Дело №2-116/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

14 января 2019 г. г. Орел

Заводской районный суд г. Орла в составе:

председательствующего судьи Каверина В.В., 

при секретаре Марокиной К.С., 

представителя истца ФИО1 – ФИО2, представителя ответчика Государственного учреждения – Управления Пенсионного фонда в г. Орле и Орловском районе Орловской области (межрайонного) ФИО4, 

рассмотрев в судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску ФИО1 к Государственному учреждению – Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Орле и Орловском районе Орловской области (межрайонному) об установлении факта нахождения на иждивении и назначении пенсии по потере кормильца, 

установил:

ФИО1 первоначально обратилась в суд с иском к Государственному учреждению – Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Орле и Орловском районе Орловской области (межрайонному) (далее – ГУ УПФ) об установлении факта нахождения на иждивении и назначении пенсии по потере кормильца.

В обоснование исковых требований указала, что она является студенткой 2 курса очной формы бюджетной основы обучения Института управления и информационных технологий ФГБОУ «Российский университет транспорта». Во время обучения, 03.10.2018 умер отец истца ФИО3, в связи с чем ФИО1 обратилась к ответчику с заявлением о назначении пенсии по потере кормильца. Вместе с тем, в назначении пенсии истцу было отказано ввиду того, что из представленных документов не усматривается факт ее нахождения на иждивении умершего ФИО3 и соответственно права на назначение пенсии она не имеет. Полагая указанный отказ неправомерным, и ссылаясь на то, что она в силу обучения на очной форме обучения является нетрудоспособной, а также на то, что помощь ее отца являлась постоянным и основным источником средств к существованию, ФИО1 просила суд установить факт нахождения ее на иждивении умершего отца ФИО3 и обязать ГУ УПФ назначить ей пенсию по потере кормильца с октября 2018 г.

В судебное заседание истец не явился, о слушании дела извещен надлежащим образом, воспользовался правом на участие в деле через представителя.

В судебном заседании представитель истца ФИО2 заявленные требования поддержала по основаниям, изложенным в иске. Пояснила, что до достижения ФИО1 возраста 18 лет ее отец ежемесячно выплачивал на ее содержание алименты путем перечисления на счет ФИО2 После совершеннолетия ФИО3 перестал перечислять денежные средства на счет и стал помогать непосредственно дочери путем передачи ей наличных денежных средств. Кроме того, ФИО3 при встречах с дочерью покупал ей одежду, обувь, иные принадлежности для учебы, приобрел для нее ноутбук. ФИО3 официально трудоустроен не был, однако у него в собственности имелись объекты недвижимости, за счет сдачи в аренду которых он получал фиксированный доход. Также ФИО3 имел неофициальный заработок и соответственно получал постоянный доход, обеспечивавший не только его существование, но и оказание помощи дочери, являвшейся для нее основным источником дохода, поскольку собственных средств ФИО2 для обеспечения нужд дочери было недостаточно.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО4 возражала против удовлетворения иска, полагая, что факт нахождения истца на иждивении ее отца ФИО3 документально не подтвержден.

Выслушав объяснения сторон, изучив материалы дела, допросив свидетелей, суд приходит к следующему.

Конституция Российской Федерации гарантирует каждому социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (ч. 1 ст. 39). 

В соответствии с ч. 1 ст. 10 Федерального закона от 28.12.2013 №400-ФЗ «О страховых пенсиях» право на страховую пенсию по случаю потери кормильца имеют нетрудоспособные члены семьи умершего кормильца, состоявшие на его иждивении (за исключением лиц, совершивших уголовно наказуемое деяние, повлекшее за собой смерть кормильца и установленное в судебном порядке). Одному из родителей, супругу или другим членам семьи, указанным в п. 2 ч. 2 настоящей статьи, указанная пенсия назначается независимо от того, состояли они или нет на иждивении умершего кормильца. 

Согласно п. 1 ч. 2 указанной статьи нетрудоспособными членами семьи умершего кормильца признаются, в том числе, дети умершего кормильца, не достигшие возраста 18 лет, а также дети умершего кормильца, обучающиеся по очной форме обучения по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет.

Ч. ч. 3 и 4 названной статьи определено, что члены семьи умершего кормильца признаются состоявшими на его иждивении, если они находились на его полном содержании или получали от него помощь, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию. Иждивение детей умерших родителей предполагается и не требует доказательств, за исключением указанных детей, объявленных в соответствии с законодательством Российской Федерации полностью дееспособными или достигших возраста 18 лет.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 30.09.2010 №1260-О-О, факт нахождения на иждивении либо получения существенной помощи от умершего может быть установлен как во внесудебном, так и в судебном порядке путем определения соотношения между объемом помощи, оказываемой погибшим, и собственными доходами иждивенца, и такая помощь может быть признана постоянным и основным источником его средств к существованию.

Таким образом, установление факта нахождения на иждивении возможно не только при полном содержании лица умершим кормильцем, но и при получении от него содержания, являвшегося для этого лица основным, но не единственным источником средств к существованию, то есть не исключается наличие у лица (члена семьи умершего кормильца) какого-либо собственного дохода.

Соответственно юридически значимыми обстоятельствами для разрешения указанной категории споров являются: наличие дохода у кормильца, позволяющего ему содержать себя иждивенцев, оказание иждивенцу помощи, которая является для него постоянным и основным источником средств к существованию.

Как следует из свидетельства о рождении истца ФИО1, ее отцом является ФИО3, матерью ФИО2

03.10.2018 ФИО3 умер, что подтверждается свидетельством о смерти.

На момент смерти ФИО3 его дочери ФИО1, (дата обезличена) г. рождения исполнилось полных 19 лет.

Соответственно совершеннолетия ФИО1 достигла (дата обезличена).

Вместе с тем, ФИО1 является студенткой 2 курса очной формы бюджетной основы обучения Института управления и информационных технологий ФГБОУ «Российский университет транспорта», что подтверждается представленной справкой.

Таким образом, ФИО1 в силу вышеприведенных положений закона является нетрудоспособной, ввиду чего вправе претендовать на получение пенсии по потере кормильца при доказанности вышеприведенных юридически значимых обстоятельств.

Положения ст. 56 ГПК РФ в данном случае возлагают бремя доказывания названных обстоятельств на истца.

В ходе рассмотрения дела бесспорно установлено, что на момент смерти ФИО3 в браке с ФИО2 не состоял, и проживал по адресу: (адрес обезличен).

В свою очередь ФИО1 зарегистрирована и проживала вместе со своей матерью ФИО2 по адресу: (адрес обезличен), а с момента поступления в учебное заведение фактически проживает в г. Москве.

Между тем, в обоснование иска истцом ФИО1 указывалось, что, не смотря на то, что покойный ФИО3 не проживал вместе с ней, он постоянно оказывал ей помощь, которая являлась для нее фактически основным источником средств к существованию. 

Вместе с тем, оценивая представленные доказательства, суд приходит к выводу, что истцом не доказан как факт наличия у ФИО3 постоянного источника дохода, достаточного для покрытия собственных потребностей, а также для оказания помощи своей дочери, так и факт оказания такой помощи.

Согласно пояснениям представителя истца ФИО3 при жизни постоянной работы не имел и получал доход от сдачи в аренду принадлежащего ему жилья, а также от неофициальных заработков.

Из ответа Инспекции Федеральной налоговой службы по г. Орлу следует, что сведениями о доходах ФИО3 налоговый орган не располагает.

Иных доказательств, документально подтверждающих факт постоянного заработка ФИО3, суду не представлено.

В свою очередь показания допрошенных по делу свидетелей, по мнению суда, в отсутствие иных доказательств подтвердить наличие у ФИО3 постоянного источника дохода не могут, поскольку названные свидетели в качестве источника осведомленности в целом указывали самого ФИО3 Кроме того, свидетели не смогли указать конкретные источники и объем заработка истца, то есть подтверждали только эпизодический доход ФИО3 При этом, факт оказания ФИО3 помощи своей дочери названные свидетели достоверно подтвердить не смогли.

В соответствии с представленными ПАО Сбербанк выпискам по счетам ФИО3, денежные средства на указанных счетах отсутствуют.

В свою очередь, из выписки по счету истца и ее пояснений следует, что до достижения совершеннолетия истца ФИО3 перечислял алименты на содержание дочери, а после этого перечисления прекратились.

Наличие у ФИО3 в собственности нескольких жилых помещений факт принесения дохода сам по себе также не подтверждает, поскольку из представленных стороной истца договоров, заключаемых ФИО5 в отношении квартиры (адрес обезличен) следует, что пользование данным помещением носило безвозмездный характер.

Пояснения представителя истца о том, что в реальности названные договоры носили возмездный характер, судом не могут быть приняты во внимание в силу того, что данные пояснения ничем не подтверждены, а попытка опросить лиц, с которыми ФИО3 заключал договоры пользования жилым помещением, результатов не дала. 

Таким образом, факт получения ФИО3 постоянного дохода, позволяющего ему оказывать постоянную помощь, являвшуюся для истца основным источником средств к существованию, как и факт оказания такой помощи объективно материалами дела не подтвержден, и в целом следует только из пояснений представителя истца, которые основанием к удовлетворению иска, сами по себе, являться не могут.

Приложенные к иску товарные чеки также не подтверждают факт осуществления со стороны ФИО3 мер к содержанию своей дочери, поскольку из содержания данных чеком невозможно идентифицировать принадлежность приобретаемых товаров ФИО1, а также факт их оплаты ФИО3

Напротив, из чека на приобретение смартфона от 31.07.2018 следует, что он приобретен с кредитной карты ФИО1

Чеки на приобретение часов от 03.08.2018, ноутбука от 12.09.2017 содержат сведения о безналичном расчете, тогда как ФИО2 утверждала, что ФИО3 при жизни пользовался только наличными денежными средствами.

Кроме того, ФИО2 представила суду справки по форме 2-НДФЛ за 2017-2918 гг, согласно которым среднемесячный доход ФИО2 за 2017 г. составил 42947 руб., за 2018 г. – 43383 руб., что практически в 4 раза превышает уровень прожиточного минимума на 1 человека, и в отсутствие иных доказательств дает основания полагать, что основным источником средств к существованию истца являлся заработок ее матери – ФИО2

Таким образом оснований к удовлетворению иска не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

решил:

исковые требования ФИО1 к Государственному учреждению – Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Орле и Орловском районе Орловской области (межрайонному) об установлении факта нахождения на иждивении и назначении пенсии по потере кормильца оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Орловский областной суд через Заводской районный суд г. Орла в течение месяца со дня изготовления судом мотивированного текста решения.

Решение в окончательной форме изготовлено 21.01.2019.

Судья В.В. Каверин