Мотивированное 

решение

 составлено 28 февраля 2020 года Дело № 2-70/2020

УИД 76RS0021-01-2019-001791-06

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

20 февраля 2020 года г. Тутаев Ярославской области

Тутаевский городской суд Ярославской области в составе:

председательствующего судьи Бодрова Д. М.,

при секретаре Караваевой А. В., 

с участием прокурора Чернышковой Л. Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Акционерному обществу «Тутаевская ПГУ» о признании приказа об увольнении незаконным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, взыскании судебных расходов, 

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к Акционерному обществу «Тутаевская ПГУ», с учетом уточнения которого, просил признать незаконным приказ о его увольнении от 15.10.2019 г. №к, восстановить его на работе в прежней должности, взыскать с ответчика в свою пользу средний заработок за время вынужденного прогула в размере 20041,98 рублей, компенсацию морального вреда в размере 100000 рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 15000 рублей. 

В обоснование заявленных требований указано, что истец работал в АО «Тутаевская ПГУ» с 02.05.2017 г. в должности начальника транспортного участка на основании трудового договора.

13.08.2019 г. истцу было вручено уведомление о предстоящем увольнении в связи с сокращением штата работников в соответствии с приказом № от 12.08.2019 г., согласно которому с 14.10.2019 г. одна штатная единица начальника транспортного участка подлежала сокращению с целью оптимизации затрат. Приказом от 15.10.2019 г. №к истец был уволен с занимаемой должности.

Данное увольнение истец считает незаконным, полагает, что оно носит мнимый характер и произведено с нарушением действующего законодательства. После издания приказа об увольнении истца для исполнения аналогичных обязанностей был принят другой работник, наименование должности которого было изменено, но при этом выполнявший обязанности начальника транспортного участка. Численность сотрудников (количество штатных единиц) транспортного участка до и после увольнения не сократилась, сведения о затратах на оплату труда в представленных ответчиком выписках отсутствуют. Штатное расписание было изменено и утверждено ответчиком 16.10.2019 г., то есть после увольнения истца.

В течение срока предупреждения о предстоящем увольнении ответчик предлагал истцу имеющиеся вакантные должности, однако, предложенные вакансии не соответствовали квалификации и опыту работы ФИО1 Уведомлений и сообщений о наличии иных вакантных должностей и о квалификационных требованиях к ним истцу от ответчика не поступало. Вопрос о возможности истца выполнять предлагаемую ему работу разрешался работодателем коллегиально. По результатам проведенного собеседования работодатель пришел к выводу о невозможности истца выполнять работу по выбранным им должностям, в переводе с сокращаемой должности отказал. При этом в штате работодателя имелась вакантная должность тракториста 3 разряда, которая истцу предложена не была.

Неправомерными действиями ответчика истцу причинен моральный вред, оцененный им в указанном размере. В связи с необходимостью защиты своих прав истец понес расходы на оказание ему юридических услуг.

В судебное заседание истец, будучи надлежаще извещенным о слушании дела, не явился, ходатайствовал о его отложении. Ранее в судебном заседании заявленные требования поддержал, пояснил, что приказ от 12.08.2019 г. он не получал, получил только уведомление, основания сокращения до него не были доведены. О том, что сокращение носит мнимый характер, понял в связи с тем, что в ноябре 2019 года был принят работник на должность механика, который фактически исполнял трудовые обязанности, ранее возложенные на него. Полагал, что в действительности никакого сокращения не было, увольнение обусловлено личной неприязнью к нему со стороны работодателя. В период с 12.08.2019 г. до 27.08.2019 г. должность тракториста 3 разряда была вакантна, но ее ему не предлагали, и на ее занятие он мог претендовать, поскольку у него имеется удостоверение тракториста. О наличии вакантной должности тракториста он знал еще в период вручения уведомления о сокращении, но со слов другого сотрудника ему стало известно, что эту должность вывели за штат. О том, что после сокращения на его бывшем рабочем месте работает другой человек, ему стало известно от ФИО2

Представитель истца по устному ходатайству ФИО3 в судебное заседание не явился, о дате и месте его проведения извещался надлежащим образом, ранее в судебном заседании исковые требования поддержал. Дополнительно пояснил, что о наличии вакантной должности тракториста истец узнал только в ходе рассмотрения гражданского дела, поэтому он не имел возможности представить работодателю документы, подтверждающие его квалификацию тракториста-машиниста. Полагал, что ответчиком была нарушена процедура сокращения. 

Представитель ответчика по доверенности ФИО4 в судебном заседании возражала против удовлетворения заявленных требований. Пояснила, что сокращение истца являлось целесообразным в интересах организации, направлено на оптимизацию финансовых расходов. Приказ о сокращении не был направлен в адрес истца, поскольку такой обязанности у работодателя не имеется. В этот же день было издано уведомление, в котором имелся перечень вакантных должностей организации. 13.08.2019 г. ФИО1 был ознакомлен с данным уведомлением и перечнем всех вакантных должностей, имеющихся в организации на тот момент. 16.08.2019г. истцу было вручено еще одно уведомление с указанием еще двух вакансий, которые появились на указанную дату – слесарь и мастер участка. Истец выразил согласие на вакансию мастер участка. 20.08.2019г. ему вручили уведомление с перечнем новых вакансий: специалист, машинист-обходчик по турбинному оборудованию и машинист-обходчик по котельному оборудованию. Истец изъявил желание на вакансии машинист-обходчик по турбинному оборудованию и машинист-обходчик по котельному оборудованию. Работодателем коллегиально было проведено собеседование, которое сопровождалось аудиофиксацией. 27.08.2019 года по результатам собеседования было принято решение о том, что ФИО1 не соответствует выбранным должностям.26.09.2019г.и 15.10.2019г. истцу были вручены еще уведомления с приложением перечня вакансий, но истцом был дан письменный отказ. Должность истца была сокращена, на его место никого на работу не принимали. В транспортном участке, где ранее работал ФИО1, не имеется нового работника, который бы исполнял трудовые обязанности истца. В период работы, когда ФИО1 отсутствовал на своем рабочем месте (был на больничном или в отпуске) его трудовые обязанности исполнял его непосредственный руководитель ФИО5 Кроме руководителя группы снабжения и хозяйственного обслуживания ФИО5 никто не исполняет должностные обязанности начальника транспортного участка. По состоянию на 12.08.2019г. была только одна единица начальника транспортного участка. 29.10.2019 года на постоянной основе в связи с приобретением автобуса был трудоустроен ФИО6 на должность водителя. В связи с производственной необходимостью в штатном расписании на одну должность водителя стало больше. Иных кадровых изменений в рамках транспортного участка не происходило.

Также пояснила, что ФИО7 является работником другого участка - «Участок районная котельная». ФИО7 направлялся на транспортный участок для выполнения непосредственно своих обязанностей, предусмотренных должностной инструкцией, а именно, проведение осмотра системы горячего водоснабжения и отопления на участке, произвел необходимые замеры с целью разработки проекта новой системы отопления и горячего водоснабжения. Мастер участка ФИО7 не является работником транспортного участка и не исполнял обязанности начальника транспортного участка после сокращения истца. 

Штатное расписание с исключенной должностью начальника транспортного участка утверждено ранее даты сокращения ФИО1, но введено в действие 16.10.2019 года, то есть после даты, когда был уволен ФИО1 Приказ от 16.10.2019 г. предписывает не утвердить новое штатное расписание, а лишь сократить (вывести) из состава транспортного участка 1 штатную единицу начальника участка. 

На момент уведомления о сокращении должность тракториста 3 разряда была вакантна. О наличии данной вакантной должности было известно ФИО1 В июле 2019 года на собеседование на должность водителя был приглашен ФИО8, собеседование было проведено лично начальником транспортного участка ФИО1, и в принятии на работу было отказано, в связи с отсутствием опыта. 27 августа 2019 года, после очередного предварительного собеседования с ФИО1 на должность тракториста 3 разряда был принят ФИО8 ФИО1 умышленно не предоставил о себе дополнительные сведения, вводя тем самым работодателя в заблуждение. У работодателя отсутствовали сведения о наличие у истца соответствующего средне-специального образования. Свидетельство тракториста-машиниста, выданное истцу в 1997 году, является просроченным, не предоставляющим права управлять самоходной техникой. В период, когда проходило сокращение должности начальника транспортного участка, ФИО1 на законных основаниях не мог управлять самоходной техникой, а значит, и претендовать на должность тракториста 3-го разряда. 

Представитель ответчика по доверенности ФИО9 в судебном заседании иск не признала. Пояснила, что ФИО5 имел право без вынесения дополнительного приказа исполнять полномочия начальника транспортного участка в отсутствие истца на рабочем месте. Работник ФИО7 в должности мастера участка районной котельной, который территориально находится на 

<

адрес>, а транспортный участок, где работал истец находится на 

<

адрес>. Данный работник был трудоустроен 05.11.2019 года. В должностные обязанности мастера участка районной котельной ФИО10 не входят трудовые обязанности начальника транспортного участка, но он мог присутствовать на рабочем месте истца. При сокращении должности истца выяснялся вопрос о том, имел ли он преимущественное право на оставление на работе с учетом его квалификации, производительности труда, количество иждивенцев. Приоритетов у ФИО1 не имелось. Сокращение проводилось не из каких-то личностных мотивов. Должность тракториста 3 разряда была выведена из штатного расписания, а не сокращена. Данная должность не была вакантной. Впоследствии, по настоянию начальника транспортного участка ФИО1 эту единицу тракториста 3 разряда ввели обратно в штат и взяли работника.

Представитель ответчика по доверенности ФИО11 в судебном заседании полагал иск не подлежащим удовлетворению. Пояснил, что работодатель должен был предлагать истцу только те должности, которые соответствуют его уровню образования. В личном деле ФИО1 отсутствовали сведения о наличии у него прав на управление трактором. Кроме того, на тот момент, когда истцу вручались уведомления, он не задавал вопросов о том, почему перечень вакантных должностей неполный, изъявлял желание занимать другие должности. На 13 августа ФИО1 знал о наличии вакантной должности тракториста, поскольку самостоятельно подыскивал кандидата на эту должность и проводил с ним собеседование. ФИО1 знал о наличии вакантной должности тракториста, поскольку самостоятельно подыскивал кандидата на эту должность и проводил с ним собеседование. 

Выслушав лиц, участвующих в деле, свидетельские показания, заключение прокурора, полагавшего требования ФИО1 не подлежащими удовлетворению, исследовав материалы дела, представленные письменные доказательства, оценив представленные по делу доказательства в их совокупности, сопоставив доводы участников процесса с фактическими обстоятельствами дела, установленными в судебном заседании, суд приходит к следующим выводам.

Согласно ст. 22 ТК РФ работодатель имеет право заключать, изменять и расторгать трудовые договоры с работниками в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

Согласно разъяснениям, приведенным в п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

Пунктом 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ предусмотрено, что трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае сокращения численности или штата работников организации, индивидуального предпринимателя.

Реализуя закрепленные Конституцией РФ (ст. 34 ч. 1, ст. 35 ч. 2) права, работодатель в целях осуществления эффективной экономической деятельности и рационального управления имуществом вправе самостоятельно, под свою ответственность принимать необходимые кадровые решения (подбор, расстановка, увольнение персонала), обеспечивая при этом в соответствии с требованиями ст. 37 Конституции РФ, закрепленные трудовым законодательством гарантии трудовых прав работников.

Принятие решения об изменении структуры, штатного расписания, численного состава работников организации относится к исключительной компетенции работодателя, который вправе расторгнуть трудовой договор с работником в связи с сокращением численности или штата работников организации при условии соблюдения установленного порядка увольнения и гарантий, направленных против произвольного увольнения.

В силу ч. 3 ст. 81 ТК РФ увольнение по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 настоящей статьи, допускается, если невозможно перевести работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. При этом работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности.

Согласно ст. 179 ТК РФ при сокращении численности или штата работников преимущественное право на оставление на работе предоставляется работникам с более высокой производительностью труда и квалификацией.

Частями 1 и 2 ст. 180 ТК РФ установлено, что при проведении мероприятий по сокращению численности или штата работников организации работодатель обязан предложить работнику другую имеющуюся работу (вакантную должность) в соответствии с ч. 3 ст. 81 настоящего Кодекса. О предстоящем увольнении в связи с сокращением численности или штата работников организации работники предупреждаются работодателем не менее чем за два месяца до увольнения.

С учетом приведенных норм права юридически значимыми обстоятельствами для разрешения спора о восстановлении на работе лица, уволенного по п. 2 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ являются следующие обстоятельства: действительно ли имело место сокращение штата работников и с какого времени; уведомление работника в письменной форме о предстоящем увольнении в установленный законом срок; наличие вакантных должностей в организации в данной местности в период со дня уведомления работника об увольнении до дня его увольнения с работы, на которые возможно перевести работника с его письменного согласия (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которые работник может выполнять с учетом его состояния здоровья.

В соответствии с п. 29 Постановления Пленума ВС РФ N 2 от 17.03.2004 г., в соответствии с частью третьей статьи 81 Кодекса увольнение работника в связи с сокращением численности или штата работников организации индивидуального предпринимателя допускается, если невозможно перевести работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. Судам следует иметь в виду, что работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности. При решении вопроса о переводе работника на другую работу необходимо также учитывать реальную возможность работника выполнять предлагаемую ему работу с учетом его образования, квалификации, опыта работы.

При этом необходимо иметь в виду, что расторжение трудового договора с работником по пункту 2 части первой статьи 81 Кодекса возможно при условии, что он не имел преимущественного права на оставление на работе (статья 179 ТК РФ) и был предупрежден персонально и под расписку не менее чем за два месяца о предстоящем увольнении (часть вторая статьи 180 ТК РФ).

Таким образом, из смысла приведенных выше норм действующего трудового законодательства следует, что право определять численность и штат работников принадлежит работодателю.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что истец ФИО1 работал в АО «Тутаевская ПГУ» с 02.05.2017 года по 15.10.2019 года в должности начальника транспортного участка согласно трудового договора №.

Приказом генерального директора АО «Тутаевская ПГУ» от 12.08.2019 г. №, с 14.10.2019 г. подлежала сокращению одна штатная единица начальника транспортного участка (т. 1 л.д. 28). 

12.08.2019 г. ФИО1 был уведомлен о предстоящем 14.10.2019 г. сокращении штата работников, что подтверждается его подписью (т. 1 л.д. 95-96). ФИО1 был представлен список имеющихся вакансий, с которым он был ознакомлен 13.08.2019 г. (т. 1, л.д. 97-100).

Также работодателем было установлено, что ФИО1 не имеет преимущественного права оставления на работе при сокращении штата в соответствии со ст. 179 ТК РФ, что ответчиком не оспаривалось. 

16.08.2019 г. и 20.08.2019 г. работодатель предоставил ФИО1 списки имеющихся вакансий, соответствующих его квалификации, а также вакантные нижестоящие должности и нижеоплачиваемую работу (т. 1 л.д. 85-86, 88-89).

20.08.2019 г. и 23.08.2019 г. от ФИО1 поступили заявления о его переводе на вакантные должности мастера участка (участка обслуживания и ремонта городских тепловых сетей), а также машиниста-обходчика по турбинному оборудованию или машиниста-обходчика по котельному оборудованию (т. 1, л.д. 87, 90, 92).

27.08.2019 г. работодатель провел с ФИО1 собеседование по вопросу занятия вышеуказанных вакантных должностей. По его результатам решением комиссии ему было отказано в переводе на данные должности в связи с тем, что ФИО1 не имеет реальной возможности выполнять работы по выбранным им должностям, исходя из имеющегося у него образования, квалификации, опыта работы (т. 1 л.д. 127-131). Данный отказ истцом оспорен не был.

Кроме того, 26.09.2019 г. и 15.10.2019 г. ФИО1 работодателем был уведомлен о предоставлении отказа либо согласия занятия вакантных должностей, ему был предоставлен перечень вакансий. От предложенной работы ФИО1 отказался в связи с тем, что ни одна их предложенных вакансий его не устраивала (т.1 л.д. 73-84).

15.10.2019 г. ФИО1 был уволен согласно приказа №к в связи с сокращением штата работников, работодатель произвел с ФИО1 расчет при увольнении (т.1, л.д. 38-39).

Из представленных ответчиком выписок из штатного расписания следует, что по состоянию на 13.08.2019 г. в организации предусматривалось одна единица начальника транспортного участка (т. 1 л.д. 40-45). По состоянию на 13.09.2019 г., на 26.09.2019 г. в транспортном участке была предусмотрена одна штатная единица начальника участка (л.д. т. 1 46-57). На 16.10.2019 г. штатная единица начальника транспортного участка в АО «Тутаевская ПГУ» отсутствовала (т. 1 л.д. 58-63).

Приказом от 16.10.2019 г. №ш одна штатная единица начальника транспортного участка была сокращена (т.1 л.д. 64).

По состоянию на 16.11.2019 г. и на 16.12.2019 г. данная штатная единица в организации также отсутствовала, что подтверждается выписками из штатного расписания на указанные даты (т. 1, л.д. 65-71). 

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что факт сокращения одной штатной единицы начальника транспортного участка имел место в АО «Тутаевская ПГУ», в связи с чем у работодателя имелись основания для расторжения с истцом трудового договора по п. 2 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ, поскольку принятие решения об изменении структуры, штатного расписания, либо численного состава работников организации относится к компетенции работодателя, который при принятии такого решения вправе расторгнуть трудовой договор с работником в связи с сокращением численности или штата работников организации при условии соблюдения установленного законом порядка увольнения и предоставления работнику соответствующих гарантий.

Проверяя порядок увольнения ФИО1 по сокращению штата, установленный ч. ч. 1, 2 ст. 180, ч. 3 ст. 81 ТК РФ, суд приходит к выводу о его соблюдении ответчиком.

Работодателем 12.08.2019 г. было принято решение о сокращении штатной единицы начальника транспортного участка, которую занимал истец ФИО1 Данное решение было обусловлено необходимостью оптимизации затрат АО «Тутаевская ПГУ».

С доводами истца о том, что в нарушение действующего законодательства ему при увольнении не была предложена вакантная должность тракториста третьего разряда, а также о том, что само увольнение носило мнимый характер и произведено с нарушением действующего законодательства, суд не соглашается по следующим основаниям.

Приказом от 01.07.2019 г. № одна штатная единица тракториста 3 разряда была выведена из состава транспортного участка и обратно введена в его состав приказом от 12.08.2019 г. № (т. 1, л.д. 202-203).

Истцом в судебное заседание было представлено удостоверение тракториста-машиниста, выданное ему 20.10.1997 г., согласно которому ФИО1 имел право управления тракторами колесными класса до 14 кН (1,4 тс) и тракторами гусеничными (т.1 л.д. 207).

Согласно письму тутаевского политехнического техникума от 30.12.2019 г. (ранее ГОУ НПО ЯО профессиональное училище № 41), ФИО1 обучался в данном учебном заведении, 15.10.1997 г. ему было выдано свидетельство тракториста, 01.07.1998 г. выдан диплом и свидетельство водителя категории «В, С» (т.1, л.д. 204). 

Согласно справке инспекции административно-технического надзора Ярославской области от 03.02.2020 г., ФИО1 20.10.1997 г. было выдано удостоверение тракториста-машиниста категории «А, В», которое было заменено, 30.10.2020 г. ФИО1 было выдано удостоверение тракториста-машиниста (тракториста) категории «А1, В, С, Е». В соответствии с п. 48 "Инструкции о порядке применения Правил допуска к управлению самоходными машинами и выдачи удостоверений тракториста - машиниста (тракториста)", утв. Приказом Минсельхозпрода России от 29.11.1999 N 807, удостоверения на право управления самоходными машинами, выданные органами гостехнадзора с 1 января 1991 г. до 1 января 2000 г., подлежат замене до 31 декабря 2003 года. В период с 01.01.2004 г. по 29.01.2020 г. у ФИО1 отсутствовало действующее удостоверение тракториста-машиниста (тракториста), подтверждающее наличие у него права на управление самоходными машинами (т. 1 л.д. 231).

Таким образом, суд приходит к выводу, что в период с 12.08.2019 г. по 15.10.2019 г. ФИО1 не имел возможности занимать должность тракториста третьего разряда в связи с отсутствием у него действующего удостоверения. 

Кроме того, суд учитывает, что в указанный период ФИО1 было известно о наличии в АО «Тутаевская ПГУ» данной вакантной должности, что подтверждается пояснениями самого истца в судебном заседании, а также письменными объяснениями ФИО8 от 13.01.2020 г., из которых усматривается, что ФИО1 дважды (20.08.2019 г. и 26.08.2019 г.) проводил с ним собеседования для занятия им данной вакансии (т. 1, л.д. 205).

При трудоустройстве ФИО1 предоставил работодателю сведения о наличии у него квалификации по специальности «юриспруденция», что подтверждается личной карточкой работника (л.д. 216-219). Сведений о наличии у него какого-либо иного образования, а также о наличии у него иных дипломов и свидетельств ФИО1 работодателю не представил. При собеседовании 27.08.2019 г. ФИО1 также не сообщил о наличии у него права на управление трактором.

Таким образом, в период с 12.08.2019 г. по 15.10.2019 г. у работодателя отсутствовали сведения о наличии у ФИО1 удостоверения тракториста-машиниста, в то время как сам ФИО1 об этом не сообщал, при этом достоверно зная о наличии в организации данной вакантной должности.

Работодатель обоснованно не предложил ФИО1 данную должность, поскольку истец не мог ее занимать ввиду отсутствия у него в данный период действующего удостоверения на право управления трактором, а доказательств обратного истцом представлено не было. Сведений о том, что на период увольнения истца в штате ответчика имелись какие-либо вакантные должности, соответствующие тем требованиям, о которых идет речь в части 3 статьи 81 ТК РФ, которые должны были быть предложены истцу в целях его трудоустройства, но не были ему предложены, в материалах дела не имеется.

Кроме того истцом не представлено доказательств того, что ФИО5, занимавший должность руководителя группы снабжения и хозяйственного обслуживания, а также мастер участка «районная котельная» ФИО7 фактически исполняли обязанности начальника транспортного участка. Так, вопреки доводам истца, должностные инструкции перечисленных работников предусматривают различный круг должностных обязанностей, различные требования к образованию и стажу работы.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО2 пояснила, что работала в АО «Тутаевская ПГУ» в должности сторожа. В начале ноября, на должность начальника транспортного участка был взят ФИО7, который ежедневно утром приходил на работу, сам своим ключом открывал дверь и работал в кабинете, который ранее занимал ФИО1 В конце рабочего дня этот человек все выключал, запирал дверь кабинета на ключ и уходил с работы. ФИО10 исполнял обязанности начальника транспортного участка, лично ознакамливал ее с распорядительной документацией. 16 ноября ФИО10 самостоятельно производил выпуск транспортных средств на линию. Перед выходом ФИО10 на работу, ФИО5 знакомил его с рабочим местом и сотрудниками. Приступил к работе ФИО12 5 ноября.

Однако, данные показания свидетеля, являющейся «гражданской женой» истца, опровергаются показаниями свидетеля ФИО5, который в судебном заседании пояснил, что он являлся непосредственным руководителем ФИО1, его должностные обязанности пересекались с должностными обязанностями ФИО1, поскольку он контролировал деятельность транспортного участка, в том числе и деятельность ФИО1, который обеспечивал работу транспортного участка. После сокращения должности начальника транспортного участка, трудовые обязанности истца перешли ко нему в полном объеме. Должность начальника транспортного участка была сокращена и до настоящего времени эта должность вновь не создавалась. ФИО10 в связи с наличием проблем с отоплением и водоснабжением на транспортном участке находился там, производил измерения. Он имел доступ в диспетчерскую (помещение, где ранее находился истец), чтобы принимать там пищу и пользоваться компьютером под своей учетной записью, при этом он не выполнял должностные обязанности начальника транспортного участка.

Суд также учитывает, что ФИО2, работая в должности сторожа, не могла достоверно знать должностные обязанности других работников организации, объем и характер их работы. Фактически ее пояснения о периоде и характере работы ФИО7 являются ее субъективным восприятием и не могут служить доказательством исполнения обязанностей уволенного истца другим лицом.

Согласно пояснениям представителей ответчика, ФИО5 в периоды отсутствия на работе ФИО1 мог исполнять его обязанности в связи с возникшей необходимостью, а ФИО7 мог находиться в транспортном участке в связи исполнением им своих трудовых обязанностей, а именно, в связи с проведением осмотра системы горячего водоснабжения и отопления на участке, что в свою очередь не свидетельствует о фактическом занятии названными работниками должности начальника транспортного участка после увольнения ФИО1

Внесение работодателем изменений в штатное расписание приказом от 16.10.2019 г. №ш не свидетельствует о мнимости сокращения должности начальника транспортного участка, а также о нарушении каких-либо прав ФИО1

Сведений о том, что на период увольнения истца в штате ответчика имелись какие-либо иные вакантные должности, соответствующие тем требованиям, предусмотренным ч. 3 ст. 81 ТК РФ, которые должны были быть предложены истцу в целях его трудоустройства, но не были ему предложены, в материалах дела не имеется.

О предстоящем увольнении в связи с сокращением ФИО1 был предупрежден работодателем персонально под роспись 12.08.2019 г., а фактически уволен 15.10.2017 г., то есть с соблюдением установленного ч. 2 ст. 180 ТК РФ срока с учетом нахождения работника на больничном.

При изложенных обстоятельствах, на основании собранных по делу доказательств, суд приходит к выводу о соблюдении работодателем положений абз. 3 ст. 81, ст. 180 ТК РФ, поскольку об увольнении истец был уведомлен в установленный законом срок, вакантные должности, соответствующие квалификации ФИО1, были ему предложены, иные вакантные должности или работа, которую он мог выполнять, у ответчика отсутствовали, положения ст. 179 ТК РФ ответчиком нарушены не были. 

Учитывая, что оснований для признания нарушения трудовых прав истца, а также для признания увольнения незаконным и для восстановления его на работе судом не установлено, то требования ФИО1 удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 198-199 ГПК РФ, 

р е ш и л :

В удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ярославский областной суд через Тутаевский городской суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме. 

Судья Д. М. Бодров