Дело № 2-1542/2019

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

14 мая 2019 года г. Ижевск 

Октябрьский районный суд г. Ижевска в составе:

судьи Шешукова Д.А.

при секретаре Бальзиной А.Н., 

с участием истца – ФИО1, представителя ответчика – ФИО2, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Автономному профессиональному образовательному учреждению Удмуртской Республики «Республиканский медицинский колледж имени Героя Советского Союза ФИО3 Министерства здравоохранения Удмуртской Республики» о признании незаконным приказа об отстранении от работы, взыскании среднего заработка, компенсации морального вреда, 

у с т а н о в и л:

ФИО1 (далее – истец) обратился с иском в суд к АПОУ УР «Республиканский медицинский колледж имени Героя Советского Союза ФИО3 Министерства здравоохранения Удмуртской Республики» (далее - ответчик) о признании незаконным приказа об отстранении от работы, взыскании среднего заработка, компенсации морального вреда, мотивируя свои требования следующим.

Истец является преподавателем АПОУ УР «Республиканский медицинский колледж имени Героя Советского Союза ФИО3 Министерства здравоохранения Удмуртской Республики» на основании согласно трудового договора 

<

номер> от 

<

дата>. Приказом директора от 

<

дата> 

<

номер> истец отстранен от работы. С приказом ознакомлен 

<

дата>. Основанием для издания приказа послужили постановление Первомайского районного суда г. Ижевска от 06.07.2018, письмо СУ СК России по УР от 

<

дата> 

<

номер>, статьи 331.1 и 351.1 Трудового кодекса РФ. С отстранением от работы истец не согласен по следующим причинам. Указанное постановление Первомайского районного суда г. Ижевска касается только изменения меры пресечения в отношении истца. Иного указанное постановление не содержит, ответчику копия постановления не направлялась. Процедура отстранения от должности подозреваемого (обвиняемого) определяется нормами уголовно-процессуального законодательства. В соответствии со ст. 114 Уголовно-процессуального кодекса РФ только суд может вынести и направить по месту работы постановление о временном отстранении от работы подозреваемого или обвиняемого работника. Согласно п. 10 ч. 2 ст. 29 УПК РФ только суд, в т. ч. в ходе досудебного разбирательства, правомочен принять решения о временном отстранении подозреваемого или обвиняемого от должности. Указанная процедура и отношении истца не применялась. Ссылка ответчика на положения ст. 331.1 ТК РФ, как на основание для отстранения от работы, является необоснованной. В силу положений ст. 331.1 ТК РФ работодатель обязан отстранить от работы (не допускать к работе) педагогического работника при получении от правоохранительных органов сведений о том, что данный работник подвергается уголовному преследованию за преступления, указанные н абзацах 3 и 4 ч. 2 ст. 331 ТК РФ. А именно - преступления против жизни и здоровья (гл. 16 УК РФ), свободы, чести и достоинства личности (пт. 17 УК РФ) (за исключением незаконного помещения в психиатрический стационар, клеветы и оскорбления), половой неприкосновенности и половой свободы личности (гл. 18 УК РФ), против семьи и несовершеннолетних (гл. 20 УК РФ), здоровья населения и общественной нравственности (гл. 25 УК РФ), основ конституционного строя и безопасности государства (гл. 29 УК РФ), против общественной безопасности (гл. 24 УК РФ), а также лица, подвергающиеся или подвергавшиеся уголовному преследованию (за исключением лиц, уголовное преследование в отношении которых прекращено по реабилитирующим основаниям) за совершение указанных преступлений. Как следует из предъявленного истцу обвинения, ему инкриминируется преступление, квалифицируемое по ч. 3. ст. 290 УК РФ. Данное преступление относится к гл. 30 УК РФ (преступления против государственной власти, интересов государственной службы и службы в органах местного самоуправления), не входящей в перечень, предусмотренный абзацем 3 ч. 2 ст. 331 ТК РФ. Ссылка ответчика на ст. 351.1 ТК РФ как на основание для отстранения от работы также является необоснованной. Данная статья касается ограничений на занятие трудовой деятельностью в сфере образования, воспитания, развития несовершеннолетних, организации их отдыха и оздоровления, медицинского обеспечения, социальной защиты и социального обслуживания, в сфере детско-юношеского спорта, культуры и искусства с участием несовершеннолетних. Преподаваемые истцом предметы - хирургия и организация здравоохранения, изучаются студентами на старших курсах и/или слушателями курсов повышения квалификации (стажистами), то есть преподаются совершеннолетним. Таким образом, истец не занимается трудовой деятельностью в сфере образования несовершеннолетних. Вышеназванными действиями работодателя причинен моральный вред, который выразился в широкой огласке факта его отстранения от работы и запрете пропускать его в помещение колледжа. Руководствуясь положениями закона истец просил признать незаконным приказ об отстранении от работы, взыскать с ответчика среднюю заработную плату за отстранения от работы, взыскать компенсацию за причиненный моральный вред в сумме 50 000 рублей.

Истец в судебном заседании на заявленных требованиях настаивал. просил иск удовлетворить в полном объеме, привел дополнительные основания для удовлетворения иска, а именно – работодатель незаконно отстранил истца от работы при наличии возможности обеспечения дистанционных условий труда, уполномоченными правоохранительными органами его деяние в установленном порядке не квалифицировано как умышленное преступление. 

Представитель ответчика в судебном заседании с заявленными требованиями не согласилась, представила суду письменные возражения. доводы которых поддержала в полном объеме. 

Суд, выслушав истца, представителя ответчика, исследовав материалы гражданского дела, приходит к следующему.

Между истцом и ответчиком 

<

дата> заключен трудовой договор 

<

номер>, согласно которому работодатель - АПОУ УР «Республиканский медицинский колледж имени Героя Советского Союза ФИО3 Министерства здравоохранения Удмуртской Республики» предоставляет работнику – ФИО1 работу по должности: преподаватель по учебным дисциплинам хирургического цикла и организации здравоохранения (п. 1.4 трудового договора).

О приеме на работу ответчиком издан соответствующий приказ 

<

номер> от 

<

дата>.

Следователем СО по Первомайскому району СУ СК России по УР в адрес ответчка 

<

дата> направлен ответ на запрос, согласно которому 

<

дата> в отношении преподавателя по учебным дисциплинам хирургического цикла и организации здравоохранения АПОУ УР «Республиканский медицинский колледж имени Героя Советского Союза ФИО3 Министерства здравоохранения Удмуртской Республики» ФИО1 возбуждено уголовное дело 

<

номер> по ч. 3 ст. 290 УК РФ по факту получения взятки от студентки 433 группы ФИО4 

<

дата> ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 290 УК РФ. Данное преступление относится к категории тяжких.

Приказом ответчика от 

<

дата>, вынесенным на основании ст.ст. 331.1 и 351.1 Трудового кодекса Российской Федерации, истец отстранён от работы с 

<

дата>, и с указанной даты ему не начислялась заработная плата на период отстранения.

Трудовые отношения между сторонами прекращены 

<

дата> по п. 1 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации (по соглашению сторон). 

Указанные обстоятельства установлены в судебном заседании, подтверждаются представленными суду письменными доказательствами и сторонами не оспариваются.

В силу положений ст. 76 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан отстранить от работы (не допускать к работе) работника:

появившегося на работе в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения;

не прошедшего в установленном порядке обучение и проверку знаний и навыков в области охраны труда;

не прошедшего в установленном порядке обязательный медицинский осмотр, а также обязательное психиатрическое освидетельствование в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации;

при выявлении в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, противопоказаний для выполнения работником работы, обусловленной трудовым договором;

в случае приостановления действия на срок до двух месяцев специального права работника (лицензии, права на управление транспортным средством, права на ношение оружия, другого специального права) в соответствии с федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, если это влечет за собой невозможность исполнения работником обязанностей по трудовому договору и если невозможно перевести работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. При этом работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности. Предлагать вакансии в других местностях работодатель обязан, если это предусмотрено коллективным договором, соглашениями, трудовым договором;

по требованию органов или должностных лиц, уполномоченных федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации;

в других случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Работодатель отстраняет от работы (не допускает к работе) работника на весь период времени до устранения обстоятельств, явившихся основанием для отстранения от работы или недопущения к работе, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими федеральными законами.

В период отстранения от работы (недопущения к работе) заработная плата работнику не начисляется, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом или иными федеральными законами. В случаях отстранения от работы работника, который не прошел обучение и проверку знаний и навыков в области охраны труда либо обязательный медицинский осмотр не по своей вине, ему производится оплата за все время отстранения от работы как за простой.

На основании ст. 331.1 Трудового кодекса Российской Федерации наряду с указанными в статье 76 настоящего Кодекса случаями работодатель обязан отстранить от работы (не допускать к работе) педагогического работника при получении от правоохранительных органов сведений о том, что данный работник подвергается уголовному преследованию за преступления, указанные в абзацах третьем и четвертом части второй статьи 331 настоящего Кодекса. Работодатель отстраняет от работы (не допускает к работе) педагогического работника на весь период производства по уголовному делу до его прекращения либо до вступления в силу приговора суда.

Согласно абз. 3 и 4 ч. 2 ст. 331.1 Трудового кодекса Российской Федерации к педагогической деятельности не допускаются лица:

имеющие или имевшие судимость, подвергавшиеся уголовному преследованию (за исключением лиц, уголовное преследование в отношении которых прекращено по реабилитирующим основаниям) за преступления против жизни и здоровья, свободы, чести и достоинства личности (за исключением незаконной госпитализации в медицинскую организацию, оказывающую психиатрическую помощь в стационарных условиях, и клеветы), половой неприкосновенности и половой свободы личности, против семьи и несовершеннолетних, здоровья населения и общественной нравственности, основ конституционного строя и безопасности государства, мира и безопасности человечества, а также против общественной безопасности, за исключением случаев, предусмотренных частью третьей настоящей статьи;

имеющие неснятую или непогашенную судимость за иные умышленные тяжкие и особо тяжкие преступления, не указанные в абзаце третьем настоящей части.

Согласно ч. 1 и ч. 2 ст. 351.1 Трудового кодекса Российской Федерации к трудовой деятельности в сфере образования, воспитания, развития несовершеннолетних, организации их отдыха и оздоровления, медицинского обеспечения, социальной защиты и социального обслуживания, в сфере детско-юношеского спорта, культуры и искусства с участием несовершеннолетних не допускаются лица, имеющие или имевшие судимость, а равно и подвергавшиеся уголовному преследованию (за исключением лиц, уголовное преследование в отношении которых прекращено по реабилитирующим основаниям) за преступления, указанные в абзацах третьем и четвертом части второй статьи 331 настоящего Кодекса, за исключением случаев, предусмотренных частью третьей настоящей статьи. Наряду с указанными в статье 76 настоящего Кодекса случаями работодатель обязан отстранить от работы (не допускать к работе) работника в сфере образования, воспитания, развития несовершеннолетних, организации их отдыха и оздоровления, медицинского обеспечения, социальной защиты и социального обслуживания, в сфере детско-юношеского спорта, культуры и искусства с участием несовершеннолетних при получении от правоохранительных органов сведений о том, что данный работник подвергается уголовному преследованию за преступления, указанные в абзацах третьем и четвертом части второй статьи 331 настоящего Кодекса. Работодатель отстраняет от работы (не допускает к работе) работника на весь период производства по уголовному делу до его прекращения либо до вступления в силу приговора суда.

Анализ вышеуказанных положений закона в их совокупности применительно к настоящему спору, позволяет выделить условия. при которых ответчик обязан был отстранить истца от работы:

- истец осуществляет педагогическую деятельность;

- его трудовая деятельность осуществляется в сфере образования, воспитания, развития несовершеннолетних;

- в отношении истца осуществляется производство по уголовному делу за совершение умышленного тяжкого или особо тяжкого преступления.

Факт осуществления истцом педагогической деятельности нашел подтверждение в судебном заседании, в том числе отражен в трудовом договоре, и сторонами по делу не оспаривался. 

Также сторонами не оспаривался тот факт, что в АПОУ УР «Республиканский медицинский колледж имени Героя Советского Союза ФИО3 Министерства здравоохранения Удмуртской Республики» осуществляется обучение несовершеннолетних.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определение Верховного Суда Российской Федерации от 07.12.2012 № 52-КГПР12-2 внося изменения в Трудовой кодекс Российской Федерации, законодатель установил ограничение права на занятие трудовой деятельностью в сфере образования, воспитания, развития несовершеннолетних, организации их отдыха и оздоровления, медицинского обеспечения, социальной защиты и социального обслуживания, в сфере детско-юношеского спорта, культуры и искусства с участием несовершеннолетних в отношении некоторых категорий лиц. Исходя из буквального толкования указанной нормы права (ст. 351.1 Трудового кодекса Российской Федерации), данное ограничение (запрет) распространяется не только на лиц, вступающих в непосредственный контакт с несовершеннолетними по роду их профессиональной деятельности, но и на весь персонал таких организаций, в том числе административно-управленческий, технический и вспомогательный, поскольку они также осуществляют трудовую деятельность в вышеуказанных сферах и имеют возможность контакта с несовершеннолетними.

Таким образом, установленные трудовым законодательством ограничения в сфере образовательной деятельности несовершеннолетних распространяются на лиц, не только непосредственно осуществляющих преподавание несовершеннолетним, но и имеющим возможность контакта с ними.

Такая возможность истцом в судебном заседании не оспаривалась, как не оспаривался факт обучения у ответчика несовершеннолетних, что подтверждает наличие оснований для ограничения трудовой деятельности истца.

Доводы иска в части преподавания предметов студентам старших курсов, т.е. совершеннолетним, судом не принимаются по изложенным выше основаниям.

Истцом не оспаривалось обстоятельство осуществления в отношении него в период отстранения от работы производства по уголовному делу по ч. 3 ст. 290 УК РФ.

В силу с. 3 ст. 290 Уголовного кодекса Российской Федерации получение должностным лицом, иностранным должностным лицом либо должностным лицом публичной международной организации взятки за незаконные действия (бездействие) наказывается штрафом в размере от пятисот тысяч до двух миллионов рублей, или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от шести месяцев до двух лет, или в размере от сорокакратной до семидесятикратной суммы взятки с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до пяти лет либо лишением свободы на срок от трех до восьми лет со штрафом в размере до сорокакратной суммы взятки или без такового и с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до пяти лет или без такового.

На основании ч. 4 ст. 15 Уголовного кодекса Российской Федерации указанное преступление относится к категории тяжких.

В соответствии с ч. 1 ст. 24 Уголовного кодекса Российской Федерации виновным в преступлении признается лицо, совершившее деяние умышленно или по неосторожности.

Преступлением, совершенным умышленно, признается деяние, совершенное с прямым или косвенным умыслом. Преступление признается совершенным с прямым умыслом, если лицо осознавало общественную опасность своих действий (бездействия), предвидело возможность или неизбежность наступления общественно опасных последствий и желало их наступления. Преступление признается совершенным с косвенным умыслом, если лицо осознавало общественную опасность своих действий (бездействия), предвидело возможность наступления общественно опасных последствий, не желало, но сознательно допускало эти последствия либо относилось к ним безразлично (ст. 25 Уголовного кодекса Российской Федерации).

Преступлением, совершенным по неосторожности, признается деяние, совершенное по легкомыслию или небрежности. Преступление признается совершенным по легкомыслию, если лицо предвидело возможность наступления общественно опасных последствий своих действий (бездействия), но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывало на предотвращение этих последствий. Преступление признается совершенным по небрежности, если лицо не предвидело возможности наступления общественно опасных последствий своих действий (бездействия), хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должно было и могло предвидеть эти последствия (ст. 26 Уголовного кодекса Российской Федерации).

Совокупность положений диспозиции ст. 290 Уголовного кодекса Российской федерации и положений ст.ст. 25 и 26 Уголовного кодекса Российской Федерации позволяет сделать вывод о том, что преступление в виде получения взятки может быть совершено только умышленно.

Таким образом, в судебном заседании нашли свое подтверждение факты осуществления истцом педагогической деятельности в сфере образования, воспитания, развития несовершеннолетних, при этом в период ее осуществления в отношении истца осуществлялось производство по уголовному делу за совершение умышленного тяжкого преступления.

С учетом изложенного у ответчика измелись все, предусмотренные законом основания для отстранения истца от работы с прекращением начисления ему заработной платы, в связи с чем оснований для признания приказа об отстранении от работы и взыскании среднего заработка в судебном заедании не установлено.

Не основан на законе довод истца о том, что работодатель имеет право отстранять от работы педагогического работника исключительно в порядке, предусмотренном п. 10 ч. 2 ст. 29 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которому только суд правомочен принимать решения о временном отстранении подозреваемого или обвиняемого от должности в соответствии со ст. 114 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. 

На основании ст. 114 Уголовно-процессуального кодекса Россиксой Федерации при необходимости временного отстранения от должности подозреваемого или обвиняемого следователь с согласия руководителя следственного органа, а также дознаватель с согласия прокурора возбуждает перед судом по месту производства предварительного расследования соответствующее ходатайство, за исключением случая, предусмотренного частью пятой настоящей статьи.

В то же время в силу положений ст.ст. 331.1 и 351.1 Трудового кодекса Российской Федерации при наличии к тому оснований работодатель обязан отстранить от работы педагогического работника.

Аналогичная правовая позиция закреплена в п. 11 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2017), согласно которой работодатель обязан отстранить от работы (не допускать к работе) педагогического работника в случае получения от правоохранительных органов сведений о том, что данный работник подвергается уголовному преследованию за умышленные тяжкие и особо тяжкие преступления, в том числе за умышленные преступления категорий, не названных в абзацах третьем и четвертом части второй ст. 331 Трудового кодекса Российской Федерации, на весь период производства по уголовному делу до его прекращения либо до вступления в силу приговора суда.

Таким образом, отстранить работника от работы возможно как в порядке, предусмотренном Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации, так и в порядке, предусмотренном Трудовым кодекса Российской Федерации в случае получения от правоохранительных органов сведений о том, что данный работник подвергается уголовному преследованию за умышленные тяжкие и особо тяжкие преступления.

С учетом изложенного порядок отстранения истца от работы ответчиком соблюден и соответствует требованиям закона.

Довод истца о наличии возможности обеспечения дистанционных условий труда и, как следствие того, отсутствие оснований для отстранения от работы, также не основан на нормах материального права.

В силу ч. 1 и ч. 2 ст. 312.1 Трудового кодекса Российской Федерации дистанционной работой является выполнение определенной трудовым договором трудовой функции вне места нахождения работодателя, его филиала, представительства, иного обособленного структурного подразделения (включая расположенные в другой местности), вне стационарного рабочего места, территории или объекта, прямо или косвенно находящихся под контролем работодателя, при условии использования для выполнения данной трудовой функции и для осуществления взаимодействия между работодателем и работником по вопросам, связанным с ее выполнением, информационно-телекоммуникационных сетей общего пользования, в том числе сети «Интернет». Дистанционными работниками считаются лица, заключившие трудовой договор о дистанционной работе.

Представленные суду трудовой договор и должностная инструкция не содержат условий возможности дистанционного исполнения истцом своих трудовых обязанностей, в связи с чем у работодателя отсутствовала обязанность обеспечить истцу дистанционные условия труда. 

С учетом изложенного оснований для удовлетворения исковых требований о признании незаконным приказа об отстранении от работы, взыскании среднего заработка не имеется.

Поскольку в судебном заседании нарушения трудовых прав истца не установлено, оснований для компенсации морального вреда также не имеется (ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации). 

На основании вышеизложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

исковые требования ФИО1 к Автономному профессиональному образовательному учреждению Удмуртской Республики «Республиканский медицинский колледж имени Героя Советского Союза ФИО3 Министерства здравоохранения Удмуртской Республики» о признании незаконным приказа об отстранении от работы, взыскании среднего заработка, компенсации морального вреда оставить без удовлетворения. 

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Удмуртской Республики в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме через Октябрьский районный суд г. Ижевска.

В окончательной форме решение изготовлено 17.05.2019. 

Судья Д.А. Шешуков