Дело № 2-1271\2017

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

07 июля 2017 года г. Новочебоксарск

Новочебоксарский городской суд Чувашской Республики

под председательством судьи Красильниковой С.А. 

с участием старшего помощника прокурора г. Новочебоксарска Кузнецовой Н.А. 

при секретаре Леоновой Д.С.,

рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Публичному акционерному обществу «Химпром» о признании увольнения незаконным, о восстановлении на работе электромонтером станционного оборудования телефонной связи сектора связи цеха №, о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула 44964 рубля, о взыскании морального вреда в размере 100000 рублей

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1 состоял в трудовых отношениях с Публичным акционерным обществом «Химпром» в должности электромонтера станционного оборудования телефонной связи сектора связи цеха №.

Приказом от 19 апреля 2017 года № 135 ФИО1 уволен с данного предприятия с 20 апреля 2017 года по собственному желанию.

Не согласившись с данным приказом ФИО1 19 мая 2017 года обратился с иском к Публичному акционерному обществу «Химпром» о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе электромонтером станционного оборудования телефонной связи сектора связи цеха №, о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, о взыскании морального вреда в размере 100000 рублей.

Мотивируя свои требования тем, что работодатель под давлением и угрозы увольнения по статье, заставил написать заявление об увольнении по собственному желанию. Работодатель уволил его по собственному желанию, но данное увольнение нельзя признать законным.

В силу статьи 39 ГПК РФ истец уточнил свои требования, в окончательном варианте истец просил суд признать увольнение незаконным, восстановить на работе электромонтером станционного оборудования телефонной связи сектора связи цеха №, взыскать заработную плату за время вынужденного прогула 44964 рубля, моральный в размере 100000 рублей.

В ходе судебного заседания истец и его представитель исковые требования поддержали по тем же мотивам, изложенным в исковом заявлении и вновь привели их суду.

Представители ответчика иск не признали по мотивам его необоснованности, считая, что увольнение проведено в соответствии с требованиями статьей Трудового кодекса РФ, и оснований удовлетворять исковые требования истца не имеется.

Выслушав объяснение сторон, которые также в суде поддержали ранее данные пояснения в ходе предыдущих судебных заседаний, исследовав материалы гражданского дела, заслушав заключение старшего помощника прокурора Кузнецовой Н.А. о законности увольнения истца и отсутствии оснований для удовлетворения требования ФИО1 о восстановлении на работе, суд пришел следующему. 

В силу ч. 1 ст. 46 Конституции РФ, гарантирующей каждому судебную защиту его прав и свобод, и корреспондирующих ей положений международно-правовых актов, в частности ст. 8 Всеобщей декларации прав человека, п. 1 ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также п. 1 ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, государство обязано обеспечить осуществление права на судебную защиту, которая должна быть справедливой, компетентной, полной и эффективной.

Статья 56 ГПК РФ предусматривает, что каждая сторона должна доказывать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. 

Согласно части 1 статьи 12 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

Согласно статье 37 (часть 1) Конституции Российской Федерации труд свободен; каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

Статья 3 Трудового кодекса РФ запрещает ограничивать кого-либо в трудовых правах и свободах в зависимости от должностного положения.

Конституционный Суд РФ подчеркнул, что свобода труда в сфере трудовых отношений проявляется прежде всего в договорном характере труда, в свободе трудового договора. 

В соответствии со статьей 21 Трудового кодекса РФ работник имеет право на заключение, изменение и расторжение трудового договора в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

В силу статьи 60 ГПК РФ, обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Конституция Российской Федерации провозглашает человека, его права и свободы высшей ценностью, а их признание, соблюдение и защиту - обязанностью государства (статья 2) и устанавливает, что права и свободы человека и гражданина определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18).

В соответствии со статьей 15 Трудового кодекса Российской Федерации, трудовые отношения- отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Согласно статье 16 названного Кодекса, трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом.

С 12 июля 1976 года у ФИО1 и ответчиком возникли трудовые отношения, на дату увольнения истец занимал должность электромонтера станционного оборудования телефонной связи сектора связи 5 разряда отдела информационных технологий цеха №.

15 апреля 2017 года в 06 часов 20 минут ФИО1 при входе на территорию предприятия был задержан сотрудниками охраны с признаками состояния алкогольного опьянения, после составления акта, истцу было выдано направление на медицинское освидетельствование на состояние алкогольного опьянения № от 15 апреля 2017 года.

Согласно медицинского заключения от 15 апреля 2017 года у ФИО1 подтвержден факт нахождения в состоянии алкогольного опьянения.

Данное обстоятельство в суде подтвердил свидетель С.И.В. – медицинский работник, который проводил медицинское освидетельствование истца 15 апреля 2017 года. 

Приказом от 18 апреля 2017 года № 532-к от 18 апреля 2017 года истцу объявлен выговор, с данным приказом он был ознакомлен 20 апреля 2017 года, на дату вынесения решения судом истец данный приказ не оспаривал.

Судом установлено, что 17 апреля 2017 года истец до издания приказа о привлечении его к дисциплинарной ответственности за появление на работе 15 апреля 2017 года в состоянии алкогольного опьянения обратился к работодателю с заявлением о прекращении трудовых отношений с 20 апреля 2017 года по собственному желанию.

В силу статьи 80 Трудового кодекса РФ работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен настоящим Кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении.

По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении

17 апреля 2017 года истец написал заявление об увольнении по собственному желанию с 20 апреля 2017 года. 19 апреля 2017 года был издан приказ № 135 о прекращении действия трудового договора и увольнении ФИО1 с 20 апреля 2017 года по п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации по инициативе работника, с которым он был ознакомлен под роспись.

Увольнение ФИО1 с 20 апреля 2017 года свидетельствует о том, что стороны пришли к соглашению о расторжении трудового договора до истечения срока предупреждения об увольнении (часть 2 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации).

Конституция Российской Федерации признает право каждого свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию (ч. 1 ст. 37).

В силу п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации основанием прекращения трудового договора является расторжение трудового договора по инициативе работника.

Согласно подпункту "а" пункта 22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 2 от 17.03.2004 г. "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса РФ" при рассмотрении споров о расторжении по инициативе работника трудового договора, заключенного на неопределенный срок, а также срочного трудового договора (п. 3 ч. 1 ст. 77, ст. 80 ТК РФ) судам необходимо иметь в виду, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.

Истец в судебном заседании утверждал, что он написал заявление об увольнении по собственной инициативе под давлением со стороны работников ПАО «Химпром». 

В силу ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Исследовав представленные доказательства, допросив свидетелей, суд, исходя из представленных сторонами доказательств, пришел к выводу о недоказанности факта оказания давления со стороны работодателя, принуждения к написанию заявления об увольнении по собственному желанию, поскольку судом установлено, что основанием к увольнению ФИО1 явилось его заявление, написание данного заявления собственноручно истец в судебном заседании не отрицал.

Обстоятельства, связанные с применением психологического воздействия на формировании воли истца при подписании заявления об увольнении по собственному желанию являются юридически значимыми, и бремя доказывания факта наличия порока воли при увольнении возлагается на истца.

Проанализировав и оценив по правилам ст. 67 ГПК РФ объяснения истца, суд признает их недостаточными для подтверждения вынужденного характера написания заявления. Из искового заявления истца и его пояснений в суде следует, что заявление об увольнении он написал под угрозами со стороны руководства и под давлением работодателя, опасаясь возможного увольнения с работы по порочащим основаниям, то есть по статье.

17 апреля 2017 года, как следует из показаний свидетеля Х.Е.Е., сотрудника отдела кадров, она истребовала объяснительную от ФИО1 по факту появления на работе 15 апреля 2017 года с признаками алкогольного опьянения, ФИО1 после оформления данной объяснительной, далее оформил заявление об увольнении по собственному желанию, при этом у него было желание указать дату увольнения 17 апреля 2017 года, но с учетом того, что в кадрах большой объем работы она попросила его, если он желает указать дату увольнения – 20 апреля 2017 года, что ФИО1 сделал.

Судом установлено, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ до увольнения ФИО1 с другими представителями работодателя не встречался.

Из его пояснений следует, что его непосредственный руководитель З.Л.Е. по телефону сообщил ему, если он не уволиться по собственному желанию, то его уволят по статье.

Свидетель З.Л.Е. данные доводы истца не подтвердил, суду показал, что лично он увольнением работников не занимается, все вопросы решает кадровая служба.

В силу статьи 56 ГПК РФ истец свои доводы никакими доказательствами не подтвердил, в суде ходатайство об истребовании детализации телефонных звонков за спорный период не заявлял.

Исходя из материалов дела и свидетельских показаний не установлено, что на истца оказывалось давление со стороны работодателя, а также от истца до фактического увольнения не поступало ни письменных, ни устных возражений относительно увольнения. 

Свидетель Н.Л.Б. суду показала, что у истца была возможность после диалога 17 апреля 2017 года с сотрудником отдела кадров Х.Е.Е., у которой нет полномочий решать вопросы увольнения, она лишь технический работник, обратиться по вопросу увольнения к ней, как начальнику отдела по работе с персоналом, но истец этим правом не воспользовался.

В судебном заседании объективных данных тому, что со стороны работодателя имели место угрозы уволить истца, суду также не представлено.

Из материалов дела видно, что истец однозначно изложил свое намерение уволиться по собственному желанию по основаниям п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации, изложив его в поданном работодателю заявлении от 17 апреля 2017 года. По смыслу положений ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что отзыв заявления об увольнении должен осуществляться в той же форме, что и подача самого заявления об увольнении, то есть письменно. Истцом не представлялись доказательства обращения к ответчику с заявлением об отзыве заявления об увольнении по собственному желанию после 17 апреля 2017 года, направления его почтовым отправлением. У истца не имелось препятствий после подачи заявления об увольнении в период выходных дней ( 18 апреля 2017 года) и дня отгула ( 19 апреля 2017 года) или после выхода из него, находясь на рабочем месте, в рабочее время обратиться к работодателю с соответствующим письменным заявлением об отзыве заявления об увольнении в установленном порядке. Однако заявление об увольнении отозвано не было, все его действия указывали на желание расторгнуть трудовой договор.

По мнению суда попытка избежать увольнения по порочащим основаниям, а именно за появление 15 апреля 2017 года на проходной с признаками алкогольного опьянения, путем использования права на подачу заявления об увольнении по собственному желанию и последующее расторжение трудового договора само по себе не может являться подтверждением оказания давления на работника со стороны работодателя.

Таким образом, истцом не представлено в соответствии со ст. 56 ГПК Российской Федерации бесспорных доказательств, свидетельствующих об оказании на него давления со стороны работодателя, направленных на понуждение его к написанию заявления об увольнении. Обстоятельства дела свидетельствуют о совершении истцом последовательных действий с намерением расторгнуть трудовой договор по собственному желанию. Дата увольнения 20 апреля 2017 года была указана самым истцом в заявлении об увольнении, с которой согласился работодатель. 

Согласно статьи 67 ГПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Учитывая вышеуказанные указанные положения правовых актов, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, а также учитывая то, что других доказательств, ходатайств у сторон не имеется, стороны просят рассмотреть дело по имеющимся в деле материалам, суд приходит к выводу, что в иске ФИО1 о признании увольнения незаконным, о восстановлении на работе следует отказать.

Согласно статьи 237 Трудового кодекса РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

Согласно статьи 394 Трудового кодекса РФ, в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор.

Орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы.

В случаях увольнения без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконного перевода на другую работу суд может по требованию работника вынести решение о взыскании в пользу работника денежной компенсации морального вреда, причиненного ему указанными действиями. Размер этой компенсации определяется судом.

Поскольку ответчик произвел окончательный расчет с истцом при его увольнении без нарушений императивных норм трудового законодательства, а также учитывая то обстоятельство, что иск ФИО1 в части восстановления на работе удовлетворению не подлежит, его требования о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда за незаконное увольнение также не подлежат удовлетворению, поскольку в силу статьи 394 Трудового кодекса РФ решение о выплате данных сумм судом принимается в случае признания увольнения незаконным, при восстановлении работника на работе. 

Руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд 

Р Е Ш И Л :

В иске ФИО1 к Публичному акционерному обществу «Химпром» о признании увольнения незаконным, о восстановлении на работе электромонтером станционного оборудования телефонной связи сектора связи цеха №, о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула 44964 рубля, о взыскании морального вреда в размере 100000 рублей отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный суд Чувашской Республики в течение одного месяца со дня составления мотивированного решения через Новочебоксарский городской суд Чувашской Республики. 

С мотивированным решением стороны могут ознакомиться 12 июля 2017 года 

Судья : С.А. Красильникова