Дело № 33-401/2026 (33-10729/2025;)

УИД 59RS0035-01-2025-001770-42

Судья Новикова Н.С.

Мотивированное 

апелляционное определение

 изготовлено 30.01.2026г.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Пермь 19.01.2026

Судебная коллегия по гражданским делам Пермского краевого суда в составе председательствующего Мухтаровой И.А.,

судей Букатиной Ю.П., Бабиновой Н.А.

с участием прокурора Цилинской Ю.А.

при секретаре судебного заседания Штейниковой Н.С.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску П1. к ООО «Транссервис» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия,

по апелляционным жалобам П1., ООО «Транссервис» на решение Соликамского городского суда Пермского края от 12.09.2025.

Заслушав доклад судьи Букатиной Ю.П., пояснения представителя ответчика директора ФИО1, изучив материалы дела, судебная коллегия

установила:

Истец П1. обратилась с исковым заявлением к ООО «Транссервис» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате ДТП.

В обоснование иска П1. указала, что 30.10.2023 пострадала в дорожно-транспортном происшествии при следующих обстоятельствах: при пересечении по пешеходному переходу проезжей части пр. Ленина в г. Соликамске на нее был совершен наезд автобусом ПАЗ 4234, гос. номер ** под управлением П2. Собственником автобуса является ответчик ООО «ТРАНССЕРВИС». В результате дорожно-транспортного происшествия ей были причинены множественные повреждения здоровья: ***. По заключению судебно-медицинского эксперта, причиненный истцу вред здоровью расценивается как тяжкий по признаку опасности для жизни.

Несмотря на то, что в отношении водителя П2. в возбуждении уголовного дела отказано, тем не менее, из материала проверки следует, что он не предпринял всех мер для избежания наезда: при переходе П1. проезжей части, она увидела, что движущийся по проезжей части автобус «ПАЗ» стал тормозить, в связи с чем истец приступила к переходу дороги. Но (как пояснил водитель П2.), из-за заснеженности проезжей части он не смог предотвратить наезд, в связи с чем она полагает, что он неверно выбрал скорость, т.е. нарушил требования Правил дорожного движения, предусмотренные в п. 10.1.

После ДТП бригадой скорой медицинской помощи П1. была доставлена в городскую больницу, где была сделана операция: *** (т.е., операция, суть которой заключается в установке трубки из специального материала в плевральную полость (пространство между легким и грудной стенкой). Находилась на стационарном лечении с 30 октября по 30 ноября 2023 года. При выписке рекомендовано передвижение на костылях с исключением нагрузки на правую ногу не менее 6-ти месяцев. Однако после выписки из стационара ходить с использованием костылей (как было указано в рекомендациях) истец не могла по причине травмирования левой руки, в связи с чем училась ходить на ходунках. В конце февраля 2024 стала учиться ходить без ходунков. По состоянию здоровья вынуждена была уволиться с работы. В настоящее время ограничена в выполнении физической работы, испытывает боль в левой руке, а также головные боли, нарушился сон, из-за переломов ребер вынуждена ходить в бандаже, который помогает снижать нагрузку на ребра. Истец обеспокоена своим будущим: во-первых, в отношении своего здоровья, которое с возрастом будет ухудшаться от последствий полученных травм, во-вторых, в отношении своего материального положения, поскольку вынуждена была прекратить работу на крупном промышленном предприятии, и не знает, сможет ли работать в дальнейшем, найти работу, которая будет соответствовать ее нынешнему состоянию здоровья.

Все перечисленные обстоятельства причиняли и причиняют истцу физические и нравственные страдания. Причиненный моральный вред истец оценивает в один миллион рублей, которые подлежит взысканию с ответчика (л.д.3-8).

Решением Соликамского городского суда Пермского края от 12.09.2025 с ООО «Транссервис» в пользу П1. взыскана компенсация морального вреда, причиненного в результате ДТП, в размере 250 000 рублей. В удовлетворении остальной части исковых требований П1. отказано.

С ООО «ТРАНССЕРВИС» взыскана государственная пошлина в доход бюджета муниципального образования Соликамский муниципальный округ в сумме 3 000 рублей (л.д.122-125).

Не согласившись с определённым судом размером компенсации морального вреда, истец обратилась с апелляционной жалобой. Считает, что взысканный размер компенсации морального вреда не соответствует тем последствиям, которые наступили для нее, в том числе изменение привычного образа жизни. Из-за состояния ее здоровья она не может работать, так как не выносит физических нагрузок. Поскольку отсутствует возможность работать в связи с отсутствием физической возможности в ПАО «***» она не может проживать в городе Соликамск, в связи с тем, что не может платить за съемную квартиру. В результате чего она была вынуждена вернуться в свой поселок **** Чердынского района, где нет для нее работы. Она стала физически немощным человеком. В настоящее время до сих пор сохраняются последствия полученных травм – сильные боли. На основании изложенного просит решение суда изменить в части размера компенсации морального вреда, удовлетворив требования в полном объеме (л.д.131-134).

Ответчиком ООО «Транссервис» также принесена апелляционная жалоба, в обоснование доводов которой указывает, что водитель автобуса не располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешехода путем применения экстренного торможения. При этом в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела отмечено, что происшествие стало возможным в связи с нарушение со стороны пешехода П1. Показания водителя и кондуктора Ф. свидетельствуют о том, что ДТП явилось следствием грубой неосторожности со стороны пешехода П1. Кроме того, потерпевшей произведена страховая выплата в сумме 500000 рублей. Вместе с тем апеллянт отмечает об увеличении стоимости затрат на закупку дизельного топлива, горюче смазочных материалов и запасных частей, необходимых для обслуживания автобусов, рост цен на которые в отсутствие повышения тарифа за проезд ставит перевозчиков в тяжелое финансовое положение.

При таких условия автор жалобы считает, что взысканная с ООО «Транссервис» компенсация морального вреда в размере 250000 рублей не соответствует разумности и справедливости, в связи с чем просит снизить ее размер до 50000 рублей (л.д.138-142).

Представитель ответчика ФИО1, действующий на основании выписки из Единого государственного реестра юридических лиц, в судебном заседании на доводах апелляционной жалобы настаивал. Дополнительно пояснил, что на 31.12.2025 срок действия муниципального контракта на перевозку истек, на 2026 год контракт с Обществом не заключен. Возможно, ответчик прекратит свою деятельность, поэтому сумма взысканная судом первой инстанции является обременительной.

Прокурор Цилинская Ю.А. не усмотрела правовых оснований для изменения размера компенсации морального вреда. Относительно доводов о наличии в действиях истца грубой неосторожности указала, что судом грубой неосторожности в действия истца не установлено, истец за грубое нарушение правил дорожного движения к ответственности не привлечена.

Истец в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, просила о рассмотрении апелляционной жалобы в ее отсутствие.

Третье лицо П2. в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом.

Руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия определила рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Заслушав лиц, участвующих деле, проверив законность и обоснованность обжалуемого решения, согласно требованиям ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из доводов апелляционных жалоб, судебная коллегия приходит к следующему.

В силу ст. 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Согласно ч. 1 ст. 20 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на жизнь. Согласно ст. 17 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина признаются и гарантируются согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией РФ.

Согласно ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье и иные нематериальны блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Как установлено п. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации, основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно п. п. 1, 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В силу п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 указанного Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.) (абз.2 п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Как предусмотрено ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В силу положений ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Пунктом 12 постановление Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» предусмотрено, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099, 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (п.2 ст. 1067 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 25-27 указанного постановление Пленума Верховного Суда РФ, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований (пункт 25 постановления).

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 постановления).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага (пункт 27 постановления).

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (п. 28 постановления).

Судом установлено и следует из материалов дела, что 30.10.2023 около 17:00 часов на проезжей части автодороги пр. Ленина г. Соликамска, водитель автобуса «ПАЗ-34234», государственный регистрационный знак **, П2. допустил наезд на пешехода П1., которая пересекала проезжую часть дороги по нерегулируемому пешеходному переходу справа налево по ходу движения транспортного средства. В результате происшествия пешеходу П1. причинены телесные повреждения, которые квалифицируются как тяжкий вред здоровью человека.

Согласно заключению эксперта ** м/д у П1. были зафиксированы: ***.

Постановлением начальника отделения следственного отдела ОМВД России по Соликамского городскому округу от 27.05.2024 отказано в возбуждении уголовного дела в отношении водителя автобуса «ПАЗ-34234», государственный регистрационный знак **, П2., в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в его действиях состава преступления (л.д.15-17).

В данном постановлении указано, что согласно заключению автотехнической экспертизы № 179 (л.д. 110-117) в рассматриваемой дорожной ситуации водитель автобуса «ПАЗ» не располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешехода путем применения мер экстренного торможения. В рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации, для обеспечения безопасности движения, водитель автобуса «ПАЗ» должен был руководствоваться требованиями п. 14.1 Правил дорожного движения. С технической точки зрения, в действиях водителя автобуса «ПАЗ» несоответствии требованиями п.14.1 Правил дорожного движения не усматривается. В рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации, для обеспечения безопасности движения пешеходу следовало руководствоваться требованиями п. 4.5 Правил дорожного движения.

То обстоятельство, что водитель автобуса «ПАЗ» П2. по состоянию на 30.10.2023 состоял в трудовых отношениях с ООО «Транссервис» не оспаривалось сторонами в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции.

Разрешая заявленные исковые требования, установив, что при дорожно-транспортном происшествии П1. причинен вред здоровью, суд пришел к выводу, что обязанность по компенсации морального вреда должна быть возложена на ООО «Транссервис», как на владельца источника повышенной опасности, ответственность у которого наступает независимо от наличия вины в совершении дорожно-транспортного происшествия, в результате которого истцу причинен тяжкий вред здоровью.

При этом суд не установил в действиях истца грубой неосторожности.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика в пользу истца, суд первой инстанции, принимая во внимание обстоятельства дела, характер и степень тяжести, причиненных П1. телесных повреждений, физических и нравственных страданий, вызванных полученными травмами, длительностью лечения (32 дня стационара), которое в том числе длится по настоящее время, хирургическое вмешательство, изменение привычного образа жизни (передвижение с ходунками, в бандаже), учитывая индивидуальные особенности потерпевшей и иные обстоятельства дела, пришел к выводу, что требованию разумности и справедливости отвечает компенсация в размере 250 000 рублей.

Судебная коллегия соглашается с вышеуказанными выводами, не находя по доводам апелляционных жалоб оснований для их переоценки.

В соответствии с п. 1 ст. 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 указанного Кодекса.

Согласно п. 1 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, возникший вследствие умысла потерпевшего, возмещению не подлежит. Если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен (п.2).

Понятие грубой неосторожности применимо в случае возможности правильной оценки ситуации, которой потерпевший пренебрег, допустив действия либо бездействия, привлекшие неблагоприятные последствия. Грубая неосторожность предполагает предвидение потерпевшим большой вероятности наступления вредоносных последствий своего поведения и наличие легкомысленного расчета, что они не наступят.

При этом по смыслу ч. 2 ст. 1064 и ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность доказать наличие умысла или грубой неосторожности потерпевшего возлагается на лицо, причинившее вред.

Как разъяснено в п. 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 года N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», если при причинении вреда жизни или здоровью гражданина имела место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствовала вина причинителя вреда, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом, но полностью отказ в возмещении вреда в этом случае не допускается (п.2 ст. 1083 ГК РФ). Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).

Пунктом 4.3 Правил дорожного движения установлено, что пешеходы должны переходить дорогу по пешеходным переходам, в том числе по подземным и надземным, а при их отсутствии – на перекрестках по линии тротуаров или обочин.

Пунктом 4.4 Правил дорожного движения предусмотрено, что в местах, где движение регулируется, пешеходы должны руководствоваться сигналами регулировщика или пешеходного светофора, а при его отсутствии - транспортного светофора.

На пешеходных переходах пешеходы могут выходить на проезжую часть (трамвайные пути) после того, как оценят расстояние до приближающихся транспортных средств, их скорость и убедятся, что переход будет для них безопасен. При переходе дороги вне пешеходного перехода пешеходы, кроме того, не должны создавать помех для движения транспортных средств и выходить из-за стоящего транспортного средства или иного препятствия, ограничивающего обзорность, не убедившись в отсутствии приближающихся транспортных средств (п. 4.5 Правил дорожного движения).

По смыслу указанных положений Правил дорожного движения следует, что при выходе на проезжую часть, в том числе в месте, специально предусмотренном Правилами для ее пересечения, пешеход должен предварительного убедиться в безопасности своего движения и отсутствии помех.

В поданной ответчиком жалобе автор ссылается на показания водителя П2. и кондуктора Ф., которые, по мнению апеллянта, свидетельствуют о том, что ДТП явилось следствием грубой неосторожности со стороны самой П1.

Согласно объяснений водителя П2., данных в ходе проведения проверки по материалу КУСП ** по факту произошедшего ДТП следует, что в вечернее время 30.10.2023 управляя автобусом «ПАЗ – 4234» государственный регистрационный знак ** проезжая по пр. Ленина в г. Соликамске при пасмурной погоде и наличии осадков в виде мокрого снега, он увидел, что на пешеходной дорожке с правой стороны по ходу направления его движения напротив нерегулируемого пешеходного перехода стоит пешеход на расстоянии около 0,5 метров от края проезжей части дороги, с находящимся в руках сотовым телефоном. При этом пешеход топтался стоя на месте, переминаясь с ноги на ногу. Подъезжая к пешеходному переходу, он снизил скорость автобуса, примерно до 30 км/час, и наблюдал за пешеходом. Пешеход продолжал стоять на месте, что-то смотрел в свой телефон, к проезжей части дороги не походил, по сторонам не смотрел, т.е. своими действиями пешеход не давал понять, что намерен перейти проезжую часть дороги. Никакой опасности для движения пешеход ему не создавал. Он понял, что пешеход занят сотовым телефоном, и не собирается переходить проезжую часть дороги, продолжил движение с постоянной скоростью около 30 км/час. На расстоянии около 100 метров за пешеходным переходом расположена автобусная остановка, на которой он собирался произвести остановку, поэтому скорость не увеличивал. Когда расстояние от автобуса до пешеходного перехода составляло около 10-15 метров, пешеход возобновил движение и начал с места бегом пересекать проезжую часть дороги на противоположную сторону. Он сразу предпринял меры экстренного торможения, вывернув руль влево. Из-за незначительного расстояния наезда на пешехода избежать не удалось, т.к. автобус лишь медленно снижал скорость по инерции по заснеженной проезжей части дороги.

Из объяснений Ф. следует, что она работает кондуктором в ООО «Транссервис», 30.10.2023 находилась на смене, работала на автобусе «ПАЗ», который осуществлял пассажирские перевозки по регулярному маршруту № ** следования микрорайон «Клестовка» - СКРУ № 2 ПАО «УралКалий», водителем являлся П2.. При движении по пр. Ленина в г. Соликамске в вечернее время, при заполненном пассажирами автобусе, она почувствовала снижение скорости автобуса. Обратив внимание в лобовое стекло автобуса, она увидела, что на расстоянии около 0,5 – 1 метра от края проезжей части дороги, расположенного с правой стороны по ходу направления движения автобуса, напротив нерегулируемого пешеходного перехода стоит пешеход в руках которого находился сотовый телефон. Пешеход своими действиями никак не показывал, что собирается пересекать проезжую часть: близко к проезжей части не подходил, по сторонам не смотрел. Водитель продолжал движение автобуса, скорость движения была незначительной, так как за пешеходным переходом находилась остановка автобуса на которой должна была произойти остановка. На расстоянии 10-15 метров, пешеход начал движение, при этом по сторонам не смотрел, начал перебегать дорогу. Водитель П2. предпринял меры к экстренному торможению, стоящие пассажиры начали наваливаться друг на друга, но автобус продолжил движение по инерции. В результате указанных действий произошел наезд на пешехода.

Потерпевшая П1. в рамках проверки по материалу КУСП ** пояснила, что подойдя к проезжей части дороги, она остановилась перед проезжей части дороги, осмотрелась по сторонам. Видела, что с левой стороны от нее к пешеходному переходу подъехал автомобиль, но какой автомобиль сказать не может, т.к. сам автомобиль из-за света фар не видела. Увидев, что водитель автомобиля ее пропускает, она начала переходить проезжую часть дороги на противоположную сторону. Точно помнит, что вступила на проезжую часть дороги, что происходило дальше, не помнит. Пересекала проезжую часть шагом. Обстоятельств ДТП не помнит. На дополнительные вопросы следователя потерпевшая пояснила, что она не правильно выразилась, автомобиль уехал, только после этого она начала переходить дорогу, в это время с левой стороны никого не было. Ее телефон был в кармане одежды, в руках ничего не было. Под автобус она не бросалась.

С учетом установленных при рассмотрении дела обстоятельств, судебная коллегия полагает об отсутствии оснований для применения положений п. 2 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с отсутствием в действиях П1. грубой неосторожности поскольку сам по себе переход пешеходом проезжей части по нерегулируемому пешеходному переходу в нарушение п. 4.5 Правил дорожного движения не свидетельствует о наличии таковой. Судебной коллегией установлено, что на участке дороги, где произошло дорожно-транспортное происшествие, установлен дорожный знак «пешеходный переход», именно в предназначенном для перехода месте истец переходила проезжую часть. Действия истца, которая не убедилась в безопасности своего маневра при переходе автомобильной дороги по нерегулируемому пешеходному переходу судебной коллегией признаются неосторожностью. Оснований считать, что П1. допустила грубую неосторожность, то есть пренебрегла общеизвестными для пешехода правилами безопасности, в том числе п. 4.5 Правил дорожного движения, проигнорировала очевидную для нее опасность причинения вреда и тем самым способствовала совершению дорожно-транспортного происшествия, по материалам дела не имеется, стороной ответчика таких доказательств не представлено.

В данной дорожно-транспортной ситуации водитель П2. должен был вести транспортное средство с учетом интенсивности движения, особенности и состояния транспортного средства, дорожных и метеорологических условий. При этом скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, то есть должен руководствоваться пунктом 10.1 Правил дорожного движения.

Обстоятельств, свидетельствующих о том, что вред возник вследствие умысла истца, которые могут быть основанием для полного освобождения ответчика от гражданско-правовой ответственности, в данном случае не установлено.

Вопреки доводам жалобы ответчика выплата ООО «Страховой фирмой «Адонис» по договору ОСАГО страховой выплаты П1., в связи с причинением вреда здоровью в размере 500000 рублей (л.д. 100-101) правого значения при определении размера компенсации морального вреда не имеет.

Доказательств того, что из-за полученных в результате транспортного происшествия травм П1. не может работать ни суду, ни судебной коллегии не представлено.

С учетом, установленных по делу обстоятельств, требований разумности и справедливости, а также того обстоятельства, что размер компенсации морального вреда не поддается точному денежному подсчету и взыскивается с целью смягчения эмоционально-психологического состояния лица, которому он причинен, судебная коллегия соглашается с определенным судом первой инстанции размером компенсации морального вреда в размере 250 000 рублей, не усматривая оснований для его увеличения или уменьшения по доводам апелляционных жалоб.

С учетом разъяснений п.п. 25 – 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» судебная коллегия полагает установленный размер компенсации отвечает фактическим обстоятельствам дорожно-транспортного происшествия, а также юридически значимым обстоятельствам: тяжесть причиненного вреда, что с учетом индивидуальных особенностей истца сказалось на длительности и характере лечения, изменении привычного образа жизни. При этом доводы ответчика о тяжелом имущественном положении организации не могут служить основанием для изменения взысканного размера морального вреда, поскольку в материалы дела не представлено доказательств такого, в связи с чем данное обстоятельство не может быть учтено при определении размера компенсации морального вреда.

Иные доводы апелляционных жалоб сводятся к несогласию с взысканным размером компенсации морального вреда, направлены на переоценку выводов районного суда, сделанных при правильном применении норм материального права, полном и всестороннем исследовании доказательств по делу и правильной оценке установленных по делу обстоятельств.

При таких обстоятельствах, предусмотренных законом оснований для отмены судебного акта, постановленного в соответствии с требованиями закона и фактическими обстоятельствами дела, не имеется.

Руководствуясь статьями 199, 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Соликамского городского суда Пермского края от 12.09.2025 оставить без изменения, апелляционные жалобы П1., ООО «Транссервис» – без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи: