Дело № 2-830/2017 Мотивированное 

решение

 изготовлено 25 декабря 2017 года

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

21 декабря 2017 года г. Кировск

Кировский городской суд Мурманской области в составе

председательствующего судьи Бобковой И.В.

при секретаре Данилец В.В.

с участием истца ФИО1

его представителя Лозевой Л.В.

помощника прокурора г. Кировска Веремчука А.Г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Кировскому филиалу Акционерного общества «Апатит» и Акционерному обществу «Апатит» о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного в результате несчастного случая на производстве,

У С Т А Н О В И Л:

Истец ФИО1 обратился в суд с исковыми требованиями к Кировскому филиалу Акционерного общества «Апатит» (далее – КФ АО «Апатит») о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного в результате несчастного случая на производстве, указав в обоснование заявленных требований, что работал в Кировском филиале АО «Апатит» более 26 лет, из них 12 лет – в должности машиниста самоходной машины. 07 августа 2016 года в результате несчастного случая на производстве ему причинен вред здоровью, в связи с полученной травмой «...», продолжительным периодом лечения и перенесенной операцией ... он длительное время находился на лечении и испытывал физические и нравственные страдания, он испытывает неудобства, вынужден использовать при ходьбе трость и ограничен в выборе профессии. В составленном акте о несчастном случае на производстве № 8 от 10 августа 2016 года была установлена вина работодателя в произошедшем несчастном случае на производстве в размере 100%. В связи с несчастным случаем на производстве ему установлено ...% утраты профессиональной трудоспособности. Истцом в адрес ответчика направлено заявление о выплате возмещения вреда, связанного с несчастным случаем на производстве, которое последним оставлено без внимания. В соответствии с Отраслевым тарифным соглашением по организациям химической, нефтехимической, биотехнологической и химико-фармацевтической промышленности Российской Федерации на 2016-2018 годы (далее – ОТС, Соглашение) просит суд взыскать с ответчика денежные средства в качестве возмещения морального вреда, причиненного в результате несчастного случая на производстве в размере 500 000 рублей.

Истец в судебном заседании поддержал заявленные требования по доводам, изложенным в иске. Представил заявление о взыскании в его пользу судебных расходов на услуги адвоката Лозевой Л.В. в размере 20 000 рублей. 

Представитель истца в судебном заседании поддержала своего доверителя и дополнительно пояснила, что требование об обязании ответчика выплатить денежные средства в указанном размере подразумевает компенсацию в счет возмещения морального вреда, причиненного несчастным случаем на производстве, которая подлежит выплате в соответствии с нормами Отраслевого тарифного соглашения по организациям химической, нефтехимической, биотехнологической и химико-фармацевтической промышленности Российской Федерации на 2016-2018 годы. 

Представитель ответчика в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, дело просит рассмотреть в его отсутствие, представил письменный отзыв, согласно которому с исковыми требованиями не согласен. Указывает, что в связи с наличием между сторонами спора при определении размера денежной компенсации морального вреда должны применяться нормы трудового и гражданского законодательства Российской Федерации. Обращает внимание суда на то, что при поступлении на работу истец знал о том, что будет трудиться в особо вредных условиях труда, за что работодателем ему предоставлялись соответствующие гарантии в виде возможности раннего выхода на пенсию, доплаты и надбавки, лечебное питание, медицинское обслуживание. Полагает, что степень утраты профессиональной трудоспособности, установленная истцу в размере ...%, незначительна, установлена не бессрочно, не привела к инвалидности, истец не лишен возможности рационального трудоустройства. Также указывает о том, что истец самостоятельно принял решение о прекращении трудового договора с АО «Апатит», при этом по соглашению сторон ему было выплачено 6 средимесячных заработных плат. С учетом разумности и справедливости полагает обоснованной сумму компенсации морального вреда в размере, не превышающем 90 000 рублей. 

В соответствии с частью 5 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие представителя ответчика.

Выслушав пояснения истца и его представителя, исследовав материалы дела, заслушав заключение прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими частичному удовлетворению, суд приходит к следующему.

Охрана труда регулируется Конституцией Российской Федерации, Всеобщей декларацией прав человека от 10 декабря 1948 года, Международным пактом «Об экономических, социальных и культурных правах» 1966 года, конвенциями Международной организации труда (МОТ), Трудовым кодексом РФ, другими законами и подзаконными нормативными актами.

Так, Конституция Российской Федерации закрепляет право каждого человека на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, не угрожающих жизни и здоровью (статьи 7, 37).

Содержание этого права работника раскрывается в ряде нормативных правовых актов, основным из которых является Трудовой кодекс Российской Федерации, в соответствии со статьей 5 которого трудовые отношения и иные непосредственно связанные с ними отношения регулируются также коллективными договорами, соглашениями и локальными нормативными актами, содержащими нормы трудового права.

В соответствии со статьями 22, 212 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан: обеспечивать безопасность и условия труда работников при осуществлении технологических процессов, соответствующие требованиям охраны труда на каждом рабочем месте; обучение безопасным методам и приемам выполнения работ, проведение инструктажа по охране труда, стажировки на рабочем месте и проверки знания требований охраны труда; организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, информировании работников об условиях и охране труда на рабочих местах, о существующем риске повреждения здоровья и полагающихся им компенсациях и средствах индивидуальной защиты. К этим положениям корреспондирует и статья 219 Трудового кодекса Российской Федерации, определяющая права работника. 

Согласно положениям статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации нематериальные блага, к которым относится, в том числе и здоровье, подлежат защите в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации и другими законами в случаях и порядке, ими предусмотренных.

Одним из способов защиты гражданских прав в соответствии со статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации является компенсация морального вреда.

В соответствии с частью 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» права застрахованных лиц на возмещение вреда, осуществляемое в соответствии с законодательством Российской Федерации, в части, превышающей обеспечение по страхованию, производимое на основании данного Федерального закона, не ограничиваются: работодатель (страхователь) несет ответственность за вред, причиненный жизни или здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, в порядке, закрепленном главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 3 статьи 8 указанного закона возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве и профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Размер компенсации морального вреда определяется по правилам, установленным статьями 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации. При определении компенсации морального вреда судом учитываются степень вины нарушителя, характер причиненных лицу физических и нравственных страданий, требования разумности и справедливости.

В соответствии с пунктом 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни и здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается, Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. 

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В судебном заседании установлено, что ФИО1 состоял в трудовых отношениях с АО «Апатит» в период с 18 августа 1986 года по 01 декабря 1993 года, работая в должностях машиниста экскаватора 4, 6 разряда на Центральном руднике; уволен по сокращению штата по основанию пункта 1 статьи 33 Кодекса законов о труде Российской Федерации (КЗоТ РФ). 

Кроме того, истец состоял в трудовых отношениях с ответчиком в период с 03 сентября 2001 года по 30 ноября 2017 года, работая в должностях машиниста экскаватора 4 разряда Центрального и Восточного рудников, водителем автомобиля 3 класса, машинистом самоходной машины; трудовой договор расторгнут в соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации по соглашению сторон. 

Данные обстоятельства подтверждаются материалами дела, в том числе, копиями трудовой книжки истца, трудовых договоров, заключенных с истцом. 

Как установлено судом, 07 августа 2016 года в 07 часов 45 минут с истцом ФИО1 на рабочем месте, в карьере «Центральный» Восточного рудника горизонта +704 м на проезжей части участка дороги на отвал № 11 произошел несчастный случай (падение с высоты на поверхность дороги), в результате которого истец получил травму ... 

В соответствии с Актом о несчастном случае на производстве № 8 от 10 августа 2016 года причиной несчастного случая послужило несоответствие параметров конструкции поручней лестницы самосвала ... государственный регистрационный знак ..., параметрам, установленным заводом-изготовителем; нарушение п. 56 Федеральных норм и правил в области промышленной безопасности «Правила безопасности при ведении горных работ и переработке твердых полезных ископаемых»; невнимательные и неосмотрительные действия пострадавшего при передвижении по лестнице самосвала (нарушение п. 3.44 «Инструкции по охране труда для всех работников Восточного рудника» ИОТ №917-2012). 

Комиссией по расследованию несчастного случая факт грубой неосторожности пострадавшего ФИО1 не установлен, степень его вины составляет 0 %.

По медицинскому заключению ВК № 30 от 08 августа 2016 года травма, полученная истцом, отнесена к категории легких. 

Акт о несчастном случае и приведенные в нем выводы по результатам расследования представителем ответчика не оспариваются. 

Поскольку обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда положениями действующего трудового законодательства возложена на работодателя, своевременность проведенных с истцом инструктажей, проверке знаний правил техники безопасности не свидетельствует об отсутствии вины работодателя в произошедшем с истцом несчастном случае, в связи с чем, имеются основания для возложения обязанности по возмещению истцу морального вреда, причиненного повреждением здоровья, за время работы у ответчика АО «Апатит». 

Факт получения производственной травмы, в результате которой истец вынужден был проходить лечение длительное время, ответчиком не оспаривается и подтверждается имеющимися в материалах дела доказательствами. 

Согласно выписному эпикризу из истории болезни стационарного больного №... ФИО1 находился на стационарном лечении в травматолого-ортопедическом отделении ГОБУЗ «Мурманская областная клиническая больница им. П.А. Баяндина» с 17 августа 2016 года по 27 августа 2016 года, диагноз «...», 19 августа 2016 года произведено .... 

Из исследованной в ходе судебного заседания медицинской карты пациента, проходящего медицинскую помощь в амбулаторных условиях №... ФИО1 следует, что истец наблюдался у травматолога после операции ... (19.08.2016), в связи с чем направлялся на врачебную комиссию для проведения экспертизы трудоспособности, о чем свидетельствуют этапные эпикризы от 02.09.2016, 16.09.2016, 30.09.2016, 14.10.2016, 28.10.2016, 11.11.2016, 25.11.2016, 19.04.2017, 16.05.2017, 13.06.2017, 23.06.2017, 14.11.2017.

Согласно выписки из медицинской карты амбулаторного больного ГОБУЗ «Апатитско-Кировская ЦГБ» в период с 07 августа 2016 года по апрель 2017 года ФИО1 проходил оперативное лечение ... и состоит на «...» учете у врача травматолога. 

Из сообщения бюро медико-социальной экспертизы № 4 - филиала ФКУ «Государственное бюро медико-социальной экспертизы по Мурманской области Минтруда и социальной защиты Российской Федерации» 08 декабря 2017 года № 1025-17, а также акта № 706.4.51/2017 освидетельствования в бюро МСЭ, проведенного в отношении ФИО1, следует, что истец был освидетельствован 10 мая 2017 года, в результате чего ему установлено ...% утраты профессиональной трудоспособности на 1 год, инвалидность не установлена. 

Согласно копии справки бюро медико-социальной экспертизы № 4 - филиала ФКУ «Государственное бюро медико-социальной экспертизы по Мурманской области Минтруда и социальной защиты Российской Федерации» МСЭ-2013 № 0028741 истец освидетельствован 03 мая 2017 года до 01 июня 2018 года – установлено ... % утраты профессиональной трудоспособности.Кроме того, для истца была разработана программа реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания, согласно которой истцу противопоказан тяжелый физический труд с длительной ходьбой и пребыванием на ногах, на высоте, в вынужденной рабочей позе. В обычных производственных условиях может выполнять профессиональную деятельность с изменением условий труда.

То обстоятельство, что истец проходил лечение и в связи с установленным лечебным учреждением диагнозом в связи с производственной травмой, имевшей место 07 августа 2016 года, в судебном заседании представителем ответчика не оспаривалось. 

С учетом изложенных обстоятельств, суд приходит к выводу о том, что между несчастным случаем на производстве, произошедшим 07 августа 2016 года, и получением истцом травмы имеется прямая причинно-следственная связь, что не оспаривалось стороной ответчика, в связи с чем, ФИО1 имеет право на возмещение морального вреда, ответственным за причинение которого является работодатель – АО «Апатит». 

Суд не может согласиться с доводами представителя ответчика о том, что при поступлении на работу истец был осведомлен о работе в особо вредных условиях труда с предоставлением со стороны работодателя соответствующих гарантий: раннего выхода на пенсию, доплат и надбавок, лечебного питания, медицинского обслуживания. 

Факт предоставления работнику на период его трудовой деятельности в АО «Апатит» доплат и надбавок, лечебного питания, медицинского обслуживания не является доказательством отсутствия вины ответчика в причинении вреда здоровью истца, а свидетельствует лишь о предоставлении работникам ответчика специальных гарантий, обязательных в силу действующего трудового законодательства для предоставления лицам, работающим во вредных производственных факторах.

Рассматривая требования истца о взыскании компенсации в счет возмещения вреда, причиненного несчастным случаем на производстве, в соответствии с Отраслевым тарифным соглашением по организациям химической, нефтехимической, биотехнологической и химико-фармацевтической промышленности Российской Федерации на 2016 – 2018 годы, суд исходит из следующего. 

Ответчик не оспаривает, что Отраслевое тарифное соглашение распространяется на АО «Апатит».

Пунктом 6.1.2 указанного Отраслевого тарифного соглашения предусмотрено, что работодатели осуществляют возмещение вреда (сверх размеров, предусмотренных законодательством Российской Федерации) работникам в связи с трудовым увечьем, связанным с исполнением ими трудовых обязанностей. Под возмещением вреда понимается компенсация в денежной форме потерпевшему работнику морального вреда, нравственных и физических страданий.

В силу пункта 6.1.3 Отраслевого тарифного соглашения Порядок, правила, процедуры и сроки осуществления выплат с целью возмещения вреда при обстоятельствах, определенных в пункте 6.1.2, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами, принимаемыми с учетом мнения выборного органа первичной (объединенной) профсоюзной организации предприятий, либо дополнительными (добровольными) страховыми программами, финансируемыми Работодателями. 

Коллективным договором Кировского филиала АО «Апатит» на 2013-2016 годы, исследованным в судебном заседании, иными локальными нормативными актами работодателя такой порядок осуществления выплат с целью возмещения работнику морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, не установлен, дополнительных (добровольных) страховых программ от несчастных случаев, финансируемых работодателем, не имеется. 

Неприменение ответчиком положений раздела 6 Отраслевого тарифного соглашения является нарушением трудовых прав работника. Восстановление этих прав допустимо различными предусмотренными трудовым законодательством способами, в том числе избранным истцом при подаче искового заявления.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Согласно части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Таким образом, никакие иные акты, за исключением федеральных законов в предусмотренных статьей 55 Конституции Российской Федерации случаях, не могут умалять и ограничивать право гражданина на полное возмещение вреда, причиненного повреждением здоровья. Соответственно, не могут ограничивать это право также и заключенные в соответствии с трудовым законодательством отраслевые соглашения и коллективные договоры.

Приведенные выше конституционные положения конкретизированы в соответствующих нормах трудового права и разъяснениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации.

Так, в соответствии с частью 2 статьи 9 Трудового кодекса Российской Федерации коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению.

Согласно статье 237 Трудового кодекса Российской Федерации, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1).

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (часть 2).

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со статьей 237 названного Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Аналогичные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся и в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда.

Из содержания данных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника.

С учётом установленных в судебном заседании обстоятельств, руководствуясь приведенными выше нормами материального права, учитывая, что в результате несчастного случая истец испытывает физические страдания, связанные с причинением вреда здоровью, нравственные страдания, исходя из доводов, которые истец и его представитель привели в исковом заявлении и в судебном заседании в обоснование заявленного требования, объем и характер причиненных работнику физических и нравственных страданий, принимая во внимание тот факт, что степень утраты профессиональной трудоспособности установлена истцу не бессрочно, не привела к инвалидности и не лишила его возможности трудиться в более комфортных условиях, суд, руководствуясь принципами разумности и справедливости, считает в данном конкретном случае достаточной денежную компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей.

В соответствии с частью 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу расходы. 

В силу статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ, статья 112 КАС РФ, часть 2 статьи 110 АПК РФ).

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (пункт 13 указанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации). 

Согласно представленной в материалах дела квитанции № 86 от 21 декабря 2017 года истцом оплачены услуги представителя Лозевой Л.В. в сумме 20 000 рублей. 

Определяя размер судебных расходов по оплате услуг представителя, подлежащих взысканию с ответчика, суд учитывает объем выполненной представителем работы по подготовке заявления, направленному ответчику в досудебном порядке, искового заявления, участие представителя заявителя в двух судебных заседаниях (11 и 21 декабря 2017 года), а также принимая во внимание требования разумности и справедливости, суд считает, что с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по оплате услуг представителя в заявленном размере 20 000 рублей. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пунктом 8 части 1 статьи 333.20 части второй Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина, от уплаты которой истец освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты государственной пошлины, в соответствующий бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований. На основании пункта 3 части 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации сумма подлежащей взысканию с ответчика государственной пошлины в доход местного бюджета составляет 300 рублей.

Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к Кировскому филиалу Акционерного общества «Апатит» о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного в результате несчастного случая на производстве – удовлетворить частично. 

Взыскать с Кировского филиала Акционерного общества «Апатит» в пользу ФИО1 денежную компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в сумме 100 000 (сто тысяч) рублей. судебные расходы по оплате юридических услуг представителя в сумме 20000 рублей 00 копеек, а всего взыскать – 120 000 (сто двадцать тысяч) рублей 00 копеек. 

Взыскать с Кировского филиала Акционерного общества «Апатит» государственную пошлину в доход местного бюджета в сумме 300 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в Мурманский областной суд через Кировский городской суд в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья И.В. Бобкова