РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

10 июля 2018 года г.Кимовск Тульской области

Кимовский городской суд Тульской области в составе:

председательствующего судьи Макаровой В.Н., 

при ведении протокола секретарем Черных М.А.,

с участием

представителя истца ФИО1 и ответчика ФИО2 по доверенностям ФИО3,

ответчика ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-336/2018 по иску ФИО1 к администрации муниципального образования Кимовский район Тульской области, ФИО2, ФИО4 о признании недействительным договора передачи квартиры в порядке приватизации,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к администрации муниципального образования Кимовский район Тульской области, в котором просит признать договор передачи жилого помещения по адресу: 

<

адрес> № от 03.12.1996 недействительным и отменить приватизацию, передать данную квартиру в муниципальную собственность с выдачей соответствующих документов.

В обоснование заявленных требований указал на то, что при рассмотрении Кимовским городским судом Тульской области в 2017 году гражданского дела № истец ФИО1 был привлечен к участию в деле в качестве третьего лица, в связи с чем он узнал, что является сособственником жилого помещения по адресу: 

<

адрес>. До этого времени о данном факте истцу было неизвестно. Документов о приватизации спорного жилого помещения истец никогда не видел и не знал об их существовании. Считает свои права нарушенными, ссылаясь на ст.157.1 Гражданского кодекса РФ о том, что при передаче в собственность одному лицу либо в общую (совместную) собственность необходимо согласие всех имеющих право на приватизацию данных жилых помещений совершеннолетних лиц и несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет. Указывает, что ему на момент приватизации спорной квартиры было 15 полных лет и он имел право дать письменное согласие на приватизацию либо письменный отказ. То обстоятельство, что его не уведомили о состоявшейся приватизации, считает нарушением его прав, фактически его понудили к заключению договора передачи в нарушение ч.2 ст.35 Конституции РФ. В права собственника жилого помещения ФИО1 не вступал, документов на право собственности не имеет. От имени истца заявление на приватизацию спорной квартиры подписала его мать ФИО2, указывает, что по состоянию на 1996 год он с матерью в данной квартире не проживал ввиду внутреннего конфликта в семье между истцом и гражданским мужем его матери ФИО7, а проживал у своей бабушки ФИО8 по адресу: 

<

адрес>. Считает, что при заключении договора передачи сотрудниками администрации муниципального образования Кимовский район проявлена небрежность, выразившаяся в том, что они не оповестили участника приватизации, которому было 15 лет о данном событии и не выяснили его мнение по данному поводу. 

Определением суда от 28.05.2018 к участию в деле в качестве соответчиков привлечены ФИО2 и ФИО4

В судебное заседание истец ФИО1 не явился, извещен о нем надлежащим образом, представление своих интересов по доверенности доверил ФИО5 и/или ФИО3 и/или ФИО6

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явилась, извещена о нем надлежащим образом, представление своих интересов по доверенности доверила ФИО3 и/или ФИО5, представила письменное заявление о рассмотрении дела в ее отсутствие, исковые требования признает.

Представитель истца ФИО1 по доверенности ФИО3, одновременно представляющий интересы ответчика ФИО2 в судебном заседании поддержал исковые требования своего доверителя ФИО1 по основаниям, изложенным в заявлении, настаивал на их удовлетворении. 

Представители истца ФИО1 по доверенности ФИО5, одновременно представляющий по доверенности интересы ответчика ФИО2 и ФИО6 в судебное заседание не явились, извещены о дате судебного разбирательства надлежащим образом, возражений не представили.

Представитель ответчика – администрации муниципального образования Кимовский район по доверенности ФИО9 в судебное заседание не явилась, извещена о дате судебного разбирательства надлежащим образом, обратилась к суду с письменным заявлением, в котором просила рассмотреть дело без ее участия, решение оставляет на усмотрение суда.

Ответчик ФИО4 в судебном заседании возражала против исковых требований. Пояснила, что истец на момент приватизации проживал в спорном жилом помещении и ему было известно о приватизации, в связи с чем, истцом пропущен срок исковой давности. Считает, что права истца ничем не нарушены, поскольку его жилищные права как несовершеннолетнего гражданина были защищены путем включения его в число собственников спорной квартиры, в настоящее время он может отказаться от своей собственности. Исковые требования ФИО1 направлены на лишение ее права собственности на данное жилое помещение. 

В соответствие со ст.167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие не явившихся лиц.

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно ч.2 и ч.3 ст.35 Конституции РФ каждый вправе иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами.

Никто не может быть лишен своего имущества иначе как по решению суда.

В соответствии со ст.1 Закона Российской Федерации от 04.07.1991 №1541-1 «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» (далее – Закон о приватизации) приватизация жилых помещений – бесплатная передача в собственность граждан Российской Федерации на добровольной основе занимаемых ими жилых помещений в государственном и муниципальном жилищном фонде.

Согласно ст.2 Закона о приватизации граждане Российской Федерации, имеющие право пользования жилыми помещениями государственного или муниципального жилищного фонда на условиях социального найма, вправе приобрести их на условиях, предусмотренных настоящим Законом, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации, в общую собственность либо в собственность одного лица, в том числе несовершеннолетнего, с согласия всех имеющих право на приватизацию данных жилых помещений совершеннолетних лиц и несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет.

Передача жилых помещений в собственность граждан оформляется договором передачи, заключаемым органами государственной власти или органами местного самоуправления поселений, предприятием, учреждением с гражданином, получающим жилое помещение в собственность в порядке, установленном законодательством.

В договор передачи жилого помещения в собственность включаются несовершеннолетние, имеющие право пользования данным жилым помещением и проживающие совместно с лицами, которым это жилое помещение передается в общую с несовершеннолетними собственность, или несовершеннолетние, проживающие отдельно от указанных лиц, но не утратившие право пользования данным жилым помещением (ст.7 Закона о приватизации).

Поскольку несовершеннолетние лица, проживающие совместно с нанимателем и являющиеся членами его семьи либо бывшими членами семьи, согласно ст.69 Жилищного кодекса Российской Федерации имеют равные права, вытекающие из договора найма, они в случае бесплатной приватизации занимаемого помещения наравне с совершеннолетними пользователями вправе стать участниками общей собственности на это помещение.

Учитывая, что в соответствии со ст.ст. 28 и 37 Гражданского кодекса Российской Федерации опекун не вправе без предварительного разрешения органа опеки и попечительства совершать некоторые сделки, в том числе влекущие отказ от принадлежащих подопечному прав, а попечитель давать согласие на совершение таких сделок, отказ от участия в приватизации может быть осуществлен родителями и усыновителями несовершеннолетних, а также их опекунами и попечителями лишь при наличии разрешения указанных выше органов.

Согласно разъяснениям, данным в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.08.1993 №8 «О некоторых вопросах применения судами закона Российской Федерации «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации», в случае возникновения спора по поводу правомерности договора передачи жилого помещения, в том числе и в собственность одного из его пользователей, этот договор, а также свидетельство о праве собственности по требованию заинтересованных лиц могут быть признаны судом недействительными по основаниям, установленным гражданским законодательством для признания сделки недействительной (п.6).

Норма об обязательном включении несовершеннолетних в договор передачи была введена Федеральным законом от 11.08.1994 №26-ФЗ.

В соответствии со ст.168 Гражданского кодекса РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Материалами дела установлено, что ФИО2 является матерью ФИО1 и ФИО4 (л.д.70).

На основании заявления ФИО2, действовавшей в своих интересах и в интересах 

<

данные изъяты> ФИО1 и ФИО10 (после вступления в брак ФИО4) 03.12.1996 заключен договор передачи №, в соответствии с которым в совместную собственность ФИО2, ФИО1, ФИО10 (ФИО4) передано жилое помещение по адресу: 

<

адрес> общей площадью 

<

данные изъяты> кв.м., жилой площадью 

<

данные изъяты> кв.м. (л.д.104-106).

Из копии поквартирной карточки на жилое помещение по адресу: 

<

адрес> усматривается, что в спорной квартире были зарегистрированы ФИО2 с 20.10.1992 по настоящее время, ФИО1 с 20.10.1992 по 23.11.2005, ФИО10 с 20.10.1992 по 10.08.2001 (л.д.75).

В настоящее время по адресу: 

<

адрес> зарегистрирована ФИО2 (л.д.76, 86).

В Едином государственном реестре недвижимости отсутствуют сведения о правах, зарегистрированных на жилое помещение по адресу: 

<

адрес> (л.д.71-72).

Решением Кимовского городского суда Тульской области от 30.01.2018 по гражданскому делу № прекращено право совместной собственности ФИО4, ФИО2, ФИО1 на квартиру по адресу: 

<

адрес>, определены доли в праве общей долевой собственности по 1/3 за каждым на вышеуказанную квартиру, признано право собственности на 1/3 долю данного жилого помещения за ФИО4 (л.д.24-28).

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Тульского областного суда от 10.05.2018 решение Кимовского городского суда Тульской области от 30.01.2018 отменено, по делу принято новое решение, которым исковые требования ФИО4 удовлетворены, определены доли ФИО4, ФИО2, ФИО1 в праве общей долевой собственности на квартиру № в доме № на 

<

адрес> по 1/3 доли за каждым. За ФИО4 признано право собственности на 1/3 долю в праве общей долевой собственности на квартиру № в доме № на 

<

адрес>

Анализируя представленные сторонами доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему. 

В соответствии с ч.1 ст.3 ГПК РФ заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов самостоятельно определив способы их судебной защиты, соответствующие ст.12 Гражданского кодекса РФ.

Статьей 11 Гражданского кодекса РФ закреплена судебная защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов. Защита гражданских прав осуществляется перечисленными в ст.12 данного Кодекса способами, причем эта статья также содержит указание на возможность применения иных способов, предусмотренных в законе.

В силу ст.56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п.3 ст.123 Конституции Российской Федерации и ст.12 ГПК РФ, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

При рассмотрении дела суд обязан соблюдать принцип диспозитивности, который означает свободу участвующих в деле лиц в распоряжении своими правами и выражается в субъективной возможности заинтересованного лица самостоятельно определять формы и способы защиты нарушенного права или охраняемого законом интереса.

Согласно разъяснениям, данным в п.7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.08.1993 №8 «О некоторых вопросах применения судами Закона Российской Федерации «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» несовершеннолетние лица, проживающие совместно с нанимателем и являющиеся членами его семьи либо бывшими членами семьи, в случае бесплатной приватизации занимаемого помещения наравне с совершеннолетними пользователями вправе стать участниками общей собственности на это помещение.

Положениями ч.1 ст.56 Семейного кодекса РФ установлено, что ребенок имеет право на защиту своих прав и законных интересов. Защита прав и законных интересов ребенка осуществляется родителями (лицами, их заменяющими), а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, органом опеки и попечительства, прокурором и судом.

Мать истца ФИО1 – ответчик ФИО2, воспользовавшись своим правом как законный представитель, по своему усмотрению распорядилась правами своего несовершеннолетнего сына при заключении договора приватизации жилого помещения, включив его в число собственников спорной квартиры, кроме того часть вторая введенная в ст.7 Закона о приватизации Федеральным законом от 11.08.1994 №26, Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 24.08.1993 №8 предусматривали обязательное участие в приватизации несовершеннолетних граждан, зарегистрированных в приватизируемой квартире.

Таким образом, поскольку на момент заключения договора передачи в собственность спорной квартиры 03.12.1996 истец ФИО1 был зарегистрирован и проживал в спорной квартире, являлся членом семьи нанимателя жилого помещения – ФИО2 (ст.ст. 53 и 54 ЖК РСФСР), он согласно ст.2 Закона о приватизации имел право в силу закона на обязательное участие в приватизации данного жилого помещения.

Находясь на день приватизации в несовершеннолетнем возрасте, истец ФИО1 самостоятельным субъектом сделки по приватизации жилого помещения быть не мог, в связи с чем, квартира и была приватизирована его матерью ФИО2 на основании личного заявления, в котором она расписалась за 

<

данные изъяты> ФИО10 и ФИО1, которая, являясь законным представителем своих детей, действовала в их интересах.

Утверждение истца ФИО1 о том, что он, являясь несовершеннолетним, фактически не проживал в спорной квартире со своей матерью, а жил у бабушки ФИО8 не может быть расценено как доказательство нарушения прав истца.

С учетом того, что в силу своего возраста несовершеннолетний ФИО1 на момент его регистрации в спорном жилом помещении и совершении сделки по его приватизации самостоятельно не мог осуществлять свои права и в установленном порядке реализовать их, данное обстоятельство само по себе не может повлечь для него никаких негативных последствий, поскольку являясь участником приватизации в несовершеннолетнем возрасте, он сохранил за собой право на участие в приватизации еще раз по достижении совершеннолетия.

Ссылка истца на положения ст.157.1 Гражданского кодекса РФ, в соответствии с которой если на совершение сделки в силу закона требуется согласие третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, о своем согласии или об отказе в нем третье лицо или соответствующий орган сообщает лицу, запросившему согласие, либо иному заинтересованному лицу в разумный срок после получения обращения лица, запросившего согласие – является несостоятельной, поскольку данная статья введена Федеральным законом от 07.05.2013 №100-ФЗ. 

Таким образом, договор передачи спорной квартиры от 03.12.1996 в собственность был заключен в соответствии с требованиями действующего на момент заключения договора законодательства, в связи с чем, утверждения истца о его недействительности в части включения истца ФИО1 в состав собственников приватизируемого жилья без его волеизъявления несостоятельны.

В обоснование своих возражений на исковое заявление ответчик ФИО4 ссылалась также на факт пропуска истцом ФИО1 срока исковой давности.

Согласно ст.195 Гражданского кодекса РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (п.2 ст.199 Гражданского кодекса РФ).

Пунктом 1 ст.200 Гражданского кодекса РФ установлено, что течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Иск о применении последствий недействительности ничтожной сделки мог быть предъявлен в течение десяти лет со дня, когда началось ее исполнение (п.1 ст.181 Гражданского кодекса РФ в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений).

Довод истца и его представителя о том, что ФИО1 узнал о нарушении своих прав только в 2017 году при рассмотрении гражданского дела по иску ФИО4 к ФИО2 об обязании выдать документы на квартиру, является несостоятельным, учитывая, что граждане осуществляют принадлежащие им гражданские права по своему усмотрению. Отсутствие у истца правового интереса к занимаемому им жилому помещению не может влиять на течение определенных законом сроков для защиты нарушенного права.

Кроме того, суд считает, что истец должен был узнать о нарушении своего права – участия в приватизации жилого помещения по достижению совершеннолетия – 08.03.1999, но обратился в суд с настоящим иском 11.05.2018.

Помимо этого, суд учитывает, что апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Тульского областного суда от 10.05.2018 было установлено, что право собственности на спорное жилое помещение было зарегистрировано, о чем государственным учреждением Тульской области «Областное бюро технической инвентаризации» была представлена выписка из реестровой книги о праве собственности на объект капитального строительства, помещение (до 1998 года), согласно которой на основании договора передачи № от 03.12.1996, свидетельства о регистрации права собственности № от 18.12.1996 за ФИО2, ФИО1, ФИО10 зарегистрировано право совместной собственности на квартиру №№ в доме № по 

<

адрес>

При этом п.1 ст.181 Гражданского кодекса РФ является специальной нормой, в соответствии с которой течение срока исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки определяется не осведомленностью заинтересованного лица о нарушении его прав, а началом исполнения сделки.

Таким образом, договор безвозмездной передачи квартиры в собственность от 03.12.1996 был зарегистрирован 18.12.1996, в связи с чем, эту дату следует рассматривать в качестве момента начала исполнения сделки. То есть, 10-ти летний срок исковой давности истцом пропущен, о чем при рассмотрении спора было заявлено ответчиком ФИО4

С учетом этого, суд приходит выводу о том, что требования о признании ничтожной сделки приватизации квартиры в части включения истца в состав собственников приватизируемого жилья, совершенной в 1996 году, заявлены истцом в 2018 году по истечении срока исковой давности, что является самостоятельным основанием для отказа в иске. При этом суд учитывает, что истец ФИО1, достигнув совершеннолетия в 1999 году и оставаясь зарегистрированным по месту жительства в спорной квартире до 2005 года, в суд за защитой своих прав, в течение установленного законом срока, не обращался.

Рассмотрев дело в пределах заявленных истцом требований, с учетом избранного истцом способа защиты нарушенного права, суд считает, что исковые требования ФИО1 удовлетворению не подлежат. 

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

ФИО1 в иске к администрации муниципального образования Кимовский район Тульской области, ФИО2, ФИО4 о признании недействительным договора передачи квартиры в порядке приватизации – отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Тульского областного суда путем подачи апелляционной жалобы в Кимовский городской суд Тульской области в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Решение в окончательной форме принято 11.07.2018.

Председательствующий