Дело № 12-242/21 

НИЖЕГОРОДСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

РЕШЕНИЕ

г. Нижний Новгород 10 марта 2021 года

Судья Нижегородского областного суда Михеева Т.П. рассмотрев в открытом судебном заседании жалобы ФИО2 и защитника Созонова Р.В. действующего в её интересах, на постановление судьи Дзержинского городского суда Нижегородской области от [дата] года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 2 ст. 20.2 КоАП РФ, в отношении Петровской ФИО8,

УСТАНОВИЛ:

постановлением судьи Дзержинского городского суда Нижегородской области от [дата] года ФИО2 признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 20.2 КоАП РФ, и ей назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере 25 000 (двадцати пяти тысяч) рублей.

В жалобах, поданных в Нижегородский областной суд, ФИО2 и защитник Созонов Р.В., просят состоявшееся постановление судьи отменить, производство по делу прекратить.

В обоснование доводов жалоб заявители указывают на недоказанность обстоятельств, на основании которых было вынесено постановление, поскольку судом первой инстанции не учтены обстоятельства дела и требования закона, в том числе положения Конвенции о защите прав человека и основных свобод (ст. 6, 10, 11, 18), дело рассмотрено без участия стороны обвинения, с нарушением права на допрос свидетелей, при этом отмечая, что объективная сторона правонарушения, предусмотренного ч. 5 ст. 20.2 КоАП РФ, в действиях ФИО2 отсутствовала, как и сами нарушения установленного порядка проведения публичного мероприятия.

Жалобы поданы в установленный ч. 1 ст. 30.3 КоАП РФ срок на обжалование судебного постановления.

В судебное заседание в Нижегородский областной суд представитель административного органа не явился, был извещён о месте и времени рассмотрения дела надлежащим образом, ходатайств об отложении не заявлено, уважительных причин неявки судом не установлено. 

Судьёй вышестоящей инстанции, пересматривающим дело по жалобе, принято решение о рассмотрении дела в отсутствие неявившихся по делу лиц.

Проверив материалы дела, изучив доводы жалобы, заслушав ФИО2, защитника Созонова Р.В. действующего в интересах ФИО2, которым разъяснены соответственно положения ст.ст. 25.1, 25.5 КоАП РФ, ст. 51 Конституции РФ, права понятны, отводов не имеется, доводы жалоб поддержал в полном объёме, судья приходит к следующему.

В соответствии с ч. 2 ст. 20.2 КоАП РФ организация либо проведение публичного мероприятия без подачи в установленном порядке уведомления о проведении публичного мероприятия, за исключением случаев, предусмотренных частью 7 настоящей статьи влечёт наложение административного штрафа на граждан в размере от двадцати тысяч до тридцати тысяч рублей, или обязательные работы на срок до пятидесяти часов, или административный арест на срок до десяти суток; на должностных лиц - от двадцати тысяч до сорока тысяч рублей; на юридических лиц - от семидесяти тысяч до двухсот тысяч рублей.

Порядок организации и проведения публичных мероприятий определен Федеральным законом от 19 июня 2004 года № 54-ФЗ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях» (далее – Федеральный закон № 54-ФЗ).

Статьей 31 Конституции Российской Федерации предусмотрено, что граждане Российской Федерации имеют право собираться мирно, без оружия, проводить собрания, митинги и демонстрации, шествия и пикетирование.

Статья 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, наряду с провозглашением права каждого свободно выражать свое мнение, исходит из того, что осуществление такой свободы налагает обязанности и ответственность и может быть сопряжено с определенными формальностями, условиями, ограничениями или санкциями, которые предусмотрены в законе и необходимы в демократическом обществе в целях охраны здоровья и нравственности.

Исходя из провозглашенной в преамбуле Конституции Российской Федерации цели утверждения гражданского мира и согласия и учитывая, что в силу своей природы публичные мероприятия (собрания, митинги, демонстрации, шествия и пикетирование), могут затрагивать права и законные интересы широкого круга лиц - как участников публичных мероприятий, так и лиц, в них непосредственно не участвующих, государственная защита гарантируется только праву на проведение мирных публичных мероприятий, которое, тем не менее, может быть ограничено федеральным законом в соответствии с критериями, предопределяемыми требованиями статей 17, 19, 55 Конституции Российской Федерации, на основе принципа юридического равенства и вытекающего из него принципа соразмерности, то есть в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Такой подход согласуется с общепризнанными принципами и нормами международного права, в том числе закрепленными во Всеобщей декларации прав человека, согласно пункту 1 статьи 20 которой каждый человек имеет право на свободу мирных собраний, и в Международном пакте о гражданских и политических правах, статья 21 которого, признавая право на мирные собрания, допускает введение обоснованных ограничений данного права, налагаемых в соответствии с законом и необходимых в демократическом обществе в интересах государственной или общественной безопасности, общественного порядка, охраны здоровья и нравственности населения или защиты прав и свобод других лиц.

Право собираться мирно, без оружия, проводить собрания, митинги и демонстрации, шествия и пикетирования, гарантированное Конституцией РФ и международно-правовыми актами как составной частью правовой системы Российской Федерации (статья 15 Конституции Российской Федерации), не является абсолютным и может быть ограничено федеральным законом в конституционно значимых целях.

Соответственно, такой федеральный закон должен обеспечивать возможность реализации данного права и одновременно соблюдение надлежащего общественного порядка и безопасности без ущерба для здоровья и нравственности граждан на основе баланса интересов организаторов и участников публичных мероприятий, с одной стороны, и третьих лиц - с другой, исходя из необходимости гарантировать государственную защиту прав и свобод всем гражданам (как участвующим, так и не участвующим в публичном мероприятии), в том числе путем введения адекватных мер предупреждения и предотвращения нарушений общественного порядка и безопасности, прав и свобод граждан, а также установления публично-правовой ответственности за действия, их нарушающие или создающие угрозу их нарушения.

В рамках организации публичного мероприятия, каковым Федеральный закон от 19 июня 2004 года № 54-ФЗ признает открытую, мирную, доступную каждому, проводимую в форме собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования либо в различных сочетаниях этих форм акцию, осуществляемую по инициативе граждан Российской Федерации, политических партий, других общественных объединений и религиозных объединений (п. 1 ст. 2), предусматривается ряд процедур, в том числе и предварительное уведомление органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации или органа местного самоуправления о проведении публичного мероприятия и процедуру согласования, которые направлены на обеспечение мирного и безопасного характера публичного мероприятия, согласующегося с правами и интересами лиц, не принимающих в нем участия, и позволяют избежать возможных нарушений общественного порядка и безопасности.

Так, согласно ч. 4 ст. 5 Федерального закона № 54-ФЗ обязанность подать уведомление о проведении публичного мероприятия в орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации или орган местного самоуправления возложена на организатора публичного мероприятия.

Согласно ч. 1 ст. 7 Федерального закона № 54-ФЗ уведомление о проведении публичного мероприятия (за исключением собрания и пикетирования, проводимого одним участником) подается его организатором в письменной форме в орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации или орган местного самоуправления.

Как следует из материалов дела и установлено судьёй городского суда, в рамках проведения проверки по материалу КУСП № 1095 от [дата] года сотрудниками ОП № 2 УМВД по г. Дзержинску установлено, что [дата]. гр. ФИО2 в социальной сети интернет-сайта «ВКонтакте» разместила информацию об организации, оповещение возможных участников публичного мероприятия и проведение агитации публичного мероприятия (митинга) [дата] года в г. Нижнем Новгороде.

Из рапорта заместителя начальника ОУР Управления МВД России по г. Дзержинску ФИО3 следует, что сотрудниками ОУР Управления МВД России по г. Дзержинску проводился мониторинг социальной сети Интернет - сайт «Вконтакте» группы «

<

данные изъяты>», в ходе анализа установлено, что активные комментарии были оставлены пользователем «

<

данные изъяты>», которая активно призывает жителей г. Дзержинска к всероссийской акции [дата]

Сотрудниками ОУР Управления осуществлена переписка с пользователем данного аккаунта, которая сообщила, что она является организатором групп людей для митинга и сообщила, что в г. Дзержинске будет митинг - [дата], движение будет осуществляться от [адрес], а так же установлено что она организовывает сбор людей для митинга в г. Нижнем Новгороде.

В ходе проведения дальнейших мероприятий установлено лицо, являющееся пользователем социальной сети «В Контакте» под псевдонимом «

<

данные изъяты>» - ФИО1, [дата]

Указанные обстоятельства послужили основанием для привлечения ФИО1 к административной ответственности по ч. 2 ст. 20.2 КоАП РФ.

В силу ст. 26.2 КоАП РФ доказательствами по делу об административном правонарушении являются любые фактические данные, на основании которых судья, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело, устанавливают наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела.

Эти данные устанавливаются протоколом об административном правонарушении, иными протоколами, предусмотренными настоящим Кодексом, объяснениями лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, показаниями потерпевшего, свидетелей, заключениями эксперта, иными документами, а также показаниями специальных технических средств, вещественными доказательствами.

Факт совершения административного правонарушения и виновность ФИО2 подтверждены собранными по делу доказательствами: протоколом об административном правонарушении 52 БЖ № 995901 от 28.01.2021 года, рапортами сотрудников полиции, письменными объяснения ФИО2, ФИО4, ФИО5, протоколом осмотра мобильного устройства полученного от ФИО2, скриншотами полученными в ходе осмотра мобильного устройства и другими собранными по делу доказательствами.

Собранные доказательства, положенные в основу постановления, приведённые выше, судья вышестоящей инстанции признаёт достоверными и допустимыми, поскольку они оформлены надлежащим образом, изложенные в письменных материалах дела сведения непротиворечивы, доказательства дополняют друг друга.

Протокол об административном правонарушении и другие материалы дела составлены в соответствии с требованиями закона, надлежащим должностным лицом, не доверять сведениям, указанным в них, оснований не имеется. 

Судья вышестоящей инстанции усматривает, что судья городского суда правильно признал вышеуказанные доказательствами допустимыми и положил в основу обжалуемого постановления, представленные доказательства были оценены всесторонне, полно, объективно, в их совокупности, в соответствии с требованиями ст. 26.11 КоАП РФ, и как следствие судья городского суда своим постановлением обоснованно привлёк ФИО2 к административной ответственности по ч. 2 ст.20.2 КоАП РФ.

Каких-либо противоречий или неустранимых сомнений, влияющих на правильность вывода судьи о доказанности вины ФИО2 в совершении описанного выше административного правонарушения, материалы дела не содержат.

Что же касается доводов жалоб заявителя и защитника о том, что ФИО2 не осуществляла противоправных действий, указанный довод не свидетельствует об отсутствии в действиях ФИО2 состава вменённого административного правонарушения, поскольку проверялся судом первой инстанции и своего подтверждения не нашёл.

Согласно п. 2 ст. 4 Федерального закона от 19 июня 2004 г. № 54-ФЗ к организации публичного мероприятия относится проведение предварительной агитации.

Из положений ст. 10 Федерального закона от 19 июня 2004 г. № 54-ФЗ следует, что предварительной агитацией является информирование граждан о месте (местах), времени, целях проведения публичного мероприятия и распространение иной информации, связанной с подготовкой и проведением публичного мероприятия, а также призывы граждан и их объединения принять участие в готовящемся публичном мероприятии.

При этом проведение предварительной агитации организатор публичного мероприятия и иные граждане вправе осуществлять только с момента согласования с органом исполнительной власти субъекта Российской Федерации или органом местного самоуправления места и (или) времени проведения публичного мероприятия (ст. 10 этого же Федерального закона).

Однако, как установлено в ходе рассмотрения настоящего дела, ФИО2 в нарушение приведённых выше требований Федерального закона от 19 июня 2004 г. № 54-ФЗ до согласования с органом исполнительной власти субъекта Российской Федерации или органом местного самоуправления места и (или) времени проведения публичного мероприятия проводила организацию (агитацию) готовящегося публичного мероприятия, путём использования ресурсов и сервисов в социальной сети «ВКонтакте», оставляя комментарии направленные на активный призыв жителей г. Дзержинска для участия в митинге 31.01.2021 г., как непосредственно в г. Дзержинске, так и сообщая, что она является организатором групп людей для митинга в г. Нижнем Новгороде, при этом заранее зная о несогласовании с органом исполнительной власти субъекта Российской Федерации или органом местного самоуправления места и (или) времени проведения публичных мероприятий.

Таким образом, действия ФИО2 правильно квалифицированы по ч. 2 ст. 20.2 КоАП РФ.

Вопреки доводам жалобы в ходе рассмотрения дела судьёй Дзержинского городского суда Нижегородской области в соответствии с требованиями ст. 24.1 КоАП РФ были всесторонне, полно, объективно и своевременно выяснены все обстоятельства дела, подлежащие доказыванию.

В силу требований ст. 26.1 КоАП РФ установлены: наличие события административного правонарушения, лицо, причастное к совершению административного правонарушения и его виновность, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела.

Статьёй 6 Конвенции о защите прав и основных свобод, ст. 46, 47 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется право на судебную защиту посредством независимого и беспристрастного суда, компетенция которого установлена законом.

Приведённые выше нормы права в данном деле не нарушены.

Из разъяснений п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 г. N 5 должностные лица, составившие протокол об административном правонарушении, а также органы и должностные лица, вынесшие постановление по делу об административном правонарушении, не являются участниками производства по делам об административных правонарушениях, круг которых перечислен в главе 25 КоАП РФ. Вместе с тем при рассмотрении дел о привлечении лиц к ответственности за административное правонарушение, а также по жалобам и протестам на постановления по делам об административных правонарушениях в случае необходимости не исключается возможность вызова в суд указанных лиц для выяснения возникших вопросов.

Таким образом, требованиями КоАП РФ не предусмотрена необходимость обязательного участия в рассмотрении дела должностного лица, составившего протокол об административном правонарушении.

При этом полномочия прокурора в рамках производства по делу об административном правонарушении установлены ч. 1 ст. 25.11 КоАП РФ, поддержание государственного обвинения в указанный перечень не входит.

Судья первой инстанции вынес законное и мотивированное определение, в котором указаны, причины, цели, мотивы и основания, отказа в удовлетворении ходатайств защитника, а доводам, указанным в них, дана надлежащая оценка (л.д. 36).

Заявитель не учитывает, что согласно ч. 2 ст. 10 Конвенции (свобода выражения мнения) осуществление свобод, налагающее обязанности и ответственность, может быть сопряжено с определёнными формальностями, условиями, ограничениями или санкциями, которые предусмотрены законом и необходимы в демократическом обществе в интересах национальной безопасности, территориальной целостности или общественного порядка, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья и нравственности, защиты репутации или прав других лиц, предотвращения разглашения информации, полученной конфиденциально, или обеспечения авторитета и беспристрастности правосудия. 

В силу ч. 2 ст. 11 Конвенции (свобода собраний и объединений) осуществление прав не подлежит никаким ограничениям, кроме тех, которые предусмотрены законом и необходимы в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, в целях предотвращения беспорядков и преступлений, для охраны здоровья и нравственности или защиты прав и свобод других лиц. Настоящая статья не препятствует введению законных ограничений на осуществление этих прав лицами, входящими в состав вооружённых сил, полиции или административных органов государства.

Таким образом, согласно буквальному толкованию Конвенции, приведённые выше права могут быть ограничены законом, в данном случае - Федеральным законом от 19.06.2004 г. № 54-ФЗ "О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях", принятым в установленном порядке, не утратившим юридическую силу, устанавливающим должный порядок реализации прав на указанные мероприятия в целях соблюдения баланса прав и обязанностей граждан и общества, регулирующего, в том числе, возникшие в данном деле правоотношения.

Указанный порядок реализации права стороной защиты не учитывается. Вместе с тем, иная точка зрения стороны защиты, сводящаяся, в том числе, к игнорированию указанных положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод, указанного Федерального закона, сама по себе, основанием для иного вывода по делу не является.

Суд вышестоящей инстанции, довод жалобы заявителя об отсутствии в действиях ФИО2 объективной стороны правонарушения, предусмотренного ч. 5 ст. 20.2 КоАП РФ, отклоняет поскольку, на основании ч. 1 ст. 1.5 КоАП РФ, лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина, иное означало бы выход за рамки установленного статьёй 26.1 КоАП РФ предмета доказывания по делу об административном правонарушении.

При этом положения ст. 18 Конвенции (пределы использования ограничений в отношении прав) соблюдены.

Относительно доводов жалобы о применении положений ст. 2.9 КоАП РФ, с учётом положений правовой позиции, изложенной в п. 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2005 № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» в ходе судебного заседания судья пересматривающий дело об административном правонарушении по жалобам заявителя и защитника приходит к выводу об отсутствии исключительных обстоятельств, свидетельствующих о наличии предусмотренных указанной нормой признаков малозначительности административного правонарушения, принимая при этом во внимание особую значимость охраняемых отношений и конкретные обстоятельства совершения административного правонарушения.

Довод жалобы защитника о том, что в отношении ФИО2 необоснованно применено задержание ввиду отсутствия исключительного случая, подлежит отклонению, т.к. материалы дела не содержат достаточных и достоверных сведений о том, что таковые меры применялись в отношении указанного лица, в частности отсутствует протокол об административном задержании.

Кроме того материалы дела содержат официальное предостережение, как избранную меру воздействия в отношении ФИО2, следовательно заявленный защитником довод признаётся несостоятельным, поскольку опровергается содержанием материалов дела.

Относительно довода защитника о том, что из протокола осмотра от [дата] года, составленного ст. о/у ОУР Управления МВД России по г. Дзержинску майором полиции ФИО5 нельзя сделать вывод, чей конкретно и какой конкретно телефон осматривался и откуда сделаны скриншоты, и как следствие сам протокол осмотра и скриншоты следует признать как недопустимые доказательства, судья вышестоящей инстанции усматривает следующее.

Протокол осмотра от 28 января 2021 года содержит указание марки мобильного устройства, а именно «BQ», данное мобильное устройство было непосредственно предоставлено уполномоченным сотрудникам самой ФИО2.

Все сведения и их производные (скриншоты), которые содержатся в протоколе осмотра от 28 января 2021 года, получены и отражены в соответствии с требованиями закона, надлежащим должностным лицом, не доверять сведениям, указанным в протоколе, у суда вышестоящей инстанции оснований не имеется, поскольку с содержанием протокола ФИО2 была ознакомлена лично, замечаний по оформлению и содержанию протокола не внесла, а указанные в нем сведения согласуются с объяснениями, отобранными у ФИО2(л.д. 9-10, 11-12).

При таких обстоятельствах указанный довод стороны защиты подлежит отклонению, поскольку является несостоятельным и в полной мере опровергается материалами административного дела.

По существу доводы жалоб не содержат правовых аргументов, ставящих под сомнение законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, поскольку направлены на переоценку имеющихся в деле доказательств, которые были исследованы судьёй городского суда при рассмотрении дела об административном правонарушении.

Нарушений Конституции Российской Федерации, Конвенции о защите прав человека и основных свобод, при рассмотрении дела в отношении заявителя, а также норм Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, которые могли бы послужить основанием для изменения или отмены судебного постановления, в том числе по доводам жалобы, не установлено.

Бремя доказывания по делу распределено правильно, с учётом требований статьи 1.5 КоАП РФ. Каких-либо данных, которые могли бы свидетельствовать о предвзятости судьи районного суда при рассмотрении дела, в материалах дела не имеется.

Административное наказание назначено ФИО2 в пределах санкции ч. 2 ст. 20.2 КоАП РФ, с учётом требований ст. ст. 3.1, 4.1 КоАП РФ, а также данных о личности виновной, характера совершенного правонарушения и конкретных обстоятельств дела.

Порядок и срок давности привлечения к административной ответственности не нарушены.

Нарушений норм материального и процессуального права, влекущих отмену или изменение обжалуемого судебного постановления, по делу не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 30.6, 30.7 КоАП РФ, судья 

РЕШИЛ:

постановление судьи Дзержинского городского суда Нижегородской области от [дата] года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 2 ст. 20.2 КоАП РФ, в отношении Петровской ФИО9 оставить без изменения, жалобы ФИО2 и защитника Созонова Р.В. действующего в интересах ФИО2 – без удовлетворения.

Судья областного суда Т.П. Михеева