Решение

 принято в окончательной форме 05 июня 2019 г.

Дело № 2-656/2019

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

29 мая 2019 г. г. Ярославль

Дзержинский районный суд г. Ярославля в составе председательствующего судьи Фоминой Т.Ю., при секретаре Коноваловой Т.А., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по искам Общества с ограниченной ответственностью «Спецмеханизм», судебного пристава-исполнителя ОСП Московского района УФССП России по Калининградской области к ФИО1, ФИО2 о признании договора купли-продажи недействительным, применении последствий недействительности сделки,

У С Т А Н О В И Л:

ООО «Спецмеханизм», судебный пристав-исполнитель ОСП Московского района УФССП России по Калининградской области обратились в суд с исками к ФИО1, ФИО2 о признании недействительным заключенного между ответчиками 20 июля 2018 г. договора купли-продажи нежилого помещения общей площадью 57,1 кв.м на 1-м этаже по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, с кадастровым номером №, применении последствий недействительности сделки, мотивируя тем, что договор является мнимой сделкой, заключен ответчиками лишь для вида, без намерения создать соответствующие ему правовые последствия, с целью сокрытия принадлежащего ФИО1 имущества, исключения возможности обращения на него взыскания по решению суда.

В обоснование исковых требований указано, что решением Московского районного суда г. Калининграда от 12 ноября 2018 г. по делу № 2-1740/2018 с ФИО1 в пользу ООО «Спецмеханизм» взыскано неосновательное обогащение в размере 1 350 000 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 20 июня 2015 г. по 12 ноября 2018 г. – 398 643 руб. 49 коп., а также судебные расходы по оплате государственной пошлины – 16 943 руб. 21 коп., по оплате услуг представителя – 20 000 руб., всего – 1 785 586 руб. 70 коп. В рамках указанного дела определением судьи Московского районного суда г. Калининграда от 22 июня 2018 г. приняты меры по обеспечению иска: наложен арест на имущество ФИО1 на сумму 2 171 650 руб. 68 коп. Договор от ДД.ММ.ГГГГ купли-продажи нежилого помещения заключен ответчиками в период производства по делу и после принятия судом определения об обеспечении иска, о чем ФИО1 было известно.

Определением Дзержинского районного суда г. Ярославля от 01 февраля 2019 г. гражданские дела по искам ООО «Спецмеханизм», судебного пристава-исполнителя ОСП Московского района УФССП России по Калининградской области объединены в одно производство.

В судебном заседании представитель ООО «Спецмеханизм» по доверенности ФИО3 исковые требования поддержал по основаниям, изложенным в иске.

Ответчик ФИО1, его представитель по доверенности ФИО4, участвовавшие в судебном заседании путем использования систем видеоконференц-связи в соответствии со ст. 155.1 ГПК РФ, исковые требования не признали, ссылаясь на их необоснованность, указали на то, что договор заключен ответчиками в предусмотренной законом форме, исполнен, переход права собственности зарегистрирован в ЕГРН, заключение договора не повлекло нарушения прав истца ООО «Спецмеханизм», так как исполнительный лист к исполнению истцом не предъявлялся, у ответчика ФИО1 имеется иное имущество, на которое может быть обращено взыскание по решению суда. Производство по делу по иску судебного пристава-исполнителя подлежит прекращению.

Другие участвующие в деле лица в судебное заседание не явились. О времени и месте рассмотрения дела извещены надлежаще. В соответствии со ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено судом в их отсутствие.

Заслушав объяснения представителя ООО «Спецмеханизм» по доверенности ФИО3, ответчика ФИО1, его представителя ФИО4, исследовав письменные материалы дела, суд пришел к выводу об удовлетворении исковых требований по следующим основаниям.

Решением Московского районного суда г. Калининграда от 12 ноября 2018 г. по делу № 2-1740/2018 с ФИО1 в пользу ООО «Спецмеханизм» взыскано неосновательное обогащение в размере 1 350 000 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 20 июня 2015 г. по 12 ноября 2018 г. – 398 643 руб. 49 коп., а также судебные расходы по оплате государственной пошлины – 16 943 руб. 21 коп., по оплате услуг представителя – 20 000 руб., всего – 1 785 586 руб. 70 коп. Решение суда вступило в законную силу 19 декабря 2018 г.

В силу ч. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные указанным судебным постановлением, обязательны для суда при рассмотрении настоящего дела ответчиком ФИО7 не опровергнуты.

Согласно разъяснениям, изложенным в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2011 г. № 30-П, признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

В рамках указанного выше гражданского дела определением судьи Московского районного суда г. Калининграда от 22 июня 2018 г. приняты меры по обеспечению иска: наложен арест на имущество ФИО1 на сумму 2 171 650 руб. 68 коп.

В силу ч. 2 ст. 13 ГПК РФ определение об обеспечении иска являлось обязательным для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, граждан, организаций, подлежало неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации. 

Постановлением судебного пристава-исполнителя ОСП Московского района УФССП России по Калининградской области от 06 июля 2018 г. возбуждено исполнительное производство №-ИП об аресте имущества ФИО1 13 ноября 2018 г. судебным приставом-исполнителем вынесено постановление о запрете регистрационных действий в отношении нежилого помещения площадью 57,1 кв.м на 1-м этаже по адресу: 

<

адрес>, с кадастровым номером №. 

Данное нежилое помещение было приобретено ФИО1 на основании договора купли-продажи от 27 апреля 2011 г. Право собственности зарегистрировано в ЕГРН ДД.ММ.ГГГГ 20 июля 2018 г. между ФИО1 и ФИО2 заключен договор купли-продажи, на основании которого ответчик приобрела право собственности на недвижимое имущество – нежилое помещение площадью 57,1 кв.м на 1-м этаже по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес> 

<

адрес>, кадастровый №.

На основании п. 1 ст. 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену). 

Согласно п. 1 ст. 549 ГК РФ по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество.

В соответствии со ст. 550, п.1 ст. 551 ГК РФ договор продажи недвижимости заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами (пункт 2 статьи 434). Переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации.

В силу п. 2 ст. 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Пунктом 3 указанной статьи предусмотрено, что требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Суд вправе применить последствия недействительности ничтожной сделки по своей инициативе, если это необходимо для защиты публичных интересов, и в иных предусмотренных законом случаях.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзацах 2, 3 пункта 78 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки. В исковом заявлении такого лица должно быть указано право (законный интерес), защита которого будет обеспечена в результате возврата каждой из сторон всего полученного по сделке. Установление факта нарушения прав или охраняемых законом интересов относится к юридически значимым обстоятельствам, которые подлежат установлению по делу.

Поскольку основанием иска являются фактические обстоятельства, то указание истцом конкретной правовой нормы в обоснование иска не является определяющим при решении судом вопроса о том, каким законом следует руководствоваться при разрешении дела.

Согласно п. 3 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В п. 1 ст. 10 ГК РФ закреплен принцип недопустимости действий граждан и юридических лиц, осуществляемых исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребления правом в иных формах.

В соответствии с п. 2 ст. 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

На основании п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

По смыслу ч. 1 ст. 170 ГК РФ, совершение мнимой сделки не направлено на достижение каких-либо правовых результатов (последствий) для ее сторон, так как действия сторон имеют в виду создание видимости правовых последствий для третьих лиц. Такая сделка характеризуется несоответствием волеизъявления подлинной воле сторон: в момент ее совершения воля обеих сторон не направлена на достижение правовых последствий в виде возникновения, изменения, прекращения соответствующих гражданских прав и обязанностей, а волеизъявление свидетельствует о таковых.

В пункте 86 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ).

Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Суд полагает необходимым учесть то обстоятельство, что договор купли-продажи спорного недвижимого имущества заключен ответчиками 20 июля 2018 г., есть в период рассмотрения Московским районным судом г. Калининграда указанного гражданского дела, а также после принятия судом мер по обеспечению иска. О данных обстоятельствах ответчику ФИО1 было известно. Из материалов дела видно, что ответчиком была подана частная жалоба на определение от 22 июня 2018 г. об обеспечении иска, которая апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Калининградского областного суда от 11 сентября 2018 г. оставлена без удовлетворения.

В деле правоустанавливающих документов имеется акт приема-передачи имущества, подписанный ФИО1 и ФИО2, из содержания которого следует, что имущество по договору купли-продажи передано покупателю, стоимость имущества оплачена в полном объеме.

Вместе с тем, как следует из объяснений ФИО1, до приобретения имущества ФИО2 помещение не осматривала. Утверждение ответчика о том, что ФИО2 были представлены фотографии и видеозаписи, ответчик приобретала помещения с целью последующей их сдачи в аренду, является голословным, доказательствами не подтверждено.

Доводы ФИО1 о том, что 10 октября 2017 г. между ним и ФИО2 был заключен предварительный договор купли-продажи недвижимого имущества, оплата производилась в соответствии с условиями предварительного договора в рассрочку, представляются несостоятельными. При этом, суд учитывает объяснения ФИО1 о том, что перед заключением с ФИО2 договора купли-продажи и с целью подтверждения рыночной стоимости имущества им был заказан отчет об оценке. Представленный ответчиком в материалы дела отчет ООО «Бизнес центр АСАУ» № 25-07/18 составлен 26 июля 2018 г., в нем рыночная стоимость спорных помещений определена по состоянию на 25 июля 2018 г. Таким образом, отчет составлен после подписания ответчиками договора купли-продажи от 20 июля 2018 г. и спустя более чем десять месяцев с момента заключения ответчиками указанного выше предварительного договора купли-продажи.

На основании объяснений ответчика ФИО1, дела правоустанавливающих документов, судом установлено, что нежилое помещение по договору аренды передано ООО «Стомадент», арендодателем по которому является ответчик ФИО1 Изменения в условия договора аренды не внесены до настоящего времени. Доводы ФИО1 о том, что ООО «Стомадент» производит оплату по договору аренды в пользу ФИО2, доказательствами не подтверждены.

В связи с данными обстоятельствами суд относится критически к составленному ответчиками акту приема-передачи имущества, а также предварительному договору купли-продажи. Помимо указанного акта приема передачи факт исполнения сторонами договора купли-продажи ничем не подтвержден.

По материалам дела у суда нет достаточных оснований полагать, что ФИО2 фактически вступила во владение спорным имуществом, приняла на себя обязательства по несению бремени его содержания, в том числе совершила действия, направленные на реализацию прав по договору аренды нежилого помещения, заключенному с ООО «Стомадент». Напротив, из представленных доказательств следует, что спорным имуществом продолжает владеть и распоряжаться ответчик ФИО1 без изменения режима его использования, сохранив контроль за таковым.

Заслуживает внимания то обстоятельство, что ответчик ФИО1 длительный период времени находился в дружеских отношениях с сыном ФИО2, ФИО8, что подтверждается показаниями свидетеля ФИО5 в судебном заседании 06 февраля 2019 г., а также объяснениями ФИО1

28 ноября 2018 г. между ФИО2 и ее сыном ФИО8 заключен договор купли-продажи спорного недвижимого имущества по цене 3 050 000 руб. Право собственности на нежилое помещение у ФИО8 не возникло, переход права собственности не был зарегистрирован в ЕГРН в связи с принятием судебным приставом-исполнителем постановления от 13 ноября 2018 г. о запрете регистрационных действий. 

Следует учесть то обстоятельство, что ФИО2 не представила каких-либо возражений по существу исковых требований и не явилась ни в одно из судебных заседаний по делу, в том числе в суд по месту своего жительства – Ленинградский районный суд г. Калининграда, которому в соответствии с определением Дзержинского районного суда г. Ярославля от 06 февраля 2019 г. было поручено опросить ответчика по существу исковых требований.

Отчуждение ответчиком спорного имущества спустя четыре месяца после его приобретения, а также бездействие ответчика при разрешении настоящего спора, по мнению суда, свидетельствуют о безразличном отношении ФИО2 к предмету спора и отсутствии заинтересованности в спорном имуществе.

При таких обстоятельствах, оценив в совокупности представленные по делу доказательства, суд пришел к выводу о том, что договор купли-продажи от 20 июля 2018 г. нежилого помещения площадью 57,1 кв.м на 1-м этаже по адресу: 

<

адрес> 

<

адрес>, кадастровый №, заключенный между ФИО1 и ФИО2, в силу п. 1 ст. 170 ГК РФ является мнимой сделкой, так как целью данного договора являлось не создание соответствующих правовых последствий, а желание скрыть принадлежащее ФИО1 имущество, на которое может быть обращено взыскание на основании определения судьи Московского районного суда г. Калининграда от 22 июня 2018 г. об обеспечения иска и решения Московского районного суда г. Калининграда от 12 ноября 2018 г. по делу № 2-1740/2018 о взыскании с ФИО1 в пользу ООО «Спецмеханизм» денежных средств на общую сумму 1 785 586 руб. 70 коп. 

ООО «Спецмеханизм» имеет обоснованный юридический интерес в восстановлении прав ФИО1 на спорный объект недвижимости, за счет которого могут быть удовлетворены требования истца о взыскании денежных средств по решению Московского районного суда г. Калининграда от 12 ноября 2018 г. по делу № 2-1740/2018, общая сумма задолженности по которому составляет 1 785 586 руб. 70 коп. 

Доводы ФИО1 о том, что он готов и имеет возможность исполнить решение суда путем продажи другого принадлежащего ему имущества, стоимость которого превышает сумму задолженности, убедительными доказательствами не подтверждены.

При этом, суд учитывает то обстоятельство, что до настоящего времени решение суда не исполнено ответчиком ни полностью, ни частично. 

Представленные ответчиком отчеты ООО «Бюро судебных экспертиз» № 38439 от 03 сентября 2018 г., № 38281 от 31 июля 2018 г., достаточным доказательством не являются. Согласно данным отчетам, стоимость прицепа определена на дату составления отчета в размере 115 000 руб., моторного судна – 2 064 000 руб. Доказательств рыночной стоимости имущества на момент рассмотрения настоящего дела суду не представлено.

В рамках исполнительного производства об аресте имущества должника, 06 февраля 2019 г. судебным приставом исполнителем был составлен акт ареста (описи имущества) должника, из содержания которого следует, что для оценки имущества требуется специалист-оценщик. Имущество изъято у должника и передано на ответственное хранение ФИО6

Согласно представленному истцом отчету ООО «РОО» № 43/02-2019 рыночная стоимость имущества по состоянию на 20 февраля 2019 г. определена в сумме 1 280 800 руб., в том числе моторного судна – 1 194 000 руб., прицепа – 86 800 руб., что значительно (более чем на 500 000 руб.) меньше взысканной решением суда задолженности.

Согласно п. 3 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В п. 1 ст. 10 ГК РФ закреплен принцип недопустимости действий граждан и юридических лиц, осуществляемых исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребления правом в иных формах.

Пунктом 2 статьи 10 ГК РФ предусмотрено, что в случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

В соответствии со ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке. 

В данном случае, применяя последствия недействительности сделки, суд считает необходимым прекратить принадлежащее ФИО2 право собственности на нежилое помещение и восстановить право собственности ФИО1, взыскать с ФИО1 в пользу ФИО2 денежные средства в размере 3 000 000 руб.

Оснований, предусмотренных ст. 220 ГПК РФ, для прекращения производства по делу в части требований судебного пристава-исполнителя ОСП Московского района УФССП России по Калининградской области не имеется.

В силу ст. 2 Федерального закона от 02 октября 2007 г. № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» задачами исполнительного производства являются правильное и своевременное исполнение судебных актов, актов других органов и должностных лиц, а в предусмотренных законодательством Российской Федерации случаях исполнение иных документов в целях защиты нарушенных прав, свобод и законных интересов граждан и организаций, а также в целях обеспечения исполнения обязательств по международным договорам Российской Федерации.

В абзаце 3 статьи 1 Федерального закона от 21 июля 1997 г. № 118-ФЗ «О судебных приставах» закреплено, что на судебных приставов возлагаются задачи по осуществлению принудительного исполнения судебных актов, а также предусмотренных Федеральным законом «Об исполнительном производстве» актов других органов и должностных лиц.

Частью 2 статьи 5 Федерального закона «Об исполнительном производстве» предусмотрено, что непосредственное осуществление функций по принудительному исполнению судебных актов, актов других органов и должностных лиц возлагается на судебных приставов-исполнителей структурных подразделений Федеральной службы судебных приставов и судебных приставов-исполнителей структурных подразделений территориальных органов Федеральной службы судебных приставов.

В соответствии с ч. 1 ст. 64 Федерального закона «Об исполнительном производстве» исполнительными действиями являются совершаемые судебным приставом-исполнителем в соответствии с настоящим Федеральным законом действия, направленные на создание условий для применения мер принудительного исполнения, а равно на понуждение должника к полному, правильному и своевременному исполнению требований, содержащихся в исполнительном документе.

Как разъяснено в пункте 42 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 ноября 2015 г. № 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства» перечень исполнительных действий, приведенный в части 1 статьи 64 Закона об исполнительном производстве, не является исчерпывающим, и судебный пристав-исполнитель вправе совершать иные действия, необходимые для своевременного, полного и правильного исполнения исполнительных документов (пункт 17 части 1 названной статьи), если они соответствуют задачам и принципам исполнительного производства (статьи 2 и 4 Закона об исполнительном производстве), не нарушают защищаемые федеральным законом права должника и иных лиц.

В абзаце 2 пункта 63 указанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 ноября 2015 г. № 50 разъяснено, что судебный пристав-исполнитель в целях исполнения исполнительного документа наряду с кредитором должника (взыскателем) вправе в судебном порядке потребовать выдела доли должника в натуре из общей собственности и обращения на нее взыскания. 

Частью 1 статьи 77 Федерального закона «Об исполнительном производстве» предусмотрено право судебного пристава-исполнителя на предъявление в суд иска об обращении взыскания на имущество должника, находящее у третьих лиц.

По смыслу приведенных выше норм права и разъяснениям Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 ноября 2015 г. № 50 на судебного пристава-исполнителя возложена обязанность принимать любые не противоречащие закону меры для обеспечения принудительного исполнения судебных актов, актов других органов и должностных лиц.

В данном случае подача судебным приставом-исполнителем искового заявления о признании договора купли-продажи недействительным обусловлена необходимостью полного, правильного и своевременно исполнения исполнительного документа, предписывающего арест имущества должника. Следовательно судебный пристав-исполнитель наряду с кредитором должника имеет охраняемый законом интерес в признании данной сделки недействительной, поскольку в силу закона обязан совершить действия, направленные на принуждение должника исполнить судебный акт, защитивший права кредитора должника. 

Таким образом, судебный пристав-исполнитель в период исполнительного производства вправе обратиться в суд с требованием о признании сделки в отношении имущества должника недействительной, если при ее совершении имело место злоупотребление правом (ст. 10 ГК РФ) со стороны должника по исполнительному производству, который действовал в обход закона и преследовал противоправную цель – избежать обращения взыскания на принадлежащее ему имущество в пользу кредитора в рамках исполнительного производства.

Факт увольнения судебного пристава-исполнителя из службы судебных приставов-исполнителей сам по себе значения для разрешения спора не имеет, поскольку иск подан должностным лицом службы судебных приставов исполнителей в защиту охраняемого законом интереса органа государственной власти с целью полного, правильного и своевременно исполнения исполнительного документа, предписывающего арест имущества должника.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования Общества с ограниченной ответственностью «Спецмеханизм», судебного пристава-исполнителя ОСП Московского района УФССП России по Калининградской области к ФИО1, ФИО2 о признании договора купли-продажи недействительным, применении последствий недействительности сделки удовлетворить.

Признать недействительным договор от ДД.ММ.ГГГГ купли-продажи недвижимого имущества – нежилого помещения площадью 57,1 кв.м на 1-м этаже по адресу: 

<

адрес>, заключенный между ФИО1 и туберозовой Людмилой Владимировной, применить последствия недействительности сделки.

Прекратить право собственности ФИО2 на нежилое помещение площадью 57,1 кв.м на 1-м этаже по адресу: 

<

адрес>, кадастровый №.

Признать за ФИО1 право собственности на нежилое помещение площадью 57,1 кв.м на 1-м этаже по адресу: 

<

адрес> 

<

адрес>, кадастровый №.

Взыскать с ФИО1 в пользу ФИО2 денежные средства в размере 3 000 000 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ярославский областной суд с подачей жалобы через Дзержинский районный суд г. Ярославля в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме. 

Судья Т.Ю. Фомина