Решение

 в окончательной форме изготовлено 15 января 2019 года

Уникальный идентификатор дела: 66RS0012-01-2018-002137-67

Гражданское дело:2-54/2019

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

город Каменск-Уральский 10 января 2019 года

Свердловской области

Синарский районный суд города Каменска-Уральского Свердловской области

в составе: председательствующего судьи Толкачевой О.А.,

с участием ст. помощника прокурора г.Каменска-Уральского Меньшовой Н.Н.,

при секретаре Табатчиковой Т.Е., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 к ОАО «РЖД» о взыскании денежной компенсации морального вреда, возмещении расходов на погребение, судебных расходов,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1, ФИО2, ФИО6, ФИО4, ФИО7 обратились в суд с иском к ОАО «РЖД» о взыскании денежной компенсации морального вреда, обусловленного смертью в результате железнодорожного травмирования их сына, брата и внука – А., (дата) года рождения, возмещении расходов на погребение, судебных расходов.

В обоснование требований указали, что 09.05.2018 на 93 км. 10 пикет перегона «Кунавино-Каменск-Уральский» Свердловской железной дороги в результате железнодорожного травмирования погиб А., (дата) года рождения. Соистцы считают, что смерть А. произошла в результате нарушения ответчиком установленных правовыми актами нормативных положений, обеспечивающих безопасность на железнодорожном транспорте. Указывают, что смертью А., приходящегося сыном ФИО1 и ФИО2, родным братом - ФИО4, ФИО5, внуком -ФИО6, им причинены невосполнимые моральные страдания, сильнейшая психологическая травма, стресс. Погибший совместно проживал с родителями. Родные сестры погибшего и бабушка проживали отдельно, но регулярно виделись с А., созванивались, поддерживали семейные отношения. Он находился с соистцами в очень теплых и доверительных отношениях. Его гибель для соистцов является необратимым фактором, нарушающим психическое благополучие родственников, неимущественное право на родственные и семейные связи. На основании изложенного, соистцы просят суд взыскать с ответчика в счет денежной компенсации морального вреда в пользу ФИО1 700000 рублей, в пользу ФИО2 – 700000 рублей, в пользу ФИО6 – 500000 рублей, в пользу ФИО4 – 500000 рублей, в пользу ФИО5 – 500000 рублей. Также ФИО1 просит взыскать с ответчика в свою пользу 44900 рублей в счет возмещения расходов на погребение сына, 2450 рублей – в счет возмещения расходов на оформление нотариальной доверенности.

Будучи надлежащим образом извещенной о времени и месте судебного заседания истец ФИО4 в суд не явилась, уполномочила на представление своих интересов представителей.

Соистцы ФИО1, ФИО2, ФИО6, ФИО5 в судебном заседании требования иска поддержали по изложенным в нем основаниям. Настаивали на том, что смертью А. им причинена непоправимая душевная травма, которую они испытывают по настоящее время.

Представители соистцов ФИО2, ФИО6, ФИО1, ФИО4 – ФИО8, ФИО9, действующие на основании доверенностей, в судебном заседании также настаивали на удовлетворении требований иска их доверителей по изложенным в нем основаниям.

Представитель ответчика ФИО10, действующая на основании доверенности от (дата) сроком действия по (дата), против удовлетворения требований иска возражала. Ссылалась на отсутствие предусмотренных законом оснований для возложения на ОАО «РЖД» обязанности по возмещению вреда. Полагала, что несчастный случай произошел по вине самого потерпевшего, в действиях которого имеется грубая неосторожность. Также указывала на наличие признаков умышленного лишения А. себя жизни. Заявленную истцами сумму компенсации морального вреда считала завышенной, не соответствующей критериям разумности и справедливости. Против удовлетворения требований иска о возмещении расходов на погребение возражала.

Представитель третьего лица СПАО «Ингосстрах» ФИО11, действующий на основании доверенности от (дата), в своих возражениях на иск сослался на наличие заключенного между СПАО «Ингосстрах» и ОАО «РЖД» Договора оказания услуг по добровольному страхованию гражданской ответственности ОАО «РЖД», его условия. Также сослался на завышенный размер предъявленной к возмещению компенсации морального вреда.

С учетом того, что реализация права лиц, участвующих в судебном разбирательстве, на непосредственное участие в судебном процессе, осуществляется по собственному усмотрению этих лиц своей волей и в своем интересе, суд расценил неявку соистца ФИО4 на рассмотрение гражданского дела как свое волеизъявление, свидетельствующее об отказе от реализации указанного права, в связи с этим, не затягивая рассмотрение гражданского дела по существу, руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГПК РФ), пришел к выводу о возможности рассмотрения дела в отсутствие данных лиц. 

Выслушав объяснения соистцов, представителей соистцов, представителя ответчика, представителя третьего лица, показания свидетеля С., исследовав письменные доказательства в материалах гражданского дела, исследовав материал проверки № х по факту смертельного железнодорожного травмирования А., представленного по запросу суда Уральским СУТ СК России, учитывая заключение прокурора, полагавшей требования иска соистцов обоснованными и подлежащими удовлетворению в части взыскания денежной компенсации морального вреда с учетом принципа соразмерности размера подлежащей присуждению денежной компенсации фактическим обстоятельствам дела, суд приходит к следующим выводам.

Согласно ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным п. п. 2 и 3 ст. 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В силу ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 № 10 «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.); моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.

Согласно п. 2 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации грубая неосторожность самого потерпевшего, содействовавшая возникновению или увеличению вреда, является основанием для уменьшения размера возмещения.

Согласно разъяснению, данному в п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» основанием для уменьшения размера возмещения вреда применительно к требованиям п. 2 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации являются только виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда.

Таким образом, из содержания указанных норм права, разъяснений Пленума Верховного Суда РФ в их системной взаимосвязи следует, что моральный вред, причиненный близким родственникам гражданина погибшего в результате взаимодействия с источником повышенной опасности, должен быть компенсирован владельцем названного источника повышенной опасности, в не зависимости от наличия его вины в причинении вреда жизни указанного гражданина, при этом, от указанной гражданско-правовой ответственности владелец соответствующего источника повышенной опасности может быть освобожден, только в случае если докажет, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Согласно п. 1 ст. 21 Федерального закона от 10.01.2003 № 17-ФЗ «О железнодорожном транспорте в Российской Федерации», железнодорожные пути общего пользования и железнодорожные пути необщего пользования, железнодорожные станции, пассажирские платформы, а также другие связанные с движением поездов и маневровой работой объекты железнодорожного транспорта являются зонами повышенной опасности.

Правилами нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнения в этих зонах работ, проезда и перехода через железнодорожные пути, утвержденными Приказом Минтранса РФ от 08.02.2007 № 18, прямо предусмотрено, что переход граждан через железнодорожные пути допускается только в установленных и оборудованных для этого местах, при переходе через железнодорожные пути гражданам необходимо пользоваться специально оборудованными для этого пешеходными переходами, тоннелями, мостами, железнодорожными переездами, путепроводами, а также другими местами, обозначенными соответствующими знаками (при этом внимательно следить за сигналами, подаваемыми техническими средствами и (или) работниками железнодорожного транспорта (пункт 6, 7). 

Как следует из материалов дела и установлено судом, 09.05.2018 на 93 км. 10 пикете перегона «Каменск-Уральский – Кунавина» Свердловской железной дороги движущимся электропоездом № х был смертельно травмирован А., (дата) года рождения.

Владельцем источника повышенной опасности являлся ответчик ОАО «РЖД».

Факт смертельного травмирования А. железнодорожным транспортом при вышеуказанных обстоятельствах подтверждается совокупностью исследованных судом доказательств.

Так, в акте № х служебного расследования транспортного происшествия, повлекшего причинение вреда жизни или здоровью граждан, не связанных с производством, на железнодорожном транспорте от 11.05.2018 отражено, что 09.05.2018 в 01 час. 12 мин. московского времени дежурному дистанции пути от ДСП ст. Кунавино стало известно о допущенном случае травмирования на 93 км. 10 Пк мужчины. Машинист грузового поезда № х М. сообщил, что, следуя по перегону Кунавино-Каменск-Уральский, увидел идущего вдоль железнодорожного пути мужчину, стал подавать сигналы большой громкости, мужчина при приближении к составу стал размахивать руками вверх и при сближении с составом попытался подставить голову под состав. Было применено экстренное торможение, о чем было сообщено ДСП станции Кунавино. После остановки состава помощник машиниста вышел посмотреть и сообщил, что молодой человек лежит на обочине железнодорожного пути, у него разбита голова Дежурным на место происшествия была вызвана бригада скорой медицинской помощи. Локомотивная бригада отправилась до станции Курган. Скорость следования грузового поезда № х по перегону Кунавино – Каменск-Уральский – 60 км./час с хорошей видимостью. 

Из материалов дела следует, что при госпитализации А. в ГБУЗ СО «ГБ г. Каменск-Уральский» пострадавшему был установлен диагноз 

<

*****> 

Согласно представленному в дело в копии свидетельству о смерти № х от (дата) А. умер 09.05.2018.

Из акта судебно-медицинского исследования трупа № х следует, что смерть А. наступила от 

<

*****>. 

При судебно-химическом исследовании в крови трупа А. не обнаружены метиловый, этиловый, пропиловые, бутиловые, изоамиловый спирты.

По факту смертельного железнодорожного травмирования ФИО12 СУТ СК России также была проведена проверка. Постановлением старшего следователя следственного отдела на транспорте Уральского следственного управления на транспорте Следственного комитета РФ от 06.08.2018 в возбуждении уголовного дела было отказано. Из содержания постановления следует, что причиной смертельного железнодорожного травмирования А. явилось нарушение самим пострадавшим «Правил нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнения в этих зонах работ, проезда и прохода через железнодорожные пути», утв. приказом Минтранса России от 08.02.2007 № 18, выразившееся в самовольном вхождении в габарит пути движущегося железнодорожного транспорта. Вины локомотивной бригады и иных лиц в смертельном травмировании А. не установлено.

Из материалов дела следует, что соистцы ФИО1, ФИО2 являются родителями погибшего А., а также родителями ФИО5, ФИО4 (фамилия до брака - ФИО13), что подтверждается копиями свидетельств о рождении № х от (дата) (л.д. 15), № х от (дата) (л.д. 17), № х от (дата) (л.д. 19), свидетельством о заключении брака № х от (дата) (л.д. 18). В свою очередь, ФИО6 приходилась погибшему бабушкой по линии отца ФИО2 (свидетельство рождении № х от (дата) на л.д. 16). Из материалов дела, объяснений соистцов, показаний свидетеля следует, что погибший А. совместно проживал со своими родителями. Родные сестры погибшего и бабушка проживали отдельно, при этом между ними и погибшим имелась устойчивая семейная связь. Для каждого из соистцов А. являлся близким, родным человеком, умершим внезапно в возрасте 

<

*****> лет. Несмотря на взросление А., он не утратил семейных и родственных связей со своими сестрами, бабушкой. Суд признает, что смертью А. был причинен вред неимущественному благу каждого из соистцов, которое можно назвать «семейными связями», смерть А. нарушила целостность семьи, существующие семейные связи, что повлекло причинение нравственных страданий всем соистцам.

Установив указанные обстоятельства и оценив в соответствии со ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации все представленные в материалы дела доказательства, суд приходит к выводу, что соистцы имеют право на компенсацию морального вреда, причиненного в связи с гибелью близкого человека (сына, брата и внука), которая не могла не вызвать у них нравственные страдания.

Согласно ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

При определении размера подлежащей взысканию в пользу соистцов компенсации морального вреда суд также учитывает, что совокупностью исследованных судом доказательств подтверждено, что причиной получения А. телесных повреждений явилось грубое нарушение им самим правил личной безопасности в зоне повышенной опасности. Вследствие собственной невнимательности и грубой небрежности, находясь в зоне повышенной опасности, А. вышел на железнодорожный путь в непосредственной близости от приближающегося грузового поезда. Принятыми мерами торможения предотвратить наезд на А. было невозможно.

При этом суд не может согласиться с обоснованностью доводов представителей соистцов о незаконности действий ответчика в части необеспечения надлежащего уровня безопасности движения и эксплуатации железнодорожного транспорта в месте смертельного травмирования А. по причине необустройства указанного места ограждающими конструкциями. 

Такая обязанность на ответчика положениями ст. 21Федерального закона от 10.01.2003 № 17-ФЗ «О железнодорожном транспорте в Российской Федерации» не возложена. Установлено, что, несмотря на то, что место смертельного травмирования А. находится в пределах города Каменска-Уральского, оно расположено на значительном удалении от жилого сектора. В непосредственной близости от данного места не расположены садовые товарищества, гаражные кооперативы и другие места постоянного пребывания людей. 

В свою очередь, суд также признает ненашедшими своего подтверждения доводы представителя ответчика о возможном совершении А. суицида.

Доводы, приводимые стороной ответчика о суициде со стороны А., носят предположительный характер. Каких-либо доказательств, бесспорно свидетельствующих о намерении А. лишить себя жизни при обстоятельствах его гибели, стороной ответчика не представлено (ст. 56 ГПК РФ). Факт самоубийства своего объективного подтверждения не нашел, в том числе не был он установлен и в ходе проверки, проведенной Уральским СУТ СК России. Доказательства, свидетельствующие о том, что смерть А. наступила вследствие непреодолимой силы, действий иных третьих лиц в материалах дела также не имеется.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда (п. 32).

С учетом установленных в ходе судебного разбирательства обстоятельств суд признает, что родителям погибшего, его родным сестрам и бабушке причинены невосполнимые нравственные страдания, связанные с преждевременной кончиной близкого и родного человека. Факт причинения истцам нравственных страданий подтверждается объяснениями в судебных заседаниях самих соистцов ФИО1, ФИО2, ФИО6, ФИО5, представителями соистцов, представляющими в том числе интересы ФИО4, показаниями свидетеля. Из объяснений данных лиц, показаний свидетеля следует, что в результате несвоевременной гибели А. соистцы до настоящего времени испытывают стресс, переживания. Стороной ответчика эти обстоятельства не опровергались.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень физических и нравственных страданий соистцов, отсутствие вины в действиях причинителя вреда, тот факт, что ответчик по делу является юридическим лицом, осуществляющим коммерческую деятельность, а также требования разумности и справедливости. 

Таким образом, учитывая установленные по делу обстоятельства, близкие родственные и семейные отношения между соистцами и погибшим А., степень их родства, суд полагает, что согласующимся с конституционными принципами ценности жизни, здоровья, соответствующим требованиям разумности и справедливости будет являться подлежащая взысканию в пользу ФИО1, ФИО2 с ОАО «РЖД» денежная компенсация причиненного морального вреда смертью сына в размере 60000 руб. каждому, в пользу соистцов ФИО6 (бабушки погибшего), ФИО5, ФИО4 (родным сестрам погибшего) суд в счет денежной компенсации морального вреда признает необходимым взыскать по 40000 руб. в пользу каждого.

Доводы представителя ответчика о том, что ОАО «РЖД» является ненадлежащим ответчиком по делу, поскольку ответственность ответчика в данном случае застрахована в СПАО «Ингосстрах», признаются судом несостоятельными. Гражданское законодательство предоставляет потерпевшему право предъявления требований о возмещении вреда как к причинителю вреда (ст. 1064 ГК РФ), так и к страховщику (ст. 931 ГК РФ). При этом, в силу положений ст. ст. 3, 9, 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, истец самостоятельно определяет конкретный способ защиты нарушенного права среди предусмотренных законом. В настоящем случае соистцы реализовали свое право на предъявление иска к непосредственному причинителю вреда - ОАО «РЖД». Также обращает на себя внимание, что в соответствии с п. 2.4 договора на оказание услуг по добровольному страхованию гражданской ответственности ОАО «РЖД» от (дата) обязанность страховщика по выплате страхового возмещения может возникнуть на основании решения суда, установившего обязанность страхователя возместить ущерб, причиненный им выгодоприобретателю. Указанные положения договора не находятся в противоречии с предусмотренным ст. 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации порядком возмещения ущерба лицом, застраховавшим свою ответственность. На основании изложенного суд признает, что в рассматриваемом случае именно ОАО «РЖД» как владелец источника повещенной опасности является надлежащим ответчиком по требованиям иска соистцов.

Статьей 1094 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.

В обоснование указанных требований истцом ФИО1 представлены заказ на оплату услуг (ритуальные принадлежности, транспортные и прочие услуги, услуги по обустройству могилы) и чек на сумму 33700 руб. (л.д. 30, 31), квитанция к приходному кассовому ордеру от (дата) на оплату услуг по организации поминального обеда на сумму 11200 руб. (л.д. 32), меню поминального обеда.

Перечень необходимых расходов, связанных с погребением, содержится в Федеральном законе от 12.01.1996 № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле».

В соответствии со статьей 3 Федерального закона от 12.01.1996 № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле» погребение понимается как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям. Погребение может осуществляться путем предания тела (останков) умершего земле (захоронение в могилу, склеп), огню (кремация с последующим захоронением урны с прахом), воде (захоронение в воду в порядке, определенном нормативными правовыми актами Российской Федерации).

В отношении расходов на погребение законом установлен принцип возмещения лишь таких расходов, которые признаны необходимыми судом.

В силу статьи 5 Федерального закона от 12.01.1996 № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле» вопрос о размере необходимых расходов на погребение должен решаться с учетом необходимости обеспечения достойного отношения к телу умершего и его памяти.

Затраты на погребение могут возмещаться на основании документов, подтверждающих произведенные расходы на погребение, то есть размер возмещения не поставлен в зависимость от стоимости гарантированного перечня услуг по погребению, установленного в субъекте Российской Федерации или в муниципальном образовании, предусмотренного статьей 9 Федерального закона от 12.01.1996 № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле».

Как указано выше, статья 3 этого же Закона определяет погребение как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям.

С учетом изложенного, принимая во внимание конкретные обстоятельства дела, суд признает, что предъявленные истцом ФИО1 к взысканию расходы являются необходимыми как форма сохранения памяти об умершем, отвечают обычаям, общеприняты. Расходы в заявленной истцом сумме, понесенные на погребение, в том числе, на оплату поминального обеда в день похорон, подтверждены документально, являлись необходимыми и разумными расходами, соответствующими обычно совершаемым обрядовым действиям. 

В силу изложенного суд полагает возможным удовлетворить требования иска ФИО1 о взыскании в её пользу с ОАО «РЖД» в возмещение понесенных расходов 44900 руб.

Согласно ст. 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, расходы на оплату услуг представителей, другие признанные судом необходимыми расходы.

Суд признает документально подтвержденные расходы ФИО1 на оплату услуг нотариуса по удостоверению доверенности на имя представителей в сумме 2450 руб. необходимыми и подлежащими возмещению за счет ответчика. Данная доверенность выдана соистцами на имя представителей для представления интересов в рамках рассмотрения иска к ОАО «РЖД».

В соответствии со ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ОАО «РЖД» в доход местного бюджета надлежит взыскать государственную пошлину в размере 1847 руб. (в связи с удовлетворением требований имущественного и неимущественного характера).

Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 к ОАО «РЖД» удовлетворить частично.

Взыскать с Открытого акционерного общества «Российские железные дороги» в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда 60000 рублей 00 копеек, в счет возмещения расходов – 44900 рублей 00 копеек, в счет возмещения судебных расходов 2450 рублей 00 копеек, итого взыскать 107350 рублей 00 копеек.

Взыскать с Открытого акционерного общества «Российские железные дороги» в пользу ФИО2 в счет компенсации морального вреда 60000 рублей 00 копеек.

Взыскать с Открытого акционерного общества «Российские железные дороги» в пользу ФИО6 в счет компенсации морального вреда 40000 рублей 00 копеек.

Взыскать с Открытого акционерного общества «Российские железные дороги» в пользу ФИО4 в счет компенсации морального вреда 40000 рублей 00 копеек.

Взыскать с Открытого акционерного общества «Российские железные дороги» в пользу ФИО5 в счет компенсации морального вреда 40000 рублей 00 копеек.

В удовлетворении исковых требований соистцов в оставшейся части отказать.

Взыскать с Открытого акционерного общества «Российские железные дороги» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 1847 рублей 00 копеек.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Свердловский областной суд в течение одного месяца со дня его изготовления в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Синарский районный суд г.Каменска-Уральского Свердловской области.

Судья: О.А. Толкачева