Дело № 2-436/18 05 июля 2018 года

ЗАОЧНОЕ 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Кронштадтский районный суд Санкт-Петербурга в составе

председательствующего судьи Шумило М.С.,

при секретаре Демидовой О.Ю.,

с участием истца ФИО1, его представителя ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «Смарт Мебель» о защите прав потребителей,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском (уточненным в порядке ст. 39 ГПК РФ) к ООО «Смарт Мебель» о защите прав потребителей, в котором просил взыскать с ответчика в свою пользу неустойку в размере 196 000,00 руб., компенсацию морального вреда в размере 25 000,00 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 86 250,00 руб., и штраф в размере 50 % от присужденной судом суммы, предусмотренный ч.6 ст. 13 Закона «О защите прав потребителей».

В обоснование заявленных требований истец пояснил, что 01.11.2017 г. между ФИО1 и ООО «Смарт Мебель» был заключен договор, по условиям которого ответчик принял на себя обязательство изготовить по индивидуальному проекту кухонный гарнитур, включая доставку и монтаж, а ФИО1 в свою очередь, принял на себя обязательство оплатить заказ. После заключения договора, истец дополнительно приобрел столешницу, которую ответчик обязался изготовить, доставить и смонтировать. Стоимость столешницы на момент приобретения мебели продавец указать затруднилась, ее оплату он произвел при доставке мебели 30.12.2017 года в размере 29 900 руб. Итого истец оплатил общую стоимость заказа в сумме 196 000,00 руб., что подтверждается квитанциями от 01.11.2017 г. и 30.12.2017 г. В нарушение условий договора о сроках доставки гарнитура и столешницы, изготовитель доставил и смонтировал гарнитур 03.03.2018 г., вместо положенного 14.12.2017 г., а столешницу к 19.02.2018 г., просрочив доставку гарнитура на 79 дней, а доставку столешницы на 12 дней. При установке исполнителем столешница лопнула, гарнитур доставлен без дверок шкафа и зеркального «фартука», в связи с чем, истец обратился к ответчику с претензией, которая оставлена без удовлетворения. 

Истец ФИО1, его представитель по доверенности ФИО2, в судебном заседании исковые требования поддержали в полном объеме, не возражали против вынесения заочного решения в отсутствие представителя ответчика. 

Ответчик ООО «Смарт Мебель», будучи надлежащим образом извещенным, о месте и времени судебного разбирательства, в судебное заседание не явился, об уважительных причинах неявки суду не сообщил, ходатайств и возражений на иск не представил в связи с чем, с учетом мнения истца, не возражавшего против рассмотрения дела в порядке заочного производства, судом вынесено определение о рассмотрении дела в порядке гл. 22 ГПК РФ. 

В соответствии со ст. 234 ГПК РФ при рассмотрении дела в порядке заочного производства суд исследует доказательства, представленные лицами, участвующими в деле.

Суд, огласив уточнение к иску, выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, приходит к выводу, что иск подлежит удовлетворению частично по следующим основаниям.

В силу п. 1 ст. 27 Закона РФ от 07.02.1992 «О защите прав потребителей», ст. 708 Гражданского кодекса РФ исполнитель обязан осуществить выполнение работы в срок, установленный договором, и несет ответственность за нарушение как начального, так и конечного сроков выполнения работ.

Судом установлено, материалами дела подтверждено, что 01.11.2017 г. между ФИО1 и ООО «Смарт Мебель» заключен договор № 157 на изготовление мебели на заказ по индивидуальному проекту, по условиям которого ответчик обязался передать заказчику кухонный гарнитур в соответствии с эскизом. Цена договора в соответствии с п. 2.2 составила 196 000,00 руб. и была оплачена истцом в полном объеме (л.д. 8-12,13).

Согласно п. 2.7 договора, оплата производится в наличной форме в три этапа: предоплата, которая составляет 75 000 рублей и окончательный расчет при доставке деталей изделия на территорию заказчика, и составляет 76 000 рублей за изделие и 15 000 рублей за услуги монтажа. 

В соответствии с представленной квитанцией во исполнение условий договора истцом в пользу ответчика 01.11.2017 года была внесена предоплата, установленная п. 2.7 договора в размере 75 00 рублей. 

Согласно п. 3.2. договора № 157 исполнитель обязался в срок не позднее 30 рабочих дней со дня окончательного согласования заказа, выполнить работы по изготовлению мебели: кухонный гарнитур.

В данном случае, с учетом внесения предоплаты 01.11.2017 года работы по изготовлению мебели должны были быть закончены не позднее 14.12.2017 года.

Согласно п. 4.4 договора при необходимости изменения срока начала или окончания работ каждая из сторон обязана сообщить об этом другой стороне не позднее, чем за 48 часов до его наступления.

Анализируя содержания рассматриваемого договора, суд приходит к выводу о том, что стороны согласовали, что надлежащим результатом выполненной работы будет являться изготовленная, доставленная и смонтированная в срок мебель, пригодная для использования по ее прямому назначению. Поэтому частичная доставка заказчику конструкций кухонного гарнитура и их сборка не свидетельствует о достижении того результата, который истец надеялся получить, заключая договор.

Согласно п. 4.9 договора сдача-приемка выполненных работ оформляется по месту установки изделия актом выполненных работ, являющихся неотъемлемой частью договора, однако при поставке гарнитура, ответчик акт приема-передачи выполненных работ не предоставил.

Как указано истцом, кухонный гарнитур ответчик доставил 30.12.2017 года без дверок для шкафа и зеркального «фартука» и смонтировал его только 03.03.2018 г, вместо положенного срока 14.12.2017 г. При доставке им была оплачена оставшаяся сумма по договору в размере 121000 руб., которая включала в себя и стоимость столешницы в размере 29 900 рублей, также доставленной 30.12.2017 г. При монтаже столешницу раскололи и в этот же день увезли, доставили после ремонта только 03.03.2018 г. 

Факт доставки заказа документально не подтвержден, ответчик не предоставил акт приема-передачи выполненных работ, оформление которого предусмотрено п.4.9 договора. 

Согласно материалов дела 07 марта 2018 года истцом в адрес ответчика была направлена претензия с требованием о выплате неустойки за нарушение сроков по договору, которая оставлена ответчиком без внимания. 

Из подпункта 5 части 1 статьи 28 Закона РФ от 07.02.1992 «О защите прав потребителей» следует, что в случае нарушения установленных сроков выполнения работы (оказания услуги) или назначенных потребителем на основании пункта 1 статьи 28 Закона РФ от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей» новых сроков исполнитель уплачивает потребителю за каждый день (час, если срок определен в часах) просрочки неустойку (пеню) в размере трех процентов цены выполнения работы (оказания услуги), а если цена выполнения работы (оказания услуги) договором о выполнении работ (оказании услуг) не определена - общей цены заказа.

Неустойка (пеня) за нарушение сроков окончания выполнения работы (оказания услуги), ее этапа взыскивается за каждый день (час, если срок определен в часах) просрочки вплоть до окончания выполнения работы (оказания услуги), ее этапа или предъявления потребителем требований, предусмотренных пунктом 1 статьи 28 указанного Закона.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 28 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 17 от 28.06.2012 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", при разрешении требований потребителей необходимо учитывать, что бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, в том числе и за причинение вреда, лежит на продавце (изготовителе, исполнителе, уполномоченной организации или уполномоченном индивидуальном предпринимателе, импортере).

Таким образом, исследовав и оценив по правилам ст. 67 ГПК РФ все представленные по делу доказательства, руководствуясь положениями Закона «О защите прав потребителей», суд полагает, что доводы о нарушении ответчиком предусмотренных договором сроков по изготовлению мебели являются состоятельными, и приходит к выводу о наличии оснований для взыскания с ответчика неустойки за нарушение срока установки мебели. 

Учитывая, что по условиям договора доставка мебели истцу должна была быть осуществлена 14.12.2017 года, а столешницы 19.02.32018 года, фактически кухонный гарнитур и столешница доставлены и установлены 03.03.2018 года, ответчик нарушил установленные договором сроки по изготовлению и доставке кухонного гарнитура, просрочив доставку гарнитура на 79 дней, а столешницы на 12 дней.

Расчет неустойки за нарушение сроков изготовления кухонного гарнитура, за период с 14.12.2017 г. по 03.03.2018 г. и определяющий размер неустойки в сумме 166 100 руб. и за нарушение сроков по изготовлению столешницы за период с 19.02.2018 по 03.03.2018 года в размере 10 764 руб., составленный истцом в порядке п. 5 ст. 28 Закона «О защите прав потребителей», судом проверен и является арифметически правильным. 

Между тем, разрешая исковые требования истца о взыскании неустойки, суд полагает необходимым применить положения ст. 333 ГК РФ и снизить размер неустойки, подлежащей взысканию до 150 000 руб. При этом суд принимает во внимание выводы Конституционного Суда Российской Федерации, изложенные в Определении от 21 декабря 2000 г. № 263-О, согласно которым положения п. 1 ст. 333 ГК РФ содержат обязанность суда установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного, а не возможного размера ущерба. Предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, то есть, по существу, - на реализацию требования ст. 17 (ч. 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в части первой ст. 333 ГК РФ речь идет не о праве суда, а, по существу, о его обязанности установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба.

Согласно положениям ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Из данной правовой нормы следует, что каждый из граждан в случае причинения ему морального вреда имеет право на защиту своих прав и интересов.

Возмещение морального вреда в силу положений ст. ст. 151, 1099 ГК РФ производится при доказанности одновременно обстоятельств наличия самого морального вреда в виде физических и нравственных страданий, причинной связи между указанным вредом и виновными действиями нарушителя.

Вина причинителя вреда является необходимым условием для компенсации, кроме случаев, предусмотренных законом (ст. 1100 ГК РФ).

Статьей 15 Закона «О защите прав потребителей» предусмотрено, что моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

Пунктом 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», установлено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В данном случае, судом установлен факт нарушения ответчиком сроков изготовления и доставки мебели, что привело к нарушению прав ФИО1, как потребителя, что в силу закона является основанием для компенсации причиненного ему морального вреда.

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Определяя размер денежной компенсации морального вреда, подлежащего взысканию, суд учитывает обстоятельства, при которых он был причинен истцу, степень причиненных нравственных страданий.

Таким образом, принимая во внимание общие условия компенсации морального вреда, установленные п.1 ст.151 ГК РФ, суд, приходит к выводу о том, что причиненные ФИО1 нравственные страдания подлежат компенсации, но в меньшем размере, чем им было заявлено, а именно, путем взыскании в его пользу с ответчика денежных средств в сумме 10 000 руб., что будет отвечать принципам разумности и справедливости. 

Поскольку установлен факт нарушения ответчиком прав истца, как потребителя, и несоблюдения ответчиком в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя, подлежит применению п. 6 ст. 13 Закона «О защите прав потребителей», согласно которого при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере 50% от суммы, присужденной судом в пользу потребителя, размер подлежит исчислению в размере 50% от суммы, взысканной неустойки, компенсации морального вреда - в общей сумме 80 000,00 руб. (из расчёта (150 000,00 руб.+ 10 000,00) : 2 = 80 000,00 руб.)

Согласно представленных суду документов, между ФИО1 и ООО «Единый центр правовой защиты», 02.02.2018 г., 30.03.2018 г. заключены договоры №№ 5317, 4917 на оказание юридических услуг. Также представлены чеки о внесении в кассу ООО «Единый центр правовой защиты» на сумму 86 250,00 (л. д. 14-19).

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в Определении от 21 декабря 2004 года N 454-О и применимой к гражданскому процессу, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции РФ. Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Разумность судебных издержек на оплату услуг представителя не может быть обоснована известностью представителя лица, участвующего в деле.

Руководствуясь ст. ст. 88, 94, 98, 100 ГПК РФ, основываясь на материалах дела, учитывая конкретные обстоятельства дела, категорию сложности настоящего дела, продолжительность времени его рассмотрения и объем фактической работы, проведенной представителем, его участие в судебных заседаниях в суде первой инстанции и учитывая, что все понесенные истцом расходы подтверждены документально, и сомнений не вызывают, а также требования разумности и справедливости, суд полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца судебные расходы, связанные с оплатой услуг представителя в размере 20 000 руб.

Пир этом, судом установлено, что представитель истца ООО «Единый центр правовой защиты» участвовал в составлении иска и предъявлении его в суд. Также учитывается, что рассматриваемое дело не представляет сложности, количество проведенных по делу судебных заседаний, а именно – одно от 05.07.2018 г. Предварительное судебное заседание, назначенное на 05.06.2018 г. откладывалось в связи с подготовкой уточненного расчета. Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что расходы по оплате услуг ООО «Единый центр правовой защиты» в сумме 86 250,00 руб. являются чрезмерными и необоснованными.

Поскольку при подаче иска истец в силу закона был освобожден от уплаты госпошлины, руководствуясь ст. 103 ГПК РФ, с ответчика в бюджет г. Санкт-Петербурга подлежит взысканию госпошлины в размере 4 500 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст.194-198, 233-235 ГПК РФ суд, 

РЕШИЛ:

Иск ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «Смарт Мебель» в пользу ФИО1 неустойку за период с 14.12.2017 г. по 03.03.2018 г. в размере 150 000,00 руб., компенсацию морального вреда в сумме 10 000,00 руб., штраф в размере 80 000,00 руб., судебные расходы в сумме 20 000,00 руб. а всего 250 000,00 руб.

Взыскать с ООО «Смарт Мебель» в доход бюджета Санкт-Петербурга государственную пошлину в размере 4500,00 руб.

Ответчик вправе подать в Кронштадтский районный суд Санкт-Петербурга заявление об отмене решения суда в течение семи дней со дня вручения ему копии этого решения. 

Заочное решение суда может быть обжаловано сторонами также в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца по истечении срока подачи ответчиком заявления об отмене этого решения суда, а в случае, если такое заявление подано, - в течение месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении этого заявления.

Судья М.С. Шумило