Дело № 2-717/2018

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

13 июля 2018 года г. Миасс 

Миасский городской суд Челябинской области в составе:

председательствующего судьи Глуховой М.Е., 

при секретаре Бельковой Т.Е., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 ФИО10 к ФИО2 ФИО11 о взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился с иском к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда в размере 100000 рублей, судебных расходов по оказанию юридической помощи в размере 3000 рублей.

В обоснование иска указал, что является конкурсным управляющим ЗАО «МОНОЛИТ» в отношении которого в настоящее время рассматривается дело о несостоятельности (банкротстве). Ответчик до ДАТА являлся директором указанной организации. При опубликовании отчета о финансовом состоянии ЗАО «МОНОЛИТ» ФИО2 усмотрел в указанном отчете якобы клеветнические сведения в его отношении, в связи с чем обратился в мировой суд судебного участка НОМЕР г. Златоуста Челябинской области с заявлением о привлечении истца к уголовной ответственности по ч. 1 ст. 128.1 УК РФ. Приговором от ДАТА истец был оправдан по предъявленному обвинению. Убежден, что обращение ФИО2 с заявлением о возбуждении уголовного дела не ставило перед собой цель защитить свои права и законные интересы. Сам факт привлечения к уголовной ответственности и появления статуса подсудимый вызвал серьезные нравственные переживания, вплоть до вступления в законную силу было постоянное чувство тревоги, под угрозу поставлена деловая репутация как гражданина, так и арбитражного управляющего.

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержал по основаниям, изложенным в иске.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, извещен.

Выслушав пояснения истца, исследовав все материалы дела, суд полагает, что исковые требования ФИО1 не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Судом установлено и следует из материалов дела, что мировым судьей, исполняющим обязанности мирового судьи судебного участка НОМЕР г. Златоуста Челябинской области рассмотрены материалы уголовного дела в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 128.1 УК РФ.

Приговором мирового судьи, исполняющего обязанности мирового судьи судебного участка НОМЕР г. Златоуста Челябинской области от ДАТА, вступившим в законную силу ДАТА, ФИО1 признан невиновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 128.1 УК РФ, и оправдан в связи с отсутствием в деянии состава преступления (л.д. 11-20).

В соответствии со ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: в частности, вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ;

Однако положения данной статьи подлежат применению в системном толковании с положениями статей 151, 1064, 1070 и 1099 этого же Кодекса.

Положениями п. 1 ст. 1099 ГК РФ установлено, что основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 названного Кодекса.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства.

По общему правилу, установленному п. 1 ст. 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Законом может быть установлена обязанность лица, не являющегося причинителем вреда, выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда (пункт 1). Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2).

Таким образом, указанные выше положения устанавливают общий принцип наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред только при наличии вины причинителя, исключения из которого при строго определенных случаях должны быть прямо закреплены в законе.

Такие исключения установлены специальными нормами для предусмотренных ст. 1100 ГК РФ случаев, в частности, для случаев причинения вреда гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ – п. 1 ст. 1070 ГК РФ, согласно которому вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет соответствующей казны в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда.

В соответствии с п. 2 ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекший последствий, предусмотренных пунктом 1 данной статьи, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены ст. 1069 ГК РФ, то есть при наличии вины причинителя.

Таким образом, из смысла положений ст. 1064, 1070 и 1100 ГК РФ в их системном толковании следует, что компенсация морального вреда, причиненного в результате уголовного преследования, осуществляется независимо от вины причинителя в случаях наступления последствий, указанных в п. 1 ст. 1070 ГК РФ, и при условии причинения его должностными лицами либо государственными органами, указанными в данной норме закона.

В соответствии с конституционно-правовой позицией, изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 17 октября 2011 года № 22-П по делу о проверке конституционности частей первой и второй статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан ФИО4, ФИО5 и ФИО6, применимость специального порядка возмещения государством вреда предрешается не видом уголовного преследования, а особым статусом причинителя вреда, каковым могут обладать лишь упомянутые в ч. 1 ст. 133 УПК РФ государственные органы и должностные лица - орган дознания, дознаватель, следователь, прокурор и суд - независимо от занимаемого ими места в системе разделения властей (пункт 3).

Специфика правовой природы дел частного обвинения, уголовное преследование по которым осуществляется частным обвинителем, ограничивает применение к ним положений главы 18 УПК РФ. Вынесение мировым судьей оправдательного приговора в отношении подсудимого по такому делу не порождает обязанность государства возместить причиненный ему вред (если он не был причинен иными незаконными действиями или решениями судьи), поскольку причинителем вреда в данном случае является частный обвинитель, выдвинувший необоснованное обвинение (пункт 5).

В названном выше Постановлении Конституционного Суда РФ также указано, что при оправдании подсудимого по делу частного обвинения суд вправе взыскать процессуальные издержки полностью или частично с лица, по жалобе которого было начато производство по данному делу (часть 9 статьи 132 УПК РФ). Взыскание в пользу реабилитированного расходов, понесенных им в связи с привлечением к участию в уголовном деле, со стороны обвинения, допустившей необоснованное уголовное преследование подсудимого, является неблагоприятным последствием ее деятельности. Возмещение же иного вреда за счет средств частного обвинителя главой 18 УПК РФ не предусматривается. Реализация потерпевшим его процессуальных прав по делам частного обвинения не меняет публично-правовой сущности уголовной ответственности и не является основанием для постановки его в равные правовые условия с государством в части возмещения вреда в полном объеме и независимо от наличия его вины (пункт 5).

Приведенное Конституционным Судом РФ различие в установлении оснований ответственности в зависимости от субъекта причинителя вреда обусловлено спецификой деятельности правоохранительных органов, при которой возможно невиновное причинение вреда вследствие принятия незаконных решений, в частности, на основании субъективной оценки доказательств, которые, в свою очередь, могут являться следствием фальсификации или ошибки других лиц (экспертов, переводчиков, свидетелей и т.п.). Кроме того, такая особенность объясняется также участием в расследовании уголовных дел широкого круга должностных лиц, вследствие чего установить вину конкретного должностного лица не во всех случаях представляется возможным.

В отличие от уголовного преследования, осуществляемого в публичном и частно-публичном порядке (части 1, 3, 5 статьи 20 УПК РФ), привлечение к уголовной ответственности по делам частного обвинения, за исключением случаев, предусмотренных частью 4 статьи 20 УПК РФ, является следствием обращения частного обвинителя в суд с заявлением о привлечении к уголовной ответственности конкретного лица.

Такое обращение является одной из форм реализации конституционного права граждан на обращение в государственные органы (статья 33 Конституции Российской Федерации) и конституционного права каждого на судебную защиту (часть 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации).

При этом в отличие от органов дознания, предварительного следствия и государственного обвинения на частного обвинителя не возлагается юридическая обязанность по установлению события преступления и изобличению лица или лиц, виновных в совершении преступления (ч. 2 ст. 21 УПК РФ).

В судебном заседании от 26 апреля 2018 года ФИО2 пояснил, что при обращении в суд с заявлением о привлечении ФИО1 к уголовной ответственности хотел восстановить свое нарушенное право (л.д. 145-148). В материалах дела отсутствуют доказательства того, что обращение ФИО2 в суд в порядке частного обвинения было направлено исключительно на причинение вреда истцу (злоупотребление правом).

Таким образом, исследовав материалы дела, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для компенсации морального вреда, поскольку со стороны частного обвинителя ФИО2 имела место реализация его конституционного права на обращение в органы, к компетенции которых относится рассмотрение поданного заявления. 

Поскольку в иске истцу отказано, то заявленные ко взысканию судебные расходы также не подлежат удовлетворению.

Руководствуясь ст.194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 ФИО12 к ФИО2 ФИО13 о взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов отказать.

Решение может быть обжаловано в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме в Челябинский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Миасский городской суд Челябинской области.

Председательствующий М.Е. Глухова