КОПИЯ

УИД 66RS0044-01-2019-004192-79 Дело № 2-88/2020

Мотивированное 

решение

 составлено 03 марта 2020 года.

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

25 февраля 2020 года г. Первоуральск Свердловская область

Первоуральский городской суд Свердловской области

в составе: председательствующего Бородулиной А.Г.,

при помощнике судьи Иглициной Е.Н.,

с участием представителя истца Н. – ФИО1, представителей ответчика ООО «Вуд Бэг Инт» Р. и ФИО, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Н. к ООО «Вуд Бэг Инт» об установлении факта трудовых отношений, обязании выдать трудовую книжку, внесении записей в трудовую книжку, обязании работодателя произвести отчисления во внебюджетные фонды, взыскании невыплаченной заработной платы, оплаты за сверхурочную работу, пособие по временной нетрудоспособности, компенсации за задержку выплаты, компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

Истец Н. обратилась в суд с требованиями к ООО «Вуд Бэг Инт» об установлении факта трудовых отношений в период с 04.12.2017 года по 07.10.2019 года, обязании выдать трудовую книжку, а при ее отсутствии дубликат трудовой книжки с внесением записей об общем и непрерывном стаже работы работника до поступления к данному работодателю, о приеме на работу в должности руководителя отдела таможенного декларирования в период с 04.12.2017 года и увольнении по собственному желанию по п. 3 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации с 07.10.2019 г., взыскании задолженности по заработной плате за сентябрь 2019 года в сумме 40020 рублей, компенсации за время задержки выдачи трудовой книжки за период с 08.10.2019 г. по 22.10.2019 г. в сумме 32969 руб. 30 коп., невыплаченной суммы отпускных в размере 9373,94 руб., оплаты периода временной нетрудоспособности в период с 07.10.2019 г. по 21.10.2019 г. в сумме 40622 руб. 85 коп., оплаты за сверхурочную работу в размере 12 000 руб., процентов за задержку выплаты оплаты труда за период с 08.10.2019 г. по 20. 11. 2019 г. в размере 2663 руб. 73 коп., компенсации морального вреда в размере 50000 руб., об обязании произвести обязательные отчисления из расчета заработной платы в размере 60 000 руб за период с 04.12.2017 г. по 07.10.2019 г.

В обоснование требований истец указал, что 04.12.2017 г. между истцом и ответчиком был заключен трудовой договор, согласно которого истец была принята на должность руководителя отдела таможенного декларирования. Трудовой договор заключен на неопределенный срок, трудовая книжка была передана работодателю для внесения сведений о работе. График работы был установлен в виде пятидневной рабочей недели, с выходными суббота и воскресенье, часы работы с 09:00-18:00 ч., перерыв на обед с 13:00 ч. До 14:00 ч. По соглашению сторон ежемесячная заработная плата была определена в 60 000 руб, из которых оклад составлял 35000 руб., из которого 17000 руб. ежемесячно перечислялись на карту, а оставшаяся часть 18000 руб. выдавались наличными денежными средствами. При этом, за каждую оформленную декларацию выплачивали 1500 руб., на основании таблиц учета за каждый месяц. На фактический заработок начислялся также уральский коэффициент – 15%. Заработная плата выплачивалась два раза в месяц: 25 числа текущего месяца – аванс за первую половину месяца и 15 числа месяца, следующего за отработанным, окончательный расчет за отработанный месяц. 

С 23.09.2019 г. по 07.10.2019 г. истец находилась в очередном отпуске за 2019 г. Вместе с тем, к истцу обратился руководитель фирмы Р. с просьбой оформить таможенные декларации на поступивший груз. Между истцом и руководителем была достигнута договоренность, что за выполнение работы в дни отпуска оплата производится в двойном размере, то есть в размере 3000 руб. за каждую декларацию.

В период с 26.09.2019 г. по 28.09.219 г. истцом было подготовлено, оформлено т сдано четыре таможенных декларации.

30.09.2019 г. на сотовый телефон звонил руководитель фирмы Р. с требованием выполнять работу вне зависимости от нахождения в отпуске, на что истец ответила отказом. На свой отказ истец получила ответ, что в противном случае будет уволена за прогулы. Позже стало известно, что 30.09.2019 г. на таможню поступил груз и на него необходимо было оформить таможенную декларацию и сопутствующие документы, но специалист таможенного декларирования, который замещал истца на время отпуска не справлялся с объемом работ, что и послужило причиной конфликта с руководителем.

04.10.2019 г. истец подала заявление на увольнение по собственному желанию с 07.10.2019 г. без отработки. С 07.10.2019 г. по 21.10.2019 г. истец находилась на больничном. В период нахождения на больничном 18.10.2019 г. истец обратилась с заявлением в адрес работодателя о выдаче документов, связанных с работой (в частности копии приказа о приеме на работу, приказа об увольнении с работы, трудовой книжки, справки о заработной плате, о начисленных и фактически уплаченных страховых взносах на обязательное пенсионное страхование, о периоде работы у данного работодателя и другое.

После выпсики с больничного 22.10.2019 г. истец обратилась к руководителю с просьбой предоставить окончательный расчет и выдать трудовую книжку и экземпляр трудового договора, а также документы, связанные с работой, на оснвоании заявления от 18.10.2019 г. После подписания заявления истец забрала трудовую книжку, но когда открыла ее, то обнаружила, что вместо трудовой книжки серии ТК № с учетом трудового стажа с 2004 года была выдана новая трудовая книжка серии ТК-VI № с указанием о приеме на работу с 20.03.2019 г.

Окончательный расчет в день увольнения в виде выплаты заработной платы за сентябрь, оплаты отпускных в полном объеме, оплаты за сверхурочную работу во время отпуска, оплаты больничного листа по временной нетрудоспособности наступившей в течение 30 дней с момента прекращения трудовых отношений, произведен не был. Трудовые отношения между истцом и ответчиком возникли не с 20.03.2019 г., а с 04.12.2017 г. по 07.10.2019 г.

Поскольку трудовая книжка утеряна по вине работодателя, а последним местом работы являлось ООО «Вуд Бэг Инт», где истец осуществляла трудовую деятельность в должности руководителя отдела таможенного декларирования в период с 04.12.2017 г. по 07.10.2019 г., то обязанность по оформлению дубликата трудовой книжки, внесении сведений об общем и непрерывном стаже работы до поступления на работу к данному работодателю, лежит на ответчике.

Впоследствии, истцом уточнены исковые требования (том 2 л.д.175-184), согласно которым истец обратился с требованиями к ответчику: установить факт трудовых отношений в период с 04.12.2017 года по 07.10.2019 года с установленным размером заработной платы в размере 60 000 руб., обязать выдать трудовую книжку, а при ее отсутствии дубликат трудовой книжки с внесением записей об общем и непрерывном стаже работы работника до поступления к данному работодателю, о приеме на работу в должности руководителя отдела таможенного декларирования в период с 04.12.2017 года и увольнении по собственному желанию по п. 3 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации с 07.10.2019 г., 

взыскании задолженности по заработной плате за сентябрь 2019 года в сумме 11813 руб. 29 коп., 

невыплаченной суммы отпускных в размере 16459 руб. 94 коп.,

оплаты за сверхурочную работу в размере 12 000 руб., 

компенсации за время задержки выдачи трудовой книжки за период с 08.10.2019 г. по 22.10.2019 г. в сумме 39344 руб. 26 коп., 

оплаты периода временной нетрудоспособности в период с 07.10.2019 г. по 21.10.2019 г. в сумме 16551 руб. 65 коп., 

процентов за задержку выплаты оплаты труда за период с 20.09.2019 г. по 16.01.2019 г. в размере 4449 руб., 

об обязании произвести обязательные отчисления из расчета заработной платы в размере 60 000 руб за период с 04.12.2017 г. по 07.10.2019 г.

В судебном заседании истец Н. и ее представитель ФИО1 исковые требования поддержали в полном объеме с учетом уточнений и просили их удовлетворить.

Представители ответчика ООО «Вуд Бэг Инт» ФИО, действующая на основании доверенности, директор Р. в судебном заседании просили в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме.

Суд, выслушав пояснения сторон, допросив свидетелей, исследовав письменные доказательства, пришел к следующему.

Как следует из материалов дела, 04.12.2017 г. истец Н. на основании своего заявления (том 1 л.д.92) принята на работу в ООО «Вуд Бэг Инт» в должности руководителя отдела таможенного оформления. Работнику установлен должностной оклад в размере 17400 рублей, уральский коэффициент 2600 рублей в месяц. Рабочее место определено по адресу: 

<

адрес>, офис 42/05. Договор заключен на неопределенный срок, что подтверждается копией трудового договора (том 1 л.д.71-72).

Указанный договор представлен ответчиком, и работником не подписан, вместе с тем истец не отрицает заключение указанного трудового договора, представленного с теми условиями, которые в нем содержаться.

Из пояснений истца следует, что ее экземпляр трудового договора от 04.12.2017 г. был подписан Н., однако остался на рабочем месте.

Согласно приказу о прекращении трудового договора от 30.01.2019 г. (том 1 л.д.85) Н. уволена 30.01.2019 г. на основании заявления сотрудника.

Из пояснений истца следует, что она действительно обращалась с заявлением об увольнении, однако в этот же день отозвала его, и продолжила осуществлять трудовую деятельность у ответчика.

В материалы дела ответчиком также представлен трудовой договор от 20.03.2019 г. (л.д.77-80), однако истец заключение указанного трудового договора отрицает, так как работала у ответчика с 04.12.2017 года непрерывно. С приказом о прекращении трудового договора от 30.01.2019 г. работник не ознакомлена.

Согласно приказу от 20.03.2019 г. Н. принята на работу в ООО «Вуд Бэг инт» руководителем отдела таможенного оформления с 20.03.2019 г., на основании заявления Н. от 20.03.2019 г. (том 1 л.д.91)

Вместе с тем, с приказом от 20.03.2019 г. работник не ознакомлен, трудовой договор от 20.03.2019 г. не подписан.

20.03.2019 г. составлен акт об отказе предоставить работодателю трудовую книжку (том 1 л.д.108).

20.03.2019 г. составлен акт об отказе от подписи в документах, в том числе в трудовом договоре (том 1 л.д.109).

Указанные акты подписаны Р., Б., Л.

Истец Н. в судебном заседании отрицала, что ей предлагалось подписать трудовой договор от 20.03.2019 г., а также предоставить трудовую книжку, так как она уже находилась у работодателя, истец работала у ответчика не прерывно, увольнение не было оформлено. 

В качестве свидетеля в судебном заседании был допрошен Б., который суду пояснил, что им подписаны уже составленные акты, при этом присутствовали кроме него Р., Л. При том, что Н. было предложено расписаться в трудовом договоре и предоставить трудовую книжку, свидетель не присутствовал.

Как указано в ч. 4 ст. 84.1 Трудового кодекса Российской Федерации в день прекращения трудового договора работодатель обязан выдать работнику трудовую книжку и произвести с ним расчет в соответствии со статьей 140 настоящего Кодекса.

В случае, когда в день прекращения трудового договора выдать трудовую книжку работнику невозможно в связи с его отсутствием либо отказом от ее получения, работодатель обязан направить работнику уведомление о необходимости явиться за трудовой книжкой либо дать согласие на отправление ее по почте. Со дня направления указанного уведомления работодатель освобождается от ответственности за задержку выдачи трудовой книжки.

Пунктами 35, 36 Правил ведения и хранения трудовых книжек, изготовления бланков трудовой книжки и обеспечения ими работодателей, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 16 апреля 2003 года N 225, предусмотрено, что работодатель обязан выдать работнику в день увольнения (последний день работы) его трудовую книжку с внесенной в нее записью об увольнении.

Из пояснений истца следует, что намерений расторгать трудовой договор не было, заявление от 20.03.2019 г. написано ею по просьбе руководителя.

Свидетель М., суду пояснил, что состоит с истцом в незарегистрированном браке, знает, что Н. не прекращала работу у ответчика до октября 2019 года, ответчик оплачивал заработную плату.

Довод ответчика о том, что наличие исполнительных производств в отношении истца послужило поводом для написания работником заявления на увольнение в январе 2019 года не подтверждает факт наличия у работника волеизъявления на увольнение, и факт соблюдения работодателем процедуры увольнения.

Как следует из пояснений ответчика, а также подтверждается материалами дела, журнал учета трудовых книжек не велся, иных доказательств выдачи трудовой книжки истцу при увольнении 30.01.2019 г., а также доказательств расчета с истцом при увольнении 30.01.2019 г. ответчиком не представлено, с приказом о прекращении трудового договора от 30.01.2019 г., а также с приказом о приеме на работу с 20.03.2019 г. работник не ознакомлен.

Таким образом, материалы дела не содержат доказательств того, что стороны пришли к соглашению о расторжении трудового договора от 04.12.2017 г. с 30.01.2019 г.

Расторжение трудового договора по собственному желанию (ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации) является реализацией гарантированного работнику права на свободный выбор труда и не зависит от воли работодателя.

Таким образом, сама по себе правовая природа права работника на расторжение трудового договора по ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации, предполагает отсутствие спора между работником и работодателем по поводу его увольнения, за исключением случаев отсутствия добровольного волеизъявления.

Расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением (подп. "а" п. 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации").

Принимая во внимание изложенное, процедура увольнения Н. работодателем соблюдена не была, работник не был ознакомлен с приказом об увольнении, трудовая книжка не вручалась, уведомление о необходимости явиться за трудовой книжкой не направлялось, расчет произведен не был.

Таким образом, из всей совокупности установленных фактов можно сделать вывод о том, что у истца намерений расторгнуть отношения не было.

07.10.2019 г. Н. уволена по п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации, на основании заявления работника от 04.10.2019 г. (том 1 л.д.90), что не оспаривалось сторонами.

Таким образом, факт трудовых отношений между Н. и ООО «Вуд Бэг Инт» в должности руководителя отдела таможенного декларирования в период с 04.12.2017 г. по 07.10.2019 г. является установленным.

Судом установлен факт передачи трудовой книжки Н. работодателю при трудоустройстве 04.12.2017 г., что не оспаривалось ответчиком, а также подтверждено свидетелем О., допрошенной по ходатайству ответчика.

22.10.2019 г. истцом получена трудовая книжка, что подтверждается заявлением (том 1 л.д.89).

Как следует из пояснений истца, вместо трудовой книжки серии ТК № с учетом трудового стажа с 2004 года ей была выдана новая трудовая книжка серии ТК-VI № с указанием о приеме на работу с 20.03.2019 г., что не оспаривалось ответчиком, поясняя, что ранее предъявленная трудовая книжка была выдана истцу 30.01.2019 г.

Согласно ч. 6 ст. 84.1 Трудового кодекса Российской Федерации, в случае, когда в день прекращения трудового договора выдать трудовую книжку работнику невозможно в связи с его отсутствием либо отказом от ее получения, работодатель обязан направить работнику уведомление о необходимости явиться за трудовой книжкой либо дать согласие на отправление ее по почте. Со дня направления указанного уведомления работодатель освобождается от ответственности за задержку выдачи трудовой книжки.

В соответствии со ст. 66 Трудового кодекса Российской Федерации трудовая книжка установленного образца является основным документом о трудовой деятельности и трудовом стаже работника.

Форма, порядок ведения и хранения трудовых книжек, а также порядок изготовления бланков трудовых книжек и обеспечения ими работодателей устанавливаются уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти.

В соответствии с п. 32 Правил ведения и хранения трудовых книжек, изготовления бланков трудовой книжки и обеспечения ими работодателей, утв. Постановлением Правительства Российской Федерации N 225 от 16 апреля 2002 года, при оформлении дубликата трудовой книжки, осуществляемом в соответствии с настоящими Правилами, в него вносятся:

а) сведения об общем и (или) непрерывном стаже работы работника до поступления к данному работодателю, подтвержденном соответствующими документами.

Общий стаж работы записывается суммарно, то есть указывается общее количество лет, месяцев, дней работы без уточнения работодателя, периодов работы и должностей работника.

Если документы, на основании которых вносились записи в трудовую книжку, не содержат полных сведений о работе в прошлом, в дубликат трудовой книжки вносятся только имеющиеся в этих документах сведения.

Вместе с тем, обязанности выдать истцу дубликат трудовой книжки, в том числе с записями о предыдущих периодах работы, учитывая их отсутствие у ответчика, действующее законодательство не предусматривает.

В связи с непредставлением истцом справок с предыдущих мест работы, содержащих сведения о датах приема на работу, увольнении, наименовании организаций (работодателей), где работал истец, и его должности, то есть необходимых для внесения записей о трудовом стаже по отдельным периодам работы в дубликат трудовой книжки в порядке п. 7.2 Инструкции по заполнению трудовых книжек, у ответчика не имеется оснований для внесения записей об общем и (или) непрерывном трудовом стаже работы истца в качестве работника до поступления к ответчику.

Таким образом, учитывая изложенное суд приходит к выводу о возможности возложения обязанности на ООО «Вуд Бэг Инт» выдать дубликат трудовой книжки с внесением записей о стаже работы Н., о приеме на работу в должности руководителя таможенного декларирования в период с 04.12.2017 года и увольнении по собственному желанию по п. 3 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации с 07.10.2019 года.

Определяя размер суммы заработной платы Н. суд исходит из следующего.

Рассчитывая размер задолженности по заработной плате, истец исходит из оклада в размере 60000 рублей, из которых оклад составлял 35000 руб., из которого 17000 руб. ежемесячно перечислялись на карту, а оставшаяся часть 18000 руб. выдавались наличными денежными средствами, при этом за каждую оформленную декларацию выплачивали 1500 руб. В качестве доказательств получения заработной платы в указанном размере истцом представлены выписки по счету Н. в ПАО Сбербанк России (том 1 л.д.36-42), Т.А. в АО «Альфа-банк», (том 3 л.д.1-31), А.Н. (том 3 л.д.32-48), скриншот переписки (том 3 л.д.57-74).

Из пояснений истца следует, что часть заработной платы, установленная трудовым договором поступала на счет истца, часть поступала на счета ее мамы и сестры, которые истец предоставила работодателю для зачисления денежных средств. С письменным заявлением о перечислении денежных средств на указанные счета истец к работодателю не обращалась. 

Ответчик суду пояснил, что перечисленные денежные средства на счета родственников истца: сестры Т.А. и матери А.Н. были перечислены за оказанные сестрой бухгалтерские услуги, а также по долговым обязательствам, перечисления производились в обе стороны, и не являлись оплатой труда Н.

Свидетель Т.А. суду пояснила, что предоставила свою карту сестре Н. А также свидетель пояснила, что во время разговора с сестрой по телефону консультировала ее коллегу и направляла на электронную почту документы, связанные с консультацией.

Свидетель М. (супруг истца) в судебном заседании пояснил, что заработную плату истец получала на карту, остальные денежные средства – премии выдавались наличными либо перечислялись на счета других лиц.

Свидетель Г. суду пояснил, что работал у ответчика в период с 21.09.2015 г. по 16.11.2017 г. У свидетеля с работодателем был согласован размер заработной платы, где была основная часть и сверх нее неофициальная. Она варьировалась от выполненной работы, от 40000 руб. до 60 000 руб.

У уда нет оснований не доверять показаниям свидетелей, вместе с тем, счета иных лиц, не подтверждает наличие договоренности между истцом и работодателем об устном соглашении о выплате заработной платы истцу в большем размере чем это предусмотрено трудовым договором, в котором оклад истца указан в размере 20000 руб., поэтому не может являться допустимым доказательством.

Таким образом, представленные истцом скриншоты страниц переписки, выписки по счету иных лиц, представленные в подтверждение оплаты труда истца не являются допустимыми доказательствами, поскольку не свидетельствуют о выплате истцу заработной платы за выполнение трудовых обязанностей, о согласованном с работодателем ежемесячном размере заработка в размере 60 000 руб., а также оплаты за оформление деклараций в размере 1500 руб.

Вопреки доводам истца, суд отмечает, что размещение объявления о вакансии ООО «Вуд Бэг Инт» в сети Интернет не подтверждает (ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) размер обычного вознаграждения работника квалификации, аналогичной квалификации истца и ее должности в данной местности (

<

адрес>), поскольку не позволяют установить для работников какой квалификации (ч. 1 ст. 195.1 Трудового кодекса Российской Федерации) с учетом какого уровня знаний, умений, профессиональных навыков и опыта работы работника работодателями предлагается соответствующая заработная плата.

Судом установлено, что изменения в трудовой договор с Н. не вносились. 

В соответствии с ч. 2 ст. 57, ч. 1 ст. 135 Трудового кодекса РФ договоренности сторон об условиях оплаты труда фиксируются в трудовом договоре, могут быть изменены в порядке ст. 72 Трудового кодекса РФ, что, тем не менее, не лишает работника возможности доказывать несоответствие указанного условия фактическому размеру оплаты труда. Однако в настоящем деле таких доказательств истцом не представлено.

В нарушение ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ надлежащих, достаточных и достоверных доказательств, которые бы с бесспорностью свидетельствовали о достигнутой сторонами договоренности об условиях оплаты труда в указанном в иске размере, истцом суду представлено не было.

Факт выплаты ответчиком заработной платы, исходя из согласованного в трудовом договоре размера оплаты труда, подтвержден представленными письменными доказательствами (том 1 л.д. 170-211), и не оспаривался истцом, на что также указано в уточненном исковом заявлении. Факт отсутствия задолженностей по выплатам работнику Н. установлен также в ходе проверки Государственной инспекции труда Свердловской области (том 1 л.д.56-59)

Таким образом, требования истца о взыскании задолженности по заработной плате за сентябрь 2019 года в сумме 11813 руб. 29 коп., невыплаченной суммы отпускных в размере 16459 руб. 94 коп., оплаты периода временной нетрудоспособности в период с 07.10.2019 г. по 21.10.2019 г. в сумме 16551 руб. 65 коп., процентов за задержку оплаты труда за период с 20.09.2019 г. по 16.01.2019 г. в размере 4449 руб. удовлетворению не подлежат.

Заявляя требование к ответчику в части оплаты сверхурочной работы, истец указал, что из отпуска в период с 23.09.2019 г. по 07.10.2019 г. не вызывалась, приказа об отзыве из отпуска работодателем не издавался, вместе с тем в указанный период истцом было оформлено и сдано четыре таможенных декларации, следовательно оплата за указанную работу подлежит в следующем размере 12 000 руб. (1500 руб.х2х4 декларации).

Согласно ст. 91 Трудового кодекса Российской Федерации рабочее время - время, в течение которого работник в соответствии с правилами внутреннего трудового распорядка и условиями трудового договора должен исполнять трудовые обязанности, а также иные периоды времени, которые в соответствии с названным Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации относятся к рабочему времени. Работодатель обязан вести учет времени, фактически отработанного каждым работником. В соответствии со ст. 99 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан обеспечить точный учет продолжительности сверхурочной работы каждого работника.

В соответствии со ст. 99 Трудового кодекса Российской Федерации сверхурочная работа - работа, выполняемая работником по инициативе работодателя за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени: ежедневной работы (смены), а при суммированном учете рабочего времени - сверх нормального числа рабочих часов за учетный период.

Выполнение истцом сверхурочной работы ответчиком отрицается, а также документально не установлено в ходе проверки Государственной инспекции труда Свердловской области (том 1 л.д.56-59).

В качестве доказательств выполнения Н. сверхурочной работы, ею представлена переписка с работником О.

Вместе с тем, свидетель О. в судебном заседании суду пояснила, что Н., отказывалась выполнять работу, так как находится в отпуске.

Представленные в материалы дела скриншоты программы (л.д.227-229) не свидетельствует о выполненной работы за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени, выполнении работы по поручению работодателя.

Таким образом, истцом заявлены требования о взыскании оплаты сверхурочной работы, для удовлетворения такого требования необходимы достоверные, относимые и допустимые доказательства (ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) фактически отработанного истцом сверхурочного времени, согласования с работодателем размера оплаты, которые не опровергаются другими, имеющимся в деле доказательствами. Такие доказательства в материалы данного гражданского дела не представлены, в связи с чем в данной части требования удовлетворению не подлежат.

Согласно п. 36 Правил ведения и хранения трудовых книжек, изготовления бланков трудовой книжки и обеспечения ими работодателей, утв. Постановлением Правительства РФ от 16.04.2003 N 225 (ред. от 25.03.2013) "О трудовых книжках", в случае если в день увольнения работника (прекращения трудового договора) выдать трудовую книжку невозможно в связи с отсутствием работника либо его отказом от получения трудовой книжки на руки, работодатель направляет работнику уведомление о необходимости явиться за трудовой книжкой либо дать согласие на отправление ее по почте. Пересылка трудовой книжки почтой по указанному работником адресу допускается только с его согласия.

Со дня направления указанного уведомления работодатель освобождается от ответственности за задержку выдачи работнику трудовой книжки.

Как следует из пояснений истца и не оспаривается ответчиком, 07.10.2019 г. истец посредством электронной почты оповестил работодателя, о том, что с 07.10.2019 г. находится на больничном и по окончании больничного будет предоставлен больничный лист.

Ответчик в период нахождения истца на больничном, 15.10.2019 г. направил уведомление о необходимости явиться за трудовой книжкой (том 1 л.д.106), что подтверждается почтовым уведомлением (том 1 л.д.104,105), описью вложения (том 1 л.д.103), квитанцией об отправке (том 1 л.д.102).

Верховный Суд РФ (от 4 мая 2012 г. N 18-В12-19) указывал на то, что законодатель наступление материальной ответственности работодателя перед работником за задержку выдачи трудовой книжки связывает только с виновным поведением работодателя, а факт отсутствия трудовой книжки у работника - с необходимостью материального возмещения работнику как за незаконное лишение возможности трудиться.

Из материалов дела следует, а также не оспаривается сторонами, что оплата больничного работодателем произведена, трудовая книжка не была выдана по причине нахождения работника на больничном, в связи с чем работодателем направлено в адрес работника уведомление о необходимости явиться за трудовой книжкой либо предоставить заявление о направлении ее в адрес работника.

Суд принимает во внимание, что уведомление о получении трудовой книжки в порядке статьи 84.1 ТК РФ истцу ответчиком направлено, трудовая книжка выдана Н. 22 октября 2018 года, то есть, в первый день после выхода с больничного 22.10.2019 г. (том 1 л.д.25), в связи с чем виновное поведение работодателя в результате которого бы наступило незаконное лишение работника возможности трудиться не установлено. Следовательно, ответчик не должен нести ответственность за задержку выдачи трудовой книжки.

Таким образом, при данных обстоятельствах в удовлетворении требования истца о компенсации за время задержки выдачи трудовой книжки за период с 08.10.2019 г. по 22.10.2019 г. в сумме 39344 руб. 26 коп., следует отказать.

В соответствии со ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; а также осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами.

С 01.01.2017 в связи с принятием Федерального закона от 03.07.2016 N 250-ФЗ уплата страховых взносов на обязательное пенсионное, медицинское и социальное страхование осуществляется в порядке главы 34 части 2 Налогового кодекса Российской Федерации.

Таким образом, учитывая установленным факт непрерывной работы истца у ответчика в период с 04.12.2017 г. по 07.10.2019 г., а также произведенные ответчиком отчисления (за исключением периода с 01.02.2019 г. по 19.03.2019 г.), суд полагает необходимым удовлетворить требования истца в части возложения на ответчика обязанности по обеспечению его прав как работника на социальное и пенсионное обеспечение, путем возложения на ООО «Вуд Бэг Инт» обязанности произвести отчисления в установленном порядке страховых взносов на обязательное пенсионное, медицинское и социальное страхование в отношении Н. в период с 01.02.2019 г. по 19.03.2019 г.

Согласно ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации в случаях увольнения без законного основания суд может по требованию работника вынести решение о взыскании в пользу работника денежной компенсации морального вреда, причиненного ему указанными действиями. Размер этой компенсации определяется судом.

Нравственные переживания истца, связаны с незаконным увольнением, утерей трудовой книжки со стажем с 2004 года.

Требование истца Н. о взыскании компенсации морального вреда является обоснованным, поскольку неправомерными действиями ответчика, выразившимися в незаконном увольнении, не признании факта трудовых отношений, утерей трудовой книжки, истцу причинены нравственные страдания (волнения, переживания, чувство несправедливости), а также в связи с тем, что факт нарушения трудовых прав истцов нашел свое подтверждение в ходе рассмотрения дела.

Принимая во внимание конкретные обстоятельства дела, характер допущенных работодателем нарушений трудовых прав истца и длительность такого нарушения, значимость нарушенного права, степень вины ответчика, не представившего доказательств наличия обстоятельств, объективно препятствовавших исполнению возложенных на него обязанностей, а также учитывая требования разумности и справедливости, суд полагает необходимым компенсацию морального вреда, подлежащую взысканию с ответчика, определить в размере 15000 рублей в пользу истца.

В соответствии с п. 1 ст. 98, ст. 103 Гражданского процессуального кодекса РФ, подп. 1, 3, 9 п. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса РФ, с учетом удовлетворения неимущественного требования, с ООО «Вуд Бэг Инт» в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 руб., от уплаты которой истец освобождены в силу закона (ст. 393 Трудового кодекса РФ, подп. 1 п. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса РФ).

Иных требований, равно как и требований по иным основаниям на рассмотрение суда сторонами не заявлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 12, 56, 57, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования Н. к ООО «Вуд Бэг Инт» удовлетворить частично.

Установить факт трудовых отношений между Н. и ООО «Вуд Бэг Инт» в должности руководителя отдела таможенного декларирования в период с 04.12.2017 г. по 07.10.2019 г.

Обязать ООО «Вуд Бэг Инт» выдать дубликат трудовой книжки с внесением записей о стаже работы Н., о приеме на работу в должности руководителя таможенного декларирования в период с 04.12.2017 года и увольнении по собственному желанию по п. 3 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации с 07.10.2019 года.

Обязать ООО «Вуд Бэг Инт» произвести отчисления в установленном порядке страховых взносов на обязательное пенсионное, медицинское и социальное страхование за Н. за период работы с 01.02.2019 года по 19.03.2019 года.

Взыскать с ООО «Вуд Бэг Инт» в пользу Н. компенсацию морального вреда в размере 15 000 (Пятнадцать тысяч) рублей.

В остальной части исковые требования оставить без удовлетворения.

Взыскать с ООО «Вуд Бэг Инт» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Свердловский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через Первоуральский городской суд.

Судья: подпись А.Г. Бородулина

Копия верна. Судья: А.Г. Бородулина

Секретарь: В.И. Курбанова

Решение на 03 марта 2020 года не вступило в законную силу. Подлинник решения подшит и находится в гражданском деле 2-88/2020 в Первоуральском городском суде Свердловской области.

Судья: А.Г. Бородулина

Секретарь: В.И. Курбанова