Дело №

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г.Петропавловск-Камчатский ДД.ММ.ГГГГ

Петропавловск-Камчатский городской суд Камчатского края в составе:

председательствующего судьи Штенгель Ю.С.,

при секретаре Рубанской А.И.,

с участием истца ФИО1,

представителя ответчика – адвоката Шипиловского А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «КомТрансНефть» о взыскании задолженности по заработной плате, компенсации за неиспользованный отпуск, процентов за задержку выплаты заработной платы и иных выплат, компенсации морального вреда, расходов на оплату стоимости проезда к месту проведения отпуска, возложении обязанности изменить дату увольнения,

У С Т А Н О В И Л:

Истец обратилась с иском к ответчику о взыскании задолженности по заработной плате за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 1 053 237 руб. 26 коп., компенсации за неиспользованный отпуск в количестве 62 дней в размере 211 614 руб. 25 коп., процентов за несвоевременную выплату заработной платы и иных выплат за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 16 864 руб. 69 коп., начисление процентов просила производить до даты фактического взыскания причитающихся к выплате денежных средств; возложении обязанности изменить дату увольнения с ДД.ММ.ГГГГ на ДД.ММ.ГГГГ; взыскать компенсацию морального вреда 50 000 руб. 

В обоснование требований указала, что на основании трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ состояла в трудовых отношениях с ООО «КомТрансНефть» в должности 

<

данные изъяты>. Согласно п.3.1 трудового договора должностной оклад составлял 12 000 руб., а также были установлены дополнительные выплаты: надбавка за сложность и напряженность, особые условия труда – 80% (к окладу); премия по итогам работы за месяц – 100 % (к окладу); материальная помощь – 25% (к окладу); дополнительная премия по итогам работы предприятия при наличии прибыли к распределению – 100% (к окладу); районный коэффициент – 80% (на все начисления); надбавка за работу в районах Крайнего Севера – 100% (на все начисления). Таким образом, размер заработной платы должен был составлять 100 004 руб. ежемесячно. 

До получения первой заработной платы у нее состоялся разговор с генеральным директором ФИО2, которая попросила воздержаться от получения полной заработной платы, поскольку предназначающиеся ей (истцу) денежные средства вложены в оборотную деятельность организации ответчика, направленную на извлечение прибыли, заверив при этом, что в декабре 2017 года заработная плата будет выплачена в полном объеме, кроме того, будет выплачено и премиальное вознаграждение в размере 300 000 руб. Поскольку ответчик имел положительный баланс, а конкурентность в заявленном виде деятельности отсутствовала, у истца не возникло сомнений в словах генерального директора, и она согласилась с предложенными условиями. В дальнейшем ФИО2 стала уклоняться от принятых на себя обязательств, в связи с чем истец потребовала произвести с ней полный расчет ДД.ММ.ГГГГ. От причитающихся выплат ответчик уклонялась, что явилось причиной написания ДД.ММ.ГГГГ заявления о предоставлении отпуска с последующим увольнением, датой увольнения просила считать последний день отпуска. Иных заявлений о прекращении действия трудового договора истец не писала. Вместе с тем, приказом № от ДД.ММ.ГГГГ истец была уволена с ДД.ММ.ГГГГ. Указанные обстоятельства явились причиной обращения в суд с иском. 

В судебном заседании истец, окончательно определившись с исковыми требованиями, представила письменное заявление об их увеличении и просила взыскать с ответчика в свою пользу недоплаченную заработную плату за период с ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ в размере 1 068 440 руб. 05 коп.; компенсацию за неиспользованный отпуск в количестве 62 календарных дней в размере 184 647 руб. 35 коп., проценты за несвоевременную выплату заработной платы и иных выплат за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 174 513 руб. 30 коп.; компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб.; затраты на оплату проезда и стоимости багажа к месту проведения отпуска в размере 18 110 руб.; возложить на ответчика обязанность изменить дату увольнения с ДД.ММ.ГГГГ на ДД.ММ.ГГГГ. Дополнительно пояснила, что у нее с генеральным директором ФИО2 имелась предварительная договоренность, истец позволила ей пользоваться своими денежными средствами, а ФИО2 обещала хорошо отблагодарить ее за работу в конце года, таким образом, происходило накопление заработной платы. На заработки она приехала совместно с супругом, который получал заработную плату в полном объеме по серой схеме. ДД.ММ.ГГГГ, по возвращении ФИО2 из отпуска, истец попросила выплатить ей заработную плату, но ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 сообщила, что она уволена, при этом денежные средства возвращать отказалась. Подписание двух трудовых договоров истец не отрицает. Отметила, что ее требования в рамках рассматриваемого дела основаны на условиях трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ с окладом 12 000 руб. Подтвердила, что по трудовому договору с окладом 6 800 руб. окончательный расчет ответчиком был произведен, претензий не имеет. Указала, что денежные средства, которые ФИО2 переводила на ее расчетный счет, являлись заемными, которые генеральный директор возвращала ей в качестве долга за приобретенное истцом топливо. Что же касается требования об изменении даты увольнения, то его не поддерживает и на удовлетворении не настаивает, понимая, что такое требование подлежит рассмотрению в рамках проверки законности увольнения. 

В судебном заседании представитель ответчика, действующий на основании ордера, исковые требования не признал по основаниям, изложенным в отзыве на исковое заявление, пояснениях к исковым требованиям, данными ФИО2, из которых следует, что Дылевская действительно работала в ООО «КомТрансНефть» в должности 

<

данные изъяты> в период с ДД.ММ.ГГГГ на основании трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ №, пунктом 3.1 которого работнику был установлен должностной оклад в размере 6 800 руб. Заработную плату истец получала исправно, наличными средствами, однако в ведомости на выплату заработной платы себя не включала. Задолженности у ответчика перед истцом не имеется, окончательный расчет при увольнении был произведен полностью. В своих пояснениях ФИО2 отмечает, что ДД.ММ.ГГГГ, после возвращения из отпуска, ею было проведено собрание в обособленном подразделении кафе «

<

данные изъяты>» с работниками предприятия, в ходе которого коллектив доложил о назревающем конфликте между ними и Дылевской. ДД.ММ.ГГГГ ФИО2, имеющая вопросы к надлежащему исполнению Дылевской должностных обязанностей главного бухгалтера, предложила последней съехать с гостиницы, в которой та проживала, и подумать об увольнении по собственному желанию ввиду утраты доверия, кроме того, Дылевской было сообщено о проведении финансовой ревизии и проверки. В этот же день истец покинула рабочее место, несмотря на уведомление о проведении ревизионных действий, забрав трудовые книжки на свое имя и имя своего сожителя. Также Дылевской был разбит ноутбук, содержащий информацию о финансовой деятельности ООО «КомТрансНефть». ДД.ММ.ГГГГ истец на работу не вышла, но направила на телефон ФИО2 фото заявление о предоставлении ежегодного отпуска с оплатой проезда и последующим увольнением, нарочно заявление от Дылевской было получено ДД.ММ.ГГГГ. Отпуск Дылевской не предоставлялся, поскольку в графике отпусков на указанный период она не стояла. В период с ДД.ММ.ГГГГ Дылевская на работу не выходила. ДД.ММ.ГГГГ по месту ее проживания было направлено уведомление о даче пояснений о причинах отсутствия на рабочем месте, от подписи в котором она отказалась. В судебном заседании представитель ответчика пояснил, что истец, пользуясь доверительным к ней отношением, фактически подложила трудовой договор, в котором должностной оклад установлен в размере 12 000 руб., на подпись ФИО2, которая, в свою очередь, подписала не глядя. Указал, что инициатором так называемой «серой» схемы является сама истец, которая создала ее как свою гарантию получения заработной платы в большем размере, считал, что легализация данной схемы не отвечает Закону. 

В судебном заседании третье лицо Государственная инспекция труда в Камчатском крае участия не принимала, будучи извещенной о времени и месте судебного заседания. 

Выслушав пояснения истца, представителя ответчика, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно ст.16 ТК РФ трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом.

В соответствии со ст. 56 ТК РФ трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Сторонами трудового договора являются работодатель и работник.

На основании ст.57 ТК РФ в трудовом договоре обязательно указываются условия оплаты труда (в том числе размер тарифной ставки или оклада (должностного оклада) работника, доплаты, надбавки и поощрительные выплаты).

В силу ст.135 ТК РФ заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда. 

При этом оплата труда, выполняемого в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, осуществляется с применением районных коэффициентов и процентных надбавок к заработной плате (ст.ст.148, 315, 316 и 317 ТК РФ).

В соответствии со ст.22 ТК РФ работодатель обязан выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.

Из абз.4 п.1 ст.22 ТК РФ следует, что работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.

Положениями ст.67 ТК РФ определено, что трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами. Один экземпляр трудового договора передается работнику, другой хранится у работодателя. Получение работником экземпляра трудового договора должно подтверждаться подписью работника на экземпляре трудового договора, хранящемся у работодателя.

Статьей 129 ТК РФ регламентировано, что заработная плата (оплата труда работника) – вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

Из содержания ч.1 ст.127, ст.140 ТК РФ следует, что при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, в том числе денежной компенсации за все неиспользованные отпуска производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете.

В случае спора о размерах сумм, причитающихся работнику при увольнении, работодатель обязан в указанный в статье срок выплатить не оспариваемую им сумму.

В судебном заседании установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между ООО «КомТрансНефть» в лице генерального директора ФИО2, и ФИО1 заключен трудовой договор №, в соответствии с которым работник принимается для выполнения работы по должности 

<

данные изъяты>

Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ истец уволена по основанию, предусмотренному п.3 ч.1 ст.77 ТК РФ (по инициативе работника).

Указывая на наличие задолженности по заработной плате, истец ссылается на условия трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ, по условиям которого ей установлен должностной оклад в размере 12 000 руб. Пунктом 3.2 указанного экземпляра предусмотрены дополнительные выплаты: надбавка за сложность, напряженность и особые условия труда – 80% к окладу (ежемесячно); премия по итогам работы за месяц – 100% к окладу (ежемесячно); материальная помощь (ежемесячно) – 25% к окладу; дополнительная премия по итогам работы предприятия при наличии прибыли к распределению – 100% к окладу (ежегодно); районный коэффициент (ежемесячно) – 80% (на все начисления); надбавка за работу в районах Крайнего Севера – 100% (на все начисления).

Со стороны ответчика представлен экземпляр трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ, подписанный сторонами, однако содержащий иные условия оплаты труда. Так, пунктом 3.1 договора определен должностной оклад в размере 6 800 руб. В качестве оплаты труда работника установлены следующие выплаты: районный коэффициент – 80%; надбавка за работу в районах Крайнего Севера – 100% (п.3.2).

В судебном заседании истец и ответчик признали факт подписания представленных суду экземпляров трудовых договоров, о фальсификации доказательств никем из сторон не заявлено.

Оценив представленные сторонами экземпляры трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ, проанализировав содержащиеся в них существенные условия, руководствуясь принципами относимости и допустимости доказательств, суд приходит к следующему.

Как следует из пояснений истца, изложенных в исковом заявлении, поддержанных в судебных заседаниях, в период с 01 января по ДД.ММ.ГГГГ она работала в должности главного бухгалтера в ООО «КомТрансНефть» и с ней был заключен трудовой договор, в соответствии с которым должностной оклад составил 12 000 руб. Однако, до того как получить заработную плату за первый отработанный месяц, у истца с генеральным директором состоялся разговор доверительного характера, в ходе которого последняя попросила воздержаться от получения заработной платы в полном объеме, в связи с тем, что причитающиеся работнику денежные средства вложены в оборотную деятельность предприятия ответчика, направленную на извлечение прибыли. Истец указанные условия приняла.

ДД.ММ.ГГГГ, в связи с уклонением ответчика от выплаты заработной платы, истец направила в адрес ФИО2 заявление о предоставлении ей ежегодного оплачиваемого отпуска в количестве 62 календарных дней, днем увольнения по собственному желанию просила считать последний день отпуска. В указанном заявлении также просила произвести с ней окончательный расчет исходя из среднемесячной заработной платы в размере 100 000 руб. 

Таким образом, истец не получала заработную плату в течение продолжительного времени (с января по ноябрь 2017 года), при этом с заявлением к работодателю о выплате причитающихся ей сумм не обращалась, равно как и не обращалась в органы государственного контроля (надзора) за соблюдением трудового законодательства за защитой своих нарушенных прав. 

Истцом не оспаривалось и то обстоятельство, что заработная плата, рассчитанная ею в исковом заявлении в соответствии с условиями п.п.3.1, 3.2 экземпляра трудового договора, работодателем не начислялась.

Отвечая на доводы истца, ответчик в своем отзыве на исковое заявление пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ с истцом был заключен трудовой договор № на выполнение работы в должности главного бухгалтера, в соответствии с которым должностной оклад Дылевской был установлен в размере 6 800 руб., с применением районного коэффициента и процентной надбавкой в соответствии с положениями трудового законодательства. В должностные обязанности истца входило, в том числе, и ведение учета по начислению и выплате заработной платы работникам.

В подтверждение своей позиции ответчиком представлены: приказ № о приеме работника на работу от ДД.ММ.ГГГГ; расчетные листки за период с января по декабрь 2017 года; платежные поручения за февраль, март, апрель, декабрь 2017 года; справка 2-НДФЛ за 2017 год; штатное расписание ООО «КомТрансНефть» на 2017 год, штатное расписание кафе «

<

данные изъяты>» на период с ДД.ММ.ГГГГ.

Анализируя представленные ответчиком документы, суд приходит к выводу о том, что при приеме Дылевской на работу сторонами трудового договора были согласованы именно те условия оплаты труда, которые установлены в экземпляре трудового договора, представленном ответчиком.

При этом доказательств, свидетельствующих о начислении и выплате истцу заработная плата, исходя из оклада 12 000 руб., суду не представлено, как не представлено и доказательств того, что у работодателя для работника, занятого на должности главного бухгалтера, должностной оклад установлен в большем размере.

Напротив, как следует из приказа № от ДД.ММ.ГГГГ о приеме работника на работу, Дылевская принята в ООО «КомТрансНефть» на должность 

<

данные изъяты>, на неопределенный срок по основному месту работы, с тарифной ставкой (окладом) 6 800 руб., надбавкой – 12 240 руб.

Согласно ст.68 ТК РФ прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, изданным на основании заключенного трудового договора. Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать условиям заключенного трудового договора.

Приказ (распоряжение) работодателя о приеме на работу объявляется работнику под роспись в трехдневный срок со дня фактического начала работы. По требованию работника работодатель обязан выдать ему надлежаще заверенную копию указанного приказа (распоряжения).

С данным приказом истец была ознакомлена ДД.ММ.ГГГГ, о чем свидетельствует ее собственноручная подпись в данном приказе, в связи с чем о размере должностного оклада, суммированной заработной платы Дылевской было известно в день подписания трудового договора, размер должностного оклада в трудовом договоре согласуется с окладом, отраженным в приказе о приеме работника на работу.

Согласно штатному расписанию от ДД.ММ.ГГГГ, утвержденному приказом от ДД.ММ.ГГГГ №/ДД.ММ.ГГГГ год, должностной оклад по должности «

<

данные изъяты>» установлен в размере 6 800 руб., что также согласуется с условиями представленного ответчиком экземпляра трудового договора, а также приказом о приеме на работу.

Штатное расписание, утвержденное приказом от ДД.ММ.ГГГГ №, по структурному подразделению Кафе «

<

данные изъяты>», на период с ДД.ММ.ГГГГ, закрепляет должностной оклад 

<

данные изъяты> в размере 6 800 руб. 

Несмотря на то, что вышеперечисленные документы носят характер односторонний, поскольку заполняются, изготавливаются, утверждаются исключительно работодателем, стороной в трудовых правоотношениях более сильной, суд принимает их в качестве надлежащих доказательств, отвечающих принципам относимости и допустимости.

Между тем, к представленному истцом штатному расписанию суд относится критически.

В соответствии с ч.1 ст.71 ГПК РФ письменными доказательствами являются содержащие сведения об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела, акты, договоры, справки, деловая корреспонденция, иные документы и материалы, выполненные в форме цифровой, графической записи, в том числе полученные посредством факсимильной, электронной или другой связи, с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», документы, подписанные электронной подписью в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, либо выполненные иным позволяющим установить достоверность документа способом. К письменным доказательствам относятся приговоры и решения суда, иные судебные постановления, протоколы совершения процессуальных действий, протоколы судебных заседаний, приложения к протоколам совершения процессуальных действий (схемы, карты, планы, чертежи).

Согласно ч.ч.1, 2, 3, 5 ст.67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. При оценке документов или иных письменных доказательств суд обязан с учетом других доказательств убедиться в том, что такие документ или иное письменное доказательство исходят от органа, уполномоченного представлять данный вид доказательств, подписаны лицом, имеющим право скреплять документ подписью, содержат все другие неотъемлемые реквизиты данного вида доказательств.

Как видно из штатного расписания по комплексу «

<

данные изъяты>» на 2017 год, приложенного истцом к исковому заявлению, оно утверждено ДД.ММ.ГГГГ, подписано генеральным директором ФИО2.

В графе «Должностной оклад» напротив наименования должности «

<

данные изъяты>» указана сумма 12 000 руб. В графе «НДФЛ с 19 тр.», проставлена сумма 2 475 руб., что соответствует размеру отчисления в налоговый орган, исчисленного от величины заработной платы, установленной Дылевской на основании трудового договора, представленного ответчиком, и подтверждаемой расчетными листками, то есть от суммы в размере 19 040 руб. (с окладом 6 800 руб.) а не от суммы 102 480 руб. (с окладом 12 000 руб.), как указано в штатном расписании, представленном истцом, размер налога на доход физического лица в данном случае был бы равен 13 322 руб. 40 коп.

Ходатайств о фальсификации данного документа, его недостоверности сторонами не заявлялось, вместе с тем, судом усматривается недобросовестность со стороны работника Дылевской, поскольку в соответствии с пп.1 п.2.2.1 трудового договора (обоих экземпляров) в перечень должностных обязанностей 

<

данные изъяты> входит, в том числе ведение налогового учета и сдачи налоговой отчетности. Кроме того, представленное истцом штатное расписание не заверено 

<

данные изъяты> – самой Дылевской.

Суд отмечает и очевидную несоразмерность должностных окладов генерального директора (6 800 руб.) и 

<

данные изъяты> (12 000 руб.), которая усматривается при анализе штатного расписания, представленного истцом.

Суд также обращает внимание на формальную сторону представленного истцом документа.

Постановлением Госкомстата РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении унифицированных форм первичной учетной документации по учету труда и его оплаты» утверждена унифицированная форма №Т-3 «Штатное расписание», в соответствии с которой штатное расписание утверждается приказом организации, документу присваивается порядковый номер, подписывается он руководителем кадровой службы и главным бухгалтером.

Штатные расписания, представленные ответчиком, соответствуют требованиям вышеуказанного постановления, более того, подписаны 

<

данные изъяты> Дылевской.

Кроме того, в штатном расписании, представленном со стороны истца, отмечено, что оно утверждено ДД.ММ.ГГГГ по комплексу 

<

данные изъяты> на 2017 года, тогда как штатное расписание Кафе «

<

данные изъяты>» на 2017 года начало свое действие в ООО «КомТрансНефть» с апреля 2017 года на основании приказа от ДД.ММ.ГГГГ № – подписано оно, в частности, и главным бухгалтером Дылевской. 

На основании изложенного, проанализировав представленные сторонами штатные расписания в их сопоставимости, суд отклоняет штатное расписание истца, признавая данное доказательство недостоверным, не отвечающим принципам относимости и допустимости.

Фактически сложившийся порядок выплат на предприятии в отношении Дылевской подтверждается также расчетными листками за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, справкой 2-НДФЛ за 2017 год, платежными поручениями о перечислении заработной платы, представленными ответчиком. Сомнений в достоверности представленных ответчиком документов у суда не возникает, они соответствуют требованиям ст.ст.67, 71 ГПК РФ.

Согласно сведениям, имеющимся в индивидуальном лицевом счете застрахованного лица Дылевской, составляющим пенсионные права, за период с января по сентябрь 2017 года сумма выплат и иных вознаграждений в пользу застрахованного лица составила 19 040 руб. (за месяц), с октября по ноябрь 2017 года – 21 840 руб., за декабрь 2017 года – 33 277 руб. 24 коп.

Установив фактические обстоятельства дела, проанализировав и оценив их в совокупности с представленными сторонами доказательствами, суд приходит к выводу о том, что воля работодателя никогда не была направлена на установление истцу должностного оклада в размере 12 000 руб., заработной платы – 100 004 руб., а представленные ответчиком доказательства действительного размера заработной платы свидетельствуют о том, что у работодателя для работника, занятого на должности «

<

данные изъяты>», установлена заработная плата в размере 19 040 руб. (без вычета 13% НДФЛ), которая и выплачивалась истцу на протяжении всего периода работы. Таким образом, регулярная выплата заработной платы в определенном размере в течение длительного периода времени также свидетельствует о том, что именно этот размер заработка и был согласован сторонами трудового договора.

Довод истца о том, что ФИО2 попросила ее воздержаться от получения заработной платы в полном объеме, исходя из должностного оклада 12 000 руб., судом признается безосновательным, установленные обстоятельства не опровергающий. 

Переходя к рассмотрению по существу требования о взыскании недополученной заработной платы за период с ДД.ММ.ГГГГ в размере 1 068 440 руб. 05 коп., суд не находит оснований для его удовлетворения, поскольку в судебном заседании установлено, что между сторонами был заключен трудовой договор № от ДД.ММ.ГГГГ, с установлением должностного оклада 6 800 руб. 

Выплату заработной платы по указанному трудовому договору истец не оспаривала, однако в исковом заявлении о наличии трудового договора по основному месту работы не упоминает.

Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор № от ДД.ММ.ГГГГ расторгнут по основанию, предусмотренному п.3 ч.1 ст.77 ТК РФ (по инициативе работника). С приказом об увольнении истец ознакомлена ДД.ММ.ГГГГ. 

Дылевская в своих пояснениях, данных в судебном заседании, не оспаривала произведенный ответчиком при увольнении расчет, подтвердила факт выплаты начисленной заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск, отметила, что претензий к работодателю по его обязательствам, вытекающим из трудового договора, оклад в котором установлен в размере 6 800 руб., не имеет.

Пояснения сторон в указанной части подтверждаются и материалами дела, более никем не опровергались.

Как следует из справки от ДД.ММ.ГГГГ №, выданной генеральным директором ООО «КомТрансНеть» ФИО2, по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ задолженности по заработной плате перед работником Дылевской предприятие не имеет. Заработная плата начислялась и выплачивалась в установленные сроки. Ежемесячно производились исчисления и перечисления взносов в налоговую инспекцию, фонд социального страхования и фонд пенсионного страхования.

Согласно расчетному листку за декабрь 2017 года с истцом был произведен окончательный расчет в размере 33 277 руб. 24 коп.

На основании изложенного, с учетом фактических обстоятельств дела, суд считает доводы искового заявления в указанной части не заслуживающими внимания, полагая, что в ходе рассмотрения дела истцом не предоставлено бесспорных доказательств совершения ответчиком нарушения прав истца при выплате заработной платы, в связи с чем в удовлетворении искового требования надлежит отказать.

Рассматривая требования о взыскании с ответчика компенсации за неиспользованный отпуск в количестве 62 дней в размере 184 647 руб. 35 коп., процентов за несвоевременную выплату заработной платы и иных выплат за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 174 513 руб. 30 коп., учитывая, что расчет данных выплат произведен на основании, по мнению истца, недоплаченных денежных сумм, исковые требования по которым оставлены судом без удовлетворения, а также то, что истцом не оспорен факт произведения ответчиком окончательного расчета при ее увольнении, кроме того, учитывая, что заявленные требования являются производными от первоначальных, приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявленных требований.

При этом, оценивая довод истца о том, что поскольку трудовым договором установлен ненормированный рабочий день для занимаемой Дылевской должности, постольку расчет компенсации неиспользованного отпуска надлежит исчислять, принимая за основу соответствующее количество дней отпуска, а именно – 62 дня, суд признает его несостоятельным.

В силу положений ст.101 ТК РФ ненормированный рабочий день – особый режим работы, в соответствии с которым отдельные работники могут по распоряжению работодателя при необходимости эпизодически привлекаться к выполнению своих трудовых функций за пределами установленной для них продолжительности рабочего времени. Перечень должностей работников с ненормированным рабочим днем устанавливается коллективным договором, соглашениями или локальным нормативным актом, принимаемым с учетом мнения представительного органа работников.

Согласно ст.57 ТК РФ обязательным для включения в трудовой договор является в том числе и условие о режиме рабочего времени и времени отдыха (если для данного работника он отличается от общих правил, действующих у данного работодателя).

Таким образом, условие о работе в режиме ненормированного рабочего дня должно быть обязательно закреплено в трудовом договоре с работником.

В пункте 4.1 трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ условие о ненормированном рабочем дне отсутствует.

Указание в экземпляре трудового договора, представленного истцом, на предоставление работнику дополнительного отпуска за ненормированный рабочий день продолжительностью 10 дней, надлежащим установлением режима работы за пределами установленной продолжительности рабочего времени не является.

Рассматривая требование истца о компенсации расходов на оплату стоимости проезда и провоза багажа к месту проведения отпуска в размере 18 110 руб., суд приходит к следующему.

ДД.ММ.ГГГГ Дылевская направила в адрес ответчика заявление о предоставлении ей ежегодного оплачиваемого отпуска за период с 01 января по ДД.ММ.ГГГГ.

Приказом от ДД.ММ.ГГГГ генеральным директором ООО «КомТрансНефть» ФИО2 назначена ревизия для проверки финансовой деятельности предприятия; Дылевская на работу не явилась; актом № от ДД.ММ.ГГГГ зафиксировано отсутствие истца на рабочем месте полный рабочий день, с 09 час. 00 мин. до 18 час. 00 мин.; ДД.ММ.ГГГГ комиссией в составе ФИО2, администратора ФИО8, повара ФИО7 составлен акт № об отсутствии истца на рабочем месте полный рабочий день, с 09 час. 00 мин. до 18 час. 00 мин.; ДД.ММ.ГГГГ той же комиссией засвидетельствовано отсутствие Дылевской на рабочем месте полный рабочий день, с 09 час. 00 мин. до 18 час. 00 мин.

С целью выяснения причин отсутствия на рабочем месте истца, в ее адрес направлено уведомление о необходимости дачи объяснений по указанному факту. Также генеральным директором сообщено истцу, что переданное через третье лицо заявление о предоставлении ей отпуска рассмотрено быть не может в связи с отсутствием Дылевской на рабочем месте и невозможностью осуществления передачи дел и финансовой документации по деятельности предприятия ответчика. 

Факт отказа Дылевской в ознакомлении с актами, приказом и уведомлением зафиксирован актом от ДД.ММ.ГГГГ, удостоверенным подписями ФИО9, ФИО10 и ФИО2. Кроме того, актом от ДД.ММ.ГГГГ администратором ФИО11 вышеуказанные документы были переданы истцу лично, с ними она была ознакомлена, однако проставить подтверждающие подписи в документах отказалась. 

Ответчиком для проведения ревизии был привлечен специалист, независимый бухгалтер, издан приказ № от ДД.ММ.ГГГГ о создании комиссии по проверке финансовой деятельности и кадровой работы ООО «КомТрансНефть», в ходе проведения ревизии по бухгалтерской отчетности и кадровой документации были выявлены нарушения ведения бухгалтерской отчетности 

<

данные изъяты> Дылевской.

Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ трудовые отношения между сторонами прекращены.

На основании ч.2 ст.127 ТК РФ по письменному заявлению работника неиспользованные отпуска могут быть предоставлены ему с последующим увольнением (за исключением случаев увольнения за виновные действия). При этом днем увольнения считается последний день отпуска.

В соответствии с п.1 Письма Федеральной службы по труду и занятости от ДД.ММ.ГГГГ № предоставление работнику неиспользованного отпуска с последующим увольнением является правом работодателя, а не его обязанностью.

Согласно правовой позиции, выраженной в Определении Конституционного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №-О-О, в соответствии с частью второй статьи 127 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель по письменному заявлению работника, намеревающегося расторгнуть трудовой договор по собственному желанию, при наличии возможности предоставляет ему неиспользованные отпуска с последующим увольнением.

Из пояснений генерального директора ФИО2 следует, что пунктом 4.2.1 трудового договора установлено, что ежегодный оплачиваемый отпуск предоставляется работнику в соответствии с графиком отпусков и в сроки, согласованные с работодателем. При формировании графика отпусков Дылевская заверила ответчика, что отпуск с выездом за пределы Камчатского края не планируется, а в связи с тем, что приказом от ДД.ММ.ГГГГ назначена ревизия для проверки финансовой деятельности предприятия, ответственной за проведение которой назначена 

<

данные изъяты> Дылевская, работодатель не имел возможности предоставить неиспользованный отпуск работнику. Истцом данные обстоятельства не оспаривались.

Таким образом, учитывая, что оснований для возложения обязанности на работодателя предоставить работнику отпуск в связи с его увольнением законом не предусмотрено, напротив, предоставление отпуска увольняемому в последующем работнику законом сформулировано как правомочие работодателя, не являющееся безусловной его обязанностью, ответчик отказал работнику в предоставлении неиспользованного отпуска. 

При таком положении, учитывая также и то, что при увольнении истцу произведена денежная компенсация за неиспользованный отпуск в количестве 47,7 дней, размер которой истцом не оспаривался, суд не находит оснований для удовлетворения требований истца о компенсации расходов на оплату стоимости проезда и багажа к месту проведения отпуска, так как фактически отпуск истцу не предоставлялся, соответственно, право на подобную компенсацию у Дылевской не возникло.

Разрешая требование истца о возложении обязанности изменить дату увольнения с ДД.ММ.ГГГГ на ДД.ММ.ГГГГ, суд также полагает его не подлежащим удовлетворению ввиду следующего. 

В соответствии с ч.2 ст.391 ТК РФ непосредственно в судах рассматриваются индивидуальные трудовые споры по заявлениям работника, в частности, о восстановлении на работе независимо от оснований прекращения трудового договора, об изменении даты и формулировки причины увольнения.

При установлении судом факта нарушения при увольнении работника суд может принять решение об изменении даты увольнения.

Если после признания увольнения незаконным суд выносит решение не о восстановлении работника, а об изменении формулировки основания увольнения, то дата увольнения должна быть изменена на дату вынесения решения судом. В случае, когда к моменту вынесения указанного решения работник после оспариваемого увольнения вступил в трудовые отношения с другим работодателем, дата увольнения должна быть изменена на дату, предшествующую дню начала работы у этого работодателя (ч.7 ст.394 ТК РФ).

Таким образом, требование об изменении даты увольнения находится в прямой зависимости и вытекает из требования работника, связанного с обжалованием порядка увольнения в целом.

В настоящем деле истцом приказ об увольнении не оспаривался, подобное требование не заявлялось, более того, истец в судебном заседании пояснила, что заявленное требование о возложении обязанности изменить дату увольнения не поддерживает.

Учитывая, что права Дылевской, как работника, работодателем нарушены не были, оснований для удовлетворения требования о компенсации морального вреда в размере 50 000 руб. также не имеется. 

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО1 к ООО «КомТрансНефть» о взыскании задолженности по заработной плате за период с 01 января по ДД.ММ.ГГГГ в размере 1 068 440 руб., компенсации за неиспользованный отпуск в количестве 62 дней в размере 184 647 руб. 35 коп., процентов за несвоевременную выплату заработной платы и иных выплат за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 174 513 руб. 30 коп., компенсации морального вреда 50 000 руб., расходов на оплату стоимости проезда и провоза багажа к месту проведения отпуска в размере 18 110 руб., возложении обязанности изменить дату увольнения с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Камчатский краевой суд через Петропавловск-Камчатский городской суд Камчатского края в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья Штенгель Ю.С.

КОПИЯ ВЕРНА 

Судья Штенгель Ю.С. 

Мотивированное решение составлено ДД.ММ.ГГГГ