Дело №2-2094-2017

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

27 октября 2017 года г. Белгород

Белгородский районный суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи Шевченко Л.Н.,

при секретаре Михайловой А.А.,

в участием истца ФИО1, его представителя ФИО2, ответчика колесника С.А.,

в отсутствие ответчика ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО4, ФИО3 о признании недействительным договора дарения, взыскании судебных расходов,

установил:

(дата обезличена) ФИО4 подарил ФИО3 земельный участок площадью 1260 кв.м. с кадастровым номером (номер обезличен), расположенный по адресу: (адрес обезличен).

На данном земельном участке расположен объект незавершенного строительства - жилой дом, построенный из похищенного у ФИО1, потерпевшего по данному уголовному делу, кирпича, признанного вещественным доказательством по уголовному делу по обвинению ФИО4 и других в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а», «в» ч.2 ст.158 УК РФ.

ФИО3 отказалась принять на хранение указанное вещественное доказательство.

Постановлением судьи Белгородского районного суда от 16.01.2012 года наложен арест на имущество ФИО3 в виде незавершенного строительством строения, содержащего 6400 шт. кирпичей, являющихся продукцией выпускаемой Щекинским заводом «Кислотоупор» Тульской области, находящийся в облицовочной стене, а также 424 шт. кирпичей, находящиеся во внутренней стене, расположенного на земельном участке, находящемся по выше указанному адресу.

04.06.2013 года постановлением судьи Белгородского районного суда наложен арест на земельный участок.

Приговором Белгородского районного суда от 31.03.2014 года ФИО4 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а», «в» ч.2 ст.158 УК РФ.

Гражданский иск потерпевшего ФИО1 оставлен без рассмотрения, за ФИО1 признано право на удовлетворение гражданского иска в порядке гражданского судопроизводства.

Вопрос о вещественных доказательствах, указанном кирпиче, в приговоре суда не разрешен.

Дело инициировано иском ФИО1 Истец просил признать недействительной, мнимой сделкой договор дарения, заключенный между ФИО4 и ФИО5, взыскать судебные расходы, полагая, что данная сделка заключена без намерения создать юридические последствия, а с целью избежать обращения взыскания на указанное имущество в случае удовлетворения гражданского иска потерпевшего по уголовному делу, либо конфискации имущества.

Указал, что ФИО3, являясь (информация скрыта) сестрой ФИО4, знала, что в отношении ее брата возбуждено уголовное дело и что объект незавершенного строительства на земельном участке, который подарил ей брат, построен из похищенного кирпича. Также указал, что спорный земельный участок не используется ФИО3 по назначению. Он не согласен принять в качестве возмещения ущерба похищенный у него кирпич, так как в результате двойного демонтажа стен, а также вследствие нахождения его на открытом воздухе длительное время, его качественные характеристики ухудшились.

В судебном заседании истец и его представитель поддержали исковые требования.

Ответчик ФИО4 иск не признал, просил применить срок исковой давности, так как ФИО1 узнал о том, что земельный участок перешел в собственность ФИО3 16.01.2012 года из постановления суда о наложении ареста. Письмом из следственного управления УВД Белгородской области ФИО1 было разъяснено его право на обращение в суд с иском о признании сделки недействительной. ФИО1 обратился в суд с таким иском только в 2017 году. Также указал, что договор дарения является законной сделкой. Земельный участок находился у него в собственности на законных основаниях, на момент совершения сделки не был арестован. Объект незавершенного строительства, находящийся на земельном участке не являлся предметом дарения, так как право собственности на него не было оформлено. Истцу неоднократно предлагалась передача похищенного у него кирпича, но истец отказывался л передачи.

В соответствии со ст.167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие ответчика ФИО3

Исследовав обстоятельства по представленным доказательствам, оценив их в совокупности, суд признает исковые требования ФИО1 необоснованными и не подлежащими удовлетворению.

Согласно ст. 9 ГК РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В силу п. 1 ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Пунктом 2 указанной статьи определено, что собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Как следует из п. 2 ст. 218 ГК РФ, право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В силу положений ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора, стороны вправе по своему усмотрению определять все существенные условия договора, включая цену договора.

В соответствии со ст. 572 ГК РФ, по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Как следует из ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения (ст. 168 ГК РФ).

Статьей 170 ГК РФ установлено, что мнимая сделка - это сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. 

Как следует из смысла вышеприведенных норм права, для признания сделки мнимой обязательно наличие следующих обстоятельств: стороны совершают сделку лишь для вида, заранее зная, что она не будет исполнена; они преследуют иные цели, нежели предусмотрены в договоре, и хотят создать видимость возникновения, изменения или прекращения гражданских прав и обязанностей, которые вытекают из этой сделки. При этом, мнимые сделки заключаются лишь для того, чтобы создать у третьих лиц ложное представление о намерениях участников сделки. Мнимая сделка является таковой независимо от формы ее заключения и фактического исполнения сторонами их обязательств.

По смыслу вышеприведенной нормы права, и позиции Верховного суда РФ, для признания сделки мнимой необходимо установить, что именно на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида и контроль, за имуществом должен остаться у дарителя.

В судебном заседании установлено, что (дата обезличена) между ФИО4 и ФИО3 заключен договор дарения земельного участка площадью 1260 кв.м. с кадастровым номером (номер обезличен), расположенного по адресу: (адрес обезличен).

Оспариваемый договор прошел государственную регистрацию в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Белгородской области.

Суд полагает, что воля сторон, направленная на прекращение права собственности дарителя ФИО4 на спорный земельный участок и возникновение права собственности на данные объекты недвижимости у одаряемой ФИО3 исполнена.

Заключив договор дарения, соответчики создали соответствующие этой сделке последствия: ФИО4 безвозмездно передал в собственность своей сестре указанное в договоре имущество, а ФИО3 приняла дар.

Доказательств, что земельный участок остался в пользовании ФИО4, либо он сохраняет контроль над имуществом, не представлено.

Возбуждение на тот момент уголовного дела в отношении ФИО4 не является безусловным доказательством мнимости договора дарения, поскольку критерием для признания сделки мнимой законодатель установил лишь отсутствие намерений создать правовые последствия этой сделки.

А момент совершения оспариваемой сделки судом не выносилось постановление о запрете на отчуждение спорного недвижимого имущества, а также запрет на переход права собственности. 

Отчуждение произведено до наложения ареста на имущество, следовательно, в силу положений ст. 9, 209, 421 ГК РФ ФИО4, являясь собственником данного имущества, имел право на распоряжение принадлежащим ему имуществом и соответственно имел право на заключение сделок по своему усмотрению и на своих условиях.

При таких обстоятельствах доводы истца о заключении договора дарения с нарушением его прав взыскателя, являются несостоятельными.

Для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. 

В настоящее время ФИО3 не использует земельный участок, так как проживает в (информация скрыта) области по месту службы супруга, и кроме того, на земельном участке находится объект незавершенного строительства, на который наложен арест., что препятствует ей в ведении строительстве.

Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Между тем, доказательств, на основании которых можно было сделать вывод о мнимости оспариваемого договора купли-продажи, истцом в силу ст. 56 ГПК РФ не представлено.

Ссылка истца на то, что имущество осталось в семье, договор дарения был заключен с целью избежать обращения взыскания на имущество, не свидетельствует о мнимости сделки. 

В силу ст.166 ГК РФ требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО4 и другим о взыскании ущерба, причиненного преступлением. Решение суда по данному иску не вынесено, исполнительное производство не возбуждено. Доказательств тому, что без обращения взыскания на земельный участок невозможно возмещение ущерба потерпевшему, суду не представлено.

Таким образом, истцом не доказано, что он имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Согласно п.1 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Суд полагает обоснованным довод ответчика о пропуске истцом срока исковой давности.

Постановлением судьи Белгородского районного суда от 16.01.2012 года по ходатайству ФИО1 наложен арест на имущество ФИО3 в виде незавершенного строительством строения, содержащего 6400 шт. кирпичей, являющихся продукцией выпускаемой Щекинским заводом «Кислотоупор» Тульской области, находящийся в облицовочной стене, а также 424 шт. кирпичей, находящиеся во внутренней стене, расположенного на земельном участке, находящемся по адресу: (адрес обезличен).

Таким образом, о том, что земельный участок принадлежит не ФИО4, а ФИО3, истцу стало известно из указанного постановления.

Кроме того, согласно письму Следственного управления УМВД по Белгородской области от 06.06.2013 года ФИО1 разъяснено его право обратиться в суд с иском о признании оспариваемой сделки недействительной.

В силу п.2 ст.199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Суд полагает, что истцом пропущен срок исковой давности, ходатайство о восстановлении срока истцом не заявлено.

Доводы истца о том, что о нарушенном праве ему стало известно только после постановления приговора судом, несостоятельны. Поскольку и до вынесения приговора и после вынесения приговора в отношении ответчика истец знал о том, что ему причинен ущерб, заявил ходатайство о наложении ареста на имущество ФИО3 с целью дальнейшего обращения на это имущество для возмещения ущерба, причиненного преступлением. При этом он не был лишен права на подачу настоящего иска в пределах срока исковой давности. Достоверных и убедительных доказательств, свидетельствующих об уважительных причинах пропуска срока исковой давности, истцом не представлено. 

На основании ст.98 ГПК РФ требование истца о взыскании судебных расходов удовлетворению не подлежит, поскольку решение суда состоялось не в пользу истца.

Руководствуясь ст.ст.197-199 ГПК РФ, 

решил:

Отказать ФИО1 в удовлетворении иска к ФИО4, ФИО3 о признании недействительным договора дарения, взыскании судебных расходов. 

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Белгородского областного суда путем подачи апелляционной жалобы через Белгородский районный суд Белгородской области в течение месяца со дня изготовления его в окончательной форме. 

Судья Л.Н. Шевченко