Дело № 2-291/2020

39RS0007-01-2020-000142-40

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г.Багратионовск 14 мая 2020 г. 

Багратионовский районный суд Калининградской области в составе:

судьи Степаненко О.М.,

при помощнике судьи Пурвиетис Н.Я., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего сына ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ рождения, о признании утратившими право пользования жилым помещением со снятием с регистрационного учета, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к бывшей супруге ФИО2, дочери ФИО3, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего сына ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ рождения, о признании утратившими право пользования жилым помещением со снятием с регистрационного учета.

В обоснование исковых требований истец указал, что на основании договора приватизации от 22 декабря 1993 г. он является собственником 

<

адрес> в 

<

адрес>. В данном жилом помещении зарегистрированы по месту жительства: его бывшая жена ФИО2, дочь ФИО3, несовершеннолетний внук ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ рождения. В 2011 г. ответчики, забрав личные вещи, добровольно выехали из квартиры, совместного хозяйства с ним не ведут, расходов по содержанию жилья не несут. Ссылаясь на положения ч. 4 ст. 31 Жилищного кодекса РФ, согласно которой в случае прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения право пользования данным жилым помещением за бывшим членом семьи собственника этого жилого помещения не сохраняется, истец просит признать указанных лиц утратившими право пользования спорной квартирой со снятием с регистрационного учета.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал, пояснив при этом, что в период совместного проживания с ответчиками между ним и бывшей супругой постоянно возникали конфликты, их инициатором являлась ФИО2, во время ссор имели место случаи применения ею к нему физической силы с причинением телесных повреждений. Ему известно о том, что после выезда ответчики постоянно меняют место проживания, живут у друзей и знакомых. В принадлежащей ему на праве собственности квартире он проживает с сожительницей.

Его представитель ФИО5 в судебном заседании поддержала исковые требования, пояснив, что отказ ответчиков от участия в приватизации жилого помещения не может служить безусловным основанием для сохранения за ними права пользования спорной квартирой. Их выезд носит добровольный и постоянный характер, что свидетельствует об утрате ими права пользования жилым помещением.

Ответчица ФИО2 в суд не явилась, представила заявление о рассмотрении дела в ее отсутствие. В ранее состоявшемся судебном заседании с иском не согласилась, пояснив, что она, ее дочь с внуком вынуждены были в 2011 г. покинуть спорную квартиру из-за поведения истца – ее бывшего супруга ФИО1, который употреблял спиртные напитки, постоянно устраивал скандалы и драки, приводил в жилое помещение посторонних женщин. Данная квартира является для них единственным местом жительства, иного жилья для постоянного проживания они не имеют, проживают у друзей и знакомых.

Ответчица ФИО3 в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований и дала суду аналогичные объяснения.

Их представитель ФИО6 в судебном заседании полагал, что исковые требования подлежат отказу в удовлетворении в связи со следующим. Положения ч. 4 ст. 31 Жилищного кодекса РФ, на которую ссылается истец в исковом заявлении в обоснование своих требований, в рассматриваемом случае не применимы. Право собственности на спорную квартиру возникло у ФИО1 на основании договора передачи жилого помещения в собственность в порядке приватизации. На момент приватизации в жилом помещении проживали и были постоянно зарегистрированы ответчики ФИО2 и ФИО3, имеющие равные с истцом права пользования спорной квартирой, которые не участвовали в приватизации занимаемого ими жилого помещения. Отсутствие ответчиков в спорной квартире по изложенным им причинам является вынужденным, в связи с чем отсутствуют правовые основания для признания их утратившими право пользования жилым помещением.

Несовершеннолетний ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ рождения, заслушанный судом на основании ст. 37 Гражданского процессуального кодекса РФ, в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований. 

Представитель привлеченного судом к участию в деле в качестве третьего лица МО МВД России «Багратионовский» в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом.

Заслушав объяснения вышеназванных лиц, показания свидетелей, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 2 Закона РФ от 4 июля 1991 г. N 1541-1 «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» (в редакции, действовавшей на момент приватизации квартиры) граждане, занимающие жилые помещения в домах государственного и муниципального жилищного фонда, включая жилищный фонд, находящийся в полном хозяйственном ведении предприятий или оперативном управлении учреждений (ведомственный фонд), по договору найма или аренды, вправе с согласия всех совместно проживающих совершеннолетних членов семьи приобрести эти помещения в собственность, в том числе совместную, долевую, на условиях, предусмотренных настоящим Законом, иными нормативными актами Российской Федерации и республик в составе Российской Федерации.

Таким образом, из содержания статьи 2 Закона РФ "О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации" следовало, что реализация права на приватизацию жилого помещения поставлена в прямую зависимость от наличия согласия всех лиц, занимающих его по договору социального найма, которое предполагает достижение договоренности о сохранении за теми из них, кто отказался от участия в приватизации, права пользования приватизированным жилым помещением.

В 1988 г. супруги ФИО1 (истец) и ФИО2 (ответчица) вместе с несовершеннолетней (на тот момент) дочерью ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ рождения) вселились и были зарегистрированы по месту жительства в двухкомнатной 

<

адрес> в 

<

адрес>.

На основании договора приватизации, заключенного 22 декабря 1993 г. с АО «Западное», ФИО1 приобрел указанное жилое помещение в собственность.

Его супруга ФИО2 и несовершеннолетняя на тот период времени дочь ФИО3, приобретшие равное с нанимателем право пользования спорной квартирой и имеющие право на участие в ее приватизации, в приватизации данного жилого помещения не участвовали.

Вышеназванный договор послужил основанием для регистрации 27 декабря 1993 г. органом БТИ права единоличной собственности истца ФИО1 на 

<

адрес> в 

<

адрес>, общей площадью 

<

данные изъяты> кв.м.

Согласно ч. 1 ст. 31 Жилищного кодекса РФ к членам семьи собственника жилого помещения относятся проживающие совместно с данным собственником в принадлежащем ему жилом помещении его супруга, а также дети и родители данного собственника. 

В силу ч. 4 ст. 31 Жилищного кодекса РФ в случае прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения право пользования данным жилым помещением за бывшим членом семьи собственника этого жилого помещения не сохраняется, если иное не установлено соглашением между собственником и бывшим членом его семьи.

Из объяснений участвующих в деле лиц следует, что брак между супругами Ш-выми был расторгнут в 2005 г.; ответчики с 2011 г. в спорном жилом помещении не проживают.

В обоснование исковых требований истец, ссылаясь на положения ч. 4 ст. 31 Жилищного кодекса РФ, указал, что ответчики в добровольном порядке выехали из квартиры, длительное время в ней не проживают, оплату коммунальных услуг не производят, а их отказ от участия в приватизации жилого помещения не может служить безусловным основанием для сохранения права пользования спорной квартирой.

В соответствии со ст. 19 Федерального закона «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации», действие положений ч. 4 ст. 31 Жилищного кодекса РФ не распространяется на бывших членов семьи собственника приватизированного жилого помещения при условии, что в момент приватизации данного жилого помещения указанные лица имели равные права пользования этим помещением с лицом, его приватизировавшим, если иное не установлено законом или договором.

В случае выезда в другое место жительства право пользования жилым помещением бывшего члена семьи собственника, в котором он проживал вместе с собственником жилого помещения, может быть прекращено независимо от того, что в момент приватизации спорного жилого помещения бывший член семьи собственника жилого помещения имел равное право пользования этим помещением с лицом, его приватизировавшим.

Таким образом, сам по себе факт наличия у лица права пользования жилым помещением на момент его приватизации при последующем его добровольном отказе от этого права, не может служить безусловным основанием для вывода о сохранении за ним права пользования жилым помещением бессрочно.

Согласно правовой позиции, изложенной в п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 14 от 2 июля 2009 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации», при рассмотрении иска собственника жилого помещения о признании бывшего члена его семьи, утратившим право пользования этим жилым помещением необходимо иметь в виду, что в соответствии со статьей 19 вводного закона действие положений части 4 статьи 31 ЖК РФ не распространяется на бывших членов семьи собственника приватизированного жилого помещения при условии, что в момент приватизации данного жилого помещения указанные лица имели равные права пользования этим помещением с лицом, его приватизировавшим, если иное не установлено законом или договором.

Согласно частям 2 и 4 статьи 69 ЖК РФ (до 1 марта 2005 года - статья 53 ЖК РСФСР) равные права с нанимателем жилого помещения по договору социального найма в государственном и муниципальном жилищном фонде, в том числе право пользования этим помещением, имеют члены семьи нанимателя и бывшие члены семьи нанимателя, продолжающие проживать в занимаемом жилом помещении.

Из положений ст. 31, ст. 83 Жилищного кодекса РФ, ст. 19 ФЗ «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации» следует, что сохранение за лицом права пользования жилым помещением при отказе от приватизации обусловлено необходимостью защиты прав граждан, которые не только проживали в спорном жилом помещении на правах члена семьи нанимателя на момент заключения договора о приватизации, но и продолжают проживать в спорном жилом помещении и не имеют другого пригодного жилого помещения.

Если же гражданин в таком жилье длительное время не проживает, обязанностей по договору найма не исполняет, по существу, реализовал свое право выбора на постоянное проживание в другом месте жительства и тем самым отказался от гарантированных ему законом прав на спорное жилье, формально сохранив лишь регистрацию в нем, такой гражданин может быть признан утратившим право пользования жилым помещением.

Следовательно, в случае выезда в другое место жительства право пользования жилым помещением бывшего члена семьи собственника, в котором он проживал вместе с собственником жилого помещения, может быть прекращено независимо от того, что в момент приватизации спорного жилого помещения бывший член семьи собственника жилого помещения имел равное право пользования этим помещением с лицом, его приватизировавшим.

При этом, при разрешении вопроса об утрате, прекращении права пользования жилым помещением гражданами, отказавшимися от участия в приватизации, подлежат выяснению обстоятельства фактического проживания этих граждан в жилом помещении, а в случае их не проживания - причины и период не проживания, характер выезда - вынужденный или добровольный, временный или постоянный, не чинились ли им препятствия со стороны других лиц в пользовании жилым помещением, приобрели ли они право пользования другим жилым помещением в новом месте жительства, исполняют ли обязанности по договору по оплате жилого помещения и коммунальных услуг.

Из материалов дела следует, что право собственности на спорную квартиру возникло у истца ФИО1 на основании договора передачи жилого помещения в собственность в порядке приватизации, на момент приватизации в жилом помещении проживали и были постоянно зарегистрированы ответчики ФИО2 и ФИО3, имеющие равные с истцом права пользования спорной квартирой, которые не участвовали в приватизации занимаемого ими жилого помещения.

Доводы ответчиков о наличии в период совместного проживания с истцом постоянных конфликтов, ФИО1 в судебном заседании подтвердил, настаивая лишь на том, что не он, как утверждают ответчики, а напротив бывшая супруга ФИО2 являлась их инициатором и даже применяла к нему физическую силу с причинением телесных повреждений.

Как следует из объяснений участвующих в деле лиц, в спорной двухкомнатной квартире, общей площадью 

<

данные изъяты> кв.м., истец ФИО1 проживает с сожительницей.

Из материалов дела видно, что ответчики в собственности объектов недвижимого имущества не имеют.

Их доводы о вынужденном проживании у друзей и знакомых, об отсутствии права пользования иным жилым помещением, истцом ФИО1 при рассмотрении дела не оспаривались, подтверждаются показаниями свидетелей ФИО7, ФИО8

При рассмотрении дела судом установлено, что спорная квартира для ответчиков является единственным местом жительства; иного жилого помещения для постоянного проживания они не имеют; не утратили интерес к данной квартире; их выезд носит вынужденный характер.

В нарушение требований ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ истцом не представлено доказательств того, что ответчики добровольно отказались от своего права пользования жилым помещением, выехали из него для постоянного проживания по иному месту жительства.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу об отсутствии оснований для признания ФИО2 и ФИО3 утратившими право пользования квартирой № в 

<

адрес> в 

<

адрес>.

В соответствии с пунктом 2 статьи 20 Гражданского кодекса РФ местом жительства несовершеннолетних признается место жительства их родителей. 

Исходя из смысла данной правовой нормы, право пользования жилым помещением несовершеннолетнего производно от права пользования этим жилым помещением его родителей. 

В этой связи суд признает, что будучи несовершеннолетним, ФИО4, приобрел право пользования спорной квартирой, производное от права пользования данным жилым помещением его матери ФИО3, и сохраняет данное право, в связи с наличием такового права у его матери.

Учитывая изложенное, суд находит исковые требования ФИО1 необоснованными, не подлежащими удовлетворению. 

Руководствуясь ст.ст. 194 – 198 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2, ФИО3, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего сына ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ рождения, о признании утратившими право пользования жилым помещением со снятием с регистрационного учета, оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Калининградский областной суд через Багратионовский районный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме. 

Мотивированное решение изготовлено 21 мая 2020 г.

Судья (подпись) О.М.Степаненко