Дело №2-1734/2020

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

23 ноября 2020 года г.Смоленск

Ленинский районный суд г.Смоленска

в составе:

председательствующего (судьи): Кудряшова А.В.

при секретаре: Зайцевой Е.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Российской Федерации в лице ФСИН России, ФКУ «СИЗО-1 УФСИН России по Смоленской области», УФСИН России по Смоленской области, Министерству финансов РФ в лице УФК по Смоленской области, ФКУЗ МСЧ-67 ФСИН России о денежной компенсации морального вреда, 

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФКУ «СИЗО-1 УФСИН России по Смоленской области», УФСИН России по Смоленской области, Министерству финансов РФ в лице УФК по Смоленской области о взыскании денежной компенсации причиненного ему морального вреда, оцененного в 600 000 руб., сославшись на нарушение в периоды нахождения в названном изоляторе и ФКУЗ МСЧ-67 ФСИН России с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ его прав, выразившееся в необеспечении надлежащих условий содержания (переполненность камер, нарушение нормы санитарной площади в камере на одного человека, отказ в предоставлении необходимой медицинской помощи (лечения), недостаточное освещение в камерах, отсутствие должного материально-бытового обеспечения и ненадлежащее санитарно-гигиеническое состояние камер (повышенная влажность в камерах, на стенах которых присутствовал грибок; недостаточная вентиляция помещений, присутствие в камерах тараканов), нерегулярное предоставление прогулок и возможности помывки в бане, предоставление ненадлежащего постельного белья, нарушение норм питания и др.), а также на оказание на истца сотрудниками изолятора давления по указанию начальника ФКУ «СИЗО-1 УФСИН России по Смоленской области ФИО2, который также как и сотрудник изолятора ФИО3 участвовали в фальсификации доказательств по возбужденному в отношении Бесецкого уголовному делу. Кроме того, в обоснование иска приведены доводы о воспрепятствовании истцу в направлении жалоб и заявлений по фактам необеспечения надлежащих условий содержания в различные органы и учреждения, а также уничтожение их сотрудником изолятора ФИО4 в целях склонения ФИО1 к признанию своей вины в совершении преступления и даче соответствующих показаний.

Судом к участию в деле в качестве соответчиков привлечены Российская Федерация в лице ФСИН России, а также ФКУЗ МСЧ-67 ФСИН России, а в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора – заместитель начальника оперативного отдела ФКУ «СИЗО-1 УФСИН России по Смоленской области» ФИО3 (л.д.109, 132-133).

ФИО1, принимающий участие в судебном заседании путем использования системы видеоконференц-связи, заявленные требования поддержал в полном объеме.

Представитель ФКУ «СИЗО-1 УФСИН России по Смоленской области» ФИО5, являющаяся также представителем третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, - ФИО3, и представитель УФСИН России по Смоленской области ФИО6, являющаяся также представителем ФСИН России и ФКУЗ МСЧ-67 ФСИН России, в судебном заседании иск не признали, сославшись на недоказанность факта причинения ФИО1 морального вреда. 

Представитель Министерства финансов РФ ФИО7, возражая против удовлетворения иска, указала на отсутствие правовых оснований для взыскания с государства в пользу ФИО1 денежной компенсации морального вреда, отметив, что надлежащим ответчиком по делу является ФСИН России. 

Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав письменные доказательства, суд находит иск подлежащим частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со ст.4 Федерального закона от 15.07.1995 №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.

На основании ст.15 того же Закона в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей.

По правилам ст.ст.17, 22-24 Федерального закона от 15.07.1995 №103-ФЗ подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности. Подозреваемым и обвиняемым предоставляется индивидуальное спальное место. Подозреваемым и обвиняемым бесплатно выдаются постельные принадлежности, посуда и столовые приборы. Все камеры обеспечиваются средствами радиовещания, а по возможности телевизорами, холодильниками и вентиляционным оборудованием. Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров с учетом требований, предусмотренных ч.1 ст.30 настоящего Федерального закона. Подозреваемые и обвиняемые имеют право получать бесплатное питание, пользоваться ежедневной прогулкой продолжительностью не менее одного часа, а также обращаться с предложениями, заявлениями и жалобами, в том числе в суд, по вопросу о законности и обоснованности их содержания под стражей и нарушения их законных прав и интересов. Подозреваемые и обвиняемые обеспечиваются бесплатным питанием, достаточным для поддержания здоровья и сил по нормам, определяемым Правительством Российской Федерации. Оказание медицинской помощи и обеспечение санитарно-эпидемиологического благополучия в местах содержания под стражей организуются в соответствии с законодательством в сфере охраны здоровья. Администрация указанных мест обязана выполнять санитарно-гигиенические требования, обеспечивающие охрану здоровья подозреваемых и обвиняемых. При ухудшении состояния здоровья подозреваемого или обвиняемого сотрудники мест содержания под стражей безотлагательно принимают меры для организации оказания подозреваемому или обвиняемому медицинской помощи.

В силу п.п.40, 42, 44, 45, 91, 94, 95, 126, 129 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утв. приказом Минюста России от 14.10.2005 №189, подозреваемые и обвиняемые обеспечиваются для индивидуального пользования, в частности, спальным местом, постельными принадлежностями (матрацем, подушкой, одеялом), постельным бельем (двумя простынями, наволочкой). Камеры СИЗО оборудуются, помимо прочего, одноярусными или двухъярусными кроватями, светильниками дневного и ночного освещения, вентиляционным оборудованием (при наличии возможности). Подозреваемые и обвиняемые обеспечиваются ежедневно бесплатным трехразовым горячим питанием по нормам, определяемым Правительством Российской Федерации. Не реже одного раза в неделю подозреваемые и обвиняемые проходят санитарную обработку, им предоставляется возможность помывки в душе продолжительностью не менее 15 минут. Смена постельного белья осуществляется еженедельно после помывки в душе. Представители администрации ежедневно обходят камеры и принимают от подозреваемых и обвиняемых предложения, заявления и жалобы как в письменном, так и в устном виде. Все поступившие предложения, заявления и жалобы регистрируются в Журнале учета предложений, заявлений и жалоб подозреваемых, обвиняемых и осужденных. Предложения, заявления и жалобы, адресованные прокурору, в суд или иные органы государственной власти, которые имеют право контроля за местами содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых, цензуре не подлежат и не позднее следующего за днем подачи предложения, заявления или жалобы рабочего дня направляются адресату в запечатанном пакете. Предложения, заявления и жалобы, адресованные в другие органы государственной власти, общественные организации (объединения), а также защитнику, должны быть рассмотрены администрацией СИЗО и направлены по принадлежности не позднее трех дней с момента их подачи. Для организации медицинской помощи подозреваемым и обвиняемым в СИЗО организуется медицинская часть. При медицинских частях СИЗО организуются стационарные отделения.

Согласно ст.1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

По искам о возмещении вреда, причиненного в результате действий (бездействия) государственных органов, их должностных лиц, за счет казны Российской Федерации от имени Российской Федерации в суде выступает и отвечает по своим денежным обязательствам главный распорядитель бюджетных средств по ведомственной принадлежности - в данном случае ФСИН России (п.3 ст.125, ст.1071 ГК РФ, п/п.1 п.3 ст.158 Бюджетного кодекса РФ, п/п.6 п.7 Положения о ФСИН России, утв. Указом Президента РФ от 13.10.2004 №1314).

Для наступления ответственности государства по приведенной ст.1069 ГК РФ необходимо одновременное наличие следующих составляющих материального основания такой ответственности: наступление вреда; противоправность поведения (действие, бездействие) причинителя вреда при осуществлении властно-административных полномочий; причинная связь между противоправным поведением и наступившим вредом; вина причинителя вреда.

В соответствии со ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. 

Принудительное помещение физических лиц в предназначенные (отведенные) для этого учреждения должно осуществляться без нарушения условий содержания лиц, подвергнутых таким мерам. Условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий. Так, непредоставление заключенному отдельного спального места и достаточного личного пространства свидетельствуют о причинении такому заключенному морального вреда. 

В ходе судебного разбирательства установлено, что ФИО1 в период времени с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ содержался в ФКУ «СИЗО-1 УФСИН России по Смоленской области» и ФКУЗ МСЧ-67 ФСИН России: с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – в палате №1 площадью 20,4 кв.м. МЧ-6 ФКУЗ МСЧ-67 ФСИН России, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – в камере №163 площадью 14,5 кв.м., с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – в камере №164 площадью 13,7 кв.м., с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – в камере 149 площадью 14,7 кв.м., с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – в камере №104 площадью 14,3 кв.м., с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – в камере №50 площадью 8,2 кв.м., с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – в камере №39 площадью 7,4 кв.м., с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – в камере №96 площадью 14,7 кв.м., с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – в камере №39, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – в палате №2 площадью 20,1 кв.м. МЧ-6 ФКУЗ МСЧ-67 ФСИН России, ДД.ММ.ГГГГ – в камере №144 площадью 14,0 кв.м., с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – в камере №188 площадью 7,4 кв.м., с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – в камере №153 площадью 8,0 кв.м., с 08.02.2016 по ДД.ММ.ГГГГ – в камере №150 площадью 14,3 кв.м., с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – в камере №142 площадью 14,0 кв.м., с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – в камере №150 площадью 7,7 кв.м., с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – в камере №29 площадью 7,5 кв.м., с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – в камере №150, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – в палате №1 МЧ-6 ФКУЗ МСЧ-67 ФСИН России, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – в камере №150, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – в камере №29, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – в камере №150, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – в камере №156 площадью 7,6 кв.м., с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – в камере №34 площадью 8,1 кв.м., с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – в камере №156, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – в камере №154 площадью 7,8 кв.м., с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – в камере №29, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – в камере №154, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – в камере №31 площадью 7,4 кв.м., с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – в камере №304 площадью 48,6 кв.м., с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – в камере №302 площадью 52,8 кв.м., с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – в ПБ ФКУЗ МСЧ-67 ФСИН России (л.д.47-48, 53-57).

Как следует из представленных в дело письменных доказательств, в период нахождения истца в ФКУ «СИЗО-1 УФСИН России по Смоленской области» в палате №1 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на 7 спальных койко-местах содержалось 6-7 человек, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на 6 спальных койко-местах содержалось 5-6 человек; в камере №163 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на 4-х спальных местах содержалось 7 человек; в камере №159 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на 4-х спальных местах содержалось от 5 до 6 человек; в камере №104 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на 4-х спальных местах содержалось 5 человек; в камере №50 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на 2-х спальных местах содержалось 3 человека, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ - 4 человека, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – 3 человека, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – 3 человека и с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – 4 человека; в камере №39 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на 2-х спальных местах содержалось 3 человека, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – 3 человека; в палате №2 площадью 20,1 кв.м. с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на 11 спальных койко-местах содержалось 7-11 человек; в камере №96 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на 4-х спальных местах содержалось от 5 до 6 человек; в камере №144 ДД.ММ.ГГГГ на 4-х спальных местах содержалось 5 человек; в камере №188 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на 2-х спальных местах содержалось 4 человека; в камере №153 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на 2-х спальных местах содержалось 3 человека, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – 3 человека и с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – 3 человека; в камере №145 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на 4-х спальных местах содержалось 6 человек; в камере №142 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на 4-х спальных местах содержалось 5 человек, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – 5 человек, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – от 5 до 6 человек; в камере №150 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на 2-х спальных местах содержалось 3 человека, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – 3 человека; в камере №156 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на 2-х спальных местах содержалось 3 человека; в камере №302 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на 20 спальных местах содержалось 9-20 человек (л.д.49-52).

Согласно справке ФКУ «СИЗО-1 УФСИН России по Смоленской области» от ДД.ММ.ГГГГ в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камере №150 совместно с ФИО1 содержался ФИО8, который будучи допрошенным в качестве свидетеля суду пояснил, что в упомянутой выше двухместной камере содержалось трое граждан (он, ФИО1 и еще один заключенный по имени Евгений); условия в данной стесненной камере были антисанитарными (повышенная влажность, наличие на стенах грибка, присутствие в камере грызунов), а освещение – тусклым (л.д.126, 133).

Таким образом, в ходе судебного разбирательства установлен факт пребывания ФИО1 в ФКУ «СИЗО-1 УФСИН России по Смоленской области» в период, когда в связи с переполненностью помещений изолятора нарушалась установленная законом норма санитарной площади в расчете на одного заключенного, у истца отсутствовало отдельное спальное место и, кроме того, санитарно-гигиенические условия содержания Бесецкого в камере №150 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ не соответствовали установленным нормам. 

Приведенные выше обстоятельства, по мнению суда, являются достаточными для того, чтобы причинить страдания или переживания в степени, превышающей неизбежный уровень страданий, присущий ограничению свободы, и вызвать у ФИО1 чувство неполноценности. При этом судом принимается во внимание то обстоятельство, что ответчиками не представлено доказательств того, что указанные ограничения прав истца были основаны на измеримых интересах безопасности.

С учетом доказанности факта нарушения личных неимущественных прав ФИО1, а также вины Российской Федерации в нарушении этих прав, суд применительно к правилам ст.ст.151, 1069 и 1071 ГК РФ считает возможным взыскать с Российской Федерации в пользу истца за счет средств казны РФ денежную компенсацию причиненного последнему морального вреда, определив его размер, исходя из требований разумности и справедливости, а также конкретных обстоятельства дела (наличие продолжительных (иногда более 20 дней) периодов, когда истец находился в переполненных камерах изолятора (имели место случаи, когда в камере на 4-х спальных местах содержалось 6 - 7 человек, а также периодов, когда существенно нарушалась норма санитарной площади в камере на одного человека), равным 20 000 руб.

Поскольку ФИО1 заявлено требование о компенсации морального вреда, причиненного в результате нарушения его прав, допущенного подведомственными ФСИН России бюджетными учреждениями уголовно-исполнительной системы, то в силу вышеприведенных положений законодательства надлежащим ответчиком по настоящему делу будет Российская Федерация в лице ФСИН России, как главного распорядителя средств федерального бюджета по ведомственной принадлежности.

Доводы ФИО1 об отсутствии должного материально–бытового обеспечения при его содержании в камерах изолятора (невыдача надлежащего качества постельного белья), о непредоставлении необходимой медицинской помощи, недостаточной освещенности камер, предоставлении пищи ненадлежащего качества, его нерегулярных прогулках, непредставлении возможности помывки в бане, ненаправлении заявлений и жалоб истца на условия содержания и их уничтожение сотрудниками изолятора, проверялись в ходе судебного разбирательства, однако своего объективного подтверждения не нашли. 

В судебном заседании представители ФКУ «СИЗО-1 УФСИН России по Смоленской области», ФСИН России и ФКУЗ МСЧ-67 ФСИН России оспаривали эти доводы, ссылаясь на то, что санитарное состояние камер и материально-бытовое обеспечение лиц в них содержащихся в указанные периоды констатировалось как удовлетворительное; камеры изолятора подвергались регулярной санитарной обработке (плановой дератизации и дезинсекции 1 раз в неделю); обеспечение истца постельным бельем осуществлялось в соответствии с действующими нормативными актами; ФИО1 предоставлялась возможность помывки в душе и возможность осуществлять прогулки в отведенное время; камеры СИЗО оборудованы светильниками (в камерах №29, 31, 34, 50, 142, 144, 145, 150, 153, 154, 156, 159, 163, 164, 188 установлено по одному светильнику ЛПО2-40 с двумя лампами дневного света; в ночное время включается освещение с лампой накаливания Б-36-40; в камерах №96, 104 установлено по два светильника дневного света, в ночное время включается ночное освещение, имеется естественное освещение через оконный проем размером 1,2м.*0,9м; камеры №30, 304 оборудованы четырьмя светильниками с двумя лампами дневного света, имеется естественное освещение через оконный проем; в палатах №1, 2 для искусственного освещения установлено по два светильника с двумя лампами дневного света, в ночное время включается освещение с лампой накаливания Б-36-40), централизованным отоплением, вентиляционным оборудованием (естественная вентиляция осуществлялась через оконный проем, а искусственная – через вентиляционное отверстие, находящееся в верхней части камер с принудительным потоком уличного воздуха с помощью технического оборудования); Бесецкий обеспечивался ежедневно бесплатным трехразовым горячим питанием по нормам, определяемым Правительством Российской Федерации.

В ходе рассмотрения дела истцом не представлено убедительных и бесспорных доказательств того, что в период нахождения в ФКУ «СИЗО-1 УФСИН России по Смоленской области» и в ФКУЗ МСЧ-67 ФСИН России ему не оказывалась необходимая медицинская помощь и что его обращения и жалобы, в том числе в адрес прокуратуры и иных органов на ненадлежащие условия содержания, не направлялись адресатам или уничтожались.

Как следует из материалов дела и объяснений представителя ФКУЗ МСЧ-67 ФСИН России, Бесецкий находился на стационарном лечении в хирургическом отделении филиала ПБ ФКУЗ МСЧ-67 ФСИН России в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом «правосторонняя пневмония в стадии разрешения», получал лечение согласно стандартам оказания медицинской помощи в полном объеме (антибиотикотерапия, НПВС, витаминотерапия и др.) и претензий по поводу медицинского обслуживания не предъявлял. Совместное нахождение Бесецкого с заболевшими туберкулезом, больными ВИЧ и различными формами гепатита не допускалось (л.д.166-173).

Свидетель ФИО9, работающая в ФКУЗ МСЧ-67 ФСИН России врачом- дерматовенерологом, привела суду сведения о том, что наблюдала ФИО1 по поводу заболевания «псориаз»; результаты анализов истца были хорошими, в связи с чем медицинская помощь ему не оказывалась (л.д.211-оборот).

Допрошенная в качестве свидетеля начальник отдела специального учета ФКУ «СИЗО-1 УФСИН России по Смоленской области» ФИО4 суду пояснила, что в соответствии с установленными правилами начальники корпусных отделений изолятора обходят камеры и собирают жалобы, заявления и предложения от лиц, содержащихся в СИЗО, после чего эти жалобы и заявления передаются в отдел специального учета и направляются адресатам канцелярией учреждения. Вся корреспонденция ФИО1 (обращения в различные органы и учреждения) в период с 2015г. по 2019г. направлялась СИЗО адресатам, чему ФИО4 и администрация изолятора не препятствовали (л.д.103).

Из представленной ФКУЗ МСЧ-67 ФСИН России справки от ДД.ММ.ГГГГ следует, что согласно журналам учета предложений, заявлений и жалоб подозреваемых, обвиняемых и осужденных за 2015г - 2019г. обращений от ФИО1 не поступало (л.д.152), а исходя из справки ФКУ «СИЗО-1 УФСИН России по Смоленской области» от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 через канцелярию изолятора согласно журналам регистрации переписки осуждённых и лиц, содержащихся под стражей, №76-2015, №163-2016, №323-2017, №455-2018 и №557-2019 за период содержания в названном учреждении направлялись обращения в суды, прокуратуру Смоленской области, СУ СК по Смоленской области, Генеральную прокуратуру РФ и другие органы (л.д.98-101).

То обстоятельство, что при рассмотрении Заднепровским районным судом г.Смоленска уголовного дела в отношении ФИО1 последний в ходе судебных заседаний заявлял о ненаправлении ФКУ «СИЗО-1 УФСИН России по Смоленской области» его обращений и жалоб, само по себе указанное бездействие изолятора достоверно не подтверждает, как не подтверждают это бездействие в отношении истца и свидетельские показания ФИО8, которые в данной части носят неконкретизированный характер. (л.д.133).

Ссылки истца на оказание на него сотрудниками изолятора давления по указанию начальника ФКУ «СИЗО-1 УФСИН России по Смоленской области» ФИО2, который также как и сотрудник изолятора ФИО3 участвовал в фальсификации доказательств по возбужденному в отношении Бесецкого уголовному делу, во внимание судом не принимаются, поскольку соответствующий приговор суда в отношении названных должностных лиц, устанавливающий их вину в подобной фальсификации, отсутствует.

По утверждению Бесецкого в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на территорию ФКУ «СИЗО-1 УФСИН России по Смоленской области» проходил сотрудник полиции ФИО10, а в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – сотрудник полиции ФИО11 и при этом ФИО3 выводил истца из палаты №1 ФКУЗ МСЧ-67 ФСИН России с целью встречи последнего с названными сотрудниками, которые требовали от Бесецкого признать вину в совершении преступления. 

Находившийся совместно с ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в палате №1 МЧ-6 ФКУЗ МСЧ-67 ФСИН России ФИО12 в ходе его допроса судом привел сведения о том, что в один из дней в палату зашел оперативный сотрудник и вывел Бесецкого для разговора. Свидетелем этого разговора ФИО12 не был, однако после него истец сообщил, что на него в медицинском кабинете, где находились сотрудники полиции, оказывалось давление. 

Вместе с тем, исходя из содержания справки ФКУ «СИЗО-1 УФСИН России по Смоленской области» от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО10 и ФИО11 согласно журналу учета прибывших посетителей в Следственный изолятор №1 данное учреждение в упомянутые выше периоды не посещали (л.д.208).

В соответствии с письменными объяснениями заместителя начальника оперативного отдела ФКУ «СИЗО-1 УФСИН России по Смоленской области» ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ в его должностные обязанности входит оперативное сопровождение заключенных и соблюдение ими условий содержания. На ход расследования уголовного дела в отношении ФИО1 он влияния не оказывал, сотрудников полиции ФИО10 и ФИО11 в 2015г. в помещения ФКУЗ МСЧ-67 ФСИН России не сопровождал (л.д.181, 209).

Свидетельские показания ФИО12 об оказании на ФИО1 сотрудниками полиции при содействии ФИО3 давления в ходе следствия во внимание принять нельзя, поскольку о причине, по которой истец вышел из палаты с оперативным сотрудником, а также об оказании на Бесецкого указанного давления ФИО12 известно со слов истца.

Суд отмечает также бездоказательность и других доводов иска.

С учетом изложенных обстоятельств, исходя из недоказанности упомянутых выше нарушений и связанных с ними неблагоприятных последствий, повлекших причинение истцу действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие ему от рождения или в силу закона нематериальные блага (личные неимущественные права), физических или нравственных страданий, оснований для вывода о возможности удовлетворения иска в части денежной компенсации морального вреда за подобного рода, имевшие, по мнению ФИО1, иные нарушения, у суда в силу ст.151, п.2 ст.1099 ГК РФ не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 20000 рублей в счет денежной компенсации морального вреда.

В остальной части иска, а также в удовлетворении исковых требований к ФКУ «СИЗО-1 УФСИН России по Смоленской области», УФСИН России по Смоленской области, Министерству финансов РФ и ФКУЗ МСЧ-67 ФСИН России отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Смоленский областной суд через Ленинский районный суд г.Смоленска в течение месяца.

Судья А.В. Кудряшов

«КОПИЯ ВЕРНА»подпись судьи А.В. Кудряшовсекретарь судебного заседания Ленинского районного суда г. Смоленска Е.В.Зайцеванаименование должности уполномоченного работника аппарата федерального суда общей юрисдикции 08.12.2020. 

УИД: 67RS0002-01-2020-001144-91

Подлинный документ подшит в материалы дела №2-1734/2020