Судья Садыков Р.Р. УИД 16RS0038-01-2025-000610-73

Дело № 2-641/2025

Дело № 33-17624/2025

Учет № 212г

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

18 декабря 2025 года город Казань

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан в составе:

председательствующего Гиниатуллиной Ф.И.,

судей Новосельцева С.В., Сахиповой Г.А.,

с участием прокурора Янусика А.С.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Гарифуллиным А.Л.,

рассмотрела в открытом судебном заседании по докладу судьи Новосельцева С.В. гражданское дело по апелляционным жалобам представителя ФИО1 – ФИО2 и представителя ФИО3 – ФИО4 на решение Елабужского городского суда Республики Татарстан от 23 июля 2025 года, которым постановлено:

иск ФИО3 действующего в своих интересах и интересах несовершеннолетних С.Р., ФИО5, К.Р. к индивидуальному предпринимателю ФИО6, ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного дорожно-транспортным происшествием – удовлетворить частично.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО6 в пользу ФИО3 действующего в своих интересах и интересах несовершеннолетних ФИО7, ФИО5, ФИО8 по 100 000 рублей в пользу каждого в качестве денежной компенсации морального вреда, а также судебные расходы в размере 15 000 руб.

Взыскать с ФИО1 в пользу ФИО3 действующего в своих интересах и интересах несовершеннолетних ФИО7, ФИО5, ФИО8 по 300 000 рублей в пользу каждого в качестве денежной компенсации морального вреда, а также судебные расходы в размере 45 000 руб.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО5 и ФИО3, действующий в своих интересах и в интересах несовершеннолетних С.Р. и К.Р. обратились с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО6, ФИО9, ФИО1 о компенсации морального вреда.

В обоснование иска указали, что 8 ноября 2022 года в 16 часов 10 минут на дороге на территории 

<

адрес> участием автомобиля Камаз с государственным регистрационным знаком .... принадлежащего ФИО1 под управлением ФИО9 и автобуса «Нефаз» с государственным регистрационным знаком .... принадлежащего ИП «ФИО6» под управлением И.А.

В результате ДТП пассажир автобуса Р.Р. погибла на месте ДТП. Виновным в ДТП был признан ФИО9

Истцы являются мужем и детьми погибшей Р.Р.

Р.Р. указывает, что он очень тяжело переживает утрату супруги, за годы совместной жизни они всегда вместе преодолевали трудности, были опорой и поддержкой друг другу, искренне любили и уважали друг друга. ФИО3 познакомился с Р.Р. в 2004 году, а в 2005 году они поженились. За время совместного брака, продлившегося 17 лет, у них родились три дочки: ФИО5, 

<

дата> года рождения, К.Р., 

<

дата> года рождения и С.Р., 

<

дата> года рождения.

Дети также очень тяжело восприняли утрату матери. В виду того, что Р.Р. большую часть своей жизни проработала в школе педагогом начальных классов, ее дети всегда были у нее на виду в рабочее время, после работы она также старалась проводить больше времени со своими детьми. ФИО3 отмечает, что в настоящее время, если они вспоминают о своей маме, то очень долгое время прибывают в негативном настроении, «уходят в себя», во избежание этого ФИО3 старается как можно больше окружить своих дочерей вниманием, а также в целом занять их время, чтобы как-то отвлечь от тяжелой утраты. Р.Р. много усилий вкладывала в воспитание своих дочерей, всегда поддерживала их во всех их начинаниях, регулярно занималась с ними как по домашним заданиям, так и в индивидуальном порядке, чтобы дети лучше осваивали образовательные программы, Р.Р. знала индивидуальные особенности своих дочерей и в соответствии с ними организовывала их быт.

ФИО3, ФИО10 указывают, что утрата любимого им человека была тяжело ими воспринята не только в силу большой взаимной привязанности, но и в силу сильного изменения привычного образа жизни. В частности, ФИО3 отмечает, что после смерти Р.Р. ему стало тяжело поддерживать тот же бытовой уклад, который сложился в семье С-вых за многие годы совместной жизни. Р.Р. всегда содержала их квартиру в чистоте, окружала всех членов семьи заботой и уютом, готовила различные блюда, планировала отдых семьи, как на выходные так и в периоды отпусков, ухаживала за домочадцами в периоды болезни, совместно с ФИО3 контролировала успеваемость в школе их детей и при необходимости помогала с домашними заданиями. Р.Р. прилагала большие усилия, чтобы всем было всегда комфортно и уютно.

ФИО3 указывает, что ему особенно трудно пришлось в первые месяцы после смерти супруги, в тот период, оставшись один с несовершеннолетними дочками, он часто обращался за помощью к своей матери, чтобы она помогла присмотреть за детьми, обустроить быт, окружить заботой оставшихся без матери детей. Со временем обязанности перераспределились между старшими дочками, однако тот уровень бытовых условий какой он был до смерти Р.Р. они утратили.

В связи со смертью Р.Р. они перенесли нервный стресс и продолжают испытывать негативные переживания, обусловленные потерей близкого им человека, невозможностью поддерживать родственные связи, нарушением общих планов на будущее, сбоем привычного ритма жизни и сферы общения.

На основании изложенного истцы просили взыскать солидарно с ФИО9, ФИО1, ИП ФИО6 компенсацию морального вреда в пользу ФИО3 в размере 2 000 000 рублей, расходы на оплату услуг представителя 60 000 рублей; взыскать солидарно с ФИО9, ФИО1, ИП ФИО6 компенсацию морального вреда в пользу С.Р. в размере 2 000 000 рублей; взыскать солидарно с ФИО9, ФИО1, ИП ФИО6 компенсацию морального вреда в пользу ФИО5 в размере 2 000 000 рублей. Взыскать солидарно с ФИО9, ФИО1, ИП ФИО6 компенсацию морального вреда в пользу К.Р. в размере 2 000 000 рублей.

В судебном заседании представитель истцов исковые требования поддержал, просила удовлетворить.

Представитель ответчика ИП ФИО6 в судебном заседании просил в удовлетворении иска отказать.

Ответчик ФИО1 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом.

Прокурор Мадюкова З.Д. просила удовлетворить исковое заявление частично.

Определением Елабужского городского суда Республики Татарстан от 23 июля 2025 года производство по делу в отношении ФИО9 прекращено в связи со смертью.

Судом в приведенной выше формулировке принято решение о частичном удовлетворении заявленных истцами требований.

В апелляционной жалобе представитель истца, выражая несогласие с постановленным по делу решением, просит его отменить, как незаконное и необоснованное, принять новое решение об удовлетворении иска в полном объеме. Указывает, что судом первой инстанции не дана оценка ряду обстоятельств, которые определяют размер компенсации морального вреда и необоснованно снизил размер компенсации морального вреда.

Представитель ответчика ФИО1 – ФИО2 в своей апелляционной жалобе просил решение суда первой инстанции изменить, снизив размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ФИО1 Полагает размер компенсации морального вреда завышенным, определенный судом без учета личности ФИО1

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ФИО3 – ФИО4 доводы своей апелляционной жалобы поддержал, с доводами жалобы ответчика ФИО1 не согласился.

Ответчик ФИО1 и его представитель – ФИО2 в судебном заседании доводы своей апелляционной жалобы поддержали, с доводами жалобы стороны истца не согласились.

Прокурор Янусик А.С. в своем заключении по делу полагал, что судом первой инстанции неправильно применены положения гражданского законодательства относительно пропорционального распределения сумм компенсации морального вреда. Так же полагает, определенный судом размер компенсации морального вреда заниженным, подлежащим увеличению.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, извещены о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы надлежащим образом, об отложении рассмотрения дела ходатайств в апелляционную инстанцию не представили, о причинах своей неявки не сообщили. При указанных обстоятельствах, учитывая положения статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного решения по правилам части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

В силу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Законом может быть установлена обязанность лица, не являющегося причинителем вреда, выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда.

Согласно пункту 2 статьи 1064 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Из этого следует, что на потерпевшем лежит обязанность доказать факт причинения вреда, его размер, а также то обстоятельство, что причинителем вреда является именно то лицо, которое указывается в качестве ответчика (причинную связь между его действиями и нанесенным ущербом). В свою очередь, причинитель вреда несет только обязанность по доказыванию отсутствия своей вины в таком причинении, если законом не предусмотрена ответственность без вины.

Судом установлено, что 8 ноября 2022 года в 16 часов 10 минут ФИО9 управляя автомобилем «Камаз» с государственным регистрационным знаком .... двигаясь по правой полосе автомобильной 

<

адрес> при совершении маневра поворота налево совершил столкновение с автобусом «Нефаз» с государственным регистрационным знаком .... В результате ДТП пассажирка автобуса «Нефаз» Р.Р. погибла на месте.

8 ноября 2022 года старшим следователем СО ОМВД России по Елабужскому району Ж.Е. в отношении ФИО9 возбуждено уголовное дело по части 3 статьи 264 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Согласно свидетельству о смерти .... от 

<

дата> ФИО9 умер 

<

дата>.

Постановлением следователя СО ОМВД России по Елабужскому району от 30 апреля 2025 года производство по уголовному делу в отношении ФИО9 прекращено по пункту 4 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи со смертью обвиняемого.

Собственником автомобиля «Камаз» с государственным регистрационным знаком .... являлся ФИО1

Собственником автобуса «Нефаз» с государственным регистрационным знаком .... являлась ФИО6

Разрешая спор и частично удовлетворяя исковые требования о компенсации морального вреда, суд первой инстанции исходил из того, что смерть наступила вследствие полученных в дорожно-транспортном происшествии телесных повреждений по вине водителя ФИО9 Руководствуясь положениями статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку ИП ФИО6 и ФИО1 являются владельцами источника повышенной опасности, судом на указанных лиц возложена ответственность по возмещению причиненного истцам морального вреда.

Судебная коллегия полагает, что судом первой инстанции допущены нарушения норм материального и процессуального права, которые выразились в следующем.

Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно части 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Согласно статье 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Согласно разъяснений, приведенных в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года .... «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Потерпевший – истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). В случаях, предусмотренных законом, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, статьи 1095 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из нормативных положений Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положений статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что в случае причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) в связи с причинением вреда жизни и здоровья их близкому родственнику, другому лицу, являющемуся членом семьи по иным основаниям.

Из материалов дела следует, что 8 ноября 2022 года в 16 часов 10 минут ФИО9 управляя автомобилем «Камаз» с государственным регистрационным знаком .... двигаясь по правой полосе 

<

адрес>» при совершении маневра поворота налево совершил столкновение с автобусом «Нефаз» с государственным регистрационным знаком .....

В результате ДТП пассажирка автобуса «Нефаз» Р.Р. погибла на месте.

Постановлением старшего следователя СО Отдела МВД России по Елабужскому району от 8 ноября 2022 года возбуждено уголовное дело в отношении ФИО9 по признакам преступления, предусмотренного частью 3 статьи 264 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Постановлением следователя от 16 октября 2023 года ФИО9 привлечен в качестве обвиняемого и ему предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных частью 1 статьи 264.1, пунктами «а, в» части 4 статьи 264 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Из данного постановления следует, что 8 ноября 2022 года ФИО9. будучи лишенным права управления, находясь в состоянии алкогольного опьянения примерно в 16 часов 10 минут управляя автомобилем «Камаз» с государственным регистрационным знаком ...., намеревался выполнить маневр поворота налево, оборудованном в разрыве разделительной полосы, но не обозначенным соответствующими дорожными знаками. ФИО9 перед началом маневра не убедился в безопасности маневра, в том, что этим маневром он не создаст помех другим участникам дорожного движения, заблаговременно не занял соответствующее крайнее положение на проезжей части, предназначенной для движения в данном направлении, а вместо этого включил световой сигнал левого поворота, который не дает водителю преимущества и не освобождает его от принятия мер предосторожности, приступил к выполнению маневра левого поворота из крайней правой полосы проезжей части своего направления. ФИО9 будучи обязанным уступить дорогу попутным транспортным средствам, выехал на левую полосу проезжей части, перед близко двигавшимся по ней автомобилем, пользующимся преимуществом в движении, тем самым не уступил дорогу, создал помеху для движения, где совершил столкновение с автобусом марки «Нефаз» государственный знак .... под управлением водителя И.А., двигавшимся в попутном с ним направлении полевой полосе проезжей части, с 19-тью пассажирами в салоне.

В результате дорожно-транспортного происшествия пассажир автобуса марки «Нефаз» государственный знак .... Р.Р. находившаяся на переднем пассажирском сиденье от полученных телесных повреждений скончалась па месте дорожно-транспортного происшествия.

Заключением эксперта (экспертиза трупа) от 

<

дата> .... установлена прямая причинно-следственная связь между ДТП и смертью Р.Р.

В связи с призывом ФИО9 на военную службу производство предварительного следствия приостановлено.

Постановлением следователя СО ОМВД России по Елабужскому району от 30 апреля 2025 года производство по уголовному делу в отношении ФИО9 прекращено по пункту 4 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи со смертью обвиняемого.

Согласно свидетельству о регистрации транспортного средства «Камаз» с государственным регистрационным знаком ...., собственником автомобиля является ФИО1 (л.д. 91).

Собственником автобуса «Нефаз» с государственным регистрационным знаком .... являлась ФИО6

Поскольку родственники в связи со смертью потерпевшего во всех случаях испытывают физические или нравственные страдания, факт причинения им морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

В соответствии с пунктами 1 и 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Владельцы источников повышенной опасности солидарно несут ответственность за вред, причиненный в результате взаимодействия этих источников (столкновения транспортных средств и т.п.) третьим лицам по основаниям, предусмотренным пунктом 1 настоящей статьи.

Возлагая на причинителей вреда ответственность по компенсации морального вреда солидарно или в долевом порядке, суд должен указать мотивы принятого им решения.

Судам следует также иметь в виду, что в силу пункта 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации владельцы источников повышенной опасности, взаимодействием которых причинен моральный вред третьим лицам (например, пассажирам транспортного средства, пешеходам, их родственникам или членам семьи вследствие травмы или гибели указанных лиц), солидарно возмещают моральный вред независимо от вины каждого из них по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Из приведенных нормативных положений и разъяснений постановлений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что в случае причинения вреда третьим лицам в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцы солидарно несут ответственность за такой вред. В данном правоотношении обязанность по возмещению вреда, в частности компенсации морального вреда, владельцами источников повышенной опасности исполняется солидарно. При этом солидарные должники остаются обязанными до полного возмещения вреда потерпевшему. Основанием для освобождения владельцев источников повышенной опасности от ответственности за возникший вред независимо от того, виновен владелец источника повышенной опасности в причинении вреда или нет, является умысел потерпевшего или непреодолимая сила. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Учитывая, что предметом настоящего спора является возмещение вреда, причиненного в результате взаимодействия источников повышенной опасности третьему лицу, правоотношения сторон регулируются абзацем первым пункта 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации о солидарной ответственности владельцев источников повышенной опасности за вред, причиненный третьим лицам, однако суд первой инстанции не применил при разрешении спора указанные положения закона, в связи с чем решение Елабужского городского суда Республики Татарстан от 23 июля 2025 года нельзя признать законным.

Установив, что водитель И.А. в момент исследуемого дорожно-транспортного происшествия выполнял свои обязанности по договору оказания услуг водителя с индивидуальным предпринимателем ФИО6, а ФИО1 добровольно передал автомобиль «Камаз» сыну ФИО9 для работы, то именно ФИО9 и ИП ФИО6 являются законными владельцами источников повышенной опасности, в результате взаимодействия с которыми наступила смерть Р.Р., соответственно они обязаны нести гражданско-правовую ответственность, в том числе и в отсутствие своей вины.

С учетом приведенных выше положений Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, владельцы источников повышенной опасности (ФИО9 и ИП ФИО6), в результате взаимодействия которых причинен моральный вред членам семьи Р.Р., независимо от вины каждого из них должны возместить причиненный моральный вред по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, в солидарном порядке.

Согласно пункту 14 указанного постановления под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по общему правилу, лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (п. 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Судебная коллегия обращает внимание, что понятия разумности и справедливости размера компенсации морального вреда являются оценочными, не имеют четких критериев в законе, и как категория оценочная определяются судом индивидуально, с учетом особенностей конкретного дела, перечисленных в законе условий, влияющих на размер такого возмещения.

Факт причинения нравственных страданий, связанных со смертью близкого человека – жены и матери, является общеизвестным, в связи с чем, страдания истцов (мужа и детей), вызванные смертью Р.Р., носят неоспоримый характер, поэтому сам факт смерти близкого человека, является для истцов обстоятельством нарушающим психическое благополучие, влечет состояние субъективного эмоционального расстройства, поскольку переживание потери жены и матери рассматривается в качестве сильного переживания, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам. Боль утраты невосполнима как в настоящее время, так и в будущем ввиду утраты родственных связей.

Данные обстоятельства свидетельствуют о значительной степени тяжести переносимых родственниками погибшей (истцами) нравственных и физических страданий.

Судебная коллегия при определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу ФИО3, ФИО10, принимая во внимание фактические обстоятельства дела, характер причиненных нравственных страданий, требования соразмерности компенсации, разумности и справедливости, учитывая, что ФИО3 после смерти супруги остался единственным родителем для трех детей, а для дочерей смерть матери в любом возрасте является глубочайшей, тяжелейшей утратой и травмой, разрушающей фундамент безусловной любви, безопасности и ориентиров, влияя на их дальнейшую жизнь, самооценку и отношения, а также иные заслуживающие внимания обстоятельства (утрата привычного образа жизни, принятия на себя дополнительных обязанностей связанных с заботой о семье), требования разумности и справедливости определяет размер компенсации, подлежащий взысканию солидарно с индивидуального предпринимателя ФИО6 и ФИО1 морального вреда в размере 700 000 рублей в пользу каждого из истцов, отказывая при этом в компенсации морального вреда в более крупном размере.

Судебная коллегия полагает, что определенная выше денежная компенсация морального вреда соразмерна характеру нравственных страданий истцов, не является завышенной, направлена на надлежащее возмещение причиненного истцам вреда, а доводы ответчика не свидетельствуют о том, что взыскание указанной суммы ставит ответчика в чрезмерно тяжелое материальное положение.

В соответствии с частью 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 96 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в данной статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Согласно части 3 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если суд вышестоящей инстанции, не передавая дело на новое рассмотрение, изменит состоявшееся решение суда нижестоящей инстанции или примет новое решение, он соответственно изменяет распределение судебных расходов.

В связи с необходимостью защиты своих прав и интересов ФИО3 обратился за юридической помощью в коллегию адвокатов Республики Татарстан «Рыбак, Коган и партнеры».

Стоимость юридических услуг составила 60 000 рублей, что подтверждается квитанцией от 

<

дата> .... (л.д. 12).

Из данной квитанции также усматривается, что ФИО4 оказаны следующие услуги:

сбор документов, написание искового заявление стоимостью 20 000 рублей,

изучение документов, поступивших от ответчиков в суд стоимостью 5000 рублей,

представление интересов в Елабужском городском суде Республики Татарстан стоимостью 35 000 рублей.

Статьей 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации прямо предусмотрена обязанность суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле, в том числе и путем взыскания денежных средств в счет возмещения расходов на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Пунктом 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 1 от 21 января 2016 года «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснено, что разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

По смыслу разъяснений, содержащихся в пункте 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», с лица, подавшего апелляционную, кассационную или надзорную жалобу, в удовлетворении которой отказано, могут быть взысканы издержки других участников процесса, связанные с рассмотрением жалобы.

В данном случае, в порядке исполнения договорных обязательств представителем истца были оказаны услуги по составлению и подаче искового заявления, представление интересов истца в суде первой инстанции (5 судебных заседания).

Фактическое оказание истцу указанных юридических услуг подтверждено материалами дела, а несение расходов на оплату услуг представителя – квитанцией.

Согласно содержащихся в свободном доступе сведений о средней стоимости услуг юристов и адвокатов в Республике Татарстан средняя стоимость составления документов составляет от 3 000 до 7 000 рублей, представительство по гражданским делам – от 15 000 до 44 000 рублей.

Учитывая объем проделанной представителем работы, количество судебных заседаний, проведенных с его участием, а также принимая во внимание результат рассмотрения дела (частичное удовлетворение иска), присуждение суммы в размере 40 000 рублей не противоречит принципу разумности, установленному в статье 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

В связи с изложенным, судебная коллегия приходит к выводу о взыскании солидарно с индивидуального предпринимателя ФИО6 и ФИО1 в пользу ФИО3 судебных расходов в размере 40 000 рублей.

Согласно пункту 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. Поскольку решение суда первой инстанции изменено и частично отменено в части материального иска, то подлежит изменению и сумма госпошлины, подлежащая взысканию с ответчика в пользу соответствующего бюджета, и согласно нормативам отчислений, подлежит взысканию с ответчиков государственная пошлина в размере 3000 рублей в равных долях по 1500 рублей с каждого.

На основании вышеизложенного решение Елабужского городского суда Республики Татарстан от 23 июля 2025 года подлежит отмене с принятием по дело нового решения о частичном удовлетворении исковых требований.

Руководствуясь статьями 199, 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Елабужского городского суда Республики Татарстан от 23 июля 2025 года отменить, принять по делу новое решение.

Иск ФИО5, ФИО3 действующего в своих интересах и интересах несовершеннолетних С.Р., К.Р. к индивидуальному предпринимателю ФИО6, ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО6 (

<

данные изъяты>) и ФИО1 (

<

данные изъяты>) солидарно в пользу ФИО5 (

<

данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере 700 000 рублей.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО6 (

<

данные изъяты>) и ФИО1 (

<

данные изъяты>) солидарно в пользу ФИО3 (

<

данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере 700 000 рублей, а также судебные расходы в размере 40 000 рублей.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО6 (

<

данные изъяты>) и ФИО1 (

<

данные изъяты>) солидарно в пользу С.Р., К.Р. в лице законного представителя ФИО3 (

<

данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере по 700 000 рублей каждой.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО6 (

<

данные изъяты>) и ФИО1 (

<

данные изъяты>) в доход соответствующего бюджета государственную пошлину в сумме 3000 рублей в равных долях по 1500 рублей с каждого.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не превышающий трех месяцев, в Шестой кассационный суд общей юрисдикции (город Самара) через суд первой инстанции.

Апелляционное определение в окончательной форме изготовлено 22 декабря 2025 года.

Председательствующий

Судьи