Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

25 июля 2017 года город Самара

Кировский районный суд г. Самары в составе:

председательствующего судьи Сизовой С.К.

с участием прокурора Черновой О.С.

при секретаре Пушновой Е.С.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-990/17 по иску ФИО1 к ГБУЗ СО «СГКБ №2 имени Н.А.Семашко», ГБУЗ СО СГП №4, ГБУЗ СО «СГКБ №8» о возмещении вреда, причиненного здоровью,

У С Т А Н О В И Л:

Истец ФИО1 первоначально обратилась в суд с иском к ГБУЗ СО «СГКБ №2 имени Н.А.Семашко», ГБУЗ СО СГП №4, ГБУЗ СО «СГКБ №8» о возмещении вреда, причиненного здоровью, мотивируя требование тем, что 11.08.2014 г. она была госпитализирована с закрытым переломом левой пяточной кости со смещением отломков в отделение травматологии СГКБ № 2 им. Н.А. Семашко, лечащим врачом был А. ФИО5. 19.08.2014 г. выполнена операция остеосинтез левой пяточной кости спицами, наложена циркулярная гипсовая повязка с «окном» в области раны для последующего снятия швов и наблюдения за раной. Лечащий врач не назначил антибиотики для профилактики бактериального инфицирования, противовоспалительные препараты, инсулин для снижения сахара и не проводил другие дополнительные медицинские мероприятия, несмотря на возможность возникновения осложнений, которые он должен был предполагать, т.к. знал о наличии у истца заболевания «сахарный диабет». После операции имелся отек мягких тканей, что отражено в медицинских осмотрах, в связи с этим гипс врезался в ногу, истец испытала сильную боль, но единственной рекомендацией врача было - держать ногу на металлической конструкции в вертикальном положении. Соблюдая предписания врача, она днём и ночью держала ногу в вертикальном положении, но отёчность не спадала. На рентгенограмме левой стопы № от 11 августа 2014 г., № от 19.08.2014г. признаков консолидации не просматривается. Других серий рентгенограмм для прослеживания процесса заживления не имеется.29.08.2014 г. не смотря на наличие отёка мягких тканей истец была выписана из больницы. И направлена под наблюдение врача-хирурга поликлиники. Истец считает, что не наблюдалась на должном уровне. Согласно Заключению специалиста в области судебной медицины ФИО14, явилось причиной развития не диагностированных своевременно осложнений, в виде остеомиелита, гангрены, острого сепсиса, повлекших неблагоприятный исход и ампутацию левой нижней конечности по жизненным показаниям. По рекомендации врача СГКБ № 2 ФИО5, 03.09.2014г. истец явилась в Городскую поликлинику № 4 Кировского района г.о. Самара на прием к хирургу, ей сняли швы, рана не заживала. Так как ФИО6 находился в отпуске, ее принял другой врач и в течении месяца вел наблюдение, в этот период состояние здоровья было не удовлетворительным, но сильных ухудшений не наблюдалось.Болезнь начала прогрессировать, когда из отпуска вышел ФИО6. 03.10.2014 г. истец пришла на прием к ФИО6, который предположил некроз, но при повторном наблюдении 10.10.2014 г. диагноз не подтвердил, несмотря на воспаление, с гнойным выделением, которое началось вокруг спиц и дошло до шва; вокруг шва образовалась рана, которая была хорошо видна в «окне» в гипсе. Осознавая, что рана не заживает, врач не назначил дополнительное обследование (УЗИ мягких тканей) и не направил истца на госпитализацию. При прикосновениях к ноге, истец испытывала сильную боль, поэтому ее каждую неделю привозили на прием на инвалидной коляске, что было известно врачу. Записи в амбулаторной карте делались небрежно, неразборчивым почерком и не при каждом посещении, из них следует, что истец не осматривалась врачом: не описано состояние стопы, гипса, раны, пульсации сосудов, результаты обследования отсутствуют. Имеется лишь формальное дублирование диагноза. На контрольной рентгенограмме не имеется описания наличия или отсутствия признаков срастания перелома, характера костной ткани. В дневниках наблюдения, хирург не указывает на какие-либо отклонения в патологии заживления раны стопы, что не соответствует действительности, это явная фальсификация в действиях врача-хирурга. Истец видела, как из раны выходит гной, о чем говорила врачу и просила удалить спицы. ФИО6 направил истца на консультацию к травматологу, который рекомендовал удалять спицы, но ногу не осматривал. При повторном посещении ФИО6 выписал направление на удаление спиц. Истец сделала рентген, но не успела направиться на госпитализацию в СГКБ № 2. 17 ноября 2014 г. в 21 ч. 00 мин. из раны пошла гниль, рана «провалилась», истец вызвала «Скорую медицинскую помощь», которая прибыла на вызов и истец была госпитализирована в СГКБ № с диагнозом: флегмона подошвенной поверхности левой стороны, СД 2 тип, тяжелое течение, произведена операция - вскрытие флегмоны, назначено лечение, лечащим врачом был ФИО7. 21 ноября 2014 г. операционным путем удалены спицы, назначены антибиотики, которые истец приобретала самостоятельно. В дневниках динамического наблюдения с 24.11.2014 г. указано, что состояние улучшается, температура в норме, отеков нет. Через месяц, с 23.12.2014г. антибиотики заменили на те, что были в отделении. Впоследствии, в связи с уходом на больничный ФИО7, лечащим врачом истца стал ФИО8. Антибиотики, которые назначил врач, в больнице закончились, других назначено не было, вместо положенных трёх препаратов делали только один. ФИО8 ни разу не удалил поверхностные некрозы с раны, хотя ФИО7 говорил, что их нужно удалять каждый день. Истец спрашивала ФИО8, почему он не удаляет некрозы, он ответил, что все заживает и в этом нет необходимости. ФИО2 только один раз осмотрел ногу, говорил, что пригласит на осмотр заведующего, но этого так и не произошло. Лечащий врач в дневниках наблюдения указывал, что рана заживает, что является фальсификацией. С 24 декабря 2014 г. - в области раны умеренная боль, тоны сердца приглушены, поверхностные некрозы. Далее записи дневников дублируются, подробное описание процесса заживления, размеры раны, края, дно, цвет, отделяемое отсутствуют. 29.12.2014г. во время очередной перевязки медсестра решила, что необходима срочная консультация лечащего врача, но так как его в очередной раз не оказалось рядом, она пригласила заведующего отделением. 31 декабря в ходе консилиума было принято решение, о необходимости ампутации левой нижней конечности средней трети бедра. Это информация истца шокировала, ведь врач убеждал ее, что все хорошо заживает. Если бы лечащий врач присутствовал на перевязках и уделял должное внимание исполнению профессиональных обязанностей, то ампутация левой нижней конечности была бы ниже колена. Усматривается явная недооценка врачами тяжести состояния пациентки, что явилось причиной и следствием не качественного, не квалифицированного лечебного процесса. Впоследствии истцу был установлен лечебно-тренировочный протез бедра, который существенно ограничивает передвижение. Так как ампутирована была нога в области средней трети бедра, то передвижение на протезе осложнено в несколько раз. Протез очень высокий, до конца бедра, вследствие чего отсутствует устойчивость, его необходимо удерживать культей. При передвижении нужно вставать на пятку, а после плавно переносить вес к носку. Истец много раз падала из-за того, что при движении ступня разворачивалась во внутрь. Необходима покупка нового протеза бедра, оснащенного датчиками движения, который позволит упростить жизнь. Но протез дорогой, финансовое положение истца не позволяет приобрести указанный протез, тем более после потери работы. Истец являлась индивидуальным предпринимателем, работа предполагала разъездной характер, она надеялась вернуться к работе. После ампутации ноги, истец была вынуждена прекратить деятельность, т.к. не может без посторонней помощи выходить из дома. Ссылаясь на ст.14 Закон «О защите прав потребителей», ст.98 ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», указывая, что понесла дополнительные расходы на приобретение лекарственных препаратов в размере 4 749 рублей, что в процессе прохождения лечения и по настоящее время испытывает сильную боль, не может выходить из дома без посторонней помощи, постоянно принимает обезболивающие препараты, появились проблемы с желудком и печенью, неровной системы, потеряла работу, а главное ногу, которую можно было спасти, если бы было надлежащее лечение, просит суд обязать ответчиков возместить дополнительные расходы на приобретение лекарственных препаратов в размере 4 794 рубля. Обязать ответчиков выплатить компенсацию морального вреда в размере 2 300 000 рублей. Взыскать с ответчиков расходы на оплату услуг представителя в размере 20 000 рублей. 

В предварительном судебном заседании в качестве третьего лица привлечено Министерство здравоохранения Самарской области. Определением Кировского районного уда г.Самары от 06.03.2017г. принят отказ истца от части требований: взыскать с ответчиков дополнительные расходы на приобретение лекарственных препаратов в размере 4 749 рублей. Производства по делу в данной части исковых требований прекращено.

В судебном заседании 21.03.2017г. судом были приняты уточненные исковые требования, согласно которым ФИО1 просит суд взыскать с СГКБ № 2 им.Н.А.Семашко компенсацию морального вреда в размере 767 000 рублей, с ГП № 4 Кировского района г.о.Самара компенсацию морального вреда в размере 767 000 рублей, взыскать с СГКБ № 8 компенсацию морального вреда в размере 767 000 рублей. Взыскать с ответчиков расходы на оплату услуг представителя в размере 20 000 рублей, пропорционально удовлетворенным требованиям (л.д.69-77).

В судебное заседание истец ФИО1 не явилась. О дне судебного заседания извещена надлежащим образом. Ранее в судебном заседании уточненные исковые требования поддержала по основаниям указанным в иске.

Представитель истца по доверенности ФИО3 в судебном заседании поддержала исковые требования по основаниям указанным в иске, просила суд взыскать с Самарской городской клинической больницы № 2 им.Н.А.Семашко компенсацию морального вреда в размере 767 000 рублей, расходы по оплате судебно-медицинской экспертизы в размере 8 333 рубля, расходы по оплате услуг представителя в размере 6 666 рублей. Взыскать с Городской поликлиники № 4 Кировского района г.о.Самара компенсацию морального вреда в размере 767 000 рублей, расходы по оплате судебно-медицинской экспертизы в размере 8 333 рубля, расходы по оплате услуг представителя в размере 6 666 рублей. Взыскать с Самарской городской клинической больницы № 8 компенсацию морального вреда в размере 767 000 рублей, расходы по оплате судебно-медицинской экспертизы в размере 8 333 рубля, расходы по оплате услуг представителя в размере 6 666 рублей. Просила уточненные исковые требования удовлетворить.

Представители ответчика ГБУЗ СО «СГКБ №2 имени Н.А.Семашко» по доверенности ФИО4 и врач- травматолог ФИО5 в судебном заседании возражали против удовлетворения исковых требований. Согласно представленному отзыву не усматривают причинно-следственной связи между действиями врачей ГБУЗ СО «СГКБ № 2 им.Н.А.Семашко» при оказании медицинской помощи ФИО1, и причинением последней морального вреда. С выводами экспертов судебной экспертизы не согласны (л.д.118-120).

Представитель ответчика ГБУЗ СО СГП №4 по доверенности ФИО9 в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований. Не согласен с результатами судебной экспертизы. Согласно представленному отзыву на иск ФИО1 не выполняла рекомендации лечащего врача, не являлась на перевязки с 04.10.2014г. до 20.10.2014. Тем самым проводила лечение самостоятельно. После 20.10.2014г. на приеме у хирурга ГБУЗ СО СГП № 4 Кировского района не появлялась. 10.11.2014г. на приеме у хирурга был муж ФИО1 для получения направления на консультацию к травматологу ГБУЗ СО «СГКБ № 2 им.Н.А.Семашко», направление было выдано 11.11.2014г. В этот день больная на госпитализацию не явилась. Ненадлежащих действий со стороны сотрудников ГБУЗ СО «СГП №4» не было (л.д.94-96 том1).

Представитель ответчика ГБУЗ СО «СГКБ №8» по доверенности ФИО10 в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований. Согласно отзыву, правовых оснований для удовлетворения исковых требований истца не имеется. С выводами судебной экспертизы не согласны (л.д.135-138 том1).

Представитель третьего лица Минздрав Самарской области в судебное заседание не явился. О дне судебного заседания извещены надлежащим образом. Представлен отзыв, просили вынести законное решение, рассмотреть дело в отсутствие представителя (л.д.212-124 том1, 95-97 том2). 

Выслушав стороны, исследовав материалы дела, заслушав заключение прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими удовлетворению частично, суд приходит к следующему.

В соответствии с п.1,2 ст.1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

По общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. 

Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Согласно ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

В силу ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В материалы дела представлены Уставы медицинских учреждений, целями которых является обеспечение прав граждан на медицинскую помощь в соответствии с территориальной программой государственных гарантий бесплатного оказания населению Самарской области медицинской помощи.

Судом установлено, что11.08.2014г. ФИО1 была госпитализирована с закрытым переломом левой пяточной кости со смещением отломков в отделение СГКБ № 2 им.Н.А.Семашко, лечащий врач ФИО5, что подтверждается представленными в материалы дела медицинскими документами: медицинской картой стационарного больного (л.д.15 том1 выписка из карты).

Согласно предоперационному эпикризу от 19.08.2014г. у больной ФИО1 имеется закрытый перелом левой пяточной кости со смещением отломков. Консервативное лечение неэффективно. Больной показана операция - остеосинтез лево пяточной кости. Больная обследована, на операцию согласна. Абсолютных противопоказаний к операции не выявлено. Обезболивание СМА (л.д.16 том1).

ФИО1 находилась в травматологическим отделении СГКБ № 2 им.Н.А.Семашко в период с 11.08.2014г. по 29.08.2014г., выполнена операция остеосинтез левой пяточной кости спицами. На R-грамме от 19.08.2014г. отломков левой пяточной кости фиксированы спицами стояние отломков удовлетворительное. Наложена циркулярная гипсовая повязка с «окном». Получала анальгетическую, антибактериальную, инфузную терапии УВЧ. Послеоперационная рана чиста без признаков воспаления. При выписке анализы крови и мочи в норме. Выписывается на амбулаторное лечение под наблюдение хирурга поликлиники с рекомендациями: швы снять 03.09.2014г., укрепить «окно» циркулярной гипсовой повязкой. Гипс снять через три месяца с момента травмы, затем R-контроль с консультацией травматолога ГКБ № 2 для решения вопроса о возможной нагрузки на конечность и удаления металлофиксаторов. После снятия гипсовой повязки контрольная рентгенография, ЛФК, массаж, тепловые процедуры, в течении 1 года носить стельки-супинаторы (л.д.17 том1).

В материалы дела представлено заключение специалиста в области медицины (дополнительное) (по вопросам, входящим в профессиональную компетенцию) врача ФИО14, имеющая высшее медицинское образование со стажем работы 43 года на основании личного заявления ФИО1 дала разъяснения по вопросам входящим в профессиональную компетенцию. По представленным документам: ксерокопии медицинской карты стационарного больного № ГБУЗ СО СГКБ № 2 имени Н.А.Семашко на имя ФИО1; рентгенограммы левой стопы № от 11.08.2014г., № от 19.08.2016г. на имя ФИО1 усмотрела прямую причинную связь ненадлежащего исполнения медицинскими работниками своих профессиональных обязанностей (без уважительных причин), приведших к ускорению и утяжелению патологического процесса- причинению тяжкого вреда здоровью ФИО1. Трактует, как дефект в оказании медицинской помощи, который явился причиной наступившего неблагополучного исхода. При своевременном и квалифицированном оказании медицинской помощи пациентке. даже при наличии у нее фоновых заболеваний (сахарный диабет, атеросклероз сосудов) - не исключалась возможность предотвращения быстрого развития необратимых патологических процессов. Также свои выводы ФИО14 изложила в консультации из представленных ей документов выписного эпикриза, копии медкарты амбулаторного больного, копии медкарты стационарного больного, описании обстоятельств случившегося (л.д.21-25, 38-44 том1). 

Судом также установлено, что после выписки из ГБУЗ СО СГКБ № 2 имени Н.А.Семашко истец с 03.09.2014г проходила амбулаторное лечение ГБУЗ СО СГП №4, 18.11.2014 года была госпитализирована в ГБУЗ СО «СГКБ № 8».

Согласно медицинской карте стационарного больного № запись от 18.11.2014г. наличие у больной флегмоны является показанием к экстренной операции. 18.11.2014г. операция - вскрытие флегмоны - проведена, состояние тяжелое, положение вынужденное, в сознании - адекватна. Жалобы на умеренную боль в области послеоперационной раны. 07.01.2015г. состояние средней тяжести, стабильное, активна. Консилиум врачей пришел к выводу. что по жизненным показаниям показана операция ампутация левой н/к в с/3 бедра. Согласие больного и родственников получено. Выписной эпикриз 31.12.2014г. операция: ампутация правой нижней конечности середина бедра. Проводилось лечение (антибиотики, перевязки, антиагрегаты, сосудистая терапия, инсулинотерапия, гемотрансфузии) (л.д.45-47,49 том1).

Минздравом Самарской области 07.07.2016г. была проведена проверка в рамках ведомственного контроля качества и безопасности медицинской деятельности ГБУЗ СО «СГП №4», в рамках рассмотрения конкретного случая организации медицинской помощи ФИО1, по завершении проверки составлен акт, по выводам которого фактов ненадлежащих действий со стороны сотрудников учреждения не выявлено. Лечение осуществлялось в соответствии со стандартами оказания медицинской помощи при гнойной хирургической инфекции. Направление в ГБУЗ СО «СГКБ №2 им.Н.А.Семашко» для решения вопроса об удалении металлофиксаторов и коррекции лечения выдано своевременно (л.д.97-101 том1).

16.03.2016г. в отношении ГБУЗ СО «СГКБ № 8» по поручению ЗАО страховой компании «Согласие-М» Самарский филиал по поручению ТФОМС Самарской области проведена экспертиза оценки качества медицинской помощи, согласно экспертному заключению замечаний по обследованию и лечению пациентки ФИО1 нет. Для сахарного диабета характерно наличие гнойно-некротических заболеваний на нижних конечностях, из прогрессирование. В основе развития этих заболеваний лежит ангиопатия при сахарном диабетемелких и крупных сосудов нижних конечностей, что имело место у больной, недостаток кровообращения приводит к прогрессированию некроза и нередко к ампутации нижних конечностей (л.д.140,141,142 том1).

Постановлением старшего оперуполномоченного ФИО11 № ОП № УМВД России по г.Самаре, рассмотрев материалы дополнительной проверки сообщения о преступлении КУСП № по заявлению ФИО1, которая просила привлечь к уголовной ответственности врача-хирурга ФИО6 от 26.08.2016г. отказано в возбуждении уголовного дела по основаниям п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ в связи с отсутствием состава преступления, предусмотренного ст.118 ч.2 УК РФ в действиях ФИО6 (л.д.166-168 том1).

В материалы дела представлены: руководство для врачей травматология и ортопедия в 3 томах, журнал учета плановых консультаций травматология, журнал записи рентгенологических исследований (л.д.6-68 том2).

Свидетель ФИО6, допрошенный в судебном заседании 21.03.2017г. пояснял, что работает врачом-хирургом ГБУЗ СО СГП №4. Истец поступила к нему, когда он вышел из отпуска- 30.09.2014г., то есть попала с 03.10.2014года. До него замещал другой врач- травматолог из больницы Семашко. У истца была открытая рана, гноя не было, инфекций не было. Он назначил ей перевязки, лекарства не назначал, только перевязки. Перевязки в таких случаях обычно делают через день. Конкретной даты не назначалось, просто делали перевязки через день. Истец приходила не на все перевязки. Пациент заходит в перевязочную, где он рану осматривает, и при нем медсестра меняет повязку. Истец у него на приеме была 03.10 и 20.10.2014г., в поликлинике все это время перевязки ей не делали. Есть журнал перевязок. Ей была рекомендована консультация травматолога, с рентгеном. Рана не зажила, несмотря на перевязки, поэтом он думает, что истец делала перевязки себе дома. Это не рекомендуется делать дома. 06.11.2014г. истец консультировалась у травматолога, он ей давал направление на рентген, травматолог ее посмотрел, с диагнозом согласился, но не написал, что имеется рана. Возможно рана могла затянуться, она уменьшилась в размере. 10.11.2014г. к нему на прием пришел муж истца с рекомендациями травматолога - удалить спицы в больнице Семашко, он написал, что направил в больницу им.Семашко на консультацию тех врачей, которые ее оперировали. С этим направлением истец должна была прийти к врачу травматологу или заведующему, обычно поднимаются на этаж. У него было направление на консультацию, а не на госпитализацию. После этого больная к нему не явилась. При каждом осмотре врача делалась запись в амбулаторной карте. Направление на рентген было выдано 20.10.2014г., в карте записи о направлении на рентген нет. Обычно такие записи в карте делают, почему нет записи, сложно сказать. Наверное было много больных, обычно истец приходила вечером, рука просто уже не писала. 20.10.2014г. выдали направление к травматологу поликлиники №4, а 10.11.2014г. выдали направление на консультацию травматолога больницы им.Семашко. 10.11.2014г. приезжал муж истца. За время перевязок обычно некроз уходит сам, удалять его не нужно. Он предположил некроз по цвету корочки раны, не утверждал этого. В карте отражалось только состояние раны. После остеосинтеза самое опасное осложнение - это остеомиелит. Было сделано 2 рентгеновских снимка, и на этих снимках не было видно остеомиелита. Это видно на снимках рентгена их учреждения. Первый рентген в сентябре и второй раз 20.10.2014г. Исследование крови на стерильность в их клинике не проводилось, УЗИ мягких тканей тоже не проводилось. Здесь была гипсовая повязка с окном для перевязок, было затруднено проводить УЗИ и на УЗИ остеомиелит почти не видно. На рентгене видна и ткань, и спицы, и сама кость. Для этого он и направил истца к травматологу, чтобы тот оценил гипс, состояние ноги. Снимать гипс по срокам было рано, оценить ногу в гипсовой повязке не представлялось возможным и поэтому направили истца к травматологу. Сроки, которые указаны в больнице им.Семашко для снятия гипса- 3 месяца. Лечение проводили на основании стандартов лечения, утвержденного Минздравом. Повторного направления на рентген никто не требовал. Направление от 20.10.2014г. на рентген он выдавал, но результаты рентгена ему не приходили. Штамп на направлении той клиники, которая направление выдает, а внизу написано, куда выдается направление, в больнице № 4 нет травматологического отделения. 

Свидетель ФИО15, допрошенный в судебном заседании 21.03.2017г. пояснял, что работает врачом- хирургом ГБУЗ СО СГП № 8, больная поступила в тяжелом состоянии, с сопутствующей патологией, поступила в 4 утра 18.11.2014г., и в тот же день была выполнена операция. Она поступила с нагноением стопы с сахарным диабетом. Учитывая локализацию стопы- пяточная область, для «диабетика» это серьезно, и нагноение это очень серьезная ситуация. В течение полутора месяцев предпринимались попытки спасения, но была выполнена ампутация по жизненным показаниям. Ситуация этого требовала, можно сказать они спасли жизнь пациентке. Лечение выполнено в полном объеме, истец осмотрена терапевтом, эндокринологом, был выполнен контроль сахара. Произошло прогрессирование процесса и, поэтому была выполнена операция. Антибиотики были выполнены в полном объеме. Больная в стационаре пролежала полтора месяца и одни и те же препараты делать ей не могли, поэтому произошла замена антибиотика. Использовалась комбинация препаратов широкого спектра действия, чтобы перекрыть все возможные инфекции. При сахарном диабете один возбудитель может меняться, поэтому происходит замена препаратов. В начале кололи ФИО13, Цефтриаксон, Ципрофлоксацин, Цефтриаксон это антибиотик 3 поколения, Ципрофлоксацин предназначен для граммотрицательной флоры, и ФИО13 это Метронидазол, то есть, учитывая диабет назначается комбинация этих препаратов. Они прокалывались с момента поступления до 27.11.2014г. Потом сменили часть препаратов на Цефабид, ФИО12 и ФИО13., их кололи до 08.12.2014г. Потом перевели истца на Дорипрекс- резервный препарат и дорогостоящий, обычно стоимость лечения таким препаратом 10 000 рублей в сутки, с 11.12.2014г. по 18.12.2014г. Потом опять после 18.12.2014г. Цефтриаксон, Ципрофлоксацин и кололи до ампутации. Потом произошла операция. Антибиотики усиливали, в течение 1,5 месяцев пытались сохранить ногу, но с самого начала было видно, что все ведет к ампутации. Процесс был на стопе-пятке с переходом на голень, но учитывая данные УЗИ, осмотра хирурга, что имеется окклюзия сосудов, и, учитывая состояние пациента, они не могли обрекать человека на повторную операцию, если бы ампутировали ниже колена. Переливали кровь. Если бы можно было сохранить ногу на уровне голени, они бы это сделали. Было сразу видно, что прогноз плохой. Может бы и рискнули сделать операцию в первый день на уровне голени, но пытались сохранить ногу. А потом уже встал вопрос о жизни пациента. С первого дня в дневнике все указывалось. Он не все время вел пациентку. Писал, что есть обширная флегмона и сахарный диабет, в дневниках подробно такие диагнозы не описываем. Такая запись даже есть от 21.11.2014г., что есть обширная флегмона. Ситуация меняется каждый день, каждый день что - то делаем, он может отвечать за себя. Попытки сохранить ногу делали все это время, убирали мертвые ткани. В записи от 24.12.2014г. указано, что кожа бледная, сухая, отек умеренный, рана с очагами некроза, и раны некроза иссечены. Здесь написано, что некроз был иссечен, указано, что рана очищается медленно, но признаков нагноения нет. 25.12.2014г. указано, что рана очищается с очагами некроза, что происходит туалет, ревизия раны. 26.12.2014г. указано, что осматривал заведующий, что рана с участками некроза, с ранами типичной для сахарного диабета. Бывает, что сегодня рана не плохая, а на следующий день уже другая. Указано, что некрозы иссечены, в каждом дневнике учитывается динамика, рана может быть не хуже, а состояние пациента ухудшается, то есть у него ухудшаются анализы, аппетит. Это говорит о том, что интоксикация прогрессирует. Накануне 29.11.2014г. он описал, что раз она очищается, 30.11.2014г. значит не было необходимости для очищения. 18.11.2017г. при поступлении истца к ним в учреждении выполняется операция, но перед этим доктор истца осмотрел. В этот же день взяты все анализы- биохимия, красная кровь, сахар, все что нужно было выполнено. Гипс при операции снимался. С 6.11.2014г. по 18.11.2014г. состояние могло резко ухудшиться. Время было потеряно, он не видел пациентку до поступления, могло быть все что угодно за это время. 

Свидетель ФИО7 допрошенный в судебном заседании 21.03.2017г. пояснял, что работает врачом- хирургом гнойного хирургического отделения ГБУЗ СО СГП № 8, он был лечащим врачом с 19.11.2014г. по 21.11.2014г. Истец поступала не в его дежурство, увидел больную на следующий день. Было назначено лечение некротических ран с учетом сахарного диабета, рана была с обширным участком некроза, поэтому каждый день происходило удаление некрозов, и потом удалялись спицы. Были назначены 4 антибиотика, которые указаны в амбулаторной карте. Пока он был врачом истца, может не каждый день, а по мере возникновения некрозов, они удалялись. Некрозы должны удаляться по мере их возникновения. Если указано теоретически, что рана с очагами некрозов, значит некрозы должны удаляться. Обычно при удалении спиц они требуем снимок рентгена, который обычно хранится в истории болезни, потом просто на руки без отметки выдается этот рентген по желанию клиента. Если снимок не выдается, значит, может находиться в рентгенкабинете, когда история сдается в архив. По ошибке снимок мог туда попасть. 

Свидетель ФИО16, допрошенный в судебном заседании 21.03.2017г., пояснил, что 03.10.2014г.ФИО25 вышел с отпуска, они с супругой пришли на прием к врачу, ФИО24 осмотрел супругу и сказал, что возможно у нее некроз. Через неделю 10.10.2014г. опять пришли на прием. Хирург осмотрел супруг, сказал, что некроза нет, обнадежил. Потом были у ФИО23 20.10.2014г. на приеме у хирурга и на перевязке. 28.10.2014г. были на приеме, супруга жаловалась на боли в ноге. Ей дали направление на рентген. 31.10.2014г. он отвез супругу на рентген. 06.11.2014г. опять были у хирурга ФИО6 боль усиливалась и супруга просила дать направление на снятие спиц, но врач сказал ей, что спицы нужно снимать через год. Супруга попросила хоть какую- то мазь. ФИО6 выписал мазь Аргосульфам. Три дня супруга мазала, было бесполезно. Опять пришли к ФИО6 за направлением о снятии спиц, боль усиливалась. ФИО17 не дал направление в больницу им.Семашко, а дал направление на консультацию к травматологу на ул.Физкультурную. Травматолог не осматривал, а по медкнижке посмотрел, что надо срочно снимать гипс. На следующий день 11.11.2014г. опять пришли к ФИО17, чтобы он дал направление. ФИО17 дал направление на консультацию в больницу им.Семашко. С этим направлением он пошел в ординаторскую, супруга сказала, что ее врач ФИО5. Он зашел в ординаторскую, спросил там врача ФИО5, сказал про свою супругу, что ее направили к ним на снятие спиц. ФИО5 посмотрел направление и сказал, чтобы шли и делали рентген. В этот день или на следующий поехали к ФИО17 за направлением на рентген, потом 13 или 14 числа поехали на ул.Физкультурную делать рентген. Потом были выходные, 17.11.2014г. он получил результат рентгена. Вечером 17.11.2014г. у супруги пошел гной, вызвали скорую, которая увезли супругу в больницу. Супруга в кабинетах у врача была одна, вел запись врач в карте или нет, он не знает. Его в кабинете никто не пускал. Врачу ФИО5 он показывал рентген от 31.10.2014г., но ФИО5 потребовал более свежий снимок. На 2 этаж за талоном на рентген поднимался он. Скорее всего, рентген в журнале записывали. На прием к травматологу пришли с супругой вдвоем. Супруга пошла, подписала направление у заведующей и поехали либо в этот же день, либо утром на ул.Физкультурную. В датах может ошибиться. ФИО5 отказал ему в консультации и потребовал новый рентген. С заведующим отделения после отказа ФИО5 общаться не пытался. Без него супруга никуда не могла ходить, ходили вдвоем. Раз в неделю ходили на перевязки минимум, врач говорил приходить на перевязки через неделю, кабинеты совмещенные, доктор делал осмотр, потом делали перевязку. Жена направила его к тому врачу, который ее раньше лечил. Если бы врача не было, тогда пошел бы к заведующему отделения. Зашел в ординаторскую, чтобы узнать куда им дальше идти, в приемный покой не обращался. 

Специалист ФИО14, имеющая высшее медицинское образование, работавшая с 15.02.1975г. судмедэкспертом (л.д.1,2,3,4 том2), опрошенная в судебном заседании 21.03.2017г., пояснила, что в 2016году ей была предоставлена копия выписки из больницы им.Семашко и копия стационарной карты из больницы № 8. По результатам исследования этих документов отклонения в лечении видно не было. Пациентка обратилась к ней через адвоката, уже предоставив стационарную карту, взамен той предыдущей выписки. То есть первое заключение было в январе. На первичную консультацию была предоставлена выписка и карточка точно, было ли что - то еще не помнит. Оформила это как консультацию и отдала адвокату. Потом через несколько месяцев к ней опять обратилась пациентка, точнее ее адвокат и предоставил копию стационарной карты из больницы им.Семашко, а что еще не помнит. И это было оформлено, как доп. заключение. Полагала, что необходимо назначение судебной экспертизы.

По ходатайству представителя истца в ходе судебного разбирательства на основании определения Кировского районного суда г.Самары от 31.03.2017г. назначена судебно-медицинская экспертиза, на разрешение которой поставлен ряд вопросов (л.д.110-112 том2).

05.04.2017г. вынесено определение Кировским районным судом г.Самары об исправлении описки в определении суда от 31.03.2017г. (л.д.126 том2).

Согласно заключению экспертов ГБУЗ «Областное бюро судебно-медицинской экспертизы» (ГБУЗ «ОБСМЭ») по результатам проведенной начата 04.05.2017г. окончена 30.06.2017г. экспертизы специалистами экспертного учреждения 

На вопросы суда: Был ли правильно выбран метод лечения ФИО1 в ГБУЗ СО «СГКБ№2 имени Н.А.Семашко» (с учетом наличия сахарного диабета)? Если метод лечения ГБУЗ СО «СГКБ № 2 имени Н.А. Семашко» был выбран неправильно, указать какой метод лечения должен был быть выбран (с учетом наличия сахарного диабета) дан ответ:

-По мнению экспертной комиссии, в ГБУЗ СО «Самарская городская клиническая больница № 2 им. Н.А. Семашко», метод лечения основного заболевания (перелома левой пяточной кости) у ФИО18 был выбран правильно - остеосинтез, при этом следует отметить, что при остеосинтезе наиболее часто используются другие фиксаторы (винты, пяточные пластины). Кроме того, использование фиксации спицами, особенно в зонах нагрузки и опоры предусматривает более раннее удаление этих фиксаторов, поскольку концы спиц даже погруженные под кожу (что имело место у пациентки, согласно данных материалов дела) повышают риск перфорации кожи, с последующим инфицированием.

Экспертная комиссия считает, что при наличии у ФИО1 с 2008 сахарного диабета второго типа, его осложнений и сопутствующих заболеваний (сахарный диабет 2 типа, диабетический гепатоз, диабетическая полинейропатия сенсо- моторная форма, умеренно выраженная. ХБП 2, диабетическая нефропатия 2, хронический пиелонефрит, обострение. ХПН 0., артериальная гипертензия 2 ст., риск 4, атеросклероз, дисциркуляторная энцефалопатия 2 ст. сложного генеза (атеросклеротическая, дисметаболическая, гипертоническая), с учетом ранее неоднократных рекомендаций эндокринолога о назначении инсулинотерапии (от которой пациентка воздерживалась), необходимо было решить вопрос об инсулинотерапии стационарном этапе лечения. 

Однако, на данном этапе существенного значения для развития инфекционных осложнений данный факт не имел.

На вопросы: Если метод лечения ГБУЗ СО «СГКБ № 2 имени Н.А. Семашко» был выбран правильно, были ли допущены дефекты при оказании медицинской помощи ФИО1 в период ее госпитализации в ГБУЗ СО «СГКБ № 2 имени Н.А.Семашко» (с учетом наличия сахарного диабета)? Если дефекты при оказании медицинской помощи ФИО1 в период ее госпитализации в ГБУЗ СО «СГКБ № 2 имени Н.А. Семашко» имели место, то привели ли указанные дефекты к последствиям, а именно к необходимости ампутации левой нижней конечности средней трети бедра (с учетом наличия сахарного диабета)?

Экспертами дан ответ: Ретроспективный анализ представленной медицинской карты стационарного больного № 8265 ГБУЗ СО «Самарская городская клиническая больница № 2 им. Н.А. Семашко» выявил ряд недостатков при оказании медицинской помощи ФИО1: выявлены недостатки при ведении медицинской документации: отсутствует формирование плана обследования пациента при первичном осмотре врача с учетом предварительного диагноза, отсутствует формирование плана лечения пациента при первичном осмотре врача с учетом предварительного диагноза, клинических проявлений, тяжести заболевания или состояния пациента, лабораторных и инструментальных методов обследования; консультация терапевта носит формальный характер, без описания жалоб, данных объективного осмотра, анамнестических данных; лечебно-диагностические недостатки: отсутствует назначение консультации эндокринолога в период стационарного лечения и при выписке из стационара; отсутствует проведение коррекции лечения по результатам осмотра лечащего врача и заведующего профильным отделением с учетом данных лабораторных исследований (гликемический профиль) - решение вопроса об инсулинотерапии на стационарном этапе лечения. Экспертная комиссия считает, что с учетом более высокого риска возможности развития гнойно-септических осложнений у данной больной, по сравнению с пациентами с переломами пяточной кости без сахарного диабета, что выписка больной из стационара ГБУЗ СО «Самарская городская клиническая больница № 2 им. Н.А. Семашко» была преждевременной, в данной ситуации необходимо было дождаться заживления послеоперационной раны, по результатам снятия швов.

По данным специальной медицинской литературы, под дефектом оказания медицинской помощи понимают ненадлежащее осуществление диагностики, лечения больного, организации процесса оказания медицинской помощи, которое привело или могло привести к неблагоприятному исходу медицинского вмешательства, иными словами - это такой недостаток в оказании медицинской помощи, который явился причиной наступившего неблагоприятного исхода, либо имел с ним прямую причинную связь.

К видам неблагоприятного исхода при оказании медицинской помощи пациенту с патологией, которая имела место у ФИО1, относится: утрата органом его функции, либо значительная стойкая утрата общей трудоспособности не менее чем на одну треть.

При оценке степени тяжести вреда здоровью, причиненного человеку при ненадлежащем оказании ему медицинской помощи, экспертная комиссия в обязательном порядке решает следующие вопросы: 1. сущность наступившего исхода, в данном случае имеет место - ампутация левой нижней конечности средней трети бедра; 2. сущность недостатка (комплекса недостатков) оказания медицинской помощи, в данном случае выявлены недостатки при ведении медицинской документации, лечебно-диагностические недостатки (отсутствует назначение консультации эндокринолога, решение вопроса об инсулинотерапии на стационарном этапе лечения); преждевременная выписка из стационара; 3. Наличие или отсутствие причинной (прямой) связи недостатка оказания медицинской помощи с наступившим неблагоприятным исходом (по отношению к каждому выявленному недостатку оказания медицинской помощи), в данном случае выявленные недостатки, при ведении медицинской документации, в какой либо причинно-следственной связи с ампутацией левой нижней конечности средней трети бедра у пациентки не состоят, отсутствие назначения консультации эндокринолога с решением вопроса об инсулинотерапии на стационарном этапе лечения в прямой причинно-следственной связи с ампутацией левой нижней конечности средней трети бедра у пациентки не состоят, поскольку в период стационарного лечения в раннем послеоперационном периоде проведена адекватная антибиотикотерапия (цефрикасон), на фоне сахароснижающих препаратов, на момент выписки из стационара клинических и лабораторных признаков инфицирования послеоперационной раны не имелось, уровень сахара крови соответствовал уровню, имеющемуся на догоспитальном этапе (8.5 ммоль\л), в связи с тем, что ампутация левой нижней конечности средней трети бедра явилось следствием развития гнойно-септических осложнений, развившихся в отдаленном периоде после перенесенной травмы левой нижний конечности (в ноябре 2014г.), преждевременная выписка из стационара способствовала увеличения риска развития гнойно-септических осложнений. Высказаться точно о состоянии раны с учетом данных, зафиксированных на стационарном и амбулаторном этапе лечения больной не представляется возможным, поэтому нельзя высказаться о прямой причинно-следственной связи указанных недостатков оказания медицинской помощи с наступившим неблагоприятным исходом.

На вопросы суда: Были ли допущены дефекты при оказании медицинской помощи А.Л.ИВ. в амбулаторного лечения в ГБУЗ СО СГП № 4 (с учетом наличия сахарного диабета)? Если дефекты при оказании медицинской помощи ФИО1 в период ее амбулаторного лечения в ГБУЗ СО СГП № 4 имели место, то привели ли указанные дефекты к последствиям, а именно к необходимости ампутации левой нижней конечности средней трети бедра наличия сахарного диабета)?

Экспертами дан ответ: признаки развивающегося гнойно- септического процесса зафиксированы в момент первичного амбулаторного приема - 03.09.2014г., при этом не предпринимаются меры по проведению консультации больной травматологом стационара где проводилось оперативное лечение ГБУЗ СО «Самарская городская клиническая больница № 2 им. Н.А. Семашко», либо равноценным специалистом. Также следует указать, что амбулаторное лечение следовало проводить травматологом, а не общим хирургом.

Анализ представленной медицинской карты амбулаторного больного ГБУЗ СО «СО СГП № 4» выявил ряд недостатков при оказании медицинской помощи ФИО1: выявлены недостатки при ведении медицинской документации: подчерк плохо читаемый, скудное описание объективного статуса, замена oписания объективного статуса диагнозом, в медицинской карте амбулаторного больного отсутствуют описания рентгенограмм пяточной кости, выполненные рентгенологом, по записям амбулаторной карты не ясно когда и где проводились данные исследования, имеется запись врача общей практике от 21.11.2014г., в то время когда пациентка находилась на стационарном лечении в ГБУЗ СО «СГКБ № 8», записи хирурга и травматолога не информативны, в амбулаторной карте имеется запись от 19.09.2014г., выполненная врачом общей практики, об отказе пациентки от инсулинотерапии, при этом отсутствует письменный отказ ФИО1 от данного назначения; в перевязочном журнале имеется лишь запись фамилии ФИО1, других сведений не содержится; лечебно-диагностические недостатки: отсутствие лабораторного контроля за показателями крови и мочи, отсутствует назначение консультации эндокринолога, сосудистого хирурга (при наличии трофических язв пяточной области слева - 20.10.2014г.), отсутствует коррекция лечения (при наличии трофической язвы пяточной области); при продолжительности амбулаторного лечения свыше двух месяцев и отсутствие регулярных перевязок в амбулаторных условиях, заведующий амбулаторно-поликлиническим отделением медицинской организации не ставится в известность, соответствующей записи в амбулаторной карте не имеется, прослеживается отсутствие должного контроля за вьшолнением пациенткой рекомендаций специалистов (отсутствие проведения перевязок в условиях поликлиники с 04 по 20.10.2014г.), без внесения в карту соответствующей записи, заочное рассмотрение документов и направление на стационарное лечение без осмотра больной, с отсутствием внесения в амбулаторную карту перечня рекомендуемых лабораторных и инструментальных методов исследования, при выдаче направления в ГБУЗ СО «Самарская городская клиническая больница № 2 им. Н.А. Семашко» 10.11.2014г. не контролируется госпитализация пациентки в профильное отделение, госпитализация осуществляется 18.11.2014г. по экстренным показаниям в ГБУЗ СО «СГКБ № 8».

Наряду с имеющимися недостатками в оказании медицинской помощи ФИО1, экспертная комиссия отмечает, что в представленных медицинских документах зафиксирована нерегулярность посещения и выполнения, назначенных рекомендаций, самой пациенткой, так в период с 04.10.2014г. до 20.10.2014г. отсутствует проведение перевязок в поликлинических условиях, не осуществляется госпитализация больной в профильное отделение 11.11.2014г., при выдачи направления 10.11.2014г.; согласно записям врача общей практики от 19.09.2014г., пациентка отказывается от инсулинотерапии.

Исходя из вышеизложенного, экспертная комиссия считает, что установленные недостатки при оказании медицинской помощи на амбулаторном этапе лечения ФИО1 в ГБУЗ СО «СО СГП № 4», привели к запоздалому лечению развившегося осложнения.

С учетом вышесказанного, экспертная комиссия считает, что на амбулаторном этапе оказания медицинской помощи, установленные недостатки явились тем условием, при котором прогрессировало ухудшение состояния здоровья пациентки и отяжелило исход травмы, но высказаться однозначно, о том, что именно имеющиеся недостатки явились причиной ампутации левой нижней конечности на уровне средней трети бедра у ФИО1 не представляется возможным.

На вопросы суда: Были ли допущены дефекты при оказании медицинской помощи А.Л.ИВ. в период ее госпитализации в ГБУЗ СО «СГКБ№ 8» (с учетом наличия сахарного диабета)? Если дефекты при оказании медицинской помощи ФИО1 в период ее госпитализации в ГБУЗ СО «СГКБ № 8» имели место, то привели ли указанные дефекты к последствиям, а именно к необходимости ампутации левой нижней конечности средней трети бедра (с учетом наличия сахарного диабета)?

Экспертная комиссия считает, что общий неблагоприятный исход заболевания (ампутация левой нижней конечности на уровне средней трети) обусловлен совокупностью факторов, тяжелое течение сахарного диабета 2 типа с диабетической полинейропатий, облитерирующим атеросклерозом нижних конечностей 4 ст., с окклюзией берцовых артерий, у больной с переломом пяточной кости, в сочетании с выявленными недостатками на этапе оказания медицинской помощи ГБУЗ СО «СО CГП № 4» (отсутствие должного контроля за соблюдением пациенткой рекомендаций и своевременной госпитализацией в профильное отделение), на этапе ГБУЗ СО «Самарская городская больница № 8» (отсутствие своевременного удаление металлических имплантатов - спиц, длительная неэффективная консервативная терапия).

Для сахарного диабета и облитерирующего атеросклероза нижних конечностей характерно наличие гнойно-некротических заболеваний на нижних конечностях, их прогрессирование, что может привести к ампутации конечности. Каждое из указанных заболеваний является серьезным фактором и предиктом неблагоприятного исхода травмы (перелома пяточной кости с металлостеосинтезем).

Следует отметить, что с учетом наличия ангиопатии мелких и крупных сосудов нижних конечностей при сахарном диабете у пациентки, с атеросклеротическим поражением артерий нижних конечностей с окклюзией берцовой артерии, за счет чего нарушается кровоснабжение не только дистального отдела (стоп), но и вышележащих отделов (голеней), поэтому при проведении ампутации левой нижней конечности на уровне средней трети (то есть в пределах неповрежденных сосудов) отмечалось быстрое заживление послеоперационной раны.

Однако, выявленные недостатки на этапе оказания медицинской помощи в ГБУЗ СО «СО СГП № 4» ГБУЗ СО «Самарская городская больница № 8» способствовали тому, что гнойно-некротический процесс прогрессировал.

Таким образом, экспертная комиссия приходит к заключению, что между установленными недостатками при оказании медицинской помощи ФИО1 ГБУЗ СО «Самарская городская клиническая больница № 2 им. Н.А. Семашко», в ГБУЗ СО «СО СГП № 4» и ГБУЗ СО «Самарская городская больница № 8» и неблагоприятным исходом (ампутация левой нижней конечности на уровне средней трети) имеется непрямая (косвенная, опосредованная) причинно-следственная связь (л.д.138-155 том 2).

У суда нет оснований не доверять заключению экспертов. Данная экспертиза проведена по определению суда в рамках судебного разбирательства экспертами, обладающими специальным образованием, с предупреждением об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения. Сомнений в правильности или обоснованности судебной экспертизы не возникло. Выводы не противоречат установленным обстоятельствам дела, представленным в ходе рассмотрения дела доказательствам, полностью соответствуют требованиям ст. 86 ГПК РФ. Экспертиза является полной и объективной, не имеющей противоречий, содержит подробное описание проведенного исследования и сделанных выводов. Эксперты, проводившие данную экспертизу, дали исчерпывающие мотивированные ответы на имеющиеся у сторон и суда вопросы, при этом был предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ. Компетенция экспертов сомнений не вызывает.

Ходатайств о назначении повторной либо дополнительной экспертизы стороны не заявляли.

Оценивая собранные по делу доказательства, учитывая конкретные обстоятельства по делу, принимая во внимание, что человеческие страдания невозможно оценить в денежном выражении, компенсация морального вреда не преследует цель восстановить прежнее положение потерпевшего, поскольку произошло умаление неимущественной сферы гражданина, а лишь сгладить негативные изменения в психической сфере личности, суд приходит к выводу, о частичном удовлетворении требований ФИО1 о взыскании в пользу истца с ГБУЗ СО «СГКБ №2 имени Н.А.Семашко», ГБУЗ СО СГП №4, ГБУЗ СО «СГКБ №8» компенсацию морального вреда в размере 480 000 рублей.

Учитывая положения ст. 1080 ГК РФ, суд не усматривает оснований для взыскания компенсации морального вреда с ответчиков солидарно.

Суд приходит к выводу, что доля ответственности и степень вины каждого из ответчиков является равной, полагает целесообразным взыскивать с ответчиков в пользу истца денежные средства по 1/3 доли с каждого.

В соответствии со ст. 100 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Истцом заявлено требование о взыскании расходов в счет оплаты услуг представителя 20 000 рублей, в подтверждение представлена расписка в получении денежных средств по договору (соглашению) об оказании юридической помощи от 15.12.2016г. от ФИО1 ФИО3 (л.д.165 том1).

Принимая во внимание конкретные обстоятельства дела, соблюдая необходимый баланс процессуальных прав и обязанностей сторон, предполагая, что размер возмещения стороне расходов должен быть соотносим с объемом защищаемого права, учитывая принцип разумности и справедливости, направленный против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителей, совокупность следующих критериев: объем фактически оказанных услуг; сложность рассмотренного дела; значимость дела для заявителя; квалификация и опыт представителя; сложившаяся в данном регионе стоимость аналогичных услуг; поведение лиц, участвующих в деле, и их отношение к исполнению своих процессуальных прав и обязанностей, суд полагает возможным взыскать с ответчиков в пользу истца расходы по оплате услуг представителя в сумме 12 000 рублей (по 1\3 доли с каждого).

В соответствии со ст.98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суд, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

На основании ст.88 ГПК РФ, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствие со ст.103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в федеральный бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Расходы за производство судебной медицинской экспертизы в ГБУЗ «ОБСМЭ» в размере 25 000 рублей (л.д.173 том2) в силу ст. 98 ГПК РФ подлежат взысканию с ответчиков по 1/3 доли с каждого.

Также в силу ст.103 ГПК РФ, п.п.8 п.1 ст.333.20 НК РФ, с ответчиков подлежит взысканию в доход государства государственная пошлина в размере 300 рублей (по 1/3 доли с каждого).

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО1 к ГБУЗ СО «СГКБ №2 имени Н.А.Семашко», ГБУЗ СО СГП №4, ГБУЗ СО «СГКБ №8» о возмещении вреда, причиненного здоровью удовлетворить частично

Взыскать в пользу ФИО1 с ГБУЗ СО «СГКБ №2 имени Н.А.Семашко», ГБУЗ СО СГП №4, ГБУЗ СО «СГКБ №8» компенсацию морального вреда в размере 480 000 рублей (по 1/3 доли с каждого), расходы по оплате судебной медицинской экспертизы в размере 25000 рублей (по 1/3 доли с каждого), расходы по оплате услуг представителя в размере 12 000 рублей (по 1/3 доли с каждого).

Взыскать с ГБУЗ СО «СГКБ №2 имени Н.А.Семашко», ГБУЗ СО СГП №4, ГБУЗ СО «СГКБ №8» в доход государства государственную пошлину в размере 300 рублей (по 1/3 доли с каждого).

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Самарский областной суд через Кировский районный суд в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения суда.

Председательствующий С.К.Сизова 

Мотивированное решение изготовлено 28.07.2017 года.