Дело № 2-120/2020 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации 

28 мая 

2 2020 года 

Советский районный суд города Новосибирска в составе:

председательствующего судьи Толстик Н.В.

при секретаре Улямаевой Е.А.

с участием

представителя истца ФИО1

ответчика ФИО2

представителя ответчика ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к Индивидуальному предпринимателю ФИО2 о защите прав потребителей, встречному иску Индивидуального предпринимателя ФИО2 к ФИО4 о взыскании денежных средств, фактически понесенных на строительство дома,

у с т а н о в и л:

ФИО4 обратился в суд с иском к Индивидуальному предпринимателю ФИО2 о защите прав потребителей, в котором просил:

- взыскать с ответчика в свою пользу уплаченную по договору денежную сумму в размере 900 000 рублей, компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей, а также штраф за отказ в удовлетворении требований потребителя в добровольном порядке в размере 50% от взысканных денежных сумм.

Исковые требования обоснованы следующим. 25 апреля 2019 года между ФИО4 (заказчик) и Индивидуальным предпринимателем ФИО2 (исполнитель) заключен договор №, в соответствии с которым исполнитель обязался организовать и произвести квалифицированные строительные работы на земельном участке истца, согласно приложению № к договору. Срок начала строительных работ 15 мая 2019 года, срок окончания работ 15 августа 2019 года. ФИО4 в соответствии с пунктами 4.2.1 и 4.2.2 произвел ИП ФИО2 предоплату в размере 900 000 рублей. 25 июля 2019 года истец прибыл на строительную площадку и обнаружил наличие щели между первым рядом брусьев и фундаментом. Объяснить причины недостатков работ ответчик затруднился. Истец обратился в ООО «Экспертная группа «

<

данные изъяты>», специалист которой по результату осмотра произведенных работ подготовил заключение о техническом состоянии строительных конструкций. Согласно выводам данного заключения, выполненные на момент обследования строительные конструкции жилого дома не отвечают нормативным требованиям и не пригодны для эксплуатации. Большинство дефектов практически неустранимы без полной разборки деревянного сруба коробки дома. Для приведения конструкций дома в пригодное для проживания состояние рекомендуется снести надземную часть и возвести новое строение из нового лесоматериала с использованием существующих фундаментов в полном соответствии с нормативными требованиями на основании разработанной и согласованной рабочей документации. 31 июля 2019 года ФИО4 предъявил ИП ФИО2 претензию об устранении выявленных недостатков, в которой просил снести надземную часть и возвести новое строение из нового лесоматериала с использованием существующих фундаментов. При этом истец уведомил ответчика, что в случае неисполнения указанного требования в установленный срок, он вынужден будет отказаться от договора и потребовать от ответчика возмещения убытков.

12 августа 2019 года, прибыв на земельный участок, истец обнаружил, что требования, изложенные в претензии, не выполнены. По указанной причине 13 августа 2019 года истец отказался от договора № от 25 августа 2019 года и потребовал возврата уплаченных по нему денежных средств в размере 900 000 рублей. Требование истца в добровольном порядке ответчиком выполнены не были, что послужило основанием для обращения в суд с настоящим иском (т.1 л.д.1-5).

Возражая относительно заявленных требований, Индивидуальный предприниматель ФИО2 предъявил ФИО4 встречный иск, в котором просил взыскать с ФИО4:

- фактически понесенные расходы при возведении и демонтаже сруба коробки дома на земельном участке по адресу 

<

адрес> в размере 1 114 259 рублей 90 копеек

- расходы на оплату судебной экспертизы в размере 30 000 рублей;

- расходы по уплате государственной пошлины в размере 13 771 рубль 30 копеек (т.1 л.д.222-242).

Встречный иск обоснован следующим. Вопреки доводам ФИО4, по договору № от 25 апреля 2019 года осуществлялось строительство сруба дома, а не дома, пригодного для заселения и проживания. Впоследствии предполагалось заключение еще одного договора на проведение отделочных и иных работ, направленных на доведение объекта до состояния жилого помещения. ФИО2, с привлечением сторонних работников был выполнен весь объем, предусмотренный договором. ФИО4 в период выполнения работ регулярно приезжал на объект, следил за ходом работ и до 27 июля 2019 года не высказывал нареканий относительно их качества. 27 июля 2019 года ФИО4 прибыл на объект с неизвестным лицом, которого представил новым подрядчиком. ФИО4 пояснил, что собирается строить дом из другого материала – профилированного бруса размером 180?180, в связи с чем, ФИО2 должен в течение трех дней снести уже почти построенное здание. Никаких указаний на недостатки качества возведенного объекта не высказывалось. Требование было высказано в жесткой и ультимативной форме. Поскольку требование было устным, а в трехдневный срок снос дома неисполнимым, ФИО2 на три дня приостановил работы, ожидая дальнейшего развития событий. 31 июля 2019 года от ФИО4 получено письменное уведомление о необходимости в десятидневный срок снести возведенное строение и возвести новое, при этом в качестве единственного недостатка указано на наличие щели между первым рядом брусьев и фундаментом. Таким образом, ФИО4 ввел ФИО2 в заблуждение относительно продолжения в дальнейшем договорных отношений по строительству дома. В действительности ФИО4 не имел намерения продолжать договорные отношения с ФИО2, а решение о расторжении договора принял еще до 31 июля 2019 года. Десятидневный срок на снос двухэтажного здания и возведения нового для ФИО2, как для индивидуального предпринимателя, не имеющего в собственности необходимого количества техники и человеческих ресурсов, был физически невыполним, о чем ФИО4 было достоверно известно. Вместе с тем, он специально установил такой нереальный срок с тем, чтобы, сославшись на невыполнение своих требований, расторгнуть договор якобы по вине подрядчика. Кроме того, в процессе выполнения работ ФИО4 потребовал от работников увеличения площади фундамента с 9?9 м до 9,20? 9,20 м, а высоты фундамента с 1000 мм до 1300 мм. Строители выполнили данные требования, не уведомив ФИО2 Самовольное увеличение ФИО4 размеров фундамента повлекло увеличение объема работ и материалов на возведение всего здания. При этом сумма денежных средств, потраченных заказчиком, осталась неизменной. Учитывая изложенное, расходы на выполнение требований заказчика, связанных с увеличением размеров сооружения, остались возложенными на подрядчика. Несмотря на то, что техническое заключение ООО «

<

данные изъяты>», приложенное к претензии от 13 июля 2019 года, содержало в себе недостоверные сведения о качестве объекта, не желая развивать конфликт с заказчиком, ФИО2 принялся разбирать уже возведенное здание. К 21 августа 2019 года работы по демонтажу были завершены. Таким образом, требование ФИО4 о сносе здания, несмотря на задержку по времени, было выполнено. Требование о постройке в эти сроки нового здания объективно не могли быть выполнены. 21 августа 2019 года ФИО2 направил в адрес ФИО4 ответ на претензию, в котором указал на неисполнимость назначенных сроков, предложил выплатить заказчику его расходы за вычетом стоимости ленточного фундамента. Ответа на данное предложение, полученное ФИО4 07 сентября 2019 года, не поступило. Не желая урегулировать спор в добровольном порядке, ФИО4 обратился в суд с настоящим иском, в котором просит вернуть ему все уплаченные денежные средства по договору, включая и те, которые потрачены на устройство фундамента. Вместе с тем, фундамент истец оставляет за собой как основание для нового здания. Требования ФИО4 ответчик ФИО2 считает необоснованными и не подлежащими удовлетворению. При этом, указывает, что истцом не доказан факт ненадлежащего качества деревянного сруба, возведенного силами ИП ФИО2 Представленное в дело техническое заключение ООО «

<

данные изъяты>» составлено с существенными нарушениями и является недопустимым доказательством. Требованием о сносе сруба ФИО4 лишил суд возможности оценить его качество. 

Вместе с тем, выполняя работы по договору № от 25 апреля 2019 года, ИП ФИО2 произвел значительные расходы на возведение фундамента, монтаж сруба коробки дома, его демонтаж и вывоз с участка строительных материалов, которые в результате оказались непригодными для дальнейшего использования. Всего затрачено было 2 014 259 рублей 90 копеек, что подтверждается чеками и квитанциями. Учитывая, что ФИО4 внес задаток в размере 900 000 рублей, он обязан возместить ФИО2 сумму фактически понесенных расходов в размере 1 114 259 рублей 90 копеек. Поскольку судебная экспертиза не подтвердила факт ненадлежащего качества возведенного ответчиком сруба, расходы на проведение такой экспертизы в размере 30 000 рублей должны быть возложены на А.А. (т.1 л.д.222-242).

В судебное заседание ФИО4 не явился, был извещен, просил рассматривать дело без своего участия, поручил ведение дела своему представителю.

Представитель ФИО4 – ФИО1, действующая на основании доверенности, первоначальный иск поддержала, дала соответствующие объяснения, относительно встречного иска возражала по основаниям, изложенным в письменном отзыве (т.1 л.д.216-219, т.2 л.д.52-58).

Индивидуальный предприниматель ФИО2, его представитель ФИО3, действующий на основании ордера, возражали относительно первоначального иска по основаниям, изложенным в письменном отзыве (т.1 л.д.57-68), на встречном иске настаивали (т.1 л.д.222-242). 

Выслушав участников процесса, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 702 Гражданского кодекса РФ по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

К отдельным видам договора подряда (бытовой подряд, строительный подряд, подряд на выполнение проектных и изыскательских работ, подрядные работы для государственных нужд) положения, предусмотренные настоящим параграфом, применяются, если иное не установлено правилами настоящего Кодекса об этих видах договоров.

Согласно пункту 1 статьи 740 Гражданского кодекса РФ по договору строительного подряда подрядчик обязуется в установленный договором срок построить по заданию заказчика определенный объект либо выполнить иные строительные работы, а заказчик обязуется создать подрядчику необходимые условия для выполнения работ, принять их результат и уплатить обусловленную цену.

В случаях, когда по договору строительного подряда выполняются работы для удовлетворения бытовых или других личных потребностей гражданина (заказчика), к такому договору соответственно применяются правила параграфа настоящей главы о правах заказчика по договору бытового подряда (пункт 2 статьи 740 Гражданского кодекса РФ).

В силу пункта 1 статьи 1 статьи 730 Гражданского кодекса РФ по договору бытового подряда подрядчик, осуществляющий соответствующую предпринимательскую деятельность, обязуется выполнить по заданию гражданина (заказчика) определенную работу, предназначенную удовлетворять бытовые или другие личные потребности заказчика, а заказчик обязуется принять и оплатить работу.

К отношениям по договору бытового подряда, не урегулированным настоящим Кодексом, применяются законы о защите прав потребителей и иные правовые акты, принятые в соответствии с ними.

В соответствии с пунктом 3 статьи 715 Гражданского кодекса РФ, если во время выполнения работы станет очевидным, что она не будет выполнена надлежащим образом, заказчик вправе назначить подрядчику разумный срок для устранения недостатков и при неисполнении подрядчиком в назначенный срок этого требования отказаться от договора подряда либо поручить исправление работ другому лицу за счет подрядчика, а также потребовать возмещения убытков.

В силу пункта 1 статьи 721 Гражданского кодекса РФ качество выполненной подрядчиком работы должно соответствовать условиям договора подряда, а при отсутствии или неполноте условий договора требованиям, обычно предъявляемым к работам соответствующего рода. Если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или договором, результат выполненной работы должен в момент передачи заказчику обладать свойствами, указанными в договоре или определенными обычно предъявляемыми требованиями, и в пределах разумного срока быть пригодным для установленного договором использования, а если такое использование договором не предусмотрено, для обычного использования результата работы такого рода.

В силу пункта 1 статьи 723 Гражданского кодекса РФ в случаях, когда работа выполнена подрядчиком с отступлениями от договора подряда, ухудшившими результат работы, или с иными недостатками, которые делают его не пригодным для предусмотренного в договоре использования либо при отсутствии в договоре соответствующего условия непригодности для обычного использования, заказчик вправе, если иное не установлено законом или договором, по своему выбору потребовать от подрядчика:

безвозмездного устранения недостатков в разумный срок;

соразмерного уменьшения установленной за работу цены;

возмещения своих расходов на устранение недостатков, когда право заказчика устранять их предусмотрено в договоре подряда (статья 397).

Согласно пункту 3 статьи 723 Гражданского кодекса РФ, если отступления в работе от условий договора подряда или иные недостатки результата работы в установленный заказчиком разумный срок не были устранены либо являются существенными и неустранимыми, заказчик вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения причиненных убытков.

В соответствии с пунктом 1 статьи 29 Закона РФ «О защите прав потребителей» потребитель при обнаружении недостатков выполненной работы (оказанной услуги) вправе по своему выбору потребовать:

безвозмездного устранения недостатков выполненной работы (оказанной услуги);

соответствующего уменьшения цены выполненной работы (оказанной услуги);

безвозмездного изготовления другой вещи из однородного материала такого же качества или повторного выполнения работы. При этом потребитель обязан возвратить ранее переданную ему исполнителем вещь;

возмещения понесенных им расходов по устранению недостатков выполненной работы (оказанной услуги) своими силами или третьими лицами.

Потребитель вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работы (оказании услуги) и потребовать полного возмещения убытков, если в установленный указанным договором срок недостатки выполненной работы (оказанной услуги) не устранены исполнителем. Потребитель также вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работы (оказании услуги), если им обнаружены существенные недостатки выполненной работы (оказанной услуги) или иные существенные отступления от условий договора.

Согласно пункту 4 статьи 13 Закона РФ «О защите прав потребителей» изготовитель (исполнитель, продавец, уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер) освобождается от ответственности за неисполнение обязательств или за ненадлежащее исполнение обязательств, если докажет, что неисполнение обязательств или их ненадлежащее исполнение произошло вследствие непреодолимой силы, а также по иным основаниям, предусмотренным законом.

Как разъяснил Верховный суд Российской Федерации в пункте 28 постановления Пленума от 28 июня 2012 года №17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» при разрешении требований потребителей необходимо учитывать, что бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, в том числе и за причинение вреда, лежит на продавце (изготовителе, исполнителе, уполномоченной организации или уполномоченном индивидуальном предпринимателе, импортере).

Как установлено судом, 25 апреля 2019 года между ФИО4 (заказчик) и Индивидуальным предпринимателем ФИО2 (исполнитель) заключен договор №, в соответствии с которым исполнитель обязался организовать и произвести квалифицированные строительные работы на земельном участке заказчика, согласно приложению № к договору (т.1 л.д.6-8). 

В приложении № к договору № приводится техническое описание дома (л.д.9-10).

Земельный участок истца, на котором предполагалось строительство дома, расположен по адресу 

<

адрес>.

В соответствии с пунктом 4.1 договора № договорная стоимость работ остается неизменной в течение действия договора и определена в размере 1 592 000 рублей.

В силу пункта 4.2 договора оплата производится в рублях поэтапно:

- предоплата 400 000 рублей (пункт 4.2.1);

- завоз материала, прибытие бригады: 500 000 рублей (пункт 4.2.2);

- окончание работ, прием дома: 692 000 рублей (пункт 4.2.3).

Оплата каждого этапа производится в течение 3-х рабочих дней после предупреждения заказчика о завершении этапа (личная встреча с заказчиком), дополнительные работы оплачиваются отдельно. По дополнительным работам составляется акт приемки-передачи.

Сторонами подписана спецификация на строительство дома 9?9 (брус 100?200), в соответствии с которой стоимость работ и материалов по устройству фундамента определена в 180 000 рублей, стоимость монтажа стен – в 716 000 рублей, стоимость монтажа кровли с утеплителем – 339 000 рублей, стоимость монтажа пола 1,2 этажа с утеплителем – 242 240 рублей, стоимость монтажа перегородок внутренних с утеплителем - 115 000 рублей, всего 1 592 740 рублей (л.д.81).

Согласно разделу 5 договора № срок начала строительных работ 15 мая 2019 года, срок окончания работ 15 августа 2019 года. Окончание работ определяется днем подписания акта сдачи-приемки по данному договору. 

ФИО4 в соответствии с пунктами 4.2.1 и 4.2.2 произвел ИП ФИО2 предоплату в размере 900 000 рублей, что подтверждается представленными в дело квитанциями (л.д.11).

В конце июля 2019 года истец, усомнившись в качестве выполняемых работ, обратился в ООО «Экспертная группа «

<

данные изъяты>», специалист которой по результату осмотра объекта подготовил заключение о техническом состоянии строительных конструкций Шифр 1-10/2019 ОБ (т.1 л.д.21-32). 

Согласно выводам данного заключения, выполненные на момент обследования строительные конструкции жилого дома не отвечают нормативным требованиям и не пригодны для эксплуатации. Большинство дефектов практически неустранимы без полной разборки деревянного сруба коробки дома. Для приведения конструкций дома в пригодное для проживания состояние рекомендуется снести надземную часть и возвести новое строение из нового лесоматериала с использованием существующих фундаментов в полном соответствии с нормативными требованиями на основании разработанной и согласованной рабочей документации. 

31 июля 2019 года ФИО4 предъявил ИП ФИО2 претензию об устранении выявленных недостатков, в которой просил в десятидневный срок снести надземную часть и возвести новое строение из нового лесоматериала с использованием существующих фундаментов. При этом истец уведомил ответчика, что в случае неисполнения указанного требования в установленный срок, он вынужден будет отказаться от договора и потребовать от ответчика возмещения убытков (т.1 л.д.12-14).

К претензии от 31 июля 2019 года ФИО4 приложил указанное выше заключение о техническом состоянии строительных конструкций незавершенного строительством жилого дома по адресу 

<

адрес>.

Ответчик ФИО2 ссылался на неразумность назначенных ему ФИО4 сроков для исправления недостатков.

Порядок установления сроков устранения недостатков качества выполненных работ регламентирован статьей 30 Закона РФ «О защите прав потребителей», в соответствии с которой недостатки работы (услуги) должны быть устранены исполнителем в разумный срок, назначенный потребителем.

Назначенный потребителем срок устранения недостатков товара указывается в договоре или в ином подписываемом сторонами документе либо в заявлении, направленном потребителем исполнителю.

В случае нарушения указанных сроков потребитель вправе предъявить исполнителю иные требования, предусмотренные пунктами 1 и 4 статьи 29 настоящего Закона.

В соответствии с пунктом 3 статьи 434 Гражданского кодекса РФ письменная форма договора считается соблюденной, если письменное предложение заключить договор принято в порядке, предусмотренном пунктом 3 статьи 438 настоящего Кодекса.

В силу пункта 3 статьи 438 Гражданского кодекса РФ совершение лицом, получившим оферту, в срок, установленный для ее акцепта, действий по выполнению указанных в ней условий договора (отгрузка товаров, предоставление услуг, выполнение работ, уплата соответствующей суммы и т.п.) считается акцептом, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или не указано в оферте.

Получив претензию от 31 июля 2019 года и приложенное к ней заключение о техническом состоянии конструкций дома, не уведомляя заказчика о неразумности заявленных сроков и не оспаривая доводы о ненадлежащем качестве объекта, ИП ФИО2 приступил к выполнению требований претензии.

Тем самым своими действиями он изначально согласовал назначенные ему заказчиком сроки устранения недостатков, что соответствует порядку достижения соглашения о сроках, регламентированному приведенными статями 434 и 438 Гражданского кодекса РФ.

Доводы ответчика о том, что для ФИО4 назначенные сроки устранения недостатков были очевидно неисполнимыми, не могут быть приняты судом, поскольку основаны на оценочных суждениях ответчика.

Исполнимость назначенных сроков зависит от количества человеческих ресурсов и техники, которые будут задействованы для выполнения работ. Объективно оценить такие ресурсы подрядчика заказчик не в состоянии, информацией о таковых ресурсах обладает непосредственно исполнитель.

Оценив предложенные сроки на предмет исполнимости, исходя из своих ресурсов, подрядчик, посчитавший их неразумными, вправе был поставить на обсуждение иные сроки, чего им сделано не было.

При таких обстоятельствах, ответчик согласовал предложенные сроки, приступив к выполнению требований претензии, что лишает его возможности впоследствии ссылаться на недобросовестность действий заказчика.

Кроме того, приступив к сносу возведенного строения, ИП ФИО2 фактически признал обоснованность претензий о ненадлежащем качестве построенного объекта.

При этом, со своей стороны ИП ФИО2 не предпринял мер к организации подготовки альтернативного технического заключения, способного опровергнуть доводы истца о ненадлежащем качестве объекта.

Как установлено выше, именно на исполнителя (ответчика) в данном случае возложено бремя доказывания надлежащего качества возведенного им объекта. 

Таких доказательств в материалы дела ответчик не представил, доводы истца о ненадлежащем качестве объекта не опроверг.

В установленные заказчиком сроки требования претензии от 31 июля 2019 года ИП ФИО2 не выполнил.

13 августа 2019 года истец отказался от договора № от 25 апреля 2019 года и потребовал возврата уплаченных по нему денежных средств в размере 900 000 рублей (т.1 л.д.15-20). 

В дело представлены ответы на претензию от 13 августа 2019 года, по доводам ответчика, направленные в адрес ФИО4 14 августа и 21 августа 2018 года и полученные последним 07 сентября 2019 года (т.2 л.д.40-48).

В указанных ответах ИП ФИО2 уже указывает на неисполнимость десятидневного срока для выполнения требований претензии от 31 июля 2019 года и предлагает расторгнуть договор №, возвратив ФИО4 уплаченные денежные средства за вычетом стоимости ленточного фундамента.

Таким образом, даже из представленных в дело ответчиком доказательств не следует, что он предлагал ФИО4 согласовать иные сроки устранения недостатков и продолжить выполнение требований претензии. Из представленных им ответов на претензию усматривается воля на прекращение правоотношений с ФИО4

Таким образом, свои обязательства по возведению объекта в соответствии с условиями договора № от 25 апреля 2019 года подрядчик не выполнил, возведенный объект надлежащего качества по акту приема-передачи заказчику не передал.

При таких обстоятельствах, суд находит обоснованным отказ заказчика от договора подряда с требованием возмещения понесенных убытков, поскольку такой отказ основан на положениях пункта 3 статьи 715, пункта 3 статьи 723 Гражданского кодекса РФ, а также соответствует положениям пункта 1 статьи 29 Закона РФ «О защите прав потребителей».

Вместе с тем, суд полагает, что истец вправе требовать от ответчика возврата уплаченных по договору денежных средств за вычетом стоимости ленточного фундамента, определенной договором.

Согласно статье 717 Гражданского кодекса РФ, если иное не предусмотрено договором подряда, заказчик может в любое время до сдачи ему результата работы отказаться от исполнения договора, уплатив подрядчику часть установленной цены пропорционально части работы, выполненной до получения извещения об отказе заказчика от исполнения договора. Заказчик также обязан возместить подрядчику убытки, причиненные прекращением договора подряда, в пределах разницы между ценой, определенной за всю работу, и частью цены, выплаченной за выполненную работу.

В силу пункта 6.5 договора № в случае расторжения договора по вине подрядчика, подрядчик обязуется вернуть заказчику денежную сумму как разницу между внесенными оплатами этапов и реально выполненными работами.

Судом учитывается, что изначально претензий к качеству возведенного фундамента ФИО4 не предъявлялось. Не доказаны недостатки качества ленточного фундамента и в процессе рассмотрения дела.

Более того, из представленного истцом технического заключения ООО «

<

данные изъяты>», фиксирующего недостатки качества объекта, следует, что недостатков качества фундамента не установлено. Именно поэтому специалистами было рекомендовано снести надземную часть и возвести новое строение из нового лесоматериала с использованием существующих фундаментов.

В своем иске ФИО4 не требует от ответчика освободить его земельный участок от возведенного фундамента, оставляя тем самым его за собой с возможностью использования для возведения нового дома.

Учитывая изложенное, суд полагает, что стоимость ленточного фундамента по цене, определенной договором, должна быть вычтена из суммы, уплаченной ФИО4 по договору.

Согласно приведенной выше спецификации (т.1 л.д.81), стоимость фундамента изначально согласовывалась сторонами в 180 000 рублей.

Суд полагает, что именно на данную стоимость фундамента следует уменьшить убытки ФИО4, что, в том числе, соответствует положениям статьи 717 Гражданского кодекса РФ и пункту 6.5 договора № от 25 апреля 2019 года.

При этом отсутствуют правовые основания определять стоимость работ по возведению фундамента по фактическим затратам заказчика, как того требует ФИО2, а также по стоимости, определенной судебной экспертизой, рассчитанной по средним расценкам.

Заключая договор, стороны достигли соглашения относительно стоимости фундамента, подписав соответствующую спецификацию. Оснований изменять ее в одностороннем порядке у исполнителя не имеется, это противоречило бы положениям статьи 310 Гражданского кодекса РФ.

Доводы ИП ФИО2 о том, что по инициативе заказчика в большую сторону были изменены размеры фундамента, что повлекло его удорожание, не подтверждены относимыми и допустимыми доказательствами по делу. Стороной истца такие доводы оспаривались. В письменной форме соглашение об изменении размеров фундамента и его стоимости сторонами не заключалось.

В соответствии с пунктом 1 статьи 162 Гражданского кодекса РФ несоблюдение простой письменной формы сделки лишает стороны права в случае спора ссылаться в подтверждение сделки и ее условий на свидетельские показания, но не лишает их права приводить письменные и другие доказательства.

Учитывая приведенную выше норму права, суд не принимает в качестве допустимого доказательства свидетельские показания С.М., пояснявшего суду об обстоятельствах увеличения размеров фундамента.

При таких обстоятельства, в целях восстановления нарушенных прав истца ФИО4 с ИП ФИО2 в пользу последнего подлежат взысканию уплаченные по договору денежные средства в размере 720 000 рублей (900 000 – 180 000 = 720 000).

Требования истца о компенсации причиненного действиями ответчика морального вреда также подлежат частичному удовлетворению.

Согласно статье 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Статья 15 Закона РФ «О защите прав потребителей» предусматривает возможность компенсации потребителю морального вреда, причиненного в результате нарушения прав потребителя, при наличии вины второй стороны в обязательстве. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных потребителем убытков.

Поскольку судом установлена ответственность исполнителя, вытекающая из договора бытового строительного подряда, суд находит обоснованным и подлежащим удовлетворению требования истца, как потребителя, о компенсации причиненного ему морального вреда.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд принимает во внимание степень вины нарушителя, степень физических и нравственных страданий истца, и находит обоснованной и справедливой сумму в размере 5000 рублей.

В соответствии с пунктом 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Пункт 46 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. N 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» дает разъяснение, что указанный выше штраф подлежит взысканию в пользу потребителя независимо от того, заявлялось ли такое требование суду.

Учитывая изложенное, суд принимает решение о взыскании с ИП ФИО2 в пользу ФИО4 суммы штрафа в размере 362 500 рублей ((720 000 + 5000) : 2) = 362 500)

На основании статьи 103 Гражданского процессуального кодекса РФ с ответчика ИП ФИО2 в доход бюджета подлежит взысканию государственная пошлина пропорционально удовлетворенным требованиям в размере 10 400 рублей.

Встречный иск ИП ФИО2 не имеет под собой правовых оснований и не подлежит удовлетворению, в том числе, по мотивам удовлетворения первоначального иска.

Демонтаж построенного сруба дома был обусловлен его ненадлежащим качеством, доказательств обратного ФИО2 не предоставлено, тогда как именно на него возлагалась соответствующая обязанность по доказыванию.

То обстоятельство, что фактически, по доводам ответчика, он затратил на возведение дома значительно больше денежных средств, чем было определено договором, является его предпринимательским риском, такие расходы не могут быть возложены на его контрагента по договору.

Доводы об увеличении объекта работ по инициативе заказчика не нашли своего объективного подтверждения.

Кроме того, представленные в дело товарные накладные и другие доказательства, представленные ФИО2 в обоснование своих расходов, невозможно соотнести с рассматриваемым договором № от 25 апреля 2019 года. ИП ФИО5 занимается строительными работами, одновременно может вести строительство нескольких объектов, в связи с чем достоверно установить на какой именно объект затрачены те или иные материалы не представляется возможным.

Таким образом, доводы встречного иска являются необоснованными и подлежат отклонению.

На основании вышеизложенного и руководствуясь статьями 98, 196-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

Исковые требования ФИО4 – удовлетворить частично.

Взыскать с Индивидуального предпринимателя ФИО2 в пользу ФИО4 денежную сумму в размере 720 000 рублей, компенсацию морального вреда в размере 5000 рублей, штраф за отказ в удовлетворении требований потребителя в добровольном порядке в размере 362 500 рублей.

Взыскать с Индивидуального предпринимателя ФИО2 в доход бюджет государственную пошлины в размере 10 400 рублей.

Разъяснить сторонам, что настоящее решение может быть обжаловано ими в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме в Новосибирский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через суд, вынесший решение.

Мотивированное решение составлено 08 июня 2020 года

Судья Н.В. Толстик