Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

22 мая 2019 года 

<

адрес> 

Железнодорожный районный суд 

<

адрес> в составе

председательствующего судьи Чирковой И.Н. 

при секретаре ФИО2, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № по иску ФИО1 к ОАО «Российские железные дороги» о восстановлении на работе, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ОАО «Российские железные дороги» (далее - ОАО «РЖД»), уточнив в ходе рассмотрения дела исковые требования, просил признать увольнение на основании приказа №/К от ДД.ММ.ГГГГ незаконным, изменить формулировку увольнения истца на «трудовой договор расторгнут по инициативе работника п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации», взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей.

В обоснование требований, истец указал, что состоял в трудовых отношениях с ответчиком более 26 лет, с ДД.ММ.ГГГГ работал в должности машиниста электровоза. 

ДД.ММ.ГГГГ в 15 часов 58 минут на железнодорожной станции Сызрань 1 при производстве маневровых передвижений электровозами ВЛ10у ММ 613/617 приписки эксплуатационного локомотивного депо (далее — ТЧЭ) Уфа Куйбышевской дирекции тяги, под управлением локомотивной бригады ТЧЭ Октябрьск Куйбышевской дирекции тяги в составе машиниста ФИО1 и помощника машиниста ФИО3 при скорости 20 км/ч допущен проезд запрещающего сигнала светофора М10 с последующим схо

<

адрес> колесной пары четвертой тележки электровоза ВЛ10у № и 4 колесных пар второй и третьей тележки электровоза ВЛ10у № на стрелочном переводе №.

Расследованием установлено, что локомотивная бригада в составе машиниста ФИО1 и помощника машиниста ФИО3 нарушили требования: - пункта 1 приложения М 3 к ПТЭ не выполнили требования запрещающего показания сигнала маневрового светофора М-10; - пункта 35 приложения М 6 ПТЭ не наблюдали за показанием сигнала маневрового светофора и положением стрелок при производстве маневровой работы;- пункта 25 приложения На 20 к Инструкции по движению поездов и маневровой работе на железнодорожном транспорте Российской Федерации, утвержденных приказом Минтранса России от ДД.ММ.ГГГГ № (Далее - ИДИ), не выполнила регламент служебных переговоров между машинистом и помощником машиниста при выполнении маневровых передвижений.

На основании допущения данной аварии, ответчик уволил истца в соответствии с приказом №/к от 26.02.2019г. за однократное грубое нарушение работником трудовых обязанностей на основании п.п. «д» п. 6 ст. 81 ТК РФ.

Истец считает данное увольнении незаконным, не отвечает тяжести последствий и причине указанного происшествия.

Согласно протоколу разбора данного происшествия причиной наступления происшествия, кроме нарушений допущенных истцом, послужило то, что ДСП Сызрань 1 ФИО4 в нарушение требований пункта пять приложения № к ИДП приготовил маневровый маршрут электровозам BЛ10у №№ не на весь путь следования, при наличии такой возможности, а в нарушении пункта 4 Общих положений ИДП не убедился, что данное распоряжение понято правильно и правильности его выполнения машинистом.

Так же отмечено, что допущенному случаю нарушения безопасности движения способствовало отсутствие системной профилактической работы руководителей Куйбышевских дирекций тяги и управления движением. Самарского центра организации работы железнодорожной станции, ТЧЭ Октябрьск и станции Сызрань 1 с работниками вверенных структурных подразделений. Руководителями ТЧЭ Октябрьск не выполняются требования основных нормативов личного участия в организации обеспечения безопасности движения поездов, профилактическая работа (замена талонов предупреждения выполнение целевой поездки) с машинистами, допустившими нарушения, выявленные при расшифровке скоростемерных лент и внезапных проверок не ведется. Не организована работа по ознакомлению с TPА станций при проведении отчетов машинистов-инструкторов не дается принципиальная оценка их работе, при выявлении формального выполнения ими должностных обязанностей выполнение решений предыдущих протоколов отчета ТЧМИ не рассматриваются, корректирующие и предупреждающие действия не разрабатывались.

Руководством ТЧЭ Октябрьск не сделано должных выводов после допущенных 11 февраля и ДД.ММ.ГГГГ проездов запрещающих сигналов светофора по станции Сызрань 1, как результат не организованы проверки: совместные с ДС регламента переговоров между участниками процесса при маневровой работе; выполнения маневровой работы, с наложением файлов КПД и времени начала движения после получения команды. Проверка качества расшифровки скоростемерных лент командным составом ТЧЭ остается на крайне низком уровне, наибольшая часть выявляемых замечаний касается оформления скоростемерной ленты. В нарушение требований пункта 8 «Указания о порядке формирования локомотивных бригад», утвержденного распоряжением ОАО «РЖД» от ДД.ММ.ГГГГ № ЦТ-61/р, работа вновь формированных локомотивных бригад допускается без проведения инструктажа перед первой совместной поездкой. Как результат ДД.ММ.ГГГГ машинисту ФИО1 и помощнику машиниста ФИО3 не проведен инструктаж перед первой совместной поездкой командным составом депо.

При проведении случая схода подвижного состава выявлены факты не предоставления выходного дня после 4 поездок (данная локомотивная бригада: осуществляла 7 поездок подряд), руководителями дело не проводится инструктаж локомотивным бригадам перед первой совместной поездкой машинистом — инструктором ФИО5 не принимались меры к машинисту ФИО1, по выявленным грубым нарушениям ведения регламента переговоров в 2018 г.

Указанные выше нарушения, допущенные со стороны ответчика, в том числе не предоставление отдыха в положенном объеме и есть основная причина данного происшествия. Увольнение машиниста и его помощника при таких обстоятельствах, является грубейшим нарушением Конституционного права на труд и попытка уйти от ответственности. В случае действительного причинения вреда здоровью, виновным в данном причинении был бы установлен именно ответчик.

Истец, на протяжении всей трудовой деятельности, добросовестно выполнял все свои обязанности, предпринимал все меры для безопасного движения электровоза.

В судебном заседании истец и его представитель ФИО6, действующий по доверенности, уточенные исковые требования поддержали по основаниям, изложенным в иске, просили иск удовлетворить в полном объеме.

Представители ответчика ФИО7, ФИО8, действующие по доверенности, исковые требования не признали, просили в иске отказать по основаниям, изложенным в возражениях.

Представитель третьего лица Дорпрофжел на Куйбышевской железной дороге – ФИО9, действующий по доверенности, поддержал исковые требования истца.

Выслушав объяснения сторон, представителя третьего лица, исследовав материалы дела, суд полагает, что исковые требования удовлетворению не подлежат по следующим основаниям.

Согласно ст. 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

В соответствии со ст. 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом.

Согласно ст. ст. 21, 22 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором; соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, а работодатель вправе требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей, привлекать работников к дисциплинарной и материальной ответственности в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

В силу положений ст. 192 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить дисциплинарные взыскания в виде замечания, выговора, увольнения по соответствующим основаниям.

В соответствии с положениями подпункта "д" пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса РФ трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей - установленного комиссией по охране труда или уполномоченным по охране труда нарушения работником требований охраны труда, если это нарушение повлекло за собой тяжкие последствия (несчастный случай на производстве, авария, катастрофа) либо заведомо создавало реальную угрозу наступления таких последствий.

Согласно ст. 192 Трудового кодекса РФ, увольнение по основанию, предусмотренному подп. "д" п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, является дисциплинарным взысканием, которое применяется за совершение дисциплинарного проступка.

Пунктом 38 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 2 от ДД.ММ.ГГГГ (в действующей редакции) "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, уволенного по пункту 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса РФ, работодатель обязан представить доказательства, свидетельствующие о том, что работник совершил одно из грубых нарушений трудовых обязанностей, указанных в этом пункте. При этом следует иметь в виду, что перечень грубых нарушений трудовых обязанностей, дающий основание для расторжения трудового договора с работником по пункту 6 части первой статьи 81 Кодекса, является исчерпывающим и расширительному толкованию не подлежит.

В пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ, N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

Судом из материалов дела установлено, что ФИО1 состоял в трудовых отношениях с ОАО "РЖД", с ДД.ММ.ГГГГ работал в должности машиниста электровоза, с ДД.ММ.ГГГГ замещал указанную должность в локомотивной бригаде участка эксплуатации на ж.д. 

<

адрес>. На основании приказа от ДД.ММ.ГГГГ № КБШ ТЧЭ09-73 (т. 1 л.д. 155) работал в бригаде вместе с помощником машиниста ФИО10 

Приказом от 22/к от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 уволен с ДД.ММ.ГГГГ, трудовой договор с ним прекращен на основании п.п. "д" п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации -за однократное грубое нарушение работником трудовых обязанностей, установленное комиссией по охране труда, создавшее реальную угрозу наступления за собой тяжких последствий. (т. 1 л.д. 13). С указанным приказом истец ознакомлен ДД.ММ.ГГГГ, о чем на нем имеется подпись истца.

Основанием для увольнения истца послужили: акт проведения расследования нарушений требований охраны труда случая проезда запрещающего сигнала светофора на станции Сызрань ДД.ММ.ГГГГ от ДД.ММ.ГГГГ, личное объяснения машиниста электровоза ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно акту проведения расследования нарушений требований охраны труда от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 91-93), комиссией по охране труда установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в 15 часов 58 минут на железнодорожной станции Сызрань 1 при производстве маневровых передвижений электровозами ВЛ10у ММ 613/617 приписки эксплуатационного локомотивного депо (далее — ТЧЭ) Уфа Куйбышевской дирекции тяги, под управлением локомотивной бригады ТЧЭ Октябрьск Куйбышевской дирекции тяги в составе машиниста ФИО1 и помощника машиниста ФИО3 при скорости 20 км/ч допущен проезд запрещающего сигнала светофора М10 с последующим схо

<

адрес> колесной пары четвертой тележки электровоза ВЛ10у № и 4 колесных пар второй и третьей тележки электровоза ВЛ10у № на стрелочном переводе №.

Непосредственной причиной схода железнодорожного подвижного состава при маневровой работе послужил проезд маневрового светофора М10 с запрещающим показанием, основанной причиной схода из-за проезда запрещающего показания маневрового светофора М10, явилось нарушение локомотивной бригадой в составе машиниста ФИО1 и помощника машиниста ФИО3 пункта 35 приложения № к ПТЭ, в части не наблюдения за показаниями сигналов светофоров и положением стрелочных переводов, а также нарушение пункта 25 приложения № к ИДП, в части не выполнения регламента служебных переговоров между машинистом и помощником машиниста при выполненных маневровых передвижений.

Установлено, что со стороны машиниста ФИО1 допущены нарушения требований охраны труда: 

пункт 1.9. инструкции по охране труда для машинистов электровозов эксплуатационного локомотивного депо Октябрьск (эксплуатирующих BЛ10, BЛ10К, BЛ80, 2С6) ИОТ-ТЧЭ-9-002-2018 утв. 31.03.2018г.) в части того, что машинист локомотива должен знать: правила внутреннего трудового распорядка, ПТЭ в объеме, необходимом для выполнения своих должностных обязанностей; видимые и звуковые сигналы, обеспечивающие безопасность движения;

пункт 3.3.5 инструкции по охране труда для машинистов электровозов эксплуатационного локомотивного депо Октябрьск (эксплуатирующих BЛ10, BЛ10K, BЛ80, 2С6) ИОТ-ТЧЭ-9-002-2018 утв. 31.03.2018г. согласно которому перед приведением поезда в движение машинист электровоза должен убедиться в наличии разрешающего сигнала, его принадлежности пути отправления поезда и в отсутствии препятствий для движения;

пункт 35 приложения № к ПТЭ, в части не наблюдения за показаниями сигналов светофоров и положением стрелочных переводов, а также нарушение пункта 25 приложения № к ИДП в части не выполнения регламента служебных переговоров между машинистом и помощником машиниста при выполнении маневровых передвижений.

Оценив установленные обстоятельства, комиссия пришла к выводу о том, что однократное грубое нарушение требований охраны труда, допущенное работниками локомотивной бригады в составе машиниста электровоза ФИО1, помощника машиниста электровоза ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ на станции Сызрань 1 создали угрозу наступления тяжких последствий в виде несчастного случая на производстве, аварии, катастрофы.

Из акта прослушивания регламента переговоров между ДСП-1 ФИО11, ДСП-2 ФИО12 и ТЧМ ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ следует, что локомотивная бригада не точно повторяет переданную ей информацию, в 15:59:16 дежурный по станции передает сообщение, что светофор М10 закрыт, не получив ответа дежурный по станции повторно в 15:59:28 запрашивает локомотивную бригаду, остановились ли они у маневрового светофора М10, на что получен ответ о том, что светофор М10 локомотивная бригада уже проехала, поскольку был белый сигнал светофора и переведены стрелки, после чего в 16:02 локомотивная бригада сообщает дежурному о сходе. (т. 1 л.д. 122-124).

<

адрес>а железнодорожного подвижного состава в составе машиниста ФИО1 на запрещающий синий сигнал светофора М10 подтверждается также сведениями автоматизированного рабочего места ДК-ШЧД от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 126-136), согласно которым в 15:58:09 локомотивная бригада заезжает за светофор НГ, который горел красным, при этом маневровый светофор М 10 уже горит синим огнем, в 15:58:32 подвижной состав проезжает запрещающий сигнал светофора М10 (горит синим огнем) и движется в сторону встречной ветки, по которой незадолго до этого двигался локомотив во встречном направлении. Согласно акту от ДД.ММ.ГГГГ проверки видимости с локомотива (электровоз ВЛ10у №) показаний маневрового светофора М10 по станции Сызрань 1 видимость синего сигнального показания светофора М10 различима с расстояния 220 метров (т. 1 л.д. 139).

Машинисты допускаются к работе на участке обслуживания после контрольно-заключительной поездки и заключения, выданного машинистом-инструктором.

Из материалов дела следует, что у истца имеется допуск к самостоятельному управлению локомотивом на следующих участках Куйбышевской железной дороги: Октябрьск-Пенза III; Пенза III - Октябрьск; Октябрьск - Кинель (главн.ход, южн. ход); Кинель - Октябрьск (главн. ход, южн. ход); Октябрьск - Кинель (гл.ход сдвоенный поезд), Сызрань-Абдулино; Абдулино - Сызрань; Сызрань-1 - Жигулевское Море - Химзаводская; Химзаводская - Жигулевское Море - Сызрань 1 (т. 1 л.д. 115, 151, 152, 153).

С машинистом ФИО1 проводились контрольно-инструкторские поездки по результатам, которых продлевалось право выезда на обслуживаемые участки. Последняя контрольно-инструкторская поездка выполнена ДД.ММ.ГГГГ по участку Сызрань - Мыльная. По результатам КИП продлен срок выезда на обслуживаемые участки до ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается служебным формуляром машиниста ФИО1 (т. 1 л.д. 148-150)

Маневры на станционных железнодорожных путях, а также на железнодорожных путях необщего пользования должны производиться по указанию только одного работника, который может быть дежурным по железнодорожной станции, диспетчером маневровым железнодорожной станции, дежурным по сортировочной горке или парку железнодорожной станции, а на участках, оборудованных диспетчерской централизацией, - диспетчером поездным (п. 24 Приложение № Приказ Минтранса России от ДД.ММ.ГГГГ N 286 "Об утверждении Правил технической эксплуатации железных дорог Российской Федерации")

Основным средством передачи указаний при маневровой работе должна быть радиосвязь, а в необходимых случаях - устройства двусторонней парковой связи (п. 25 Приложение № Приказ Минтранса России от ДД.ММ.ГГГГ N 286 "Об утверждении Правил технической эксплуатации железных дорог Российской Федерации").

Машинист локомотива, производящий маневры, не вправе приводить в движение локомотив, без получения указания руководителя маневров лично, по радиосвязи, устройствам двусторонней парковой связи или сигнала, подаваемого ручными сигнальными приборами. Кроме указания или сигнала руководителя маневров, перед выездом на стрелки централизованных маневровых маршрутов машинист должен убедиться в наличии разрешающего показания маневрового светофора лично, а в случае отсутствия видимости сигнала через руководителя маневров, а на нецентрализованные стрелки - получить от дежурного стрелочного поста сигнал или сообщение (лично, по радиосвязи, устройствам двусторонней парковой связи) о готовности стрелок для маневровых передвижений (п. 26 Приложение № Приказ Минтранса России от ДД.ММ.ГГГГ N 286 "Об утверждении Правил технической эксплуатации железных дорог Российской Федерации").

Порядок передачи указаний, связанных с маневровой работой и движением локомотива определен параграфом 4 Приложения № Приказ Минтранса России от ДД.ММ.ГГГГ N 286 "Об утверждении Правил технической эксплуатации железных дорог Российской Федерации".

Также регламент переговоров между машинистом и помощником машиниста определен в п. 39 Приложения № Приказ Минтранса России от ДД.ММ.ГГГГ N 286 "Об утверждении Правил технической эксплуатации железных дорог Российской Федерации", в силу которого все передвижения по железнодорожным путям осуществляются после точного восприятия и повторения информации каждым из участников маневровых передвижение.

Судом установлено, что истец неоднократно проходил аттестацию на знание нормативно-правовых документов, регламентирующих деятельность локомотивной бригады на железнодорожном транспорте, что подтверждается протоколами аттестационной комиссии № от 21.08.2014г., № от ДД.ММ.ГГГГ, №от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 137, 138). 

С учетом изложенного, суд полагает, что истец обладает необходимым объемом знаний для выполнения своих должностных обязанностей и допущенные им нарушения свидетельствуют о халатном отношении к необходимости соблюдения установленных норм и правил.

Основанием для привлечения работника к дисциплинарной ответственности является факт совершения дисциплинарного проступка, под которым понимается неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей (ст. 192 ТК Российской Федерации). Под неисполнением работником без уважительных причин трудовых обязанностей понимается неисполнение или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя).

Необходимость установления вины работника в совершении конкретного дисциплинарного проступка при привлечении его к дисциплинарной ответственности является обязательным условием наступления таковой. Вывод о виновности работника не может быть основан на предположениях работодателя о фактах, которые не подтверждены в установленном порядке.

Согласно пп. 3 абз. 1 ст. 192 ТК Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть, неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить дисциплинарное взыскание в виде увольнения по соответствующим основаниям.

Порядок и процедура наложения дисциплинарного взыскания работодателем на работника регламентирована положениями ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. Не предоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания. Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников. За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание. Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт.

До применения дисциплинарного взыскания в виде увольнения работодателем от истца были затребованы объяснения, которые даны ДД.ММ.ГГГГ Дисциплинарное взыскание применено в течение месяца со дня установления в соответствии с актом от ДД.ММ.ГГГГ виновных лиц в сходе подвижного состава. С приказом об увольнении истец ознакомлен под роспись в течение 3-х дней со дня его издания.

Таким образом, учитывая представленные доказательства, суд полагает, что ответчиком соблюдена процедура увольнения, предусмотренная ст. 193 ТК РФ.

Поскольку железнодорожные пути общего пользования и железнодорожные пути необщего пользования, железнодорожные станции, пассажирские платформы, а также другие, связанные с движением поездов и маневровой работой объекты железнодорожного транспорта являются зонами повышенной опасности, что следует из п. 3 Правил нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнения в этих зонах работ, проезда и перехода через железнодорожные пути, утвержденных приказом Минтранса Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 18, ст. 21 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 17-ФЗ "О железнодорожном транспорте в Российской Федерации", то нарушение истцом требований перечисленных выше нормативных актов, устанавливающих требования охраны труда, заведомо создавало реальную угрозу тяжких последствий.

Оценивая в совокупности представленные доказательства, исходя из положений ст. ст. 81, 192, 193, 394 Трудового кодекса Российской Федерации, разъяснений, содержащихся в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", суд приходит к выводу, что у ответчика имелись основания для применения к истцу дисциплинарного взыскания в виде увольнения, работодателем доказаны обстоятельства совершения работником дисциплинарного проступка, установленного комиссией по охране труда, который заведомо создавал реальную угрозу наступления тяжких последствий (несчастный случай на производстве, авария, катастрофа).

Положения указанной нормы трудового законодательства не содержат в себе конкретного перечня действий, которые позволяют работодателю принять решение о расторжении трудового договора по данному основанию, что делает невозможным установление исчерпывающего перечня таких действий в законе, которые в каждом случае являются предметом оценки суда, рассматривающего индивидуальный трудовой спор.

По мотиву однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей, установленного комиссией по охране труда, создавшего реальную угрозу наступления тяжких последствий, могут быть уволены работники, совершившие умышленно или по неосторожности действия, которые имели или могли иметь вредные последствия.

Нарушение должностных обязанностей свидетельствует о сознательном, а значит виновном нарушении должностных обязанностей таким лицом, вследствие которых возникла угроза наступления тяжких последствий, что дает работодателю право применения к работнику меру дисциплинарного взыскания в виде увольнения.

Примененная в отношении ФИО1 мера наказания соответствует тяжести проступка, является справедливой и обоснованной.

При таких обстоятельствах, принимая во внимание, что увольнение истца законно, суд считает, что требования ФИО1 о признании увольнения на основании приказа №/к от ДД.ММ.ГГГГ незаконным, об изменении формулировку увольнения, удовлетворению не подлежат, и, учитывая, что права истца со стороны ответчика не нарушены, не подлежат удовлетворению также исковые требования ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда, которые являются производными от требований, в удовлетворении которых отказано.

Судом не принимаются во внимание доводы истца о том, что ответчиком нарушен режим труда и отдыха ФИО1, поскольку перед случаем схода подвижного состава, истец перерабатывал сверхурочно и междусменный отдых не соответствовал п. 40 Приказа Минтранса РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении Особенностей режима рабочего времени и времени отдыха, условий труда отдельных категорий работников железнодорожного транспорта общего пользования, работы которых непосредственно связана с движением поездов».

Согласно табелю учета рабочего времени, в январе 2018 г. истец отработал сверх установленной нормы (136 часов) - 78 часов. (т. 2 л.д. 11-12). Из лицевого счета сведений учета рабочего времени за январь- февраль 2019 г. (т. 1 л.д. 119-120), следует, что междусменный отдых был не менее 16 часов, иногда не соответствовал п. 40 Приказа Минтранса РФ от ДД.ММ.ГГГГ №.

Вместе с тем указанные обстоятельства не стоят в прямой причинно- следственной связи с нарушениями допущенными истцом. При этом перед выездом на маршрут ДД.ММ.ГГГГ истец проходил медицинский предрейсовый осмотр, как пояснил истец в судебном заседании, жалоб у него не было, чувствовал он себя хорошо, перед выходом на маршрут имел междусменный отдых 17 часов, что превышает установленный п. 40 Приказа Минтранса РФ от ДД.ММ.ГГГГ № минимальный предел, согласно которому междусменный отдых менее 16 часов не допускается.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд,

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ОАО «Российские железные дороги» о признании увольнения незаконным, изменении формулировки увольнения, взыскании компенсации морального вреда - отказать. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Самарский областной суд через Железнодорожный районный суд 

<

адрес> в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Мотивированно решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ

Судья подпись И.Н. Чиркова 

Копия верна.

Судья

Секретарь