31RS0021-01-2024-000535-32 №1-69/2024

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Старый Оскол 28 октября 2024 года

Старооскольский районный суд Белгородской области в составе

председательствующего судьи Ананьева Р.И., 

при секретаре Хлебниковой В.В., 

с участием: государственного обвинителя - помощника Старооскольского городского прокурора Чуканова С.Ю.,

потерпевшей Потерпевший №1,

подсудимого ФИО1 и его защитника - адвоката Ивановой Л.В., представившей удостоверение № и ордер №,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по обвинению:

ФИО1, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, зарегистрированного и проживающего по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, имеющего основное общее образование, в браке не состоящего, не работающего, пенсионера, 

<

данные изъяты>, не военнообязанного, не судимого, 

в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 совершил умышленное причинение смерти другому человеку в Старооскольском городском округе Белгородской области при следующих обстоятельствах.

ДД.ММ.ГГГГ в вечернее время ФИО1 с племянником ФИО7 распивал спиртные напитки по месту своего жительства в домовладении № по 

<

адрес>. В ночь с ДД.ММ.ГГГГ на ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО7 произошла словесная ссора, в ходе которой ФИО7 выразился в адрес ФИО1 и его отчества нецензурной бранью, унижающей его достоинство, в результате чего у ФИО1 возникло и обострилось чувство глубокой личной неприязни к ФИО7, возник и сформировался умысел на причинение смерти ФИО7

Во исполнение своего преступного умысла, ФИО1 вооружился ножом, приисканным там же и используя его в качестве оружия, в кухне дома, с целью убийства напал на ФИО7 и ножом, умышленно нанес ему не менее четырех ударов 

<

данные изъяты> Указанные повреждения оцениваются в совокупности, как компоненты одной травмы, являются опасными для жизни, так как привели к развитию угрожающего жизни состояния – обильной кровопотери и по этому признаку квалифицируются как тяжкий вред здоровью человека. 

В результате причиненных умышленными преступными действиями ФИО1 четырех колото-резанных ранений 

<

данные изъяты>, ФИО7 на месте происшествия – в 

<

адрес>, ДД.ММ.ГГГГ умер. 

Между умышленными действиями ФИО1 и наступившими последствиями в виде смерти ФИО7, имеется прямая причинно-следственная связь.

В судебном заседании ФИО1 вину в инкриминируемом ему преступном деянии признал частично, не отрицая причастности к причинению ФИО7 смерти, не согласился с квалификацией действий, полагал, что причинил ему смерть при превышении пределов необходимой обороны. 

Подсудимый пояснил, что в течение нескольких дней в двадцатых числах ДД.ММ.ГГГГ года он по месту своего жительства, совместно с племянником ФИО7 употреблял спиртные напитки. В ночь с ДД.ММ.ГГГГ на ДД.ММ.ГГГГ во время употребления спиртного на кухне у них произошел словесный конфликт из-за того, что ФИО7 высказался нецензурно, унижая достоинство ФИО1, а также оскорбительно говорил о его отчестве. В ходе ссоры, сопровождаемой взаимными упреками и оскорблениями, ФИО1 подошел к холодильнику, ФИО7 сзади нанес ему руками несколько ударов 

<

данные изъяты>. В ответ на это ФИО1 взял со стола бытовой нож, подошел к стоящему в проходе в соседнюю комнату ФИО7 и нанес ему ножом несколько ударов, 

<

данные изъяты>. Во время нанесения ударов ножом ФИО7, последний ему ударов не наносил, ничего не говорил, затем ушел и лег спать в соседней комнате. В доме, кроме них никого не было, кроме него ФИО7 никто телесных повреждений нанести не мог. На утро обнаружил, ФИО7 лежащего на кровати без признаков жизни, о чем сообщил пришедшей соседке ФИО3 №2 В ходе телефонного разговора также рассказал звонившим ему сестре ФИО3 №1 и племяннице ФИО8, что убил ФИО7

В связи с противоречиями были частично оглашены показания подозреваемого ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым после действий ФИО7, ФИО1 обернулся к нему лицом, и будучи разозленным на него за то, что он оскорблял его и его отчество, а также причинил ему телесные повреждения 

<

данные изъяты>, после чего подошел к ФИО7, который находился в проходе между кухней и комнатой и что-то говорил, при этом в его руках никаких предметов не было, насколько он понял, нанес два удара ножом в область грудной клетки (т.2 л.д. 15-20).

В следственном органе СК России ФИО1 обращался с явкой с повинной, протокол явки с повинной составлен в присутствии его защитника, из него следует, что в ходе употребления спиртных напитков у него с ФИО7 произошла ссора по причине того, что он стал оскорблять его и его отчество. Разозлившись на ФИО7, ФИО1 взял нож в правую руку, нанес ФИО7 около 2 ударов 

<

данные изъяты> убивать не хотел, хотел успокоить его. В содеянном раскаивается, понимает, что от его ударов ножом в область груди ФИО7, последний скончался (т.1 л.д. 12-13).

В ходе следственного эксперимента ФИО1 рассказал об обстоятельствах совершения преступления, пояснил, что ФИО7 в момент причинения ему повреждений стоял в проходе между кухней и комнатой, был обращен лицом к ФИО1, последний был в кухне. С использованием манекена и макета ножа воспроизвел механизм нанесения ударов в область грудной клетки ФИО7 (т.2 л.д. 29-34).

Вина подсудимого в убийстве ФИО7, помимо его частичного признания, подтверждена показаниями потерпевшей Потерпевший №1 и свидетелей ФИО3 №1, ФИО3 №2, ФИО3 №3, протоколами осмотров места происшествия, предметов, заключениями судебных экспертиз, вещественными доказательствами, иными документами.

Потерпевшая Потерпевший №1 в ходе допроса сообщила, что ее родной брат - потерпевший ФИО7, примерно ДД.ММ.ГГГГ приехал с работы из 

<

адрес>, остановился пожить у ФИО1, с которым они употребляли спиртное. ФИО7 каждый день созванивался с матерью ФИО3 №1 (родной сестрой ФИО2). Вечером ДД.ММ.ГГГГ, около 19 часов в телефонном разговоре ФИО7 сообщил ей, что у него все нормально, выпивает алкоголь совместно с ФИО1 Утром мать им не дозвонилась, а около 12 часов этого дня, в ходе телефонных разговоров с ФИО1, последний сообщил ей и матери ФИО3 №1, что зарезал ФИО7 В указанный день она с матерью приезжали домой к ФИО1, увидели ФИО7 с признаками насильственной смерти (т.1 л.д. 50-53).

О наличии у брата признаков насильственной смерти Потерпевший №1 по телефону сообщила в полицию, о чем составлен рапорт (т.1 л.д. 36) и вызвала на место скорую медицинскую помощь, что помимо ее показаний подтверждается информацией учреждения здравоохранения и копией карты вызова скорой медицинской помощи от ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д. 91-92).

В судебном заседании потерпевшая Потерпевший №1 подтвердила показания, данные ею в ходе следствия, уточнив, что погибший ФИО7, при жизни был спокойным, неконфликтным человеком, ездил на заработки в 

<

адрес> по приезду навещал ФИО1, ссор и конфликтов ни с кем не имел, агрессию, в том числе в состоянии опьянения не проявлял.

ФИО3 ФИО3 №1 также указала, что о смерти своего сына ФИО7 узнала днем ДД.ММ.ГГГГ из телефонного разговора со своим братом ФИО1, последний не отрицал, что причинил ему смерть, указал, что зарезал. По приезду с дочерью домой к ФИО1 увидела тело сына с признаками насильственной смерти, ФИО1, как и в телефонном разговоре ранее, подтвердил, что причинил смерть ФИО7 в ходе ссоры, так как племянник оскорблял его и говорил негативно о его отчестве (т.1 л.д. 98-101).

Из показаний ФИО3 №2 следует, что с ней по соседству проживает ФИО1, он живет один, характеризуется отрицательно, периодически злоупотребляет спиртным, по характеру является агрессивным человеком. Его родная сестра ФИО3 №1 и ее дочь Потерпевший №1 обеспечивали его продуктами питания, периодически к ФИО1 приезжал племянник ФИО7 В дневное время ДД.ММ.ГГГГ ей звонила ФИО3 №1, сообщила, что не может дозвониться до сына ФИО7, который находился у ФИО1 Сама ФИО3 №2 заходить к ФИО1 в дом побоялась, дождалась приезда ФИО3 №1 с дочерью, от них узнала, что ФИО1, у себя дома совершил убийство ФИО7 (т.1 л.д. 102-104).

Фельдшер станции скорой медицинской помощи ФИО3 №3 в судебном заседании сообщил, что после обеда от диспетчера станции скорой медицинской помощи поступило сообщение о необходимости выезда в 

<

адрес> связи с причинением человеку ножевого ранения. Приехав по данному адресу, на улице его встретили родственницы пострадавшего, в доме на кровати был обнаружен труп ФИО7, с 

<

данные изъяты>, констатировал его смерть. Хозяин дома ФИО1 сидел на стуле в кухне, видимых повреждений и кровопотери не имел, жалоб не высказывал. 

По факту обнаружения трупа ФИО7 диспетчер станции скорой медицинской помощи сообщил в полицию, о чем составлен рапорт (т.1 л.д. 37).

В ходе первоначальных проверочных действий следователем СО по г. Старый ФИО4 СК России по Белгородской области выявлены признаки преступления, предусмотренного ч.1 ст. 105 УК РФ, о чем составлен рапорт (т.1 л.д.38).

В ходе осмотра домовладения ФИО1 в 

<

адрес> обнаружен труп ФИО7 с признаками насильственной смерти, зафиксирована вещественная обстановка на месте, обнаружены и изъяты: следы вещества бурого цвета (произведены смывы) с пола на кухне и в комнате; следы рук; нож; пара тапок; спортивные штаны; ведро со следами бурого цвета; 2 мобильных телефона (т.1 л.д. 12-28).

Действия по обнаружению и изъятию следов и предметов отражены в протоколе, изъятые объекты упакованы и снабжены пояснительными записками с подписями участников следственного действия, от которых замечаний не поступило.

Заключением судебно-медицинской экспертизы трупа ФИО7 установлены следующие повреждения: 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>. 

Вышеуказанные раны оцениваются в совокупности, как компоненты одной травмы и являются опасными для жизни, так как привели к развитию угрожающего жизни состояния – обильной кровопотери и по этому признаку квалифицируются как тяжкий вред здоровью человека. Между получением вышеуказанных повреждений и наступлением смерти прямая причинно-следственная связь (за счет развития угрожающего для жизни состояния – обильной кровопотери).

Все выявленные раны, образовались прижизненно в один промежуток времени – незадолго до наступления смерти (менее 1 часа); 

<

данные изъяты>

Смерть ФИО7 наступила ДД.ММ.ГГГГ от множественных колото-резаных ранений 

<

данные изъяты> (т.1 л.д. 123-131).

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы, каких-либо телесных повреждений в области головы и туловища у ФИО1 не выявлено; 

<

данные изъяты>

В ходе выемки в Старооскольском отделении СМЭ изъяты образцы крови трупа ФИО7, смывы с его рук и срезы ногтевых пластин (т. 1 л.д. 107-110), также для сравнительного исследования получены образцы букального эпителия подозреваемого ФИО1 (т. 1 л.д. 117-118).

Изъятые предметы и полученные образцы осмотрены в порядке ст. 81 УПК РФ уполномоченным должностным лицом в присутствии понятых, признаны вещественными доказательствами и приобщены к уголовному делу (т.1 л.д. 225-238, 239-240).

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

Оценив собранные по делу вышеуказанные доказательства, представленные государственным обвинителем, как каждое в отдельности, так и в совокупности, суд признает эти доказательства достоверными, относимыми и допустимыми, поскольку они последовательны, не противоречат друг другу, получены в соответствии с нормами УПК РФ, по обстоятельствам дела дополняют друг друга и отражают хронологию рассматриваемого события, с достаточной полнотой изобличают подсудимого в деянии, установленном в судебном заседании, в совокупности являются достаточными для разрешения дела, признания ФИО1 виновным в инкриминируемом преступлении.

Выводы проведенных по делу судебных экспертиз даны уполномоченными на то лицами, имеющими необходимое образование и специальность, основаны на непосредственном исследовании объектов, в том числе по результатам исследования предметов, изъятых при производстве следственных действий, научно обоснованы, правильность и достоверность исследований, у суда сомнений не вызывает. Нарушений уголовно-процессуального закона и прав подсудимого при назначении и производстве экспертиз не допущено. Заключения экспертов не содержат противоречий и неясностей, соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ, согласуются с другими исследованными в судебном заседании доказательствами.

Вышеуказанные показания свидетелей, согласованы между собой и письменными материалами дела, соответствуют обстоятельствам совершенного подсудимым деяния. Свидетели предупреждены об ответственности, им разъяснены права. Личных счетов, неприязненных отношений с подсудимым они не имеют, что дает основания им доверять. Указанные показания суд признает достоверными, они являются относимыми, допустимыми, поэтому служат доказательствами виновности подсудимого в совершенном преступлении.

В судебном заседании подсудимый явку с повинной и оглашенные показания в качестве подозреваемого не поддержал в части умышленного и целенаправленного нанесения ударов в конкретную область тела потерпевшего. В этой же части не поддержал свои пояснения на следственном эксперименте. Подсудимый не отрицал, что в присутствии защитника давал следователю вышеуказанные, оглашенные показания и самостоятельно и добровольно воспроизводил на следственном эксперименте механизм нанесения ударов ножом потерпевшему. Сослался, что был при этом взволнован. Признал, что все повреждения, обнаруженные на теле ФИО7, причинил он, что ударов ножом было более двух. Вместе с тем, убивать потерпевшего не хотел, в связи с заболеванием зрения куда точно наносил удары не видел, махал ножом в воздух, ножевые ранения причинил, защищаясь от нападения ФИО7

Признавая факт нанесения множественных ударов ножом (4), сторона защиты считает, что умысла на убийство ФИО7 подсудимый не имел, действуя в состоянии необходимой обороны, допустил превышение ее пределов, просила переквалифицировать его действия на ст.108 УК РФ, ссылаясь на наличие конфликта у подсудимого с ФИО7, при котором потерпевший первый нанес несколько ударов ФИО1 руками и ведром. Подсудимый, с учетом возраста, общего состояния здоровья и специфики заболевания 

<

данные изъяты>, испытывал страх за свою жизнь, поскольку ФИО7 моложе, сильнее его. 

Касаемо доводов подсудимого и защитника, суд приходит к следующему.

В исследуемый по делу период времени потерпевший и подсудимый находились в доме последнего вдвоем. До исследуемых событий они неоднократно допускали совместное употребление спиртного, фактов проявления агрессии со стороны ФИО7 не имелось, что подтвердил и сам подсудимый.

Сведения о вещественной обстановке в кухне, зафиксированные в ходе осмотра места происшествия и ее описание подсудимым, а также сведения о месте хранения ножа в ящике стола и его использовании при совершении преступления, полученные в ходе допроса подсудимого в судебном заседании и из его показаний на следствии, оглашенных в судебном заседании, наряду с показаниями подсудимого об обстоятельствах происшедшего, действиях потерпевшего и подсудимого по отношению друг к другу свидетельствуют об умышленном лишении жизни ФИО7 После происшедшего словесного конфликта ФИО2 проследовал от холодильника к столу, достал из ящика стола нож, проследовал через всю кухню к выходу в другую комнату, где на пороге настиг ФИО7 и нанес ему множественные 

<

данные изъяты> которые осложнились развитием обильной кровопотери.

Доводы подсудимого о том, что с учетом болезней органов зрения он просто отмахивался ножом в воздух, не думал и не понимал куда наносит удары и не знал вообще попал ли он в потерпевшего, суд считает противоречивыми и необоснованными и полностью опровергнутыми исследованными в судебном заседании доказательствами.

Исходя из объективных судебно-медицинских данных, полученных в ходе судебно-медицинской экспертизы трупа, взаимное расположение нападавшего и пострадавшего ФИО7 могло быть лицом к лицу. Характер и локализация повреждений у потерпевшего, 

<

данные изъяты> свидетельствуют о целенаправленном стремлении ФИО1 лишить ФИО7 жизни и в совокупности с другими исследованными доказательствами полностью опровергают указанную позицию подсудимого.

Драки и конфликта в тот момент между ними не было, потерпевший ударов подсудимому не наносил, стоял с опущенными руками, в которых посторонних предметов не было, словесных угроз при этом не высказывал, что подтвердил в суде и сам подсудимый.

Об умысле подсудимого на убийство ФИО7 свидетельствует и его поведение после нанесения ударов ножом. После конфликта на кухне, зная о том, что ФИО7 причинены серьезные ножевые ранения жизненно важных органов и он истекает кровью, ФИО1, имея мобильный телефон, не попытался вызвать скорую медицинскую помощь иные службы либо оказать потерпевшему помощь самостоятельно; до поисков ФИО7 матерью, никому о случившемся не сообщал.

В ходе проведения судебно-медицинской экспертизы телесных повреждений у подсудимого обнаружено не было (за исключением 4 мелких ссадин правого надплечья, подробно описанных экспертом), что также опровергает версию ФИО1, о том, что ФИО7 нанес ему удары в область спины кулаками и металлическим ведром по голове (в затылочную область).

Отсутствие у ФИО1 каких-либо повреждений на видимых участках тела и кровопотери также подтвердил прибывший на место по вызову фельдшер скорой помощи ФИО3 №3, допрошенный в судебном заседании.

Причинение указанных ссадин надплечья со стороны ФИО10 подсудимый не подтвердил ни на следствии, ни в суде, это не подтверждается и результатами судебной экспертизы методом ДНК, не выявившей на смывах с рук и срезах ногтевых пластин ФИО7 биологического материала (крови и эпителия) ФИО2

Версия подсудимого об использовании потерпевшим металлического ведра и нанесении им ударов в голову ФИО1 (в затылочную область), также не нашла своего объективного подтверждения и полностью опровергается результатами следственных действий и заключением криминалистической экспертизы. В ходе осмотра металлического ведра в доме ФИО1 на месте происшествия (т.1 л.д. 12-21), в ходе осмотра предметов (т.1 л.д. 225-238) и при осмотре экспертом (т 1 л.д. 201-207) механических повреждений ведра не выявлено, в ходе экспертизы следов рук ФИО7 на нем не выявлено, на внешней и внутренней поверхности ведра обнаружены обильные следы крови ФИО7 (т 1 л.д. 201-207).

Указанные обстоятельства в совокупности свидетельствуют о том, что со стороны ФИО7 жизни и здоровью ФИО1 ничего не угрожало.

При этом, сам ФИО1 пояснил, что был не очень пьян в отличие от потерпевшего, что позволяло ему адекватно воспринимать обстановку, не лишало его возможности объективно оценить степень опасности «нападения» ФИО7 и не прибегать к использованию ножа, не наносить им удары в места расположения жизненно-важных органов потерпевшего, который не нападал на ФИО1, находясь в состоянии алкогольного опьянения (3,78 г/л, согласно заключению эксперта -т.1 л.д. 123-131), не имел при себе никаких предметов, которыми мог бы причинить ФИО1 опасный для жизни или здоровья вред, и не совершал никаких действий, которые могли бы объективно и в достаточной степени свидетельствовать об их опасности для жизни либо здоровья подсудимого.

При таких обстоятельствах суд принимает в качестве доказательств приведенные выше частично оглашенные в судебном заседании показания ФИО1, при допросе его в качестве подозреваемого, а также протокол следственного эксперимента, которые не противоречат явке с повинной и его показаниям в суде в части причинения ножевых ранений потерпевшему.

Нанося множественные удары ножом (4) в жизненно важные области груди и живота, 

<

данные изъяты> подсудимый осознавал общественную опасность своих действий, направленных на лишение жизни ФИО7, предвидел неизбежность наступления его смерти и желал ее наступления, оставив потерпевшего, истекавшего кровью, без оказания помощи.

Оценив в совокупности фактические данные, суд приходит к выводу о доказанности вины ФИО1 в совершении преступления при изложенных в приговоре обстоятельствах.

Все следственные мероприятия проведены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, сомневаться в их достоверности нет оснований.

Выводы экспертов научно обоснованы, их правильность не вызывает сомнений.

Допрошенный в судебном заседании врач ФИО11 сообщила о наличии у ФИО1 заболеваний 

<

данные изъяты>. Оснований не доверять ее показаниям нет, они подтверждаются приобщенными и исследованными в судебном заседании медицинскими сведениями и документами о наличии у подсудимого заболеваний, в том числе хронических и инвалидности.

По заключению комплексной судебно-психиатрической экспертизы ФИО2 на период инкриминируемого ему деяния в состоянии аффекта не находился, каким-либо хроническим психическим расстройством, слабоумием или иным болезненным состоянием психики, которые лишали бы его способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, не страдал в период, относящегося к инкриминируемому ему деянию; на период инкриминируемого деяния и в настоящее время выявлены признаки 

<

данные изъяты>»; на момент инкриминируемого деяния ФИО1 испытывал негативные эмоциональные переживания (обида, злость), но они не оказывали существенного влияния на его сознание и поведение, его действия были опосредованными, целенаправленными и сложноорганизованными, а также не входили в противоречие с присущими ему установками и ценностями (т.1 л.д. 148-155).

Такие выводы основаны на непосредственном экспертном исследовании и сомнений у суда не вызывают. В судебном заседании ФИО1 правильно воспринимал происходящие события, его суждения по всем обсуждаемым вопросам были последовательны и логичны. Суд признаёт подсудимого вменяемым.

Доводы стороны защиты о том, что у подсудимого отсутствовал умысел на убийство, поскольку он защищался от нападения ФИО7, неубедительны и опровергаются исследованными в суде фактическими данными.

Оснований для оправдания или переквалификации действий подсудимого не имеется.

Анализ представленных доказательств свидетельствует о том, что ФИО1 при совершении убийства, а также после умышленного причинения смерти ФИО7, действовал абсолютно расчётливо, хладнокровно и последовательно. 

Доказательствами обвинения подтверждено, что ФИО7 каких-либо посягательств, сопряжённых с насилием, опасным для жизни подсудимому не применял и соответственно ФИО1 в состоянии необходимой обороны не находился.

В судебном заседании так же не установлено наличие посягательства со стороны ФИО7, сопряжённого с насилием, опасным для жизни подсудимого, а также с непосредственной угрозой применения такого насилия.

Исходя из изложенного, суд делает вывод о том, что посягательства со стороны ФИО7 на жизнь и здоровье ФИО1, предшествовавшего ударам ножом со стороны последнего, не было, оснований обороняться от ФИО7 у ФИО1 не имелось. 

<

данные изъяты>, свидетельствуют о целенаправленном стремлении ФИО1 лишить ФИО7 жизни.

Такие обстоятельства указывают на то, что последний действовал с прямым умыслом, направленным на лишение жизни ФИО7, а необоснованное утверждение подсудимого о наличии именно нападения со стороны потерпевшего вызвано его стремлением смягчить ответственность за содеянное.

Оценив в совокупности фактические данные, суд приходит к выводу о доказанности вины ФИО2 в инкриминируемом ему преступлении.

Поэтому действия последнего суд квалифицирует по ч.1 ст.105 УК РФ – убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

Подсудимый совершил особо тяжкое преступление против жизни с прямым умыслом. Он осознавал, что лишает жизни другого человека, предвидел неизбежность и желал наступления его смерти. Об умысле на это свидетельствует характер действий подсудимого – многократные удары ножом со значительной силой в жизненно-важные органы человека – грудная клетка, живот.

Мотивом убийства подсудимым явилась возникшая и обострившаяся в ходе ссоры с потерпевшим личная неприязнь, в процессе которой у ФИО1 на этой почве возник умысел на убийство потерпевшего.

При назначении ФИО1 наказания суд учитывает обстоятельства, смягчающие наказание, данные о личности подсудимого, характер и степень общественной опасности преступления, за которое он признается виновным, влияние назначенного наказания на его исправление и условия его жизни.

ФИО1 на учете у врачей психиатра не состоит, состоит под диспансерным наблюдением у врача 

<

данные изъяты> (т.2 л.д. 104-105), к административной ответственности не привлекался, по месту жительства управлением сельской территории характеризуется удовлетворительно, участковым уполномоченным полиции характеризуется отрицательно (т. 2 л.д. 88, 102, 103, 106).

Обстоятельствами, смягчающими наказание, в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, суд признаёт активное способствование раскрытию и расследованию преступления путем сообщения подробных сведений, изобличающих подсудимого в его совершении, которые в полной мере не были известны органу предварительного следствия и обращение с явкой с повинной на первоначальном этапе расследования. В соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ признает частичное признание вины; ослабленное состояние здоровья подсудимого, обусловленное наличием у него заболеваний, 

<

данные изъяты>

Оснований для признания в качестве обстоятельства, смягчающего наказания, противоправного или аморального поведения потерпевшего, как повода к преступлению, суд не находит.

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимого, не установлено.

Согласно предъявленному обвинению, преступление подсудимым совершено в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя. При этом суд фактических и правовых оснований для признания отягчающим наказание обстоятельством, предусмотренным п. 1.1 ст.63 УК РФ, в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, не усматривает. Подсудимый пояснил, что состояние опьянения на его действия не повлияло. С учетом совместно употребления спиртного подсудимым и потерпевшим, поводов судить, что именно состояние опьянения подсудимого сформировало его преступный умысел, не имеется. Суд считает, что указанное состояние опьянения не способствовало возникновению у него умысла на совершение данного преступления, не снизило его критическое отношение к своим действиям и их последствиям.

Исходя из целей наказания и принципа его справедливости, закреплённого в ст.ст.6, 43 УК РФ, с учётом совершения ФИО1 умышленного особо тяжкого преступления против жизни человека, суд считает необходимым назначить ему наказание в виде лишения свободы, с учетом ч. 1 ст. 62 УК РФ, полагая что таким образом будет достигнуто исправление подсудимого.

При этом суд исходит из того, что назначенное подсудимому наказание в виде лишения свободы будет отвечать требованиям соразмерности содеянному и являться восстановлением социальной справедливости, а также достаточным без применения дополнительного вида наказания в виде ограничения свободы.

Несмотря на наличие обстоятельств, смягчающих наказание, оснований для признания их исключительными и применения положений ст. ст. 64, 73 УК РФ, а также для изменения категории преступления в соответствии с ч. 6 ст.15 УК РФ, судом не усмотрено.

Вид учреждения для отбывания наказания суд определяет на основании п. «в» ч.1 ст.58 УК РФ – исправительную колонию строгого режима, поскольку ФИО1 совершено особо тяжкое преступление.

Оснований для постановления приговора без назначения наказания, освобождения подсудимого от наказания или применения отсрочки отбывания наказания суд не усматривает. Вопрос об освобождении от наказания в период отбывания, с учетом состояния здоровья, подлежит рассмотрению в рамках исполнения приговора. 

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 задержан в порядке ст. ст. 91-92 УПК РФ (т.2 л.д. 5-7); постановлением Старооскольского районного суда Белгородской области от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на 2 месяца 00 суток, по ДД.ММ.ГГГГ (т.2 л.д. 55-56); срок содержания под стражей обвиняемого ФИО1 продлен на 1 месяц, всего до 3 месяцев 00 суток, то есть по ДД.ММ.ГГГГ (т.2 л.д. 63-65); ДД.ММ.ГГГГ в судебном заседании, срок содержания под стражей подсудимому ФИО1 продлен на 3 месяца, то есть по ДД.ММ.ГГГГ.

Постановлением Старооскольского районного суда Белгородской области от ДД.ММ.ГГГГ мера пресечения изменена на запрет определенных действий, с установлением запретов, предусмотренных п. п. 3- 5 ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ до отмены или изменения меры пресечения и п.1 ч.6 ст. 105.1 УПК РФ на 3 месяца, с последующим продлением по ДД.ММ.ГГГГ.

На основании ч. 1 ст. 110 УПК РФ, учитывая назначение подсудимому наказания в виде лишения свободы, суд считает необходимым для обеспечения исполнения приговора изменить избранную в отношении него меру пресечения с запрета определенных действий на заключение под стражу, что будет способствовать реализации целей судопроизводства в этой части (ч. 2 ст. 97 УПК РФ). Взять ФИО1 под стражу в зале суда.

С учетом вышеизложенного надлежит зачесть ФИО1 в срок отбывания наказания время его задержания в порядке ст. ст. 91-92 УПК РФ и содержания под стражей с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и с ДД.ММ.ГГГГ по день, предшествующий дню вступления настоящего приговора в законную силу (включительно), из расчета, в соответствие с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

По смыслу положений ст. 72 УК РФ и прямого указания, содержащегося в п. 1.1 ч. 10 ст.109, п. 9 ч. 1 ст. 308 УК РФ, периоды времени, в течение которых к подозреваемому, обвиняемому применялись меры пресечения в виде запрета определенных действий, предусмотренного п. 1 ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ (запрет выходить в определенные периоды времени за пределы жилого помещения) засчитываются в срок содержания под стражей, если они предшествовали применению данной меры пресечения и в связи с этим подлежат учету при исчислении общего срока содержания под стражей, в том числе при его продлении.

Запрет, предусмотренный п. 1 ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ, засчитывается в срок содержания под стражей из расчета два дня его применения за один день содержания под стражей (п. 1.1 ч.10 ст. 109 УПК РФ).

С учетом изложенного, на основании п. 1.1 ч. 10 ст. 109 УПК РФ надлежит зачесть в срок содержания ФИО1 под стражей время запрета определенных действий, предусмотренных п. 1 ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ из расчета два дня его применения за один день содержания под стражей, подлежащий последовательному зачету в соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Гражданский иск по делу не заявлен.

Вопрос о вещественных доказательствах следует разрешить с учетом ст. ст. 81, 82 УПК РФ, по вступлении данного приговора в законную силу: 

<

данные изъяты> надлежит уничтожить (т.1 л.д. 239-240).

В соответствии со ст. ст. 131, 132 УПК РФ суд приходит к выводу, что процессуальные издержки в виде суммы, подлежащей выплате адвокату Ивановой Л.В. по назначению за участие в уголовном судопроизводстве на предварительном следствии в размере 11082 рубля и в суде в размере 17034 рубля надлежит возместить за счет средств федерального бюджета. При этом суд учитывает имущественную несостоятельность ФИО1, с которого они должны быть взысканы, ФИО1 достиг пенсионного возраста, является инвалидом первой группы, и считает возможным освободить его полностью от уплаты указанных процессуальных издержек.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 307-309 УПК РФ,

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, и назначить ему наказание в виде 6 (шести) лет лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Изменить, избранную в отношении ФИО1 меру пресечения с запрета определенных действий на заключение под стражу, которую сохранить до вступления приговора в законную силу. 

ФИО1 взять под стражу в зале суда, срок отбывания наказания исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

Зачесть ФИО1 в срок отбывания наказания время его задержания в порядке ст.ст. 91-92 УПК РФ и содержания под стражей с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по день предшествующий дню вступления настоящего приговора в законную силу (включительно), из расчета, в соответствие с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

На основании п. 1.1 ч. 10 ст. 109 УПК РФ зачесть в срок содержания ФИО1 под стражей время запрета определенных действий, предусмотренных п. 1 ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ из расчета два дня его применения за один день содержания под стражей, подлежащий последовательному зачету в соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима. 

После вступления приговора в законную силу вещественные доказательства: 

<

данные изъяты> – уничтожить.

Процессуальные издержки в виде суммы, подлежащей выплате адвокату Ивановой Л.В. по назначению за участие в уголовном судопроизводстве на предварительном следствии в размере 11082 рубля и в суде в размере 17034 рубля возместить за счет средств федерального бюджета. 

Приговор может быть обжалован в судебную коллегию по уголовным делам Белгородского областного суда в течение 15 суток со дня провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения копии приговора путем подачи апелляционной жалобы и апелляционного представления прокурора через Старооскольский районный суд. 

Судья Р.И. Ананьев