу решением суда было признано право работника на получение неначисленных сумм, за каждый день задержки начиная со дня, следующего за днем, в который эти суммы должны были быть выплачены при своевременном их начислении в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Производя расчет названной денежной компенсации, судебная коллегия указывает, что размер таковой в отношении неначисленных доплат за ночное время, за работу в праздничные дни и за работу в праздничные дни в ночное время, подлежащие ежемесячной выплате в период с августа 2023 года по июль 2024 года, составляет 2 458 руб. 97 коп., за сверхурочную работу в 2023-2024 года ( с августа по июль) – 4994 руб. 61 коп., всего 7 453 руб. 58 коп., подлежащих взысканию с ответчика в пользу истца, что влечет за собой увеличение размера денежной компенсации морального вреда до 20 000 руб., поскольку нарушение работодателем требований ст. 140 Трудового кодекса Российской Федерации коллегия оценивает в качестве нарушения трудовых прав работник.

В соответствии с частью четвертой статьи 3 и частью девятой статьи 394 Кодекса суд вправе удовлетворить требование лица, подвергшегося дискриминации в сфере труда, а также требование работника, уволенного без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконно переведенного на другую работу, о компенсации морального вреда.

По правилам ст. 103 Гражданского процессуального кодекса российской Федерации в ответчика в доход местного бюджета должна быть взыскана государственная пошлина в сумме 7000 руб., поскольку помимо требований имущественного характера до 100 000 руб., облагаемых государственной пошлиной в сумме 4 000 руб. по правилам пп.1 п.1 ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, ФИО1 присуждена денежная компенсация морального вреда, являющаяся неимущественным требованием и подлежащая обложению пошлиной в 3 000 руб. согласно пп. 3 п.1 ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации.

Иные доводы отсутствуют в представлении прокурора, оснований для отмены решения в части отказа истцу иске за иные периоды трудовой деятельности не усмотрены.

Руководствуясь статьями 327-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

Решение Рубцовского городского суда Алтайского края от 14 ноября 2025 года отменить в части отказа прокурору города Рубцовска Алтайского края в иске в интересах ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью Частная охранная организация «Комбат» о взыскании компенсации за задержку выплаты заработной платы.

Принять в этой части новое решение.

Исковые требования прокурора города Рубцовска Алтайского края в интересах ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью Частная охранная организация «Комбат» о взыскании компенсации за задержку выплаты заработной платы удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью Частная охранная организация «Комбат» (ИНН ***) в пользу ФИО1 (паспорт гражданина Российской Федерации серии *** ***) компенсацию за задержку выплаты заработной платы за период с 13 сентября 2023 года по 13 сентября 2024 года в размере 7 453 руб. 58 коп.

Решение Рубцовского городского суда Алтайского края от 14 ноября 2025 года изменить в части взыскания денежной компенсации морального вреда.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью Частная охранная организация «Комбат» (ИНН ***) в пользу ФИО1 (паспорт гражданина Российской Федерации серии *** ***) компенсацию морального вреда в размере 20 000 рублей.

В остальной части решение суда оставить без изменения, апелляционное преставление прокурора - без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью Частная охранная организация «Комбат» (ИНН ***) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 7 000 руб.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное решение изготовлено 13 марта 2026 года.