Копия

Дело № 2-308/2021

24RS0048-01-2020-001539-65

РЕШЕНИЕ

 

Именем Российской Федерации

09 марта 2021 года г. Красноярск

Советский районный суд г. Красноярска в составе:

председательствующего судьи Чудаевой О.О., 

при секретаре Свининой А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о признании завещания недействительным,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о признании завещания недействительным, в котором просит признать недействительным завещание, удостоверенное нотариусом Красноярского нотариального округа ФИО3

Требования мотивированы тем, что истец является дочерью ФИО4, умершего 19.08.2019 года. После смерти отца ФИО1 обратилась к нотариусу с заявлением о принятии наследства и получении свидетельства о праве на наследство по закону. От нотариуса истцу стало известно, что наследодатель составил завещание в пользу ФИО2 в отношении квартиры по ул. 

<

адрес> в г. Красноярске. Поскольку наследодатель злоупотреблял алкоголем, имел заболевания, его мучили сильные боли, лечащим врачом прописаны наркотические средства, проходил курс химиотерапии, начиная с 2013 года, вследствие чего при составлении завещания был не способен понимать значение своих действий и руководить ими. 

В судебном заседании представитель истца ФИО5, истец ФИО1 исковые требования поддержали в полном объеме, по изложенным основаниям. Дополнительно суду пояснили, в мотивировочной части заключения экспертов содержится вывод о том, что выявленные на момент составления завещания заболевания оказывали влияние на волю наследодателя, следовательно, необходимо допросить эксперта, чтобы он установил процент вероятности влияния на возможность понимания совершаемых действий, в том числе составление завещания. Кроме того, указали, что нотариус не обладает специальными познаниями в области психологии и психиатрии, вследствие чего не может в полной мере подтвердить тот факт, мог ли ФИО4 в полной мере осознавать свои действия. Истец ФИО1 пояснила, что за месяц до составления завещания, она вместе с отцом ходила на прием к врачу в онкоцентр, при ней врач озвучила неблагоприятный исход заболевания, это звучало как приговор для отца, он понимал, что ему жить осталось недолго. После этого он стал более замкнутым, подавленным, расстроенным, вообще стал плохо соображать. Также указала, что в момент составления завещания, у ФИО4 был сломан слуховой аппарат, он его со злости кинул и сломал, сказал, что ничего не надо. Чтобы с ним разговаривать, необходимо было сидеть рядом и кричать прямо в ухо. Поэтому не понятно, как нотариус общался с ФИО4 обычным голосом, не переходя на крик, отец ничего не слышал, поэтому возможно недопонимал всего того, что ему разъяснял нотариус. 

Представитель ответчика ФИО6 (по доверенности) в судебном заседании исковые требования не признал, пояснил, в материалах дела отсутствуют доказательства порока воли ФИО4 при составлении, удостоверении завещания, также как и доказательства того, что ФИО2 каким-либо образом оказывала влияние на ФИО4 в данном или подобных случаях. Нотариус подтвердил, что им было удостоверено завещание от имени ФИО4, по результатам проведенной экспертизы, не имеется оснований для признания ФИО4 недееспособным, а также отсутствуют основания сделать вывод, что завещание составлено лицом, которое не могло понимать значение своих действий. Сторонам истца в каждое судебное заседание пытается представить новые доказательства, в том числе показания свидетелей, дать им иную оценку. Вместе с тем, свидетели, допрошенные в зале суда по ходатайству стороны истца, также подтвердили, что ФИО4 самостоятельно принимал решения, переубедить его в этом было не возможно, до конца своих дней проживал один, самостоятельно ухаживал за собой. Также отметил, что ФИО2 не является ему посторонним человеком, она бывшая супруга наследодателя, с которой у последнего сохранились теплые отношения, хотя и брак между ними был расторгнут. ФИО2 в силу своих возможностей помогала ФИО4 в быту, общались, жили по соседству. В заключении экспертов действительно имеется вывод о наличии заболеваний у ФИО4, вместе с тем, эксперты не пришли к однозначному выводу о том, что данные заболевания влияли на волеизъявление ФИО4 в момент составления завещания. Просил в иске отказать.

Нотариус Красноярского нотариального округа ФИО3 в судебном заседании пояснил, что удостоверение завещание является типовым нотариальным действием, поэтому ничего особенного с учетом произошедшего времени пояснить не может. Также указал, что в случае сомнения в дееспособности лица, он направляет за справкой в КПНД, в данном случае такой необходимости не было. ФИО4 на момент составления завещания находился в адекватном состоянии, понимал значение своих действий и руководил ими, при составлении завещания последний критически оценивал сложившуюся ситуацию, социальные и правовые последствия своих действий, их внутреннее смысловое содержание, его действия носили целенаправленный характер, волеизъявление было свободным. Нотариальное действие совершено в соответствие с действующим законодательством и соблюдением принципов нотариата как законность нотариальной деятельности и охрана интересов физических и юридических лиц, заинтересованных в совершении нотариальных действий. Также отметил, что ФИО4 пришел с бумажкой, на которой был написан текст, который впоследствии был внесен в текст завещания, а именно указано, на то, что все имущество завещает ФИО2, в случае если последняя его не примет, то имущество завещает дочери ФИО1 Нотариус разъяснил, данные последствия, что дочь может наследовать только после ФИО2, на что ФИО4 пояснил, что так и должно быть указано в тексте завещания. 

Ответчик ФИО2, третьи лица нотариус ФИО7, в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещались своевременно и надлежащим образом, причину неявки суду не сообщили. Нотариус ФИО7 представила заявление о рассмотрении дела в свое отсутствие. 

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В силу пункта 2 ст. 209 ГК РФ, собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В силу статьи 1111 Гражданского кодекса Российской Федерации наследование осуществляется по завещанию и по закону. Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных настоящим Кодексом.

Согласно ст. 1112 ГК РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи и иное имущество.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1118 Гражданского кодекса Российской Федерации распорядиться имуществом на случай смерти можно только путем совершения завещания.

Пунктом 1 статьи 1119 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что завещатель вправе по своему усмотрению завещать имущество любым лицам, любым образом определить доли наследников в наследстве, лишить наследства одного, нескольких или всех наследников по закону, не указывая причин такого лишения, а в случаях, предусмотренных названным Кодексом, включить в завещание иные распоряжения.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 1131 этого же Кодекса при нарушении положений данного Кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание). Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием.

В силу п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", сделки, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей при наследовании (в частности, завещание, отказ от наследства, отказ от завещательного отказа), могут быть признаны судом недействительными в соответствии с общими положениями о недействительности сделок (§ 2 главы 9 Гражданского кодекса Российской Федерации) и специальными правилами раздела V Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Юридически значимыми обстоятельствами в таком случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у стороны сделки в момент ее заключения, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.

На основании статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Судом установлено, что ФИО1 является дочерью ФИО4, что подтверждается свидетельством о рождении (л.д. 10).

19.03.2019 нотариусом г. Красноярска ФИО3 удостоверено завещание ФИО4 согласно которому, он завещал свое имущество ФИО2 В случае если ФИО2 умрет до открытия наследства, либо одновременно с ним, либо не примет наследство по другим причинам или откажется от него, либо не будет иметь право наследовать или будет отстранена от наследования как недостойный наследник, то назначенное ей имущество, завещал дочери ФИО1 

Завещание составлено со слов ФИО4, собственноручно им подписано в присутствии нотариуса. Личность завещателя установлена, дееспособность проверена. Завещание зарегистрировано в реестре за 

<

данные изъяты> (л.д. 14).

Брак между ФИО4 и ФИО2 прекращен 03.08.2005 года, что подтверждается свидетельством о расторжении брака (л.д. 15). 

Согласно свидетельства о смерти 19.08.2019 года ФИО4 умер (л.д. 9). 

По информации нотариуса ФИО7 после смерти ФИО4 заведено наследственное дело № 

<

данные изъяты> с заявлением о принятии наследства обратилась ФИО2, 20.02.2020 с заявлением о принятии наследства обратилась ФИО1

Квартира по адресу: г. Красноярск, ул. 

<

адрес>, кадастровый номер: 

<

адрес>, площадью 31,6 кв.м. принадлежала умершему на праве собственности, что подтверждается выпиской из ЕГРН. 

Согласно сведениям нотариуса Красноярского нотариального округа ФИО8 завещание от имени ФИО4 не изменялось, не отменялось.

По данным КГБУЗ «Красноярского краевого психоневрологического диспансера № 1» ФИО4 на учете не значился. 

По сведениям КГБУЗ КККОД им ФИО9 ФИО4 проходил амбулаторное лечение в онкологическом диспансере. 

Из акта медицинского исследования трупа № 4672 от 20.08.2019 следует, что причиной смерти явилась низкодифференцированная аденокарционма пилорической части желудка с распадом: стенкажелудка в пилорической части утолщена до 2,0 см. серого цвета, слизистая представлена серо – вишневыми распадающимися массами. Данное заболевание осложнилось эндотоксикозом тяжелой степени: повышение молекул средней массы до 0,54 усл.ед., дистрофические изменения органов, гидроперитонеум. При судебно – медицинской экспертизе в крови и моче трупа этиловый спирт не обнаружен. 

Как следует из искового заявления и приложенных к нему документов, истец приходится дочерью умершему и является наследником по закону первой очереди.

По ходатайству стороны истца на основании определения суда от 13.10.2020 года назначена судебная амбулаторная комплексная психолого-психиатрическая экспертиза, проведение которой было поручено КГБУЗ "Красноярский краевой психоневрологический диспансер №1". 

Согласно заключению судебно-психиатрической комиссии № 

<

данные изъяты> года, ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (умерший 19.08.2019 года) на момент составления завещания, удостоверенного 19.03.2019 страдал психическим расстройством в форме тяжелого астенического синдрома вследствие злокачественного новообразования предстательной железы. Основаниями для определения данного диагноза являются сведения о проявлениях у подэкспертного тяжелого онкологического заболевания в терминальной стадии с выраженной астенией. В таком случае данное психическое состояние могло существенно снизить способности подэкспертного целостно оценивать ситуацию, полноценно перерабатывать и систематизировать получаемую информацию, делать верные выводы, принимать обоснованные с учетом всех необходимых условий решения при составлении и подписании завещания, удостоверенного 19.03.2019 года

В тоже время в материалах дела и медицинской документации не достаточно сведений, чтобы объективно, а не предположительно оценить степень влияния выраженного астенического состояния на способность ФИО4 понимать значение своих действий и руководить ими.

В связи с отсутствием в материалах дела и медицинской документации объективных данных о психическом состоянии ФИО4 в юридически значимый период, эксперам не представилось возможным определить степень выраженности изменений эмоционально-волевой, интеллектуально-мнестической сфер личности ФИО4, обусловленных выраженной астенией вследствие тяжелого онкологического заболевания, и, соответственно, их влияние на способность ФИО4 понимать значение своих действий и руководить ими на момент составления завещания, удостоверенного 19.03.2019 года.

С целью определения влияния имеющихся заболеваний у наследодателя на способность ФИО4 понимать значение своих действий и руководить ими на момент составления завещания, удостоверенного 19.03.2019 года после истребования дополнительных медицинских документов и допроса свидетелей ФИО10, ФИО11 определением суда от 10.12.2020 была назначена дополнительная судебная экспертиза. 

Вместе с тем, согласно заключению комиссии экспертов от 21.01.2021 № 335/д вследствие отсутствия объективных данных в медицинской документации, оценить динамику психического состояния ФИО4 и определить степень выраженности изменений эмоционально-волевой, интеллектуально-мнестической сфер личности ФИО4 в юридически значимый период, а также определить степень сохранности его способности понимать значение своих действий и руководить ими не представилось возможным.

Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими (части 1 - 4 ст. 67 ГПК РФ).

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года N 23 "О судебном решении", заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (ст. 67, ч. 3 ст. 86 ГПК РФ).

В силу положений ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, возлагающих на каждую сторон обязанность по доказыванию тех обстоятельств, на которые она ссылается, как на основание своих требований и возражений, заинтересованное лицо, обращаясь с требованиями о признании сделки недействительной по основаниям, предусмотренным ст. 177 ГК РФ, должно представить доказательства того, что в момент совершения оспариваемой сделки лицо, ее совершившее, находилось в таком состоянии, когда оно не было способно понимать значение своих действий или руководить ими.

В обоснование своей позиции по делу, истцом в качестве доказательств были допрошены свидетели. Так свидетель ФИО10, которая обслуживала слуховой аппарат ФИО4, знала о том, что у него были проблемы со слухом. В судебном заседании показала, что ей было известно о наличии заболевания у ФИО4 В последнее время перед смертью стало видно, что в состоянии здоровья ухудшения, лицо было желтого цвета, был раздражителен, часто ругался, кричал. 

Свидетель ФИО12, сожитель истца, пояснил, что за год до смерти состояние ФИО4 ухудшилось, перестал ездит на машине, по дому он и ФИО1 помогали, привозили продукты. ФИО4 отказывался проходить лечение, хотя мучали боли, был агрессивен, раздражителен, но быстро успокаивался. Алкоголь пил часто, в том числе и в одиночестве. 

Свидетель ФИО13 – сестра умершего ФИО14 в судебном заседании показала, что состояние последнего было подавленным, т.к. было онкологическое заболевание, мучали боли, однако он не принимал лекарства, злоупотреблял алкоголем. После того, как взаимоотношения у истца с отцом восстановились, она ему помогала, возила по больницам, помогла оформить квартиру по приватизации. 

Из показаний свидетеля ФИО15, допрошенного по ходатайству стороны ответчика, следует, что знал ФИО4 как соседа, вел замкнутый образ жизни. С весны 2019 произошли изменения во внешнем виде, стал заметно худеть. В конце июля 2019 видел его, шел, голова опущена, даже не поздоровался, у него был желтый цвет лица. О том, что злоупотреблял алкоголем ему ничего не известно, хотя знает ФИО4 с 90-х годов. Видел, как из его квартиры выходила ФИО2 Истца в квартире ФИО16 никогда не видел. 

Судом установлено, что ФИО4 составил 19.03.2019 года завещание, вместе с тем данная сделка совершена с пороком воли по распоряжению принадлежащим ему имуществом, поскольку на момент составления завещания, страдал психическим расстройством в форме тяжелого астенического синдрома вследствие злокачественного новообразования предстательной железы.

При этом суд учитывает заключение экспертов от 05.11.2020 согласно которого на момент составления завещания, у ФИО4 имелись такие психические особенности, как: ослабление процессов памяти, появление повышенной истощаемости, утомляемости: трудности усвоения новой информации, неспособность к длительной концентрации внимания, невысокая общая продуктивность умственной деятельности, сниженный фон настроения в сочетании с тревожностью, раздражительной слабостью, сужением круга интересов, что могло усиливаться за счет психогенного влияние осознания неизлечимости заболевания с развитием страха смерти, с последующим обеднением интересов, сужением социальных связей, и как следствие, постепенным нарастанием социальной растерянности.

При таких обстоятельствах, данное психическое состояние могло существенно снизить способности ФИО4 целостно оценивать ситуацию, полноценно перерабатывать и систематизировать получаемую информацию, делать верные выводы, принимать обоснованные с учетом всех необходимых условий решения при составлении и подписании завещания, удостоверенного 19.03.2019 года.

Оценивая в совокупности предоставленные сторонами доказательства, в том числе медицинскую документацию на имя ФИО4, содержащую сведения о наличии, в том числе онкологического заболевания, показания свидетелей, заключения экспертов, суд пришел к выводу о том, что истцом представлены доказательств, что ФИО4 в момент составления завещания 19 марта 2019 года находился в таком состоянии, когда не был способен понимать значение своих действий и руководить ими.

Из буквального толкования положений ст. 177 ГК РФ следует, что для признания сделки недействительной, необходимо установить, что лицо, которое совершает сделку, в том числе и составление завещания, не способно понимать значение своих действий. 

Вся совокупности исследованных судом доказательств, дает основание прийти к выводу о том, что ФИО4 на момент составления завещания 19.03.2019 не мог понимать значение своих действий в полном объеме. 

То обстоятельство, что нотариусом ФИО8 дееспособность ФИО4 была проверена перед удостоверением завещания, при этом психическая полноценность последнего не вызывала сомнения, не опровергает возможного наличия у завещателя такого состояния, возникшего на фоне употребления спиртных напитков, наличие психического и онкологического заболеваний, которое не давало ему в полной мере свободно формировать свое волеизъявление и реализовать волю на распоряжение имуществом. 

При этом, суд обращает внимание, что заключение судебной экспертизы не содержит вывода о том, что ФИО4 на момент составления завещания от 19.03.2019 мог понимать значение своих действий и руководить ими, напротив установлено наличие психического заболевания, которое оказало влияние на формирование воли и волеизъявления. 

Оценивая собранные по делу доказательства в их совокупности, руководствуясь указанными выше нормам права, суд приходит к выводу о том, что по заявленным основаниям (ст. 177 ГК РФ) завещание, составленное ФИО4, 19.03.2019, удостоверенное нотариусом, подлежит признанию недействительным, поскольку в момент составления завещания ФИО4 находился в таком состоянии, при котором не был способен понимать значение своих действий и руководить ими, в связи с чем, заявленные истцом требования подлежат удовлетворению. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о признании завещания недействительным - удовлетворить.

Признать недействительным завещание ФИО4, составленное 19 марта 2019 года на имя ФИО2, удостоверенное ФИО8, нотариусом Красноярского нотариального округа, реестровый № 

<

данные изъяты>. 

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Красноярский краевой суд с подачей жалобы через Советский районный суд г. Красноярска в течение месяца со дня изготовления мотивированного теста решения.

Председательствующий О.О. Чудаева

Мотивированное решение составлено 16.03.2021 года.